УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0013-01-2025-002547-79
Судья Андреева Н.А.
Дело № 33-5358/2025
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 26
декабря 2025 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Богомолова С.В.,
судей Санатулловой
Ю.Р., Резовского Р.С.,
при секретаре
Дементьевой Е.В.,
с участием
прокуроров Михайловой Т.В., Курушиной А.А.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя Куракина Гордея
Николаевича – Кубаткиной Ольги Николаевны на решение Димитровградского городского
суда Ульяновской области от
22 июля 2025 года с учетом определения того же суда от 25 августа 2025
года об исправлении описок по гражданскому делу № 2-1517/2025, по которому
постановлено:
исковое заявление
Димитровградской городской общественной организации – общества защиты прав
потребителей «Справедливость» в защиту прав и законных интересов Куракина
Гордея Николаевича удовлетворить частично.
Взыскать с
федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научно-клинический
центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального медико-биологического
агентства в пользу Куракина Гордея Николаевича компенсацию морального вреда в
размере 80 000 рублей.
В удовлетворении
иска Куракина Г.Н. о взыскании компенсации морального вреда в большем размере,
взыскании штрафа отказать.
Взыскать с
федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального
медико-биологического агентства в доход местного бюджета государственную
пошлину в размере 3000 рублей.
Заслушав доклад
судьи Санатулловой Ю.Р., пояснения представителя Димитровградской городской
общественной организации – общества защиты прав потребителей «Справедливость»
Червякова А.А., принимавшего участие в судебном заседании посредством
видеоконференц-связи, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя
федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального медико-биологического
агентства Бурмагиной Е.Ю., возражавшей против доводов апелляционной жалобы,
заключение прокурора Курушиной А.А., полагавшей решение суда законным и
обоснованным, судебная коллегия
установила:
Димитровградская
городская общественная организация – общество защиты прав потребителей
«Справедливость» (далее – ДГОО-ОЗЗП «Справедливость») обратилась в суд с иском
в интересах Куракина Г.Н. к федеральному государственному бюджетному учреждению
«Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии»
Федерального
медико-биологического агентства (далее – ФГБУ ФНКЦРИО ФМБА России) о
признании бездействий незаконными, взыскании компенсации морального вреда, штрафа.
В обоснование
исковых требований указано на то, что 07.02.2024 около 22.00 час. Куракин Г.Н.
двигался по *** в сторону центральной проходной ***, поскользнулся на скользком
тротуаре и упал на правую сторону, при этом почувствовал боль в ***. На место
падения была вызвана бригада скорой медицинской помощи, он был доставлен в ***
13.02.2024 истцу проведено хирургическое вмешательство, установлен ***,
19.02.2024 он был выписал на амбулаторное лечение, которое проходил в
поликлинике *** ФНКЦРиО ФМБА России.
Куракин Г.Н.
находился на больничном с 07.02.2024 по 19.02.2024, открыт *** Михевым Н.А.,
продлевался до 26.02.2004, 06.03.2024; с 07.03.2024 по 05.04.2024, открыт ***
Федченко А.П., продлевался до 19.04.2024; с 20.04.2024 по 16.05.2024, открыт ***
Федченко А.П., продлевался до 31.05.2024; с 01.06.2024 по 14.06.2024, открыт ***
Волковым А.И., продлевался до 26.06.2024, 11.07.2024; с 12.07.2024 по
26.07.2024, открыт *** Волковым А.И., продлевался до 02.08.2024, закрыт с
выходом на работу 03.08.2024.
03.08.2024 истец
вышел на работу, испытывая постоянную боль, его самочувствие начало ухудшаться.
Далее ему
открывались листы нетрудоспособности: с 05.08.2024 по 13.08.2024 *** Федченко
А.П., продлевался до 19.08.2024; с 20.08.2024 по 27.08.2024 *** Чернокнижным
А.Е., продлевался до 02.09.2024, 09.09.2024; с 10.09.2024 по 16.09.2024 ***
Чернокнижным А.Е., продлевался до 24.09.2024, 01.10.2024 с выходом на работу
02.10.2024.
02.10.2024 Куракин
Г.Н. вышел на работу, но его состояние начало ухудшаться.
Далее ему
открывались больничные с 17.10.2024 по 22.10.2024 *** Анискиной А.С.,
продлевался до 25.10.2024; с 23.10.2024 по 30.10.2024 *** Дубровской М.А.,
30.10.2024 закрыт с выходом на работу 31.10.2024.
31.10.2024 Куракин
Г.Н. вышел на работу, испытывая боль.
Ему открывались
больничные: с 17.12.2024 по 20.12.2024 *** Анискиной А.С.; с 23.12.2024 по
03.01.2025 *** Чернокнижным А.Е., продлевался до 06.01.2025; с 11.01.2025 по
24.01.2025 *** Чернокнижным А.Е.; с 25.01.2025 по 29.01.2025 *** Тепловой Э.С.,
продлен по 03.02.2025, закрыт с выходом на работу 04.02.2025.
С этого времени
Куракину Г.Н. сложно работать, он испытывает постоянную боль, его самочувствие
ухудшается. Он обращался к *** Федченко А.П., жаловался на боли ***, но она
поясняла, что не хочет делать из него инвалида, направляла его к другим *** для
открытия больничных. Полагает, что Федченко А.П. целенаправленно вводила его в
заблуждение относительно невозможности нахождения его на больничном, поскольку
в случае превышение предельного срока нахождения на больничном должна была быть
собрана врачебная комиссия для определения дальнейшего лечения. Также полагает,
что действия *** Федченко А.П. привели к невозможности получения Куракиным Г.Н.
реабилитации и абилитации, а также ограничили возможность получения
инвалидности.
В связи с
ненадлежащим оказанием медицинской помощи Куракин Г.Н. обратился в ООО «Капитал
МС» для проверки качества оказания услуг. Согласно полученному ответу страховой
организацией установлены факты оказания медицинской помощи ненадлежащего
качества.
08.04.2025 истец
обратился к ответчику с претензией о компенсации причиненного вреда, но до
настоящего времени его требования не удовлетворены.
В связи с чем истец
просил суд признать бездействие ответчика, выразившееся в предоставлении
Куракину Г.Н. некачественных медицинских услуг в периоды с 07.02.2024 по
19.02.2024, с 06.03.2024 по 26.07.2024, 31.05.2024, 21.06.2024, 23.07.2024,
02.08.2024, с 05.08.2024 по 19.08.2024, 07.08.2024, 17.08.2024, с 20.08.2024 по
24.09.2024, 06.09.2024, 01.10.2024, 04.10.2024, с 17.10.2024 по 25.10.2024,
28.10.2024, 30.10.2024, незаконными и нарушающими права потребителя; взыскать с
ответчика в пользу Куракина Г.Н. компенсацию морального вреда в размере по 100 000
руб. за каждый случай оказания некачественных медицинских услуг, а всего
1 500 000 руб., штраф.
Судом к участию по
делу в качестве третьих лиц, не
заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,
привлечены Михеев
Н.А., Федченко А.П., Волков А.И., Чернокнижный А.Е., Аникина А.С.,
Анискина А.С., Теплова Э.С., ООО «Капитал Медицинское Страхование».
Рассмотрев
заявленные требования по существу, суд принял приведенное выше решение.
В апелляционной
жалобе и дополнениях к ней представитель Куракина Г.Н. – Кубаткина О.Н. просит
отменить решение суда в части снижения размера компенсации морального вреда,
отказа в признании бездействий незаконными и во взыскании штрафа с принятием по
делу нового решения об удовлетворении исковых требований.
В обоснование
доводов жалобы указано на то, что при определении размера компенсации
морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Куракина Г.Н., судом первой
инстанции не учтены заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а
именно тот факт, что кроме нарушения установленных законом прав, потребителю
были причинены нравственные страдания, выразившиеся в невнимательном и
равнодушном отношении ответчика к нуждам истца, который испытывал боли из-за
отсутствия лечения, вынужден был обращаться за консультацией, переживать в
связи с предоставлением услуг ненадлежащего качества, чувствовал себя
незащищенным. В решении суда отсутствует оценка конкретных действий
(бездействия) причинителя вреда, приведших к нарушению личных неимущественных прав
истца, соотношение их с тяжестью причиненных потерпевшему нравственных
страданий и индивидуальными особенностями его личности. При определении размера
компенсации морального вреда судом не дано оценки, множественности нарушений
прав истца ответчиком, не учтены индивидуальные особенности потерпевшего,
влияющие на размер компенсации морального вреда.
