УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Надршина
Т.И. 73RS0003-01-2021-007609-06
Дело № 33-2919/2022
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
2 августа 2022 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Мирясовой Н.Г.,
судей Карабанова
А.С., Герасимовой Е.Н.,
при секретаре
Курановой Ю.С.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании гражданское дело № 2-137/2022 по апелляционной
жалобе Шевкопляс Ирины Юрьевны на решение Железнодорожного районного суда
города Ульяновска от 7 февраля 2022 года, с учетом определения того же суда от
16 мая 2022 года об исправлении описки, по которому постановлено:
в удовлетворении
исковых требований Шевкопляс Ирины Юрьевны к Шевкопляс Дмитрию Сергеевичу, Шевкопляс
Леониду Сергеевичу, Шевкопляс Анатолию Ефремовичу, Шевкопляс Ольге Дмитриевне,
Ляшко Ирине Викторовне. действующей
в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Ш***, А.***, К.*** о признании
договоров купли-продажи долей в уставном капитале и актов-приема передачи
денежных средств недействительными, признании долей в уставном капитале обществ
совместно нажитым имуществом, признании
права собственности на доли в уставном капитале обществ, отказать в полном объеме.
Заслушав доклад
судьи Карабанова А.С., пояснения представителя истца Шевкопляс И.Ю. – Суворовой
Е.Н., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения ответчика Ляшко И.В.
и представителя третьих лиц ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»
Елфимова С.Д., судебная коллегия,
У С Т А Н О В И Л А :
Шевкопляс И.Ю.
обратилась в суд с уточненным в ходе судебного разбирательства иском к
Шевкопляс Д.С., Шевкопляс Л.С., Шевкопляс А.Е., Шевкопляс О.Д., Ляшко И.В.,
действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Ш***., А.***,
К.***., о признании сделок недействительными, выделе доли в наследственном
имуществе.
В обоснование
исковых требований указано, что в период с 19.02.1994 по 19.01.2006 истец
состояла в зарегистрированном браке с С.***., который умер. Ответчики являются
наследниками имущества С.*** В период совместной жизни Шевкопляс И.Ю. и С.***
совместно с другими учредителями были созданы ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск
Петролеум-Плюс». В каждом из указанных обществ на имя С.*** была
зарегистрирована доля в уставном капитале, которая являлась совместно нажитым
имуществом супругов. После расторжения брака раздел совместно нажитого
имущества не производился, С.***. продолжал владеть совместным бизнесом, при
этом продолжая оказывать бывшей супруге материальную помощь из доходов,
полученных от ведения бизнеса.
Из
материалов наследственного дела ей стало известно, что ориентировочно в
2007-2008 гг. С.*** продал принадлежащие ему доли в уставном капитале ООО «Анастасия»
и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс своему отцу Шевкоплясу А.Е., а в 2014 году вновь
приобрел их в свою собственность. Указанные сделки по отчуждению долей в
уставном капитале обществ он с ней не согласовывал, они были совершены без ее
ведома. Самостоятельно об отчуждении долей в уставном капитале обществ она
узнать не могла, поскольку проживала отдельно от бывшего супруга в г.
Димитровграде. При этом С.*** продолжал фактически контролировать работу
обществ, а его отец Шевкопляс А.Е. никакого участия в деятельности обществ не
принимал, значился учредителем лишь номинально, какой-либо оплаты за доли в
уставном капитале обществ не производил, в связи с чем истица полагала, что
сделки купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «Анастасия» и ООО
«Симбирск-Петролеум-Плюс», заключенные между С.***. и Шевкопляс А.Е. являются
недействительными (мнимыми), а следовательно, она имеет право на выдел
принадлежащей доли в совместно нажитом имуществе.
С учетом
изложенного, Шевкопляс И.Ю. просила суд признать договор купли-продажи доли в
уставном капитале ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» от 13 апреля 2004 года, договор
купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Анастасия» от 13 апреля 2004 года,
заключенные между С.*** и Шевкоплясом А.Е., недействительными; признать доли в
размере 30 % в уставном капитале ООО «Анастасия, ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»,
принадлежащие С.*** на дату расторжения брака с Шевкопляс И.Ю., совместно
нажитым имуществом, признать за Шевкопляс И.Ю. право собственности на 15 %
долей в уставном капитале ООО «Анастасия», 15 % долей в уставном капитале ООО
«Симбирск-Петролеум-Плюс».
