УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0006-01-2025-000838-48
Судья Челбаева
Е.С. Дело № 33-2429/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 05 мая 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Богомолова С.В.,
судей Федоровой
Л.Г., Резовского Р.С.
при секретаре Герасимове
А.В.
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «ОМК
Стальной путь» на решение Барышского городского суда Ульяновской области от 02
февраля 2026 года по гражданскому делу № 2-44/2026, по которому постановлено:
акционерному
обществу «ОМК Стальной путь» в удовлетворении иска к Мельникову Дмитрию
Александровичу о взыскании материального ущерба, о возмещении судебных расходов
отказать.
Заслушав доклад
судьи Федоровой Л.Г., выслушав пояснения представителя АО «ОМК Стальной путь»
Колесниковой М.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, пояснения
Мельникова Д.А., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
акционерное общество
«ОМК Стальной путь» обратилось в суд с иском к Мельникову Д.А. о взыскании
материального ущерба.
Требования
мотивированы тем, что Мельников Д.А. в период с 10.10.2024 по 22.10.2025
работал в *** в качестве ***. 07.02.2025 с ним был заключен договор о полной
индивидуальной материальной ответственности №***, согласно которому ответчик
принял на себя обязательство за недостачу вверенного ему работодателем
имущества, в частности, за склад КРУ. На основании проведенной годовой
инвентаризации в депо Ульяновск по состоянию на 21.05.2025, выявлена недостача
64-х колец внутренних подшипника 3ГР 30-232726, 32-х колец внутренних подшипника 4ГР 30-42726,
80-ти колец лабиринтных 5717-11.40.00.012, 118-ти пластин LNMX-301940 VT323 на общую сумму, рассчитанную, исходя из
рыночной стоимости 500 773 руб. 28 коп.
Таким образом, виновными действиями ответчика, не обеспечившего
сохранность товарно-материальных ценностей, АО «ОМК Стальной путь» причинен материальный ущерб.
Истец просил
взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба, причиненного работником при
исполнении трудовых обязанностей 500 773 руб. 28 коп., расходы по оплате
государственной пошлины в сумме 15 015
руб.
Рассмотрев
заявленные требования по существу, суд постановил приведенное выше решение.
В апелляционное
жалобе АО «ОМК Стальной путь» просит отменить
решение суда и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых
требований в полном объеме.
В обоснование
доводов жалобы выражает несогласие с выводами суда об отсутствии оснований для
удовлетворения заявленных требований. Отмечает, что факт принятия ответчиком
товарно-материальных ценностей подтвержден документально. Ссылаясь на п.1.1
договора о полной индивидуальной материальной ответственности №*** от
07.02.2025, указывает, что работник принял на себя полную материальную
ответственность за недостачу вверенного имущества. Акт вверенного имущества по
состоянию на 31.01.2025 был подписан ответчиком собственноручно. Более того,
ответчик впоследствии неоднократно получал ТМЦ по требованиям-накладным, а
также подтвердил наличие спорных товаров по складу от 15.05.2025 с
использованием своей электронной подписи. Обращает внимание на нарушение и
неправильное применение судом норм материального права. Считает, что истцом были
созданы условия для обеспечения сохранности имущества. Сам факт наличия
договора о полной материальной ответственности предполагает, что работник
обязуется обеспечить сохранность вверенного ему имущества лично, и бремя
доказывания выбытия имущества помимо его воли лежит на нем. Суд фактически
освободил ответчика от доказывания отсутствия его вины, переложив на истца
бремя доказывания абсолютной изоляции склада, что не основано на законе. Суд не указал, какую именно норму права
нарушил работодатель, и какие достаточные меры он должен был предпринять.
Отмечает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для
дела и выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Указывает, что суд не
принял во внимание, что показания свидетелей противоречивы и не согласуются с
письменными доказательствами. Бездействие
ответчика по надлежащему оформлению приема-передачи, свидетельствует о его
вине. Суд, не запросил дополнительные документы (фото склада, схемы, ведомости
выдачи ключей), ограничился субъективными показаниями свидетелей, которые не
были проверены на предмет их соответствия действительности.
В возражениях на
апелляционную жалобу Мельников Д.А. просит решение суда оставить без изменения,
апелляционную жалобу без удовлетворения.
Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает
дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях
относительно жалобы.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия
приходит к следующему.
Как следует из
материалов дела и установлено судом первой инстанции, 10.10.2024 между АО «ОМК
Стальной путь» и Мельниковым Д.А. был заключен трудовой договор № ***, в
соответствии с которым ответчик был принят на работу в качестве *** (л.д. 20,
21-26, т.1).
На основании приказа
АО «ОМК Стальной путь» №*** от
22.10.2025 Мельников Д.А. был уволен 22.10.2025 по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (л.д. 28, т.1).