Также в жалобе
выражено несогласие с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для
признания незаконным бездействия ответчика, отмечено, что данный вывод не
основан на законе и установленных по делу обстоятельствах.
Обращено внимание на то, что вывод суда об
отсутствии оснований взыскания с ответчика штрафа, предусмотренного пунктом 6
статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», по мотиву оказания истцу
бесплатной медицинской помощи, основан на неверном установлении обстоятельств
дела, поскольку спорные медицинские услуги оказывались Куракину Г.Н. в рамках
обязательного медицинского страхования.
В соответствии со
статьями 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть дело в
отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом
извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.
Согласно части 1
статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в
апелляционной жалобе.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит
оснований для отмены решения.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, 07.02.2024 Куракин Г.Н.
упал на улице по пути на работу, получив травмы. В связи с полученными травмами
он проходил лечение в ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России,
поликлинике *** ФГБУ
ФНКЦРиО ФМБА России, в период лечения являлся нетрудоспособным.
Из заключений экспертиз качества оказания медицинской помощи Куракину Г.Н. в ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, проведенных ООО «Капитал МС»,
следует:
- относительно периода оказания медицинской помощи с 07.02.2024 по
07.02.2024 (скорая медицинская помощь) установлено оказание медицинской помощи
надлежащего качества (заключение № *** от 25.12.2024) (т. 1 л.д. 192-193);
- относительно периода оказания медицинской помощи в стационаре с
07.02.2024 по 19.02.2024 установлено, что медицинская помощь оказана
ненадлежащим образом (нет данных в каких проекциях выполнена рентгенография
бедренной кости, не отмечено время проведения обезболивания, в первичной
документации отсутствует лист учета лучевой нагрузки, протоколы описания
рентгенограмм ***, не оформлено информированное добровольное согласие на
проведение ***инфекцию, отсутствует сведения о поведенных гемотрансфузиях, нет
дневникового наблюдения до и после операции, оперативное лечение выполнено
через 6 дней, одновременное назначение *** для медицинского применения не
соответствуют инструкции по применению лекарственных препаратов). Методы
диагностики проведены не в полном объёме. Имеются дефекты в оформлении
медицинской документации и информированном добровольном согласии. Диагноз
поставлен своевременно, содержание диагноза соответствует объективной картине,
жалобам пациента, данным инструментального и клинического исследований,
рубрифицирован. Лечебные мероприятия и избранная лечебная тактика соответствуют
нозологии и тяжести состояния, выполнены несвоевременно, в должном объеме, при
нарушении назначения лекарственных препаратов. Негативных последствий,
повлиявших на исход заболевания, не выявлено (заключение от 25.12.2024 № ***)
(т. 1 л.д. 167-171);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 06.03.2024 по
26.07.2024 установлено, что методы диагностики проведены не в полном объёме
(дневники наблюдения однотипные, отсутствуют данные о проведении контрольных
рентгенограмм, не даны рекомендации на второй и/или третий этап реабилитации).
Имеются дефекты в оформлении медицинской документации. Диагноз поставлен
своевременно, содержание диагноза соответствует объективной картине, жалобам
пациента, данным инструментального и клинического исследований, рубрифицирован.
Лечебные мероприятия и избранная лечебная тактика соответствуют нозологии и
тяжести состояния. Преемственность в лечении не соблюдена. Негативных
последствий, повлиявших на исход заболевания, не выявлено (заключение от
25.12.2024 № *** (т. 1 л.д. 162-166);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 31.05.2024 по
31.05.2024 выявлено оказание медицинской
помощи ненадлежащего качества (не отражена амплитуда движений в травмированных **,
наличие либо отсутствие сосудистой и/или неврологической патологии). Методы
клинической диагностики проведены не в полном объеме, имеются дефекты в
оформлении медицинской документации. Диагноз поставлен своевременно, содержание
диагноза соответствует объективной картине, жалобам пациента, данным
инструментального и клинического исследований, рубрифицирован. Выявлены дефекты
медицинской помощи при сборе информации, оформлении медицинской документации
(заключение № *** от 25.12.2024) (т. 1 л.д. 190-191);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 21.06.2024 по
21.06.2024 выявлено включение в счет на оплату медицинской помощи при
отсутствии в медицинской документации сведений, подтверждающих факт оказания
медицинской помощи (отсутствие в представленной медицинской документации записи
посещения 21.06.2024) (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д. 180-181);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 23.07.2024 по
23.07.2024 выявлено включение в счёт на оплату медицинской помощи при
отсутствии в медицинской документации сведений, подтверждающих факт оказания медицинской
помощи (отсутствие в представленной медицинской документации записи посещения
23.07.2024) (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д.
184-185);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 07.08.2024 по
07.08.2024 выявлено включение в счёт на оплату медицинской помощи при
отсутствии в медицинской документации сведений, подтверждающих факт оказания
медицинской помощи (данные по осмотру от 07.08.2024 отсутствуют) (заключение от
25.12.2024 ***) (т. 1 л.д. 175-176);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 17.08.2024 по
17.08.2024 выявлено включение в счёт на оплату медицинской помощи при
отсутствии в медицинской документации сведений, подтверждающих факт оказания
медицинской помощи (отсутствие в представленной медицинской документации записи
посещения 17.08.2024) (заключение от 25.12.2024 № ***) (т. 1 л.д.
182-183);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 06.09.2024 по
06.09.2024 выявлено включение в счёт на оплату
медицинской помощи при отсутствии в медицинской документации сведений,
подтверждающих факт оказания медицинской помощи (отсутствие в представленной
медицинской документации записи посещения 06.09.2024) (заключение *** от
25.12.2024) (т. 1 л.д. 186-187);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.10.2024 по
01.10.2024 установлено, что медицинская
помощь оказана ненадлежащего качества (отсутствуют копии протокола ***, данные
обследований общесоматического осмотра, данные обследования за весь период
длительного лечения, не рекомендованы консультация ***, не исследована кровь на
***). Сроки оказания медицинской помощи, представленные к оплате, соответствуют
записям в первичной медицинской документации. Объём медицинских услуг,
представленных к оплате в реестре, не соответствуют записям в первичной
медицинской документации. Выявлены дефекты медицинской помощи – ошибки в сборе
информации, постановке диагноза, в лечении (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1
л.д. 172-174);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 04.10.2024 по
25.10.2024 выявлено включение в счёт на оплату медицинской помощи при
отсутствии в медицинской документации сведений, подтверждающих факт оказания
медицинской помощи (данные по осмотру от 17.10.2024 отсутствуют, несоответствие
жалоб данным анамнеза заболевания, не назначено обследование при хроническом ***,
не назначено исследование ***) (заключение от 25.12.2024 № ***ж) (т. 1 л.д. 177-179);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.08.2024 по
31.08.2024 выявлено оказание медицинской помощи ненадлежащего качества. Методы
диагностики проведены не в полном объеме, имеются дефекты в оформлении
медицинской документации (с ОА не назначена и не выполнена ***, не проведена
дифференцированная диагностика ****** со следующей патологией, отсутствуют
данные об амплитуде движений в правом коленном суставе, 19.08.2024 пациенту
закрыт б/л и рекомендована консультация ***, но отсутствует обоснования
какие-либо данные о нарушениях). Диагноз поставлен своевременно, содержание
диагноза соответствует объективной картине, жалобам пациента, но не
подтверждены данными инструментального исследования. Выявлены дефекты
медицинской помощи при сборе информации, оформлении медицинской документации,
инструментальном исследовании. (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д.
194-196);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.09.2024 по
30.09.2024 установлено оказание медицинской помощи надлежащего качества
(заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д. 198-199);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.10.2024 по
31.10.2024 выявлено оказание медицинской помощи ненадлежащего качества. Сроки
оказания медицинской помощи не соответствуют записям в первичной медицинской документации.
Объем медицинских услуг, представленных к оплате в реестре, не соответствует
записям в первичной медицинской документации. Выявлены ошибки в сборе
информации, постановке диагноза. Не назначено исследование *** в динамике, ***
для уточнения наличия нарушения углеводного обмена, не назначено обследование
для уточнения наличия функциональной *** и исключения наличия ***, не указано
нарушение углеводного обмена (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д. 200-201);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.10.2024 по
31.10.2024 выявлено оказание медицинской помощи ненадлежащего качества. Сроки
оказания медицинской помощи не соответствуют записям в первичной медицинской
документации. Объем медицинских услуг не соответствует записям в первичной
медицинской документации. Отсутствует анамнез заболевания, не назначен
обследование ***, не назначено исследование *** для уточнения наличия нарушения
углеводного обмена, отсутствует рекомендация по лечению *** (заключение от
25.12.2024 № ***)
(т. 1 л.д. 202-203);
- относительно периода оказания медицинской помощи с 01.08.2024 по
30.09.2024 выявлено оказание медицинской помощи ненадлежащего качества
(отсутствуют копии протокола **, данные обследований *** осмотра, данные
обследования за весь период длительного лечения, не рекомендованы консультация ***).
Сроки оказания медицинской помощи не соответствуют записям в первичной
медицинской документации. Объем медицинских услуг не соответствует записям в
первичной медицинской документации. Имеются ошибки в сборе информации,
постановке диагноза, лечении (заключение от 25.12.2024 ***) (т. 1 л.д.
204-206).
Разрешая спор по
существу, суд первой инстанции исходил из того, что со стороны ответчика имели
место недостатки медицинской помощи, оказанной Куракину Г.Н., которые не
повлекли причинение вреда его здоровью, в связи с чем пришел к выводу о
взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, определив
его размер с учетом установленных фактических обстоятельств дела, степени вины
медицинского учреждения, перенесенных в связи с этим истцом физических и
нравственных страданий, в размере 80 000 руб.
Оснований для признания незаконными
бездействий ответчика, выразившихся в предоставлении некачественных медицинских
услуг в конкретные даты, судом первой инстанции не установлено, поскольку
взысканием компенсации морального вреда за недостатки, допущенные при оказании
медицинской помощи, в полной мере восстановлены нарушенные права истца.
С данными выводами судебная коллегия
соглашается, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства,
мотивированы со ссылкой на доказательства, обстоятельствам дела не противоречат
и сомнений в законности не вызывают.
Отношения,
возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации,
регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно пункту 1
статьи 2 названного Федерального закона здоровье – это состояние физического,
психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют
заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан
– это система мер политического, экономического, правового, социального,
научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического
(профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти
Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской
Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными
лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения
и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания
его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт
2).
В статье 4
Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»
закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав
граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами
государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской
помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного
самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере
охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость
отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального
закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь –
это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление
здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент -
физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось
за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от
его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в
гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с
программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской
помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том
числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части
1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в
Российской Федерации»).
Пунктом 1
статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что
жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и
доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения,
свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные
нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы
и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред
(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные
неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину
нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд
может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного
вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во
внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий,
связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения
судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) под моральным вредом понимаются
нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием),
посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона
нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права
(например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную
неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну,
честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых
отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу
передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно
распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и
профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и
гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану
здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на
защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право
авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора
результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные
права гражданина.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 12
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33,
следует, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена
судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и
условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно:
физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий
(бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями
(бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151,
1064,
1099
и 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вина в причинении морального вреда
предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда
доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под физическими страданиями следует понимать
физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо
заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий,
ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья,
неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными
страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению
душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности,
стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия
ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой
родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную
жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не
соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или
деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие
негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения
здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или
нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для
отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Причинение морального вреда потерпевшему в
связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам
факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного
определения его степени тяжести, является достаточным основанием для
удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Суду при разрешении спора о компенсации
морального вреда, исходя из статей 151,
1101
Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы
определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить
конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными
особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические
обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости,
соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие
мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном
постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может
быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении
материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Из пункта 26 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 следует, что определяя размер
компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие
конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных
неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему
нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями
(бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями,
форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения
(исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и
нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания
фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые
обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении
размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в
частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего,
которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим
и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность,
масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с
учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом,
носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в
присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда
(например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении
причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий,
определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья,
длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости
утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения
потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа
жизни.
Под индивидуальными особенностями
потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует
понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений
между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего
(пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от
15.11.2022 № 33).
Как разъяснено в пункте 30 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, при
определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться
требования разумности и справедливости (пункт 2
статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального
вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям
нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или
нравственные страдания (статья 151
Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо
сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о
разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела,
в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего
уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему
чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не
была указана им в исковом заявлении.
В пункте 48 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что медицинские
организации, медицинские и фармацевтические работники государственной,
муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за
нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или)
здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему
ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред,
причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19
и части 2,
3 статьи 98
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан
Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального
вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи,
суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании
медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его
своевременного и квалифицированного обследования в целях установления
правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного
процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам
оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения),
повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность
проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли
выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению
состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к
нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность
доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее
оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской
помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах
такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также
отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной
организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную
помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не
только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности
тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального
вреда.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы, размер компенсации морального вреда определен судом
первой инстанции с соблюдением приведенных требований закона, исходя из всех
заслуживающих внимания обстоятельств, а именно: характера и степени физических
и нравственных страданий истца, вызванных установленными недостатками оказания
медицинской услуги (дефектами ведения медицинской документации, правильности
выбора методов диагностики и лечения, невыполнение диагностических
мероприятий), отсутствие причинно‑следственной связи между выявленными
дефектами оказания медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья истца,
индивидуальных особенностей истца, фактических обстоятельств дела, при которых
был причинен моральный вред, характера выявленных дефектов, степени вины
ответчика, а также с учетом принципа разумности, справедливости и
соразмерности.
Судебная коллегия соглашается с указанными
выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на верном применении
норм материального права, фактических обстоятельствах дела, соответствует
собранным по делу доказательствам, правильная оценка которым дана в судебном
решении.
Оснований для увеличения взысканной суммы компенсации морального вреда
судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает.
Вопреки доводам жалобы, заявленное истцом
требование о признании незаконным бездействия ответчика, выразившегося в
оказании ненадлежащих медицинских услуг, не направлено на восстановление
нарушенного права истца. При этом требование Куракина Г.Н. о взыскании с
ответчика компенсации морального вреда за недостатки, допущенные при оказании
ему медицинской помощи, разрешены судом, что свидетельствует о восстановлении
нарушенных прав истца.
Доводы апелляционной жалобы о необоснованном
отказе во взыскании в пользу истца штрафа в
соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей»
судебной коллегией отклоняются.
Из приведенных выше нормативных положений,
регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право
граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой
закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов
охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской
помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности
медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и
(или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом
гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных
учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно.
Как верно указано судом первой инстанции,
медицинская помощь истцу Куракину Г.Н. оказывалась ответчиком бесплатно, при
этом доказательств оказания такой помощи на возмездной основе на основании
заключенного с медицинской организацией договора материалы дела не содержат,
что исключает взыскание с ответчика в пользу истца штрафа.
Иные доводы
апелляционной жалобы, в том числе о том, что судом неполно установлены имеющие для дела обстоятельства, неправильно
оценены имеющиеся в деле доказательства, неправильно оценены доводы и
доказательства, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела – выражают несогласие с выводами суда
первой инстанции, однако по существу их не опровергают, сводятся к изложению
обстоятельств, являвшихся предметом подробного исследования и оценки суда
первой инстанции, и к выражению несогласия с оценкой обстоятельств дела и
представленных по делу доказательств, произведенной в полном соответствии с
положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации. Оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств
суд апелляционной инстанции не усматривает.
При разрешении спора
судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение
для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права,
выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
определила:
решение Димитровградского городского суда
Ульяновской области от 22
июля 2025 года с учетом определения того же суда от 25 августа 2025 года об
исправлении описок оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Куракина Гордея
Николаевича – Кубаткиной Ольги Николаевны – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через
Димитровградский городской суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 21 января 2026 года.