УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0004-01-2025-006127-98
Судья Постаногова А.Ф. Дело № 33-1247/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
17 марта 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Богомолова С.В.,
судей Резовского
Р.С., Федоровой Л.Г.,
при ведении
протокола помощником судьи Дементьевой Е.В.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу Белова Юрия Васильевича на решение Заволжского районного суда
города Ульяновска от 07 ноября 2025 года по гражданскому делу № 2-3470/2025,
по которому постановлено:
исковые требования Белова Юрия Васильевича к акционерному обществу
«Гулливер» о взыскании
задолженности по заработной плате, компенсаций, компенсации морального вреда,
взыскании судебных расходов удовлетворить
частично.
Взыскать в пользу
Белова Юрия Васильевича (паспорт серии ***) с акционерного общества «Гулливер»
(ОГРН: ***) задолженность по
заработной плате за работу в выходные дни в апреле 2025 года в размере 4802 рублей
60 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, расходы по
оплате услуг адвоката и почтовые расходы в общей сумме 100 рублей.
В удовлетворении исковых требований Белова Юрия Васильевича о взыскании сумм в
большем размере отказать.
Взыскать с акционерного общества «Гулливер» (ОГРН: ***) государственную
пошлину в доход местного бюджета в сумме
7000 рублей.
Заслушав доклад
судьи Резовского Р.С., выслушав пояснения
Белова Ю.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя
ООО «Гулливер» - Юсипова В.Н., возражавшего
против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
Белов Ю.В. обратился в суд с иском к АО
«Гулливер», о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации
морального вреда, взыскании судебных расходов.
В обоснование исковых требований указано, что
он работает в АО «Гулливер» с 29 августа 2023 года в должности ***.
По условиям трудового договора от 29 августа 2023 года ему установлен размер
часовой тарифной ставки 60 рублей/час, дополнительным соглашением от 21 декабря
2023 года размер часовой тарифной ставки составляет 116 рублей/час,
дополнительным соглашением от 15 июля 2024 года размер часовой тарифной ставки увеличен
до 224 рублей/час. Заработная плата выплачивается на банковскую карту. При
трудоустройстве работодатель пояснил, что работать истец будет посменно, в
режиме 5 рабочих дней и 2 выходных дня, выходные обязательно во вторник и среду,
смена с 11 часов 00 минут до 20 часов 00 минут, рабочее место-магазин
«Гулливер» по адресу ***. Для учёта рабочего времени истца в магазине
установлен электронный прибор «Тайм-Бук», к которому истец прикладывает
выданную ему карту с чипом перед началом смены и по окончании смены.
С самого начала работы истца грубо нарушается
трудовое законодательство. При устройстве истца не
ознакомили ни с одним локальным нормативным актом, касающимся его работы,
предложили расписаться на листе бумаги с названиями ЛНА-напротив каждого
названия;
Представленное ему рабочее место является
неудобным, место-монитор расположен высоко, приходится постоянно смотреть
вверх, стоит на сквозняке, в связи с чем несколько раз болел, 10 апреля 2025
года пришлось уйти на больничный. Имеются основания полагать, что не было
специальной оценки условий труда (СОУТ) рабочего места истца;
Ответчик не знакомил с графиками сменности, фотографии
графиков публиковались в созданных группах в социальных сетях, нарушались все
положенные сроки ознакомления, графики на фото были нечитаемы из-за плохого
качества;
Кроме того работодателем не оплачено 148
фактически отработанных часов: сентябрь 2023 года -
фактически отработано 176 часов, оплачено 160 часов; октябрь 2023 года - фактически
отработано 176 часов, оплачено 165 часов; ноябрь 2023 года
- фактически отработано 170 часов, оплачено 160 часов; декабрь 2023 года -
фактически отработано 183 часа, оплачено 168 часов; февраль 2024 года -
фактически отработано 168 часов, оплачено 160 часов; апрель 2024 года -
фактически отработано 168 часов, оплачено 160 часов; май 2024 года - фактически
отработано 176 часов, оплачено 168 часов; июнь 2024 года - фактически
отработано 176 часов, оплачено 160 часов; август 2024 года - фактически отработано
187 часов, оплачено 168 часов; сентябрь 2024 года -
фактически отработано 96 часов, оплачено 80 часов; ноябрь
2024 года - фактически отработано 176 часов, оплачено 160 часов; декабрь 2024 -
фактически отработано 176 часов, оплачено 171 час.
18 апреля 2025 года, после обращения истца в
Государственную инспекцию труда Ульяновской области, ответчик произвёл оплату
праздничных и выходных дней в феврале 2024 года, апреле 2024 года, мае 2024 года,
июне 2024 года, августе 2024 года. Неоплаченными остались 89 часов.
Неоплаченные отработанные часы за сентябрь
2024 года, ноябрь 2024 года и декабрь 2024 года являются работой в
выходные и праздничные дни и должны оплачиваться в двойном размере. Всего
задолженность ответчика по оплате указанных часов составляет 40 441 рублей
58 копеек.
Также, указывает, что ответчиком неправильно
произведено начисление заработной платы за работу в праздничные дни, поскольку
не учтены положения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации №
26-П от 28 июня 2018 года. Размер недоплаченной заработной платы составляет 11 431
рублей 12 копеек.
Указывает, что истцу работодателем не
выплачивалась компенсация за использование им личного смартфона в рабочих
целях. Размер компенсации составляет 12 000 рублей.
Кроме того, ответчиком на истца возложены
дополнительные обязанности, не входящие в должностные инструкции, а именно ***,
при этом не оформлено соглашение о внутреннем совмещении, указанная работа ему
не оплачивалась. Задолженность работодателя по оплате указанных обязанностей
составляет 224 250 рублей.
02 апреля 2025 года истец обратился с
заявлением в Государственную инспекцию труда Ульяновской области, с описанием
всех нарушений в отношении него со стороны работодателя. 18 апреля 2025 года
работодатель выплатил небольшую часть задолженности, большая часть
задолженности осталась невыплаченной.
С учетом уточненных исковых требований просил
взыскать с ответчика в свою пользу 40 441
рублей 58 копеек за фактически отработанные, но не оплаченные часы за
период с 01 сентября 2023 года по 31 декабря 2024 года;
11 431 рублей 12 копеек за работу в
праздничные дни за период с 01 ноября 2023 года по 30 июня 2025 года; 3 983 рубля 36 копеек за работу в выходные дни 22 апреля
2025 года и 23 апреля 2025 года; компенсацию за использование личного смартфона
в производственных целях за период с 01 сентября 2023 года по день вынесения
решения, исходя из расчета 500 рублей в месяц; 224 250 рублей за работу
по сбору покупательских корзин и тележек за период с 01 сентября 2023 года
по 30 апреля 2025 года; 180 рублей расходы покупку диска
CD-R на 700 МБ для записи доказательств при обращении в Государственную
инспекцию труда Ульяновской области; 99 рублей расходы
на покупку диска DVD-R на 4,7 GB для записи доказательств для суда; 100 рублей расходы на услугу по записи видеофайлов на
диск DVD-R для доказательств в суде; 9000 рублей расходы на оплату услуг
юриста по составлению искового заявления; 30 000
рублей компенсацию морального вреда.
Судом к участию в деле в качестве третьих
лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,
привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской
Федерации по Ульяновской области, Средневолжская межрегиональная
территориальная государственная инспекция труда.
Рассмотрев заявленные требования по существу,
суд постановил приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Белов Ю.В. просит
решение суда отменить и вынести по делу новое решение об удовлетворении
искового заявления в полном объеме.
В обоснование доводов жалобы указывает, что
решение районного суда является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене,
в виду того, что нарушены и неправильно применены нормы материального и
процессуального права.
Судом первой инстанции неправильно определены
обстоятельства, имеющие значение для дела, несоответствие вывода суда,
изложенным в решении суда, обстоятельствам дела.
Отмечает, что суд, отказывая во взыскании 40
441 рублей 58 копеек за неоплаченные часы работы в период с сентября 2023
года по декабрь 2024 год, необоснованно не принял во внимание представленные
Беловым Ю.В. доказательства и неправильно применил нормы трудового
законодательства.
Обращает внимание суда на то, что
представленные фотоснимки являются допустимыми, относимыми и достоверными
доказательствами, опровергающими данные табелей, которые заполнялись ответчиком
односторонне и, как следует из обстоятельств дела, с нарушениями.
Суд первой инстанции не принял во внимание
то, что ответчик не представил суду затребованные данные с прибора «Тайм-Бук»,
который является основным средством контроля рабочего времени. Также суд не
провел всестороннего исследования и оценки доказательств, касающихся
существенного нарушения порядка ознакомления с графиками сменности и их
содержания.
Указывает, что суд первой инстанции отказал
во взыскании 11 431 рублей 12 копеек недоплаты за работу в праздничные
дни, не установив факта такой работы, несмотря на представленные
доказательства.