Судом к участию в
деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно
предмета спора были привлечены ООО «Поволжье-Телеком», ООО
«Симбирск-Петролеум-Плюс», ООО «Анастасия».
Рассмотрев исковые
требования по существу, суд принял вышеуказанное решение.
В апелляционной
жалобе Шевкопляс И.Ю. просит отменить решение суда, принять по делу новое
решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование
доводов жалобы выражает несогласие с выводом суда о том, что её согласие,
нотариально удостоверенное, на отчуждение супругом долей в уставном капитале
ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» не требовалось. Считает, что
оспариваемые сделки являются недействительными, поскольку были совершены лишь
для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.
Указывает, что Шевкопляс А.Е. никогда никакого участия в деятельности указанных
обществ не принимал, документы от имени обществ не подписывал, а их подписывал С.***
Считает, что суд данные обстоятельства не исследовал, в удовлетворении
ходатайства о назначении по делу почерковедческой экспертизы было необоснованно
отказано. Указывает, что свидетель З***. является заинтересованным по делу
лицом. Полагает, что суду надлежало истребовать уставы указанных обществ в
редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров.
Ходатайства об истребовании регистрационных дел данных обществ были
удовлетворены судом, однако надлежащих мер к их истребованию не принято. Также
считает необоснованным вывод суда об истечении срока исковой давности по
оспариванию договоров купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «Анастасия»
и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» от 13 апреля 2004 года. Полагает, что по
требованиям о признании сделки недействительной по мотиву отсутствия согласия
истца на её совершение, срок исковой давности начинает течь с момента, когда
истец узнал или должен был узнать о совершении сделки, в данном случае с ноября
2021 года при ознакомлении с наследственным делом.
В отзыве на
апелляционную жалобу Управление федеральной налоговой службы по Ульяновской
области решение по апелляционной жалобе оставляет на усмотрение суда.
В возражениях на
апелляционную жалобу ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» считают
решение суда законным и обоснованным и просят оставить его без изменения, а
апелляционную жалобу без удовлетворения.
Дело рассмотрено в
отсутствии лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства
своевременно и надлежащим образом.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия
приходит к следующему.
В соответствии с ч.
1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в
апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы,
представления.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, С.*** и Шевкопляс
(Зиновьева) Ирина Юрьевна с 19.02.1994 состояли в зарегистрированном браке. В
период брака родились дети Шевкопляс Дмитрий Сергеевич и Шевкопляс Леонид
Сергеевич. Брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 5 г.
Димитровграда Ульяновской области от 19.01.2006 г.
После расторжения
брака с истицей С.***. 08.08.2007 заключил брак с Ляшко Ириной Викторовной, в
данной браке у них родились дети: Ш***, *** года рождения, А.***, *** года
рождения, и К.***, *** года рождения.
Согласно записи акта
о смерти от 24.06.2021 № *** С.***. умер ***.
При жизни С.***
брачный договор между ним и истцом Шевкопляс И.Ю. не заключался, раздел
совместно нажитого имущества не производился.
После смерти С.***
нотариусом нотариального округа г. Ульяновска К***. было заведено
наследственное дело № 81/2021, согласно которому в наследство после его смерти
вступили Шевкопляс Д.С. (сын), Шевкопляс Л.С. (сын), Шевкопляс О.Д. (мать),
Шевкопляс А.Е. (отец), Ляшко И.В. (супруга), действуящая в своих интересах и
интересах несовершеннолетних детей Ш***., *** года рождения, а.***., *** года
рождения, и К.***., *** года рождения.
В период брака с
Шевкопляс И.Ю. наследодателем С.*** совместно с другими учредителями был
организованы общества: 27.08.1997 - ООО Анастасия» и 25.02.1999 – ООО
«Симбирск-Петролеум-Плюс».
Из материалов дела также следует, что согласно договору купли-продажи
от 13.04.2004 С.*** продал 30% долей в уставном капитале ООО «Анастасия»
номинальной стоимостью 205 800 руб. своему отцу Шевкоплясу А.Е., в
подтверждение чего составлен акт приема-передачи денежных средств по договору
купли-продажи от 13.04.2014.
Кроме того, по
договору купли-продажи от 13.04.2004 С.*** продал Шевкоплясу А.Е. 30% доли в
уставном капитале ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» номинальною стоимостью 69 512
руб. 40 коп., в подтверждение чего также составлен акт приема-передачи денежных
средств по договору купли-продажи от 13.04.2014.
