УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
|
Судья Навасардян В.С.
|
Дело № 22-619/2026
|
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
|
г. Ульяновск
|
13 мая 2026
года
|
Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного
суда в составе председательствующего Сенько С.В.,
судей Кириченко В.В., Коненковой Л.Г.,
с участием прокуроров Макеевой Г.А., Скотаревой Г.А.,
осужденного Шутова Г.Ю.,
его защитника - адвоката Кирасирова О.Е.,
при секретаре Калимуллиной Л.Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по
апелляционным жалобам осужденного Шутова
Г.Ю. и его защитника - адвоката Миридоновой С.А. на приговор Засвияжского
районного суда г. Ульяновска от 19 февраля 2026 года, которым
ШУТОВ Георгий Юрьевич,
***
осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения
свободы на срок 9 лет 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии
строгого режима.
Постановлено взыскать с Шутова Г.Ю. в пользу С*** В.Н.
компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1 000
000 рублей, и возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, в
размере 141 246 рублей.
Исковые требования С*** В.Н. к Шутову Г.Ю. о взыскании
стоимости золотых цепочки и креста, принадлежавших Г*** С.А., оставлены без
рассмотрения.
Постановлено взыскать с Шутова Г.Ю. в доход федерального
бюджета РФ процессуальные издержки в сумме 14 370 рублей, затраченные на оплату
труда адвоката Мартыновой О.В. в ходе предварительного следствия.
Приговором решены вопросы о мере пресечения, исчислении
срока отбывания наказания, зачете времени содержания под стражей в срок лишения
свободы, вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Кириченко В.В., кратко изложившего
содержание обжалуемого приговора и существо апелляционных жалоб, заслушав
выступления и возражения сторон, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Шутов Г.Ю. признан виновным в умышленном причинении тяжкого
вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности
смерть потерпевшего, совершенном при обстоятельствах, подробно изложенных в
приговоре.
В апелляционных жалобах осужденный Шутов Г.Ю. и его защитник
- адвокат Миридонова С.А. считают приговор незаконным и необоснованным ввиду
несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим
обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и
существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Уголовное дело
сфабриковано, а приговор основан на недопустимых доказательствах, добытых в
2025 году оперуполномоченными УМВД России по Ульяновской области и
следователями СУ СК России по Ульяновской области незаконными методами, а
именно путем пыток, обмана, оказания иного физического и психологического
воздействия на осужденного, вследствие которых он совершил самооговор, и путем
фальсификации содержания его показаний по придуманной сотрудниками
правоохранительных органов версии. Явки с повинной, совершенные в отсутствие
защитника, иные признательные показания осужденного, а также основанные на них
протоколы проверки показаний на месте, следственного эксперимента и заключение
судебно-медицинской медико-криминалистической экспертизы являются недопустимыми
доказательствами, какими-либо иными допустимыми доказательствами выводы суда о
виновности осужденного не подтверждены, в силу чего виновность Шутова Г.Ю. в
совершении инкриминируемого деяния нельзя считать установленной, основания для
вынесения обвинительного приговора отсутствуют. Показания свидетеля М*** К.Н.
противоречат выводам органа следствия о его участии в сокрытии преступления.
Показания свидетеля М*** (Ц***) С.А., что осужденный рассказывал ей, что убил
человека, недостоверны и вызывают обоснованные сомнения. Свидетель Л*** С.А. в
судебном заседании не подтвердил данные им ранее показания, что осужденный
признавался ему в совершенном преступлении. Информация о соединениях
абонентских номеров осужденного и свидетеля М*** (Ц***) С.А. свидетельствует об
алиби Шутова Г.Ю. Судом не учтено, в том
числе при оценке заключений судебных экспертиз, что в силу перенесенной ранее
травмы и наличия патологии левого коленного сустава осужденный по состоянию
своего здоровья физически не мог нанести потерпевшему удары ногами при
обстоятельствах, установленных приговором. Эксперту С*** М.В., проводившему
судебно-медицинскую медико-криминалистическую экспертизу, сведения о состоянии
здоровья осужденного не были известны, что могло повлиять на его выводы. В
действительности инкриминируемое осужденному преступление совершено не Шутовым
Г.Ю., а иными, известными ему, лицами. С взысканием с него процессуальных
издержек по оплате услуг адвоката Мартыновой О.В. осужденный не согласен, так
как адвокат бездействовала, не выполняла своих обещаний по осуществлению
защиты, фактически выступала на стороне обвинения, при этом в настоящее время у
него отсутствуют прямые доходы, из которых он мог бы их оплатить. Просят
отменить обвинительный приговор и передать уголовное дело на новое судебное
разбирательство в суд первой инстанции.
В судебном заседании апелляционной инстанции осужденный
Шутов Г.Ю. и его защитник - адвокат Кирасиров О.Е. поддержали доводы
апелляционных жалоб, а прокуроры Макеева Г.А. и Скотарева Г.А. возражали против
их удовлетворения, полагали необходимым оставить приговор без изменения.
Проверив
материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления и
возражения сторон, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по
следующим основаниям.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, уголовное дело
расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Предварительное и
судебное следствие проведены в установленном законом порядке, каких-либо нарушений
прав осужденного в ходе уголовного судопроизводства не допущено. Объективных
данных, которые давали бы основание считать, что доказательства по делу
сфальсифицированы, а уголовное дело в целом сфабриковано, не имеется. Из
материалов уголовного дела видно, что сторонам были созданы необходимые условия
для исполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления
предоставленных прав на основе принципов состязательности и равноправия сторон,
которыми они реально воспользовались. Заявленные ходатайства разрешены в
соответствии с требованиями закона. Необоснованных отказов осужденному и его
защитникам в представлении доказательств, которые могли иметь существенное
значение для исхода дела, не усматривается. Из протокола судебного заседания не
следует, чтобы со стороны председательствующего проявлялись предвзятость либо
заинтересованность по делу, а также обвинительный уклон. Предусмотренные ст.
252 УПК РФ пределы судебного разбирательства и право осужденного на защиту
судом не нарушены. Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения
уголовного дела прокурору не установлено. Протокол судебного заседания
соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.
Приговор основан не на предположениях, а на совокупности
допустимых доказательств, исследованных и проанализированных судом, с учетом
вносимых судебной коллегией изменений он соответствует требованиям ст. 307 УПК
РФ, в нем приведены и в достаточной степени мотивированы выводы относительно
виновности осужденного, квалификации содеянного, содержится обоснование
признания достоверными одних доказательств, приведены причины, по которым
отвергнуты другие, то есть приведен всесторонний анализ доказательств, судом
указаны место, время, способ совершения преступления, форма вины, мотив, а
также конкретные действия осужденного, необходимые для квалификации. Каких-либо
противоречий, сомнений и несоответствий фактическим обстоятельствам дела,
влекущих отмену приговора, в нем не содержится.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы о причастности
Шутова Г.Ю. к инкриминируемому преступлению и о его виновности в его совершении
сделаны судом первой инстанции в результате всестороннего, полного и
объективного исследования собранных по делу доказательств, их оценки в
соответствии со ст. 17, 87, 88 УПК РФ.
Суд в приговоре отразил отношение Шутова Г.Ю. к
предъявленному обвинению.
В судебном заседании суда первой инстанции осужденный Шутов
Г.Ю. вину в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в
предъявленном ему обвинении, признал в полном объеме, от дачи показаний
отказался на основании положений ст. 51 Конституции РФ, пояснив, что полностью
подтверждает свои показания, данные в ходе предварительного расследования при
явках с повинной, при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, в ходе
проверки показаний на месте и следственного эксперимента. Данные показания он
давал добровольно, без оказания какого-либо давления на него. В содеянном
раскаивается, просит прощения у
потерпевшей за совершенное преступление.
Из
показаний Шутова Г.Ю., данных им при допросах в качестве подозреваемого и
обвиняемого, в ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента
(т. 4, л.д. 112-117, 118-121, 123-134, 136-143, 149-151, 165-167, 173-176),
оглашенных в судебном заседании в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 276
УПК РФ, следует, что в ночь с 17 на 18 ноября 2013 года в квартире по
адресу: г. Ульяновск, ул. Г***, д. ***, кв. ***, вдвоем с потерпевшим Г*** С.А.
они распивали алкоголь. В ходе распития спиртного Г*** стал оскорблять его,
говорить, что он «сидел» неправильно, то есть был «петухом». Так как ранее Шутов
Г.Ю. отбывал
наказание в местах лишения свободы, то такие слова Г*** его очень сильно
оскорбили. Он попросил Г*** успокоиться и перестать оскорблять его, но тот не
отреагировал. Шутов Г.Ю. не выдержал оскорблений Г***, и между ними началась
драка, в которой первый удар нанес он Г*** кулаком в лицо. Так как слова Г***
его очень сильно оскорбили, то он хотел причинить ему вред здоровью, в связи с
чем и стал наносить удары руками и ногами по телу и голове Г***. Всего он нанес
потерпевшему не менее 30 ударов по телу и не менее 10 ударов в голову. В
процессе драки они перемещались по кухне, жилой комнате, коридору и ванной
комнате, где в итоге от его ударов Г*** упал на пол и ударился головой об
унитаз, после чего перестал подавать признаки жизни. Он понял, что Г*** умер, а
впоследствии избавился от его трупа.
Вопреки
доводам апелляционных жалоб, принятие судом в основу обвинительного приговора
приведенных в приговоре показаний Шутова Г.Ю., краткое содержание которых
изложено выше, не противоречит требованиям ч. 2 ст. 77 УПК РФ и не
свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного акта, так как, помимо признания
им своей вины в совершении преступления, виновность осужденного подтверждена
совокупностью иных имеющихся по уголовному делу и исследованных в судебном
заседании доказательств, содержание и анализ которых в приговоре также
приведены.
Так, показания Шутова Г.Ю. о месте и времени совершения им
преступления, а также о своей
причастности к его совершению согласуются с показаниями потерпевшей С***
В.Н., матери Г*** С.А., согласно которым ее сын пропал в ночь с 17 на 18 ноября
2013 года, направившись на встречу с Шутовым, проживавшим в д. *** по ул. Г***
в г. Ульяновске; с показаниями свидетеля Т*** С.А., что вечером 17 ноября 2013
года в его присутствии Шутов Г.Ю. и Г*** С.А. приобрели спиртное, после чего он
оставил их двоих вместе с приобретенным алкоголем у подъезда дома, где проживал
Шутов Г.Ю., а сам уехал; с показаниями свидетеля М*** (Ц***) С.А., что утром 18 ноября 2013 года по просьбе
осужденного она помогала ему убраться в арендуемой им квартире в доме *** по
ул. Г***, где увидела следы обуви на полу по всей квартире, отодвинутую с места
стиральную машину, при этом на вопрос о произошедшем Шутов Г.Ю. ответил, что он
подрался в данной квартире.
Показания Шутова Г.Ю., что после совершения преступления в
отношении Г*** С.А. он обратился за помощью к М*** К.Н., вместе с которым они в ту же ночь
на автомобиле последнего ВАЗ-2109 вывезли труп потерпевшего из квартиры в поле
у с. В*** Ульяновского района, где и оставили, подтверждаются: показаниями
свидетеля Д*** Н.Н., что в ночь с 17 на 18 ноября 2013 года М*** К.Н. ночевал у
нее, при этом к нему приходил Шутов Г.Ю., М*** К.Н. выходил к нему из квартиры и, возможно,
какое-то время отсутствовал, при этом в его пользовании на тот момент находился
автомобиль ВАЗ-2109, а ранее М*** К.Н. арендовал пруд в с. В*** Ульяновского
района, знал соответствующие дороги, в том числе полевую, ведущую к пруду;
показаниями свидетеля М*** О.В. и карточками учета транспортного средства, что
М*** К.Н. умер в 2016 году, при жизни он пользовался зарегистрированным на нее
автомобилем ВАЗ-2109, государственный регистрационный знак ***; протоколами
осмотра места происшествия и трупа, опознания трупа, а также заключением
эксперта, согласно которым 7 января 2014 года на участке местности в поле в 5 км южнее автодороги
«Саранск-Сурское-Ульяновск» в районе с. В*** Ульяновского района Ульяновской
области обнаружен труп человека с признаками насильственной смерти, личность
которого (Г*** С.А.) впоследствии установлена путем опознания и
дактилоскопического исследования.
Показания Шутова Г.Ю., что с вечера 17 ноября 2013 года он
был вместе с потерпевшим Г*** С.А. вплоть до момента наступления в его
присутствии в результате его действий смерти потерпевшего 18 ноября 2013 года,
а также что затем он обращался за помощью в сокрытии следов преступления к М***
К.Н. и к Ц*** С.А., подтверждаются информацией о телефонных соединениях
соответствующих абонентов, согласно которой Шутов Г.Ю. созванивался с Г*** С.А.
в последний раз только 17 ноября 2013 года, а 18 ноября 2013 года он
созванивался с М*** К.Н. и Ц*** С.А.
Показания Шутова Г.Ю., что после совершения им преступления
в отношении Г*** С.А. он обнаружил у себя дома золотые цепочку и крестик,
которые ранее сорвал с его шеи в ходе драки, и которые он впоследствии заложил
в ломбард, подтверждаются показаниями потерпевшей С*** В.Н., что ее сын
постоянно, не снимая, носил на шее золотую цепочку с золотым крестиком,
которых, однако, при осмотре впоследствии его трупа обнаружено не было,
показаниями свидетеля Д*** А.А. об изготовлении им для Г*** по индивидуальному
заказу золотых цепочки и крестика, показаниями свидетеля М*** С.С. о приеме ею
у Шутова Г.Ю. 18 ноября 2013 года в ломбард золотых цепочки и крестика, а также
протоколами выемки и осмотра залогового
билета ООО «***» № 012468, согласно которому предъявивший свой паспорт
Шутов Г.Ю. 18 ноября 2013 года сдал в залог золотые изделия без пробы, а именно
крестик весом 5,4 грамма и цепь весом 16,9 грамма, при этом замок на цепи был
сломан.
Показания
Шутова Г.Ю., что в процессе совершения им преступления в отношении Г*** С.А. в
ванной комнате арендуемой им квартиры было разбито стекло счетчика холодной
воды, а также повреждены наличники двери, которые он впоследствии заменил на
новые, подтверждаются показаниями свидетеля К*** И.В., что в ноябре 2013 года
квартиру по адресу: г. Ульяновск, ул. Г***, д. ***, кв. ***, у нее арендовал
Шутов Г.Ю., при расторжении с ним договора в декабре 2013 года она обнаружила,
что наличники на входной двери в ванной комнате переставлены, два из них и
вовсе заменены на новые, защитное стекло счетчика холодной воды, расположенного
рядом с дверью в ванной комнате, разбито.
Показания
Шутова Г.Ю. о своей причастности к совершению преступления и месте оставления
им трупа, в том числе продемонстрированные при их проверке на месте,
подтверждаются показаниями свидетеля Л*** С.А., что во второй половине ноября
2013 года к нему домой в с. В*** Ульяновского района Ульяновской области
приехал сильно пьяный Шутов Г.Ю. и в ходе общения заявил, что накануне в своей
квартире, которую снимал в г. Ульяновске, он сильно избил какого-то мужчину,
который затем скончался, при этом словам Шутова Г.Ю. в тот момент он не придал
должного значения, расценив их как «пьяный бред»; протоколом осмотра места
происшествия и трупа, которым зафиксированы географические координаты места
обнаружения последнего.
При этом изменение показаний Л*** С.А., в судебном заседании
заявившим, что показания о сделанном ему Шутовым Г.Ю. признании в совершении
преступления он следователю не давал, подписав соответствующий протокол допроса
без его прочтения, суд обоснованно расценил критически как свидетельство
нежелания быть причастным к уличению и осуждению своего давнего знакомого.
Данная оценка основана на тщательной проверке и объективном анализе заявленных
Л*** С.А. доводов, в том числе путем допроса в судебном заседании
дополнительного свидетеля – следователя Г*** Н.В., что позволило суду
обоснованно их отвергнуть, соответствующие мотивы суда подробно приведены в
приговоре, судебная коллегия находит их убедительными, а потому соглашается и с
правильностью оценки, данной судом показаниям Л*** С.А. на предварительном
следствии и в суде.
Заключениями судебно-медицинских экспертиз подтверждаются
показания Шутова Г.Ю. о характере, локализации и количестве причиненных им
потерпевшему Г*** С.А. телесных повреждений, а также о том, что все телесные повреждения
были причинены ему прижизненно, незадолго до наступления смерти, в небольшой
(короткий) промежуток времени одно за другим, в совокупности образовав тяжкий
вред здоровью по признаку опасности для жизни и явившись причиной смерти
потерпевшего. При этом экспертным путем установлено, что существенная часть из
множества обнаруженных на трупе потерпевшего телесных повреждений могли быть
причинены именно при тех обстоятельствах, которые указаны и продемонстрированы
Шутовым Г.Ю. в ходе следственных действий с его участием.
Судебные экспертизы по делу были назначены и проведены в
соответствии с требованиями ст. 195-196 УПК РФ, а заключения
экспертов, исследованные в судебном заседании, оценены судом в соответствии с
требованиями ст. 88 УПК РФ. Заключения экспертов, принятые судом, полностью
отвечают требованиям действующего законодательства. Нарушений процессуальных
прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве
указанных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание их
выводов, следователем и экспертами не было допущено.
Вопреки доводам защиты, изложенным в апелляционных жалобах и
в судебном заседании апелляционной инстанции,
выводы экспертов, изложенные в соответствующих заключениях,
аргументированы, научно обоснованы, мотивированы, полны и в достаточной мере
ясны, они не вызывают новых вопросов в отношении ранее исследованных
обстоятельств уголовного дела, сомнений в своей обоснованности, а также не
содержат неясностей и противоречий и не требуют разъяснений и дополнений, в
силу чего предусмотренных ст. 205, 207, 282 УПК РФ оснований для вызова и
допроса экспертов, равно как и для назначения и проведения дополнительных и
повторных судебных экспертиз судебная коллегия не установила.
Вопреки мнению осужденного и его защитников, для проверки и
оценки доводов осужденного о его неспособности по состоянию здоровья при
установленных в приговоре обстоятельствах причинить потерпевшему телесные
повреждения, обязательное назначение судебной экспертизы в соответствии с положениями
ст. 196 УПК РФ не требуется, притом что в силу ч. 2 ст. 17 УПК РФ никакие
доказательства не имеют заранее установленной силы.
Судебная коллегия, оценив исследованные в судебных
заседаниях первой и апелляционной инстанций доказательства в их совокупности,
находит данные доводы осужденного несостоятельными и отвергает их, так как они
полностью опровергаются как собственными показаниями Шутова Г.Ю. в ходе
предварительного следствия и в суде, приведенными выше, в том числе при
проверке их на месте и в ходе следственного эксперимента, когда он
демонстрировал свои действия наглядно на манекене с применением фото- и
видеофиксации, так и заключением судебно-медицинской медико-криминалистической
экспертизы.
Информация, содержащаяся в представленных защитой
медицинских документах о состоянии здоровья Шутова Г.Ю., вопреки доводам
апелляционных жалоб, не исключает возможности причинения осужденным телесных
повреждений потерпевшему при обстоятельствах, указанных в приговоре при
описании преступного деяния, признанного доказанным, так как касается только
левой, а не обеих, ног и не касается рук, притом что в приговоре установлено
нанесение осужденным ударов потерпевшему руками (то есть обеими верхними
конечностями) и ногой (то есть одной из нижних конечностей), а точное
количество тех и иных – не установлены.
Таким образом, сопоставив показания самого осужденного
Шутова Г.Ю. и иных допрошенных по делу лиц с результатами проведенных по делу
экспертиз, протоколами следственных действий и иными документами, оценив все
исследованные доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к
обоснованным выводам, что: исследованные доказательства получены с соблюдением
требований УПК РФ, являются относимыми, допустимыми, достоверными и в своей
совокупности достаточными для установления виновности Шутова Г.Ю. в совершении
инкриминируемого деяния; по основным обстоятельствам инкриминируемого деяния,
подлежащим доказыванию, исследованные доказательства согласуются между собой,
подтверждаются друг другом и позволяют установить фактические обстоятельства
дела, при этом каких-либо противоречий, которые ставили бы под сомнение
доказанность вины осужденного, не имеют; объективные данные, которые давали бы
основания предполагать, что потерпевшая
и свидетели оговаривают осужденного, а сам он оговаривает себя, отсутствуют.
Судебная коллегия отмечает, что ни в ходе предварительного
расследования, ни в судебном заседании суда первой инстанции, вплоть до
окончания судебного разбирательства постановлением обвинительного приговора,
осужденный Шутов Г.Ю. не оспаривал предъявленное ему обвинение, не отказывался
от собственных признательных показаний и не подвергал сомнению их допустимость
и достоверность, не заявлял о якобы совершенном самооговоре и о якобы
примененных к нему недозволенных методах ведения следствия, а также об алиби и
о причастности иных лиц к совершению инкриминируемого ему преступления, в связи
с чем, вопреки доводам апелляционных жалоб, у органа следствия и суда первой
инстанции отсутствовали процессуальные поводы и фактические основания для
проверки, анализа и оценки подобных версий, а у судебной коллегии отсутствуют
основания для возвращения уголовного дела прокурору.
Указанные доводы были выдвинуты осужденным лишь после
вынесения в отношении него обжалуемого приговора и изложены им в апелляционных
жалобах, в обращениях в СУ СК России по Ульяновской области и к Уполномоченному
по правам человека в Ульяновской области, а также в судебном заседании
апелляционной инстанции. Эти доводы тщательно проверены судебной коллегией, в
том числе в ходе судебного следствия суда апелляционной инстанции, и своего
подтверждения не нашли.
Так, в судебном заседании апелляционной инстанции по
ходатайству прокурора были допрошены в качестве дополнительных свидетелей
оперативные уполномоченные УМВД России по Ульяновской области Е*** Д.А., А***
С.С., Б*** А.В., а также следователи-криминалисты СУ СК России по Ульяновской
области К*** В.С. и К*** Д.Р., из показаний которых в совокупности следует, что
каких-либо незаконных методов проведения оперативно-розыскных мероприятий и
ведения предварительного следствия, в том числе насилия, пыток, угроз, обмана,
введения в заблуждение, оказания иного физического и (или) психологического
воздействия в отношении Шутова Г.Ю., равно как и фальсификации содержания его
показаний и иных доказательств, по делу допущено не было.
Кроме того, судебной коллегией по ходатайству прокурора были
исследованы видеозаписи, являющиеся приложениями к протоколу допроса Шутова Г.Ю.
в качестве подозреваемого от 9 декабря 2025 года (т. 4, л.д. 122) и к протоколу
проверки показаний Шутова Г.Ю. на месте (т. 4, л.д. 144), ранее судом первой
инстанции не исследованные.
Проанализировав данные доказательства в совокупности с
иными, исследованными судом первой инстанции и приведенными в приговоре,
судебная коллегия находит несостоятельными и отвергает доводы осужденного
Шутова Г.Ю. о якобы примененных к нему недозволенных методах ведения следствия
и о якобы совершенном им в результате их применения самооговоре, которые, по
его мнению, должны повлечь признание недостоверными и недопустимыми показаний о
виновности в совершении преступления, ранее данных им при допросах в качестве
подозреваемого и обвиняемого, в ходе проверки показаний на месте и
следственного эксперимента (т. 4, л.д. 112-117, 118-121, 123-134, 136-143,
149-151, 165-167, 173-176), а также в судебном заседании суда первой
инстанции.
Приходя к таким выводам, судебная коллегия учитывает, что
при каждом из указанных следственных действий, а равно в судебном заседании
суда первой инстанции, как того требует уголовно-процессуальный закон, Шутов
Г.Ю. обеспечивался защитниками, которые были допущены к участию в деле по
собственным его заявлениям. Каждый раз Шутову Г.Ю. разъяснялись его
процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ, то есть
право не свидетельствовать против себя, отказаться от дачи каких-либо показаний
по делу, а также то, что при согласии дать показания, его показания могут быть
использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при
последующем отказе от этих показаний. Шутов Г.Ю. добровольно принимал решения о
том, дать показания или отказаться давать показания, что видно из самих
протоколов следственных действий, а равно из содержания исследованных судебной
коллегией видеозаписей. По окончании допросов, следственного эксперимента и
проверки показаний на месте Шутов Г.Ю. и его защитник знакомились с
соответствующими протоколами и подписывали их, притом указывали, что не имеют
замечаний и дополнений к их содержанию. Не противоречит требованиям закона тот
факт, что по окончании соответствующих следственных действий, сопровождавшихся
осуществлением видеозаписи, ее результаты не предъявлялись для ознакомления
осужденному и его защитнику или предъявлялись фрагментарно, учитывая, что
обусловлено это было их собственным нежеланием просматривать видеозаписи в
полном объеме, что зафиксировано как в
протоколах, так и на самих видеозаписях.
При этом судебная коллегия, исследовав видеозаписи,
являющиеся приложениями к протоколу допроса Шутова Г.Ю. в качестве
подозреваемого от 9 декабря 2025 года (т. 4, л.д. 122) и к протоколу проверки
показаний Шутова Г.Ю. на месте (т. 4, л.д. 144), убедилась, что их содержание в
полной мере соответствует содержанию соответствующих протоколов. Из
видеозаписей усматривается, что какого-либо психологического или физического
насилия к осужденному при проведении соответствующих следственных действий не
применялось, показания он давал добровольно, самостоятельно определял их
содержание.
При проведении следственных действий, а также в судебном
заседании первой инстанции осужденный и его защитники не высказывали каких-либо
жалоб на действия сотрудников органов следствия или полиции, не заявляли о
применении к нему недозволенных методов ведения следствия, о вынужденном
характере показаний, а также о самооговоре и непричастности к инкриминируемому
деянию. Напротив, в протоколах указанных следственных действий, в том числе под
видеозапись, равно как и в протоколе и аудиозаписи судебного заседания прямо
зафиксированы заявления Шутова Г.Ю. об обратном: что показания он давал
добровольно, без оказания на него давления со стороны сотрудников полиции и
органов следствия. Каких-либо телесных повреждений у Шутова Г.Ю. при проведении
с ним названных следственных действий установлено не было, о наличии таковых не
заявлял и сам осужденный ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе
судебного разбирательства, в том числе в апелляционных жалобах.
Каких-либо оснований сомневаться в соответствующей
квалификации адвокатов Мартыновой О.В. и Миридоновой С.А., защищавших Шутова
Г.Ю. в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции
соответственно, в их добросовестном и надлежащем отношении к исполнению своих
обязанностей, и, соответственно, - оснований считать нарушенным право Шутова
Г.Ю. на защиту, у судебной коллегии не имеется, соответствующие доводы
осужденного ничем не подтверждены и, напротив, опровергнуты совокупностью
изложенных выше сведений и материалами дела.
При этом судебная коллегия учитывает, что в названных
показаниях осужденный сообщал, в том числе, неизвестные на тот момент органу
следствия сведения и подробности, достоверность которых затем была подтверждена
доказательствами, полученными в ходе иных следственных действий, что
опровергает доводы апелляционных жалоб о самооговоре осужденного и
фальсификации содержания его показаний по придуманной сотрудниками
правоохранительных органов версии.
Таким образом, доводы защиты о вынужденном самооговоре
Шутова Г.Ю., сделанном под воздействием примененного к нему сотрудниками
правоохранительных органов психического и физического насилия, иных незаконных
методов ведения следствия, не нашли какого-либо подтверждения в ходе проверки
судебной коллегией доводов апелляционных жалоб.
При таких обстоятельствах судебная коллегия, как и суд
первой инстанции в приговоре, приходит к выводу, что показания Шутова Г.Ю. при
допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, в ходе проверки показаний на
месте и следственного эксперимента (т. 4, л.д. 112-117, 118-121, 123-134,
136-143, 149-151, 165-167, 173-176), а также в судебном заседании суда первой
инстанции, были даны им добровольно, в условиях, исключающих какое-либо незаконное
постороннее воздействие на него и, как следствие, - на содержание его
показаний, при полном соблюдении требований уголовно-процессуального
законодательства и при соблюдении его права на защиту, а потому предусмотренных
ст. 75 УПК РФ оснований для признания соответствующих показаний недопустимыми
доказательствами, вопреки доводам апелляционных жалоб, не имеется.
То обстоятельство, что осужденный, будучи обеспечен
надлежащим образом квалифицированной защитой, заблуждался относительно правил
УК РФ об истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности, что
наряду с заявленными им муками совести могло повлиять на его решение по
прошествии длительного времени после события преступления признаться в его
совершении, также не свидетельствует о нарушениях УПК РФ при получении
соответствующих признательных показаний, не влечет по смыслу ст. 75 УПК РФ
признание их недопустимыми и не подвергает сомнению их достоверность.
Оценивая же показания Шутова Г.Ю., данные им при допросах в
качестве подозреваемого и обвиняемого, в ходе проверки показаний на месте и
следственного эксперимента (т. 4, л.д. 112-117, 118-121, 123-134, 136-143,
149-151, 165-167, 173-176), а также в судебном заседании суда первой инстанции,
в совокупности с другими доказательствами по делу с точки зрения их
достоверности и достаточности, судебная коллегия полностью соглашается с той
оценкой, которая дана этим и другим доказательствам судом первой инстанции, и в
обоснование которой в приговоре приведены убедительные мотивы в аспекте соблюдения
требований ст. 7, 8, 14, 15, 17, 73, 85-88 УПК РФ.
При этом исследованные в судебном заседании апелляционной
инстанции по ходатайству защиты показания свидетеля М*** К.Н. (т. 2, л.д.
122-124, 223-224), сведения о соединениях абонентов (т. 2, л.д. 90-92),
заключения экспертов (т. 5, л.д. 44-46, 49-52, 68-73, 76-79, 94-98), вопреки
доводам апелляционных жалоб, не подвергают сомнению правильность выводов суда
первой инстанции относительно виновности осужденного, которая обоснованно
установлена на основании достаточной совокупности относимых, допустимых и
достоверных доказательств, исследованных судом первой инстанции.
На основании изложенного судебная коллегия отвергает и
доводы осужденного о причастности иных лиц к совершению инкриминируемого ему
преступления, а также о наличии у него алиби, притом что фактически в
апелляционных жалобах каких-либо сведений об алиби осужденного в том понятии,
которое предусмотрено п. 1 ст. 5 УПК РФ, не содержится, так как и в них он не
отрицал, что находился в квартире по адресу: г. Ульяновск, ул. Г*** д. ***, кв.
***, в период с 21 часа 17 ноября 2013 года до 3 часов 18 ноября 2013 года, а
более точное время совершения преступления следствием и судом не
установлены.
Таким образом, проанализировав представленные доказательства
и доводы защиты, в том числе изложенные в апелляционных жалобах, судебная
коллегия приходит к выводу, что материалы уголовного дела не содержат
каких-либо доказательств того, что потерпевший Г*** С.А. получил какие-либо из
телесных повреждений, обнаруженных при исследовании его трупа, не в результате
действий осужденного Шутова Г.Ю., а вследствие действий иных лиц или других
причин, либо что их причинение не охватывалось умыслом осужденного.
Трактовка событий инкриминируемого осужденному деяния в том
виде, в каком она представлена защитой в апелляционных жалобах и в судебном
заседании апелляционной инстанции, не может быть признана обоснованной,
поскольку противоречит исследованным в ходе судебного разбирательства
доказательствам, правильная оценка которым дана в приговоре.
При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционных
жалоб, оснований для вынесения в отношении Шутова Г.Ю. оправдательного
приговора и, соответственно, для отмены обжалуемого обвинительного приговора, -
не имеется.
Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о
виновности Шутова Г.Ю. в совершении инкриминируемого деяния и правильно
квалифицировал действия осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное
причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по
неосторожности смерть потерпевшего.
Давая юридическую оценку действиям Шутова Г.Ю., верно
признанным доказанными, суд, исходя из способа совершения преступления,
характера, локализации и количества нанесенных осужденным потерпевшему ударов,
правильно установил, что умысел Шутова Г.Ю. был направлен на причинение Г***
С.А. тяжкого вреда здоровью, и что причинение всего комплекса обнаруженных при
исследовании трупа потерпевшего телесных повреждений состоит в
причинно-следственной связи с умышленными действиями осужденного.
При квалификации действий осужденного суд осуществил
разграничение совершенного им деяния с состоянием необходимой обороны, а также
со смежными составами преступлений, изложив в приговоре убедительные мотивы
своих выводов в этой части, с обоснованностью которых соглашается и судебная
коллегия.
Выводы суда о том, что оснований для освобождения Шутова
Г.Ю. от уголовной ответственности или от наказания за совершенное им деяние не
имеется, что исправление осужденного и достижение иных целей уголовного
наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, возможно только при назначении ему
реального лишения свободы, в приговоре мотивированы, не согласиться с ними у
судебной коллегии оснований не имеется.
При назначении наказания суд руководствовался требованиями
ст. 6, 43, 60 УК РФ, а именно
учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные
о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние наказания
на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, материалы дела,
характеризующие личность осужденного, исследованы полно, всесторонне и
объективно, при этом необоснованных отказов осужденному и его защитнику в
приобщении к делу и исследовании соответствующих материалов не допущено.
В качестве смягчающих наказание осужденному обстоятельств
суд верно учел: признание вины и раскаяние в содеянном; явку с повинной;
активное способствование раскрытию и расследованию преступления; состояние
здоровья осужденного и его близких родственников; принесение извинений
потерпевшей за содеянное; занятость в общественно-полезном труде.
Отягчающих наказание обстоятельств суд правильно не
усмотрел.
Свои выводы о необходимости применения положений ч. 1 ст. 62
УК РФ при назначении наказания, о невозможности назначения наказания, не
связанного с реальным лишением свободы, а также об отсутствии достаточных
оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК
РФ, суд обосновал и мотивировал в приговоре должным образом, в связи с чем
судебная коллегия с выводами суда в указанной части также соглашается.
Вопросы о мере пресечения, исчислении срока отбывания
наказания, зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы,
вещественных доказательствах, гражданских исках, за исключением вносимых
судебной коллегией изменений, решены в приговоре верно.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, изложенное в приговоре
решение о взыскании с Шутова Г.Ю. в доход федерального бюджета РФ
процессуальных издержек в сумме 14 370 рублей, затраченных на оплату труда его
адвоката Мартыновой О.В., действовавшей в ходе предварительного расследования по
назначению следователя, также в полной мере соответствует закону и отмене или
изменению не подлежит.
Как следует из материалов дела, адвокат Мартынова О.В. при
окончании предварительного расследования обратилась с заявлением к следователю
о выплате ей денежного вознаграждения в размере 14 370 рублей за шесть рабочих
дней участия в уголовном деле в качестве защитника Шутова Г.Ю. по назначению
следователя, которое было полностью удовлетворено постановлением следователя от
23 января 2026 года (т. 5, л.д. 240), вынесенным в соответствии с Положением о
возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному
делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского
дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований
Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденным постановлением
Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2012 года № 1240, при этом
указанная денежная сумма отнесена к процессуальным издержкам по уголовному
делу.
Материалами уголовного дела подтвержден факт участия
адвоката Мартыновой О.В. в следственных и процессуальных действиях по делу,
указанных ею в заявлении, а следователем в постановлении, при этом размер
вознаграждения определен в соответствии с приведенным выше Положением.
Принимая
решение о взыскании в доход федерального бюджета с осужденного Шутова Г.Ю.
указанной денежной суммы в размере 14 370 рублей в качестве возмещения средств,
затраченных на оплату труда его адвоката за оказание им юридической помощи в уголовном
судопроизводстве по назначению, суд обоснованно руководствовался требованиями
чч. 1-6 ст. 132 УПК РФ, согласно которым: процессуальные издержки взыскиваются
с осужденных или возмещаются за счет средств федерального
бюджета; суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за
исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, когда
подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был
удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, или в случае
реабилитации лица; процессуальные издержки возмещаются за счет
средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица; суд
вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных
издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц,
которые находятся на иждивении осужденного.
Суд,
вопреки доводам апелляционной жалобы, правильно установил, что предусмотренных
ст. 132 УПК РФ оснований, которые позволяли бы полностью или частично
освободить Шутова Г.Ю. от уплаты процессуальных издержек, не имеется:
осужденный выражал согласие на осуществление его защиты в ходе предварительного
расследования адвокатом Мартыновой О.В. по назначению следователя; об отказе от
данного конкретного защитника или от защитника в целом в ходе предварительного
расследования не заявлял; материальное положение осужденного, его возраст,
трудоспособность с учетом состояния здоровья и возможность получения заработка
в дальнейшем не свидетельствуют о его имущественной несостоятельности;
иждивенцев осужденный не имеет.
Судебная
коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, так как они основаны на
правильно установленных фактических обстоятельствах, подтвержденных материалами
дела, соответствуют требованиям ст. 131, 132 УПК РФ, а также разъяснениям
Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в постановлении от 19 декабря 2013 года
№ 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках
по уголовным делам».
Вопреки доводам апелляционной жалобы, из материалов
уголовного дела следует, что адвокат Мартынова О.В. не бездействовала в ходе
предварительного расследования, а активно, на должном профессиональном уровне и
в полном соответствии с требованиями действующего законодательства осуществляла
защиту Шутова Г.Ю., оказывала ему квалифицированную юридическую помощь.
Вместе
с тем приговор подлежит изменению в соответствии со ст. 389.15-389.18 УПК РФ,
ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим
обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции,
существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного
применения уголовного закона и несправедливости приговора.
В соответствии со ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с
нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые
доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу
обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств,
предусмотренных ст. 73 УПК РФ. К
недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого,
данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие
защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные
подозреваемым, обвиняемым в суде.
Суд сослался в приговоре в
качестве доказательств на показания Шутова Г.Ю. в протоколах явок с повинной
(т. 4, л.д. 98-100, 101-103), что на момент вынесения приговора не
противоречило требованиям ст. 75 УПК РФ, так как в суде первой инстанции эти
показания подтверждались осужденным.
Однако в апелляционных жалобах и
в судебном заседании апелляционной инстанции, то есть до момента вступления
приговора в законную силу, Шутов Г.Ю. изменил позицию и заявил о недопустимости
указанных показаний, данных в отсутствие защитника, то есть не подтвердил их.
В связи с этим в соответствии с требованиями ст. 75, 297,
307 УПК РФ подлежат исключению из обвинительного приговора ссылки в качестве
доказательств на показания Шутова Г.Ю. в протоколах явок с повинной (т. 4, л.д.
98-100, 101-103).
При этом в связи с изложенным и в соответствии с ч. 1 ст. 75
УПК РФ судебная коллегия не принимает во внимание при вынесении апелляционного
определения исследованную в судебном заседании апелляционной инстанции по
ходатайству прокурора видеозапись, являющуюся приложением к протоколу явки с
повинной Шутова Г.Ю. от 9 декабря 2025 года (т. 4, л.д. 103), и не основывает
на ней своих выводов.
В то же время исключение
указанных доказательств из приговора не ставит под сомнение выводы суда о
виновности осужденного, которая установлена на основе достаточной совокупности
иных доказательств, которые приведены в приговоре и являются допустимыми, а
также новых доказательств, исследованных судом апелляционной инстанции, а
потому допущенное судом первой инстанции нарушение не влечет отмену приговора.
В силу положений п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ
противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом
для преступления, признается смягчающим наказание обстоятельством.
Отказывая в признании этого обстоятельства смягчающим, суд в
приговоре указал, что в сложившейся обстановке на месте происшествия Шутов Г.Ю.
был абсолютно свободен в выборе линии поведения, в том числе и отличной от той,
которую он избрал (применение насилия к Г*** С.А.), мотивом преступления
явилась личная неприязнь, сложившаяся у осужденного к потерпевшему в ходе
совместного распития спиртных напитков, со стороны потерпевшего не было
какого-либо посягательства на жизнь, здоровье подсудимого либо на его
имущество.
Однако изложенные в приговоре выводы суда не опровергают
доводов осужденного о том, что именно противоправное поведение потерпевшего
явилось поводом для совершения им преступления, и противоречат фактическим
обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а именно
показаниям Шутова Г.Ю., согласно которым: с потерпевшим он был знаком с детства,
отношения между ними были дружеские, однако в ходе распития спиртного Г*** С.А.
стал оскорблять его, говорить, что он сидел неправильно, то есть был «петухом»;
так как ранее Шутов Г.Ю. был судим и отбывал наказание в местах лишения
свободы, то слова Г*** С.А. его очень сильно оскорбили, он попросил Г*** С.А.
успокоиться и перестать оскорблять его, но тот не отреагировал; осужденный не
выдержал оскорблений потерпевшего, и между нами началась драка, в ходе которой
первый удар Г*** С.А. он нанес кулаком в область лица; так как слова Г*** С.А.
его очень сильно оскорбили, то он хотел причинить ему вред здоровью, в связи с
чем и наносил удары руками и ногами по телу и голове потерпевшего.
Данные показания Шутова Г.Ю. не опровергнуты, они признаны
судом достоверными и приняты за основу при вынесении приговора.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание требования
ч. 3 ст. 14 УПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что именно указанное
противоправное поведение потерпевшего явилось поводом для преступления,
поскольку оскорбление - это унижение чести и достоинства другого лица,
выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и
нравственности форме.
В
связи с этим судебная коллегия признает в качестве предусмотренного п. «з» ч. 1
ст. 61 УК РФ обстоятельства, смягчающего наказание Шутову Г.Ю.,
противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.
Непризнание
указанного обстоятельства смягчающим наказание судом первой инстанции,
явившееся следствием несоответствия выводов, изложенных в приговоре,
установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, свидетельствует о
неправильном применении уголовного закона, повлекшем несправедливость
приговора.
Пленум
Верховного Суда РФ в п. 18 постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О
судебном приговоре» разъяснил, что, если суд установил обстоятельства
преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении,
но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, противоправность или
аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти
обстоятельства должны быть приведены при описании деяния подсудимого.
Учитывая установленное обстоятельство преступления, не
нашедшее отражения в предъявленном осужденному обвинении и в приговоре, но
признанное смягчающим судом апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает
необходимым дополнить описание преступного деяния указанием на противоправность
поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.
Вносимые в приговор изменения, улучшающие положение
осужденного, влекут смягчение
назначенного ему наказания за преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ,
и уменьшение размера компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
взысканной с осужденного в пользу потерпевшей С*** В.Н.
При этом каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств,
не учтенных судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.
Кроме
того, в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора суд сослался
на п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в качестве основания для зачета Шутову Г.Ю. в
срок лишения свободы времени содержания под стражей, что свидетельствует о
неправильном применении ст. 9 и 10 УК РФ, согласно которым преступность и
наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время
совершения этого деяния, а обратную силу, то есть распространение на лиц,
совершивших соответствующие деяния до вступления нового закона в силу, имеет
только такой уголовный закон, который устраняет преступность деяния, смягчает наказание
или иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.
П.
«а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, предусматривающий, что время содержания лица под
стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев,
предусмотренных чч. 3.2 и 3.3 ст. 72 УК
РФ, из расчета один день за один день отбывания наказания в тюрьме либо
исправительной колонии строгого или особого режима, введен Федеральным законом от 3 июля 2018
года № 186-ФЗ.
На
момент совершения рассматриваемого преступления, то есть на 17-18 ноября 2013
года, относительно данного вопроса действовала ч. 3 ст. 72 УК РФ (в ред.
Федерального закона от 7 декабря 2011
года № 420-ФЗ), согласно которой время содержания лица под стражей до судебного
разбирательства засчитывалось в срок лишения свободы из расчета один день за
один день.
Таким
образом, положения п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 3 июля 2018 года
№ 186-ФЗ) не улучшают положение Шутова Г.Ю., а потому при вынесении приговора
суду следовало применить ч. 3 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011
года № 420-ФЗ), что соотносится и с разъяснениями Президиума Верховного Суда
РФ, утвержденными 31 июля 2019 года («Ответы на вопросы, поступившие из судов,
по применению положений статьи 72 УК РФ», вопрос и ответ 14).
Судебная
коллегия полагает необходимым внести соответствующие изменения в приговор.
Других
существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного
применения уголовного закона или несправедливости приговора, несоответствия
выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного
дела, установленным судом первой инстанции, влекущих отмену приговора или
внесение в него иных изменений, помимо указанных выше, судебной коллегией,
вопреки доводам апелляционных жалоб, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13,
389.15-389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Засвияжского районного суда г. Ульяновска от 19
февраля 2026 года в отношении осужденного Шутова Георгия Юрьевича изменить:
- исключить ссылки в качестве доказательств на показания
Шутова Г.Ю. в протоколах явок с повинной (т. 4, л.д. 98-100, 101-103);
-
дополнить описание преступного деяния указанием
на противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для
преступления;
-
признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Шутову Г.Ю.,
противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления;
-
смягчить назначенное Шутову Г.Ю. по ч. 4 ст. 111 УК РФ наказание в виде лишения
свободы до 8 лет 6 месяцев;
-
уменьшить размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
взысканной с Шутова Г.Ю. в пользу С*** В.Н., до 950 000 рублей;
- исключить ссылки на п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в качестве
основания для зачета Шутову Г.Ю. в срок лишения свободы времени содержания под
стражей, считать правильным зачет в срок лишения свободы времени содержания
Шутова Г.Ю. под стражей в период с 9 декабря 2025 года до вступления приговора
в законную силу на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011
года № 420-ФЗ) - из расчета один день за один день.
В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные
жалобы - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в
кассационном порядке по правилам гл. 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по
уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи
кассационной жалобы или представления:
- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу
итогового судебного решения, а содержащимся под стражей осужденным - в тот же
срок со дня вручения ему копии такого вступившего в законную силу судебного
решения, - через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.
401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;
- по истечении вышеуказанного срока - непосредственно в суд
кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК
РФ порядке.
Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении
уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи