УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Иренева
М.А. 73RS0013-01-2025-003888-33
Дело № 33-1046/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
16 июня 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Карабанова А.С.,
судей Самылиной
О.П., Шлейкина М.И.,
при секретаре
Леонченко А.П.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя Федоровой Веры
Сергеевны – Пьянзиной Надежды Николаевны на решение Димитровградского
городского суда Ульяновской области от 22 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 17 ноября
2025 года, по гражданскому делу № 2-2106/2025, по которому постановлено:
в удовлетворении
исковых требований Федоровой Веры Сергеевны к Ишмаеву Андрею Юрьевичу о
признании недействительным заявления об отказе от наследства отказать.
Заслушав доклад
судьи Карабанова А.С., выслушав пояснения представителя истца Федоровой В.С. –
Пьянзиной Н.Н., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения
представителя ответчика Ишмаева А.Ю. –Погодина Ю.Ю., просившего решение
оставить без изменения, судебная коллегия,
У С Т А Н О В И Л А :
Федорова В.С.
обратилась в суд с исковым заявлением к Ишмаеву А.Ю. о признании
недействительным заявления об отказе от наследства.
Требования
мотивированы тем, что *** умерла ее дочь
И*** , являвшаяся супругой ответчика Ишмаева А.Ю.
Смерть дочери для
истца стала сильным ударом, долгое время она не могла понять, что происходит.
Состояние ее здоровья резко ухудшилось, она проходила обследование и лечение в
стационарах, психологическое состояние было подавленное, ***.
Под влиянием
Ишмаева А.Ю. истец написала заявление нотариусу об отказе от наследства после
смерти И*** В момент подписания документов у нотариуса у нее было угнетенное
состояние.
Только в 2025 году
она поняла, что совершила большую ошибку, позволила ответчику завладеть
наследственным имуществом и распоряжаться им без ее участия. В силу физического
и психического состояния здоровья она не могла понимать значение своих действий
при составлении отказа от доли в наследстве.
С учетом
изложенного, Федорова В.С. просила признать недействительным заявление об
отказе от наследства после смерти дочери И***
Судом к участию в
деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования
относительно предмета спора, привлечены врио нотариуса нотариального округа
город Димитровград и Мелекесский район Ульяновской области Богомоловой А.С. –
Салмина Ю.В., нотариус нотариального округа город Димитровград и Мелекесский район
Ульяновской области Богомолова А.С.
Рассмотрев
заявленные требования по существу, суд принял приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе
представитель Федоровой В.С. – Пьянзина Н.Н. просит отменить решение суда. В
обоснование своей позиции ссылается на доводы искового заявления. Просит
учесть, что при подписании документов у нотариуса последствия совершения
нотариальных действий ей (Федоровой В.С.) были не понятны по причине наличия у
нее психиатрических отклонений. В экспертном заключении ее психологическое
состояние на момент подписания отказа от наследства не установлено, поскольку в
комиссию экспертов не входил врач-психолог. Факт применения к спорным
правоотношениям срока исковой давности также считает неправомерным.
В соответствии со
статьями 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть дело в
отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом
извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.
Выслушав
явившихся участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы
апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах
доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статьи 327 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов
дела, ***. умерла И*** года
рождения.
После ее смерти нотариусом
нотариального округа города Димитровграда и Мелекесского района Ульяновской
области Богомоловой А.С. заведено наследственное дело № ***.
Наследственное имущество
состоит из 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру,
расположенную по адресу: ***, 1/2 доли в праве общей долевой собственности на
земельный участок и гараж № ***, земельного участка и расположенных на нем
хозяйственных строений и сооружений по адресу: ***, денежных средств,
хранящихся на вкладах в банках.
Наследниками первой очереди по
закону после смерти И*** являются ее супруг Ишмаев А.Ю. и мать Федорова В.С.
С заявлением о принятии
наследства к нотариусу обратилась Ишмаев А.Ю. (л.д. 33).
Со своей стороны Федоровой В.С.
25 июля 2020 г. подано заявление об отказе по всем основаниям наследования от
причитающейся ей доли на наследство (л.д. 35).
Разрешая заявленный
спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в момент подачи
нотариусу заявление об отказе от наследства Федорова В.С. могла осознавать
значение своих действий и руководить ими, а также при подачи указанного
заявление нотариусом истцу были разъяснены последствия подачи заявление об
отказе от наследства, предусмотренные статьями 1157, 1158 Гражданского кодекса
Российской Федерации, в связи с чем отказа в удовлетворении заявленных
Федоровой В.С. исковых требований.
Судебная коллегия
соглашается с указанными выводами суда, поскольку они основаны на верном
применении норм материального и процессуального права.
В соответствии с
пунктом 1 статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник
вправе отказаться от наследства в пользу других лиц (статья 1158) или без
указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества.
Наследник вправе
отказаться от наследства в течение срока, установленного для принятия
наследства (статья 1154), в том числе в случае, когда он уже принял наследство
(пункт 2 статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи
1158 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наследник
вправе отказаться от наследства в пользу других лиц из числа наследников по
завещанию или наследников по закону любой очереди независимо от призвания к
наследованию, не лишенных наследства (пункт 1 статьи 1119), а также в пользу
тех, которые призваны к наследованию по праву представления (статья 1146) или в
порядке наследственной трансмиссии (статья 1156).
В силу пункта 2
статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации отказ от наследства в
пользу лиц, не указанных в пункте 1 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской
Федерации, не допускается. Не допускается также отказ от наследства с
оговорками или под условием.
Отказ от части
причитающегося наследнику наследства не допускается. Однако если наследник
призывается к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию
и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и в результате открытия
наследства и тому подобное), он вправе отказаться от наследства, причитающегося
ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям
(пункт 3 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1
статьи 1159 Гражданского кодекса Российской Федерации отказ от наследства
совершается подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному
в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство
должностному лицу заявления наследника об отказе от наследства.
Как разъяснено в
пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая
2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные
на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании
(в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа),
могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями
о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской
Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской
Федерации.
Таким образом, отказ
от наследства является односторонней сделкой. Отказ от наследства может быть
признан недействительным в предусмотренных Гражданским кодексом Российской
Федерации случаях признания сделок недействительными (ст. 168 - 179
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1
статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная
гражданином хотя и дееспособным, но находящимся в момент ее совершения в таком
состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить
ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо
иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее
совершения.
В соответствии с
пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка,
совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом
недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если
заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно
оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном
положении дел.
В силу пункта 2