Кроме того, указывает, что суд не исследовал
представленные истцом график работ за декабрь 2024 года, на который он ссылался
в обоснование неоплаченных часов работы 30 декабря 2024 года. Данный график
является ключевым доказательством, подтверждающим нахождение истца на рабочем
месте в этот день.
Просит учесть, что суд первой инстанции,
отказывая в удовлетворении части требований, сослался на пропуск срока исковой
давности, не учтя характер нарушений со стороны ответчика.
Обращает внимание суда на то, что Белов Ю.В.
постоянно обращался к работодателю, а затем в Государственную инспекцию
труда в Ульяновской области, что прерывало течение срока давности.
Систематические частичные платы и ответы работодателя создавали обоснованное
ожидание у истца, что задолженность будет погашена, и Белов Ю.В. узнал о
неизбежности нарушения своего права лишь после получения ответа из
Государственной инспекции труда в Ульяновской области и окончательного
отказа работодателя.
Отмечает, что суд не учел, что использование
личного смартфона было не добровольным выбором, а вынужденной необходимостью,
вызванной действиями (бездействием) самого работодателя. Работодатель
фактически принудил истца к использованию личного имущества в своих интересах,
что в силу статьи 188 Трудового кодекса Российской Федерации порождает
обязанность по выплате компенсации независимо от наличия формального
письменного согласия.
Указывает, что суд первой инстанции отказал
во взыскании 224 250 рублей за работу ***, сославшись на отсутствие письменного
соглашения о совмещении. Однако, в материалы дела представлен диск DVD-R с
видеофиксацией выполнения Беловым Ю.В. этой работы, а также фотодокументы,
подтверждающие её интенсивность. Тот факт, что работодатель знал о выполнении
Беловым Ю.В. этой работы и не запрещал её, свидетельствует о его
молчаливом согласии.
Указывает, что суд, в нарушение статьи 67 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, не исследовал вопрос о том,
входила ли эта работы в его должностные обязанности как специалиста по
безопасности, и не дал оценки представленным видео- и фотодоказательствам.
Отмечает несоразмерное уменьшение судом
первой инстанции размера компенсации морального вреда и судебных расходов.
Суд не принял во внимание, что нарушения
трудовых прав со стороны ответчика носило не разовый, а системный, грубый и
длящийся характер на протяжении всего периода работы.
Указывает, что истцу пришлось преодолевать
систематическую невыплату заработной платы в полном объеме, что создавало
полный стресс в вопросах финансового обеспечения и существования.
По мнению автора жалобы, высокая степень вины
работодателя является самостоятельным и важным основанием для взыскания
компенсации морального вреда в значительном размере.
Полагает, что снижение размера возмещения до
символической суммы не основано на принципе соразмерности и такой подход
свел на нет компенсационную функцию института судебных расходов и нарушило
право истца на эффективную судебную защиту, гарантированное статьёй 46
Конституции Российской Федерации.
Считает, что размер взысканных расходов
является неразумным и необоснованно заниженным.
В соответствии со статьями 167, 327
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия
определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в
деле, которые надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела
судом апелляционной инстанции.
Выслушав явившихся участников процесса, изучив
материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и
обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе и возражениях (часть 1 статьи 327 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к
следующему.
Судом установлено и следует из материалов
дела, что 29 августа 2023 года между АО «Гулливер» и Беловым Ю.В. заключен
трудовой договор, на основании которого Белов Ю.В. был принят на работу в структурное
подразделение АО «Гулливер» - *** на должность ***, по основному месту
работы, трудовой договор заключен на неопределенный срок, начало работы 29
августа 2023 года, в соответствии с пунктом 5.1 договора ему установлен
оплата труда по часовой тарифной ставке в размере 60 рублей час,
испытательный срок не устанавливался (л.д. 10-14, т. 1).
Согласно приказу № 3218к от 29 августа 2023
года Белов Ю.В. с 29 августа 2023 года принят на работу в структурное
подразделение ООО «Гулливер» - *** в качестве ***, по основному месту работы с
тарифной ставкой 60 рублей в час без испытательного срока (л.д. 9, т. 1).
Дополнительным соглашением от 21 декабря 2023
года к трудовому договору, с 01 января 2024 года, тарифная ставка истца
увеличена до 116 рублей в час (л.д. 15, т. 1).
В соответствии с дополнительным соглашением
от 15 июля 2024 года к трудовому договору, тарифная ставка истца увеличена
до 224 рублей в час (л.д. 16, т. 1).
Согласно пункту 8.1 трудового договора, истцу
установлена рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему
графику, суммированный учет рабочего времени, продолжительность учетного
периода – 1 год. Время начала и окончания работы, чередование выходных и
рабочих дней, перерывы в работе устанавливаются графиком работы, который
доводится до сведения работника не позднее, чем за месяц до введения его в
действие.
В соответствии с приложением «А» к Правилам
внутреннего трудового распорядка (положение П 2.6.2 - 02) утвержденными
генеральным директором АО «Гулливер» 03 июля 2017 года, для работников в
должности *** установлен режим работы, отклоняющийся от общих правила, а
именно: рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему
графику, суммированный учет рабочего времени, учетный период один год, время
начала и окончания работы, чередование выходных и рабочих дней, перерывы в
работе устанавливаются графиком работы (л.д. 69-82, т. 1)
Система оплаты труда в АО «Гулливер»
закреплена в Положении об оплате труда сотрудников дирекций ЗАО «Гулливер»,
утвержденным 01 июня 2012 года, которым предусмотрено, что для сотрудников с
почасовой формой оплаты труда устанавливается суммированная годовая норма
времени и скользящий график работы. При почасовой форме оплаты труда размер
постоянной (фиксированной) составляющей месячной заработной платы определяется
как произведение часовой ставки фиксированной выплаты (часовая тарифная ставка
плюс часовые ставки надбавок и доплат) на количество фактически отработанных
часов. К постоянной (фиксированной) составляющей ежемесячной заработной платы
относятся: оклад по должности; часовая тарифная ставка (ЧТС) по должности;
надбавка за профессионализм; доплата за совмещение профессий (должностей);
доплата за работу в выходные и нерабочие праздничные дни; доплата за
работу в ночное время. Конкретные размеры ставок оклада/ЧТС фиксируются в
штатном расписании по подразделению и в трудовом договоре, заключаемом с
сотрудником. Оклад/ЧТС по должности выплачивается за выполнение в полном объеме
должностных обязанностей и фактически отработанное время на основании табеля учета
рабочего времени. Доплата за работу в выходные и нерабочие праздничные дни
устанавливается в размере 100% от часовой тарифной ставки за каждый час работы
в выходные и нерабочие праздничные дни/100% оклада. Доплата за работу в ночное время (с 22-00 до
06-00) устанавливается в размере 40% от часовой тарифной ставки (оклада,
рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время (л.д.
83-88, т. 2).
11 февраля 2025 года Белов Ю.В. обратился в
АО «Гулливер» с письменным заявлением, в котором указал, что фактически
отработанное им время работодателем оплачено не в полном объеме, всего не
оплачено 132 часа работы. Также в заявлении указано на неверное начисление
заработной платы за работу 04 ноября 2023 года, 01 января 2024 года, 04‑08
января 2024 года, 23 февраля 2024 года и 09 мая 2024 года. Кроме того,
указано, что заработная плата за работу 04 ноября 2024 года ему вовсе не
выплачена. Также обращалась внимание работодателя на то, что ему не
выплачивается компенсация за пользование личным смартфоном в рабочих целях, а
также не выплачивается плата за выполнение возложенным на него дополнительных
обязанностей (***). Также указывалось на не оплату работодателем сверхурочной
работы в 2023 и 2024 года и работы в ночное время (л.д. 18, т. 1).
02 апреля 2025 года истец обратился в Государственную
инспекцию труда в Ульяновской области с заявлением, в котором указал доводы,
аналогичные доводам искового заявления (л.д. 19-21, т. 1).
Из ответа Государственной инспекции труда в
Ульяновской области от 30 апреля 2025 года следует, что Белову Ю.В.
за работу в выходные дни своевременно оплачены лишь суммы в одинарном размере.
18 апреля 2025 года, после направления инспекцией соответствующего запроса,
работодателем истцу была осуществлена выплата в размере 33 363 рубля 69
копеек, включающая в себя доплату за ночные часы в августе 2024 года, оплату
праздничных и выходных дней за февраль, апрель, май, июнь и август 2025 года и компенсацию
за задержку выплат. По остальным поставленным Беловым Ю.В. вопросам указано на
наличие индивидуального трудового договора и рекомендовано обратится в суд для
его разрешения (л.д. 236-237, т. 1).
Установив, что работодателем истцу не
произведена в полном объеме оплата за работу в выходные дни в апреле 2025 года,
суд первой инстанции взыскал с АО «Гулливер» в пользу Белова Ю.В. задолженность
по заработной плате за работу в выходные дни в апреле 2025 года в размере 4802
рублей 60 копеек.
В указанной части решение суда сторонами не
обжалуется, каких-либо доводов в данной части требований апелляционная жалоба
истца не содержит.
Разрешая исковые требования Белова Ю.В. в
части взыскания с ответчика компенсации за использование личного имущества, суд
первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 188
Трудового кодекса Российской Федерации, не нашел оснований для взыскания с
ответчика данной компенсации, указав, что использование в работе личного
имущества допускается с согласия или ведома работодателя, а размер возмещения
расходов определяется соглашением сторон трудового договора, выраженным в
письменной форме.
Судебная коллегия соглашается с указанными
выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим
обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.
В соответствии со статьей 188 Трудового
кодекса Российской Федерации при использовании работником с согласия или ведома
работодателя и в его интересах личного имущества работнику
выплачивается компенсация за использование, износ (амортизацию)
инструмента, личного транспорта, оборудования и других технических средств и
материалов, принадлежащих работнику, а также возмещаются расходы, связанные с
их использованием. Размер возмещения расходов определяется соглашением сторон
трудового договора, выраженным в письменной форме.
Из приведенной нормы закона следует, что
возмещение расходов производится работодателем, если использование личного
имущества работника, в частности, приобретение работником за счет
собственных средств товаров и материалов, обусловлено интересами
организации. Работник использует личное имущество (в т.ч. денежные средства) с
согласия работодателя, что предполагает наличие соглашения между ними об
использовании личного имущества работника и документов, подтверждающих такие
расходы, которое между сторонами спора отсутствует.
Как следует из приказа
Роструда от 11 ноября 2022 года № 253 «Об утверждении Руководства по
соблюдению обязательных требований трудового законодательства» выплата
компенсации и возмещение расходов работника является обязанностью работодателя,
а размер компенсации и возмещения определяется соглашением сторон.
Работодатель обязан возместить расходы только при наличии одновременно
следующих условий: имущество работника используется с согласия или ведома
работодателя, имущество работника используется в интересах работодателя.
Работодатель обязан компенсировать работнику: использование личного имущества
работника (износ/амортизацию инструмента, личного транспорта, оборудования и
других технических средств и материалов); расходы, связанные с
использованием личного имущества работника (ремонт, обновление, приобретение
комплектующих и расходных материалов, топлива, горюче-смазочных материалов).
Размер возмещения расходов должен быть определен соглашением сторон трудового
договора. Обязательна письменная форма соглашения.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, в ходе
рассмотрения дела установлено, что соответствующее соглашение между сторонами
не заключалось, при этом материалами не подтверждено использование истцом в
течение рабочего времени смартфона в интересах и с ведома ответчика.
Отказывая в удовлетворении исковых требований
в части взыскания с ответчика плату за работу ***, суд первой инстанции
обоснованно исходили из того, что поручение работодателя исполнять указанные
дополнительные обязанности истец не получал, никакие соглашения на выполнение
дополнительной работы с ним не заключались, поэтому дополнительных обязанностей
на него не возлагалось, их исполнение не ожидалось работодателем истца в
указанный период времени.
Судебная коллегия соглашается с указанными
выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим
обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.
В силу статьи 60.2
Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему
может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности
рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором,
дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за
дополнительную оплату (статья 151
настоящего Кодекса).
Поручаемая работнику дополнительная работа по
другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий
(должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии
(должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения
объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без
освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть
поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии
(должности).
Срок, в течение которого работник будет
выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются
работодателем с письменного согласия работника.
Работник имеет право досрочно отказаться от
выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение
о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не
позднее чем за три рабочих дня.
Согласно статье 151
Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий
(должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или
исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от
работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.
Размер доплаты устанавливается по соглашению
сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной
работы (статья 60.2
Трудового кодекса Российской Федерации).
Вопреки доводам апелляционной жалобы в ходе
рассмотрения дела установлено, что поручение работодателя исполнять обязанности
по сбору покупательских корзин и тележек истец не получал, никакие соглашения
на выполнение дополнительной работы с ним не заключались, поэтому
дополнительных обязанностей на него не возлагалось
Отказывая в удовлетворении исковых требований
Белова Ю.В. о взыскании с ответчика задолженности за фактически
отработанные, но не оплаченные часы за период с 01 сентября 2023 года по
31 января 2024 года, а также недоплату за работу в праздничные дни за
период с 01 ноября 2023 года по 31 января 2025 года, суд первой инстанции,
установив, что впервые за защитой своих прав Белов Ю.В. обратился в феврале
2025 года, пришел к выводу о пропуске истцом предусмотренного статьёй 392
Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд по указанным
требованиям.
Судебная коллегия, соглашая с выводами суда
первой инстанции о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением
индивидуального трудового спора, вместе с тем не может согласиться с выводом
относительно периода образования задолженности, по которой указанный срок
пропущен.
Из материалов дела следует, что впервые за
защитой своих прав Белов Ю.В. обратился к работодателю 11 февраля 2025 года,
вместе с тем судом не учтено, что в соответствии с Положением об оплате труда
сотрудников АО «Гулливер», заработная плата за месяц выплачивается 12 числа
следующего месяца.
Таким образом, период образования
задолженности, по которой истцом соблюден предусмотренный частью 2
статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок исчисляется с
01 января 2024 года.
Из представленных в материалы дела табеля
учета рабочего времени и расчетного листка за январь 2024 года следует,
что оплата истцу труда в нерабочие праздничные дни (1, 4, 5, 6, 7, 8
января 2024 года) работодателем произведена только с учетом тарифа (19 488
рублей), без учета надбавки за профессионализм (19 152 рубля).
Вместе с тем, из Положения об оплате труда
сотрудников АО «Гулливер» следует, что надбавка за профессионализм отнесено к
постоянной (фиксированной) составляющей ежемесячной заработной платы.
В силу действующего законодательства производя
оплату в выходные, нерабочие праздничные дни работодателю следует учитывать,
что если надбавки и доплаты входят в систему заработной платы работника,
то они должны учитываться при определении часового заработка для расчета оплаты
за работу в выходной и (или) праздничный день.
Таким образом, за работу в нерабочие
праздничные дни 1, 4, 5, 6, 7 и 8 января 2024 года работодателем Белову
Ю.В., с учетом ранее выплаченной доплаты подлежит взысканию 16 512 рублей
((19 488 + 19 152)/168 х 48 х 2 - 5568).
Доводы апелляционной жалобы истца о
соблюдении предусмотренного статьёй 392 Трудового кодекса Российской Федерации
срока, со ссылкой на то, что правоотношения являются длящимися, отклоняются
судебной коллегией.
В соответствии с частью 2
статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением
индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной
платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд
в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том
числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат,
причитающихся работнику при увольнении.
Согласно статье 129
Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда
работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации
работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а
также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в
том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в
особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному
загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты
(доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные
выплаты).
На основании статьи 135
Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику
устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного
работодателями системами оплаты труда.
Понятие длящихся правоотношений дано в пункте 56
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004
года № 2 (редакция от 24 ноября 2015 года) «О применении судами Российской
Федерации Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому при
рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не
прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы
надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на
обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в
удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд
не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность
работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику
заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего
периода действия трудового договора.
Таким образом, для признания длящимся
нарушения работодателем трудовых прав работника при рассмотрении дела по иску
работника о взыскании невыплаченной заработной платы необходимо наличие
определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не
выплачена.
Вместе с тем, исходя из представленных в
материалы дела расчетных листков и пояснений сторон установлено, что спорная
сумма истцу не была начислена работодателем, следовательно, оснований для
признания отношений длящимися, у суда первой инстанции не имелось.
Белов Ю.В. располагал информацией о размере
получаемой ежемесячной заработной платы и, следовательно, знал о нарушении
своего права. При этом каких-либо доказательств о наличии причин, объективно
препятствовавших своевременному обращению в суд, не представил.
В представленных расчетных листках по
заработной плате за спорный период указаны все составляющие заработной платы,
получаемой истцом, соответственно, истец не был лишен возможности обратиться в
суд с иском в установленные трудовым законодательством сроки.
Также суд не может согласиться с выводами
суде первой инстанции об отсутствии оснований для взыскании с ответчика
заработной платы за 16 сентября 2024 года, 28 сентября 2024 года, 04 ноября
2024 года, 25 ноября 2024 года, 30 декабря 2024 года и 07 января 2025
года.
Отказывая в удовлетворении исковых требований
в указанной части суд первой инстанции указал, что судом не установлен факт работы
истца в указанные дни, программой «Тайм бук» данный факт также не зафиксирован,
при этом также указано, что работа 30 декабря 2024 года оплачена работодателем в
полном объеме.
Вместе с тем, указанные выводы суда первой
инстанции, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
В подтверждение факта работы в спорные истцом
представлены фотографии с камеры наблюдения по месту его работы, согласно
которым 16 сентября 2024 года, 28 сентября 2024 года, 04 ноября 2024 года,
25 ноября 2024 года, 30 декабря 2024 года
и 07 января 2025 года истец
находился на рабочем месте (л.д. 125-132, 134-136, т. 1).
В соответствии с пунктом 5.11 Правил
внутреннего распорядка АО «Гулливер», до начала работ каждый работник
обязан отметить свой приход на работу, а по окончанию рабочего дня (смены) –
уход с работы в порядке, установленном на предприятии.
Из пояснений сторон следует, что учет и
управление рабочим временем работников АО «Гулливер» осуществляется посредством
аппаратно-программного комплекс комплекса timebook.
Однако ответчиком ни в суд первой инстанции,
ни при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, сведения указанного
комплекса, касающиеся спорных дат, не представлены.
С учетом распределения бремени доказывания по
трудовым спорам и представленных в материалы дела истцом письменных
доказательств, именно на АО «Гулливер» как на работодателе лежит бремя
опровержения доводов истца о выходе на работу в указанные дни.
Вместе с тем АО «Гулливер» не представлено в
материалы дела доказательств, опровергающих доводы истца о работе 16 сентября 2024
года, 28 сентября 2024 года, 04 ноября 2024 года, 25 ноября 2024 года, 30
декабря 2024 года и 07 января 2025 года.
Как уже было отмечено ранее, истцу установлена
рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, при
этом согласно графику работы сотрудников за сентябрь и ноябрь 2024 года, 16 сентября
2024 года, 28 сентября 2024 года, 04 ноября 2024 года, 25 ноября 2024 года
для Белова Ю.В. являлись выходными днями и соответственно должны оплачиваться
в соответствующем размере (л.д. 51, 54-55, т. 2)
Согласно табелю учета рабочего времени за
декабрь 2024 года, а также графику работы сотрудников за декабрь 2024 года,
время работы Белова Ю.В. 30 декабря 2024 года указано с 11 часов 00 минут
до 15 часов 00 минут (л.д. 33, 56, т. 2).
Однако согласно пояснениям истца и из
представленной им фотографии следует, что 30 декабря 2024 года им был отработан
полный восьми часовой рабочий день, доказательств обратного ответчиком не
представлено.
07 января 2025 года, в соответствии со статьёй 112
Трудового кодекса Российской Федерации, является нерабочим праздничным днем.
Таким образом, с АО «Гулливер» в пользу Белова
Ю.В. подлежит взысканию заработная плата за работу 16 сентября 2024 года, 28
сентября 2024 года, 04 ноября 2024 года, 25 ноября 2024 года, 30 декабря 2024
года и 07 января 2025 года в общей сумме 33 514 рублей 38 копеек, которая
рассчитывается следующим образом:
- 16, 28 сентября 2024 года – 42 861 /
80 х 16 х 2 = 17 144 рубля 32 копейки;
- 04 и 25 ноября 2024 года – 46 445 /
160 х 16 х 2 = 9288 рублей 96 копеек;
- 30 декабря 2024 года – 41 676 / 171 х 5 х 2
= 2 497 рублей 10 копеек;
- 07 января 2025 года – 48 133 / 168 х 8
х 2 = 4 584 рублей;
При указанных обстоятельствах, решение суда в
указанной части, как постановленное при неправильном определении обстоятельств,
имеющих значение для дела, и неправильном применении норм материального права,
регулирующего спорные правоотношения, подлежит отмене с вынесением нового
решения о взыскании с АО «Гулливер» в пользу Белова Ю.В. задолженности по
заработной плате за работу в выходные дни за январь, сентябрь, ноябрь, декабрь
2024 года и январь 2025 года в общей сумме 50 026 рублей 38 копеек.
Принимая во внимание, что требования о
взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, производны, в том
числе, от вышеуказанных требований, то решение суда первой инстанции также
подлежит отмене в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации
морального вреда в размере 3 000 рублей, с принятием в данной части нового
решения.
В соответствии со статьёй 237 Трудового
кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику
неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику
в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового
договора.
В случае возникновения спора факт причинения
работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом
независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Факт нарушения трудовых прав работника,
который был установлен в ходе рассмотрения дела, является безусловным
основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в порядке
статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004
года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса
Российской Федерации», учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не
содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных
случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 и 237
Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование
работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми
неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при
нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной
платы).
Фактически причинение морального вреда
презюмируется при нарушении трудовых прав работника и наличии вины работодателя
в этом. Сам факт причинения морального вреда работнику при нарушении его трудовых
прав предполагается и доказыванию не подлежит.
Таким образом, порядок и условия возмещения
морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской
Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику
неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику
в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового
договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального
вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего
возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах
46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября
2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального
вреда», работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет
право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его
трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя
(незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением
дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной
платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном
порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе,
незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки
или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением
безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям
охраны труда, и др.).
Моральный вред, причиненный работнику
неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в
денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора,
а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и
размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению
имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Суду при определении размера компенсации
морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав
работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость
для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины
работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37
Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда
других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на
безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях,
установленных законом, и др.
При разрешении спора о компенсации морального
вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду
необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его
конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных
работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями
его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также
требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям
нарушения трудовые прав работника как основополагающие принципы, предполагающие
установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о
размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном
постановлении.
Из вышеуказанных положений следует, что
допущенные работодателем нарушения трудовых прав истца являются основанием для
возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного истцу
морального вреда.
Исходя из фактических обстоятельств дела,
учитывая характер спорных правоотношений, с учетом длительности нарушения прав
истца и объема наступивших для истца последствий, выразившихся в лишении его
права на труд и средств к существованию, принимая во внимание, что
незаконным увольнением нарушаются права истца, который, не имея иных источников
средств к существованию, становится стесненной в средствах и возможности
осуществления нормальной жизнедеятельности в полном объеме, что бесспорно
свидетельствует о претерпевании истцом нравственных страданий, судебная
коллегия полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию
морального вреда в размере 15 000 рублей, полагая указанную сумму разумной и справедливой,
соответствующей обстоятельствам настоящего спора. Оснований для взыскания
компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не
усматривает.
Согласно статье 88
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы
состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со статьей 94
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам,
связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату
услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы,
понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.
В силу требований статьи 98
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу
которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все
понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2
статьи 96 настоящего Кодекса.
В соответствии с пунктом 1
статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации
стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному
ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг
представителя в разумных пределах.
При разрешении вопроса о судебных издержках
расходы, связанные с оплатой услуг представителя, как и иные расходы,
понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их
связи с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности.
Расходы на оплату услуг представителя могут быть возмещены стороне только в том
случае, если она докажет, что указанные расходы действительно были понесены.
В силу пункта 13
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016
года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении
издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие
расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах
обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут
учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем
оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им
процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие
обстоятельства.
Руководствуясь положениями статей 88,
94,
98,
100
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися
в пунктах 10,
13
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016
года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении
издержек, связанных с рассмотрением дела», принимая во внимание объем оказанной
представителем помощи, сложность гражданского дела, по которому была
оказана юридическая помощь, время, необходимое на подготовку
процессуальных документов, а также исходя из принципа разумности, судебная
коллегия приходит к выводу, что по данному конкретному делу, размер расходов,
связанных с оказанием Белову Ю.В. квалифицированной юридической помощи,
отвечающий принципам необходимости, оправданности и разумности составляет 7000
рублей.
Таким образом, в пользу Белова Ю.В. с АО «Гулливер» в пользу,
как лица, не в пользу которого принят судебный акт, подлежат взысканию судебные
расходы в общей сумме 7100 рублей.
В остальной части решение суда по доводам
апелляционной жалобы отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Заволжского районного суда города
Ульяновска от 07 ноября 2025 года, в части разрешения исковых требований о
взыскании заработной платы за работу в январе 2024 года, сентябре 2024 года,
ноябре 2024 года и декабре 2024 года и январе 2025 года, компенсации
морального вреда и судебных расходов – отменить.
В отмененной части вынести новое решение.
Взыскать с акционерного общества «Гулливер» (ОГРН: ***) в пользу Белова Юрия
Васильевича (паспорт серии ***) задолженность по заработной плате за
работу в выходные дни за январь, сентябрь, ноябрь, декабрь 2024 года и январь
2025 года в общей сумме 50 026 рублей 38 копеек.
Взыскать с акционерного общества «Гулливер» в пользу Белова Юрия Васильевича,
компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя
и почтовые расходы в общей сумме 7100 рублей.
В остальной части решение Заволжского
районного суда города Ульяновска от 07 ноября 2025 года оставить без изменения,
апелляционную жалобу Белова Юрия
Васильевича – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Заволжский районный суд города
Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 31 марта 2026 года