Полагая, что С.***
доли в уставном капитале ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»,
являются их совместно нажитым имуществом, а также ссылаясь на мнимость
заключенных между С.*** и Шевкоплясом А.Е. договоров купли-продажи указанных
долей, Шевкопляс И.Ю. обратилась в суд с настоящим иском о признании сделок
недействительными и выделе супружеской доли в наследственном имуществе.
Разрешая заявленный
спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований
для признания оспариваемых договоров купли-продажи от 13.04.2004
недействительными, а также, применив срок исковой давности, отказал в
удовлетворении заявленных исковых требований.
Согласно статье 1112
Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят
принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество,
в том числе имущественные права и обязанности.
Статьей 1150 Гражданского
кодекса Российской Федерации предусмотрено, что принадлежащее пережившему
супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет
его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и
являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом
имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 настоящего Кодекса,
входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с
правилами, установленными настоящим Кодексом.
Иное может быть
предусмотрено совместным завещанием супругов или наследственным договором.
В соответствии с
пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое
супругами в период брака, является их совместной собственностью.
К имуществу, нажитому
супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого
из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и
результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а
также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы
материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой
трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).
Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов
супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в
капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации,
и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того,
на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов
внесены денежные средства (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской
Федерации).
Согласно пункту 1
статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее
каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним
из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным
безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его
собственностью.
На основании статьи
37 Семейного кодекса Российской Федерации имущество каждого из супругов может
быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в
период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из
супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно
увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция,
переоборудование и другие).
Статья 38
Семейного кодекса Российской Федерации устанавливает, что общее имущество
супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию
супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально
удостоверено.
В случае
спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в
этом имуществе производятся в судебном порядке.
Согласно статье 39
Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и
определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное
не предусмотрено договором между супругами.
В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о
расторжении брака» общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу
(п.п.1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и
недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128,129 и 213 ГК РФ может быть
объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из
супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным
договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего
имущества супругов производится по правилам, установленным ст. ст. 38, 39 СК РФ
и ст. 254 ГК РФ.
В состав имущества,
подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в
наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц. При разделе
имущества учитываются также общие долги супругов (пункт 3 статьи 39 СК РФ) и
право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи.
Согласно пункту 16
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 №
15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении
брака», учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса
Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом
супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при
рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет
установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или
израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в
интересах семьи либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество
или его стоимость.
Из положений
Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда
Российской Федерации следует, что владение, пользование и распоряжение общим
имуществом по взаимному согласию супругов предполагаются.
В том случае, если
один из супругов ссылается на отчуждение другим супругом общего имущества или
его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то
именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство.
В соответствии сто
ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается
соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении
гражданских прав и обязанностей.
На основании ст. 421
Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны
в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный,
так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не
предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков,
указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров,
предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не
исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к
отдельным отношениям сторон по договору.
Стороны могут
заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров,
предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К
отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях
правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если
иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.
Согласно п. 3 ст. 1
Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и
защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники
гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе
извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения
(п. 4 ст. 1 ГК РФ).
В п. 1 ст. 10
Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий
граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить
вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
В силу ст. 153
Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан
и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение
гражданских прав и обязанностей.
В силу п. 2 ст. 168
Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона
или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права
и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует,
что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения,
не связанные с недействительностью сделки.
По смыслу
приведенных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских
прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение,
ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и
законные интересы другой стороны, содействующее ей.
При этом
установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер,
обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного
поведения другой стороны.
Злоупотребление
правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского
кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной
на основании ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с п.
1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть
сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей
правовые последствия, ничтожна.
Как разъяснено в п.
86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении
судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса
Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида,
без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт
1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также
осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения
взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или
доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при
этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за
ним.
Равным образом
осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации
перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует
квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы каких-либо относимых и допустимых доказательств отсутствия
у сторон указанных сделок воли на реальный переход прав и обязанностей в
отношении спорных долей в Обществах в материалы дела не представлено.
Факт передачи
денежных средств по договорам купли-продажи от 13.04.2014 подтверждается актами
приема-передачи денежных средств от той же даты.
Как установлено
судом, что на момент продажи долей в ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»
(13.04.2004) Шевкопляс И.Ю. и С.*** продолжали состоять в зарегистрированном
браке, который был расторгнут спустя 2 года после совершения указанных сделок.
При этом стороной истца не оспаривалось то обстоятельство, что они продолжали
проживать одной семьей и вести общее совместное хозяйство.
Из материалов дела также
следует, что С.*** с 18.04.2005 по срочному трудовому договору был принят на
работу директором УМУП «Информационные телекоммуникационные системы», то есть
на должность, исключающую возможность быть учредителем (участником)
юридического лица в силу пункта 2 статьи 21 Федерального закона от 14.11.2002 №
161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».
Указанный факт
свидетельствует о наличии у С.*** объективных обстоятельств, препятствующих ему
быть участником указанных Обществ, в связи с чем у него появилась необходимость
в их отчуждении.
Данные
обстоятельства также подтверждаются отзывом ответчика Шевкопляс О.Д. (матери
наследодателя), в котором она указала, что ее муж Шевкопяс А.Е. длительное
время работал с сыном. В 2004 году сын обратился к ним с вопросом о
приобретении доли в ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс» поскольку
собирался уходить на государственную должность. Супруг выкупил у сына доли в
размере 30 % в двух фирмах. Руководство ООО «Анастасия» и ООО
«Симбирск-Петролеум-Плюс» осуществляли директора З***. и Ю***. Шевкопляс А.Е.
ежегодно принимал участие в собраниях обществ, подписывал документы, утверждал
отчеты директоров о деятельности компаний.
Доводы апелляционной жалобы об отсутствии
согласия истицы на заключение сделок, являются несостоятельными, поскольку они
основаны на неверном применении норм материального права.
Так, положения
статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с
ограниченной ответственностью» (в редакции по состоянию на 13.04.2004) не
предусматривали обязательное нотариальное удостоверение сделок по реализации
долей в обществах с ограниченной ответственностью.
Таким образом,
выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделок по
отчуждению С.***. долей в уставных капиталах ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»
ничтожными (мнимыми) являются правильными, и оснований для их иной оценки у
судебной коллегии не имеется.
Кроме того, по
мнению судебной коллегии, суд первой инстанции также обоснованно применил по
ходатайству ответчиков срок исковой давности.
Согласно пункту 1
статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по
требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о
признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три
года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со
дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска
лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно
было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не
являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со
дня начала исполнения сделки.
Срок исковой
давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о
применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока
исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия
или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179),
либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах,
являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1
статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не
установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо
узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является
надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Как следует из
материалов дела, на момент назначения С.***. на должность директора УМУП
«Информационные телекоммуникационные системы» (18.04.2005), они с истицей
продолжали проживать совместно, будучи в зарегистрированном браке.
Следовательно, с
указанной даты Шевкопляс И.Ю. не могла не знать о том, что занимаемая им
должность препятствует ему быть участником юридических лиц, в связи с чем
должна была знать о продаже принадлежавших ему долей в ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс».
Обращаясь в суд с настоящим иском о признании
сделок ничтожными и применении последствий их недействительности 07.12.2021,
Шевкопляс И.Ю. пропустила трехлетний срок исковой давности, при этом
доказательств уважительности пропуска срока ей не представлено.
При таких обстоятельствах, на момент
расторжения брака С.*** и Шевкопляс И.Ю. спорное имущество в виде долей в
уставных капиталах ООО «Анастасия» и ООО «Симбирск-Петролеум-Плюс»
собственностью С.*** уже не являлось, в связи с чем его раздел невозможен.
Таким образом,
доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, были предметом
исследования суда первой инстанции и необоснованность их отражена в судебном
решении с изложением соответствующих мотивов.
Обстоятельства дела
исследованы судом с достаточной полнотой, всем представленным сторонами
доказательствам дана надлежащая оценка. Материальный и процессуальный законы
применены судом правильно.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
решение Железнодорожного районного суда
города Ульяновска от 7 февраля 2022 года, с учетом определения того же суда от
16 мая 2022 года об исправлении описки оставить без изменения, а апелляционную
жалобу Шевкопляс Ирины Юрьевны – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение трех месяцев в кассационном порядке
в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам,
установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации через суд первой инстанции
Председательствующий
Судьи:
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 04.08.2022