07.02.2025 между АО «ОМК Стальной путь» и Мельниковым
Д.А. был заключен договор №*** о полной индивидуальной материальной
ответственности, в соответствии с которым работник принял на себя полную
материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем
имущества в соответствии с Приложением №1 к настоящему договору, а также за
ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам
(л.д. 30-31, т.1).
Истцом представлен
суду Акт вверенного имущества по состоянию на 31.01.2025 (Ульяновск, склад
КРУ), подписанный материально-ответственным лицом Мельниковым Д.А. В перечне
имущества указаны, в числе прочего, 56 колец внутренних подшипника 3ГР
30-232726, 32 кольца внутреннего
подшипника 4ГР 30-42726, 82 кольца лабиринтного 5717-11.40.00.012, 91 пластина LNMX-301940 VT323 (л.д. 32-40, т.1).
Как установил суд в
период с 07.02.2025 по 15.05.2025 происходило движение (перемещение) указанных
запчастей (л.д. 56-81, т.1).
В соответствии с
сальдо по складу на конец периода № *** от 15.05.2025 по складу КРУ значилось
64 кольца внутреннего подшипника 3ГР 30-232726, 32 кольца внутреннего подшипника
4ГР 30-42726, 98 колец лабиринтных 5717-11.40.00.012, 140 пластин LNMX-301940 VT323 (л.д.82-90, т.1).
В соответствии с
приказом руководителя АО «ОМК Стальной путь» №*** от 24.02.2025 (л.д. 41-44,
т.1), распоряжением начальника депо Ульяновск №6000/24-РАХД-4/25/7 от
17.04.2025 (л.д. 45-46, т.1),
распоряжением начальника депо Ульяновск №*** от 22.05.2025 (л.д. 47-48,
т.1) проведена годовая инвентаризация товарно-материальных ценностей по
вагонному ремонтному депо Ульяновск по состоянию на 21.05.2025.
По результатам
инвентаризации установлена недостача по складу Ульяновск КРУ - 64-х колец внутренних подшипника 3ГР
30-232726, 32-х колец внутренних подшипника 4ГР 30-42726, 80-ти колец
лабиринтных 5717-11.40.00.012, 118-ти пластин LNMX-301940 VT323 на общую сумму 500 773 руб. 28 коп. (л.д.
51, 168-184, 192, т.1).
Истец, ссылаясь на
причинение ответчиком материального ущерба работодателю, обратился в суд с
настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой инстанции правильно
установил характер спорных правоотношений, закон, подлежащий применению,
руководствуясь которым, пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении
требований АО «ОМК Стальной путь».
Вывод суда мотивирован, оснований не
соглашаться с ним судебная коллегия не усматривает.
Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской
Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой
действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с
работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается
реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния
указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у
работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого
имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо
излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение
ущерба, причиненного работником третьим лицам.
К ущербу могут быть отнесены недостача и
порча ценностей, расходы на ремонт испорченного имущества, штрафные санкции за
неисполнение хозяйственных обязательств, суммы оплаты вынужденного прогула
работника или работников, выплаченные работодателем по вине другого работника.
Общие условия наступления материальной
ответственности работника отражены в ст.233 Трудового кодекса Российской
Федерации, согласно которой материальная ответственность стороны трудового
договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в
результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия),
если иное не предусмотрено настоящим Кодексом
или иными федеральными законами.
Каждая из сторон трудового договора обязана
доказать размер причиненного ей ущерба.
В силу ст.242 Трудового кодекса Российской
Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его
обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в
полном размере.
Материальная ответственность в полном размере
причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных
настоящим Кодексом
или иными федеральными законами.
Статьей 244 Трудового кодекса Российской
Федерации в качестве основания для возложения на работников полной материальной
ответственности за недостачу вверенных им товарно-материальных ценностей
предусмотрено наличие заключенных между этими работниками и их работодателями
письменных договоров о полной индивидуальной или коллективной (бригадной)
материальной ответственности.
Письменные договоры о полной индивидуальной
или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой
статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении
работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного
работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста
восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные,
товарные ценности или иное имущество (часть 1 статьи 244 Трудового кодекса
Российской Федерации).
Перечни работ и категорий работников, с
которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих
договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской
Федерации (часть 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 247 Трудового кодекса
Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными
работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера
причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки
работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих
специалистов.
Истребование от работника письменного
объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным.
В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения
составляется соответствующий акт.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися
в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 52 от
16.11.2006 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную
ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» именно на
работодателя возлагается обязанность доказать наличие обстоятельств, имеющих
существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба, а
именно: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность
работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя
вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением
работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер
причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной
материальной ответственности.
Из приведенных правовых норм трудового
законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по
их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для
наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю
ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя,
противоправность поведения (действия или бездействия) работника,
причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и
причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.
При этом бремя доказывания наличия
совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который
до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести
проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для
установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины
работника в причинении ущерба.
Судом первой
инстанции было установлено, что акт вверенного Мельникову Д.А. имущества по состоянию
на 31.01.2025 был подписан ответчиком без проведения предварительной
инвентаризации, что работодателем не оспорено.
Из объяснительной
Мельникова Д.А. от 29.05.2025 в адрес
и.о.начальника депо Ульяновска следует, что
в ходе проведения годовой инвентаризации по состоянию на 21.05.2025 выявлена
недостача, данные расхождения образовались из-за несвоевременного списания в системе «1С предприятие» предыдущим
руководством, склад он не принимал (л.д.55, т.1).
Из объяснительной
Мельникова Д.А. от 06.10.2025 в адрес АО
«ОМК Стальной путь» следует, что за 2024 год до его трудоустройства, в
должности *** работало 2-3 человека, которые не производили списание. Сальдо по
складу 15.05.2025 подписал по требованию руководства (л.д.18-19, т.1).
Судом первой
инстанции были допрошены свидетели, в частности Т*** Д.М. *** АО «ОМК Стальной
путь», который пояснил, что ответчик находился в его подчинении, подотчетные
материальные ценности Мельникову Д.А. от предыдущего мастера не передавались,
ревизия не проводилась.
Свидетель Ф*** О.С. ***
АО «ОМК Стальной путь» поясняла суду, что в начале 2025 года руководство дало
поручение составить типовые договоры о полной индивидуальной материальной
ответственности, которые должны заключаться с мастерами производственных
участков, в том числе и с Мельниковым Д.А. Экономист сделала выгрузку склада через программу «1С
предприятие» и акт был приложен к данному договору, но фактически экономист не
видела склад и его содержимое, инвентаризация по передаче материально-
ответственным лицам ТМЦ не проводилась, ей известно, что ответчик заявлял об
отсутствии на складе части материальных ценностей, которые были указаны в акте.
Фактически все храниться на двух общих складах, соответственно Мельников Д.А.
не мог повлиять в полной мере на сохранность вверенных ему деталей, поскольку
на склад доступ не только у него.
Свидетель Д*** Л.В.,
работающая в должности *** поясняла, что
все, что поступает в их подразделение, фактически хранится на ее складе,
возможно недостача на складе КРУ
образовалась по причине несвоевременного списания.
Свидетель П*** Н.Е.
поясняла, что работала в должности *** с ноября 2024 года по июль 2025 года,
поскольку первое время у них не было программиста, то она пользовалась паролями мастеров, но это
продолжалось недолго, буквально несколько дней, со слов Мельникова Д.А. ей
известно, что склад КРУ он принял без инвентаризации.
Свидетель К*** С.Д.
пояснял, что работал в должности *** с ноября 2024 года по октябрь 2025 года, в
цехе КРУ есть кладовое помещение, но там больше хранятся бракованные детали,
мелкие детали Мельников Д.А. нигде не хранил, пластины, лабиринтовые кольца он
брал по необходимости и сразу отдавал их токарю в работу, а использованные
детали сдавал, когда мастера не было, то
детали выписывал он (бригадир). В кладовой стоит большой компрессор, за
которым есть дверь, которая большую часть времени открыта. Когда Мельников Д.А.
находился на больничном, его обязанности выполнял *** Ф***.
Свидетель С*** М.В. поясняла, что работала в должности ***
по снабжению с 2019 года по апрель 2025 года, когда она первый раз проверила
остатки по складу, остаток был большой именно по расходным материалам, но
такого быть не должно, фактически остатки она не проверяла.
Таким образом, тот
факт, что товарно-материальные ценности ответчику фактически не передавались,
подтвердили в суде первой инстанции свидетели Т*** Д.М., Ф*** О.С., П***а Н.Е.
Более того, Ф*** О.С. показала, что при подписании акта Мельников Д.А. заявлял
об отсутствии на складе части ценностей, которые были указаны в акте.
Проанализировав
показания свидетелей, суд первой инстанции установил, что на пять складов
Ульяновского депо вагонно-ремонтного участка имелось всего два здания. Вход в
здание, где числился склад КРУ, осуществлялся свободно. Помещение, где
хранились товарно-материальные ценности, числящиеся за Мельниковым Д.А.,
изолировано не было, в него имели доступ иные лица, паролем Мельникова Д.А. для
работы в программе «1С предприятие» по складу КРУ пользовались и иные
сотрудники предприятия, а акт вверенного
имущества по состоянию на 31.01.2025, на который ссылается истец как на
доказательство того, что ответчику были вверены товарно-материальные ценности,
в указанном в нем количестве и указанных наименований, таковым не является,
представляет собой сведения из программы «1С предприятие», фактическое наличие
на складе указанных товарно-материальных ценностей не проверялось и не
устанавливалось, что стороной истца не опровергнуто.
В представленных документах отсутствует информация
о том, в какие периоды времени формировалась недостача и каким образом она
связана с действиями или бездействием
ответчика.
В материалах дела отсутствуют сведения о
полном комплекте приходно-расходных документов на момент проведения проверки, а
также отсутствуют доказательства передачи конкретных товаров под
ответственность ответчика, что и делает невозможным установление факта вверения
товаров конкретным работникам.
Таким образом,
истцом как работодателем, не доказана необходимая совокупность условий, дающих
основание для возложения на Мельникова Д.А. материальной ответственности за
причиненный ущерб, в том числе, не доказано наличие его вины в причинении
ущерба и причинно-следственная связь между поведением ответчика и наступлением
последствий в виде причинения истцу ущерба.
Разрешая заявленные требования, суд первой
инстанции, руководствуясь положениями статей 233, 238, 242, 243, 244, 247
Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пунктах 4, 8
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52
«О применении судами законодательства, регулирующего материальную
ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», оценив
представленные сторонами доказательства, в соответствии с положениями статей
56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив,
что обстоятельства, в соответствии с которыми истец полагает виновным ответчика
в причинении ущерба, не подтверждены совокупностью допустимых доказательств, а
также учел отсутствие допустимых доказательств, подтверждающих обеспечение
работодателем сохранность имущества, вверенного ответчику, учитывая, что
свободный доступ к данному имуществу имелся и у других работников,
соответственно оснований утверждать, что недостача произошла по вине ответчика
не имеется, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения
заявленных исковых требований.
Обстоятельств, свидетельствующих о том, что
вред причинен бездействием работника, при наличии вины в невыполнении своих должностных
обязанностей, отсутствия контроля за вверенным ему имуществом и надлежащего
учета товарно-материальных ценностей, судом в ходе судебного разбирательства не
установлено.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда
первой инстанции, поскольку суд, руководствуясь нормами действующего трудового
законодательства, правильно определил юридически значимые обстоятельства;
данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными
доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями
ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; выводы суда
соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при
разрешении данного спора судом применены верно, нарушений норм процессуального
права судом не допущено, оснований для иной оценки доказательств нет, поэтому
доводы жалобы не состоятельны.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства,
на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если
иное не предусмотрено федеральным законом.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, бремя
доказывания обстоятельств причинения материального ущерба работодателю и вины в
этом работника, возложено именно на работодателя.
Каких-либо доказательств, опровергающих
выводы суда и свидетельствующих о неправильном применении норм
законодательства, доводы жалобы не содержат, в связи с чем они не могут явиться
основанием для отмены решения суда.
Судом, в том числе правильно установлены
обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника -
неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для
хранения имущества, вверенного работнику, что признается законодателем
самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований
согласно статье 239 Трудового кодекса, с учетом разъяснений, изложенных в абзаце
третьем пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от
16.11.2006 № 52.
Как следует из материалов дела приходные и
расходные документы; товарные и товарно-транспортные накладные, документы о
движении материальных ценностей, которые возможно было сопоставить с данными
бухгалтерского учета истцом не представлены, а из представленных в материалы
дела документов не усматривается каким образом определен истцом размер
заявленного ущерба, с учетом того, что сведений о проведении
инвентаризации до 2025 года в материалах дела не представлено.
В суде апелляционной инстанции представитель
истца подтвердила тот факт, что при составлении акта вверенного имущества по
состоянию на 31.01.2025 инвентаризация не проводилась, фактическое наличие
имущества не проверялось. Не представлено стороной истца и доказательств
проведения инвентаризации в 2024 году.
Вопреки доводам апелляционной жалобы истца наличие прямой
причинной связи между действиями Мельникова Д.А. и наступившими
неблагоприятными последствиями в виде причинения материального ущерба
работодателю АО «ОМК Стальной путь»
материалами дела не подтверждается.
Доводы апелляционной жалобы о
противоречивости показаний свидетелей допрошенных судом первой инстанции
являются необоснованными и по существу направлены на переоценку исследованных
судом доказательств. Существенных противоречий, которые могут повлечь отмену
судебного постановления, в показаниях
свидетелей не установлено, им дана оценка в совокупности с другими
доказательствами по делу.
В целом доводы, изложенные в апелляционной
жалобе, не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при
рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для принятия судебного акта
по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо
опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной
коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения
суда.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
определила:
решение Барышского городского суда
Ульяновской области от 02 февраля 2026 года оставить без изменения,
апелляционную жалобу акционерного общества «ОМК Стальной путь» – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Барышский городской суд Ульяновской
области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное
определение изготовлено 20 мая 2026 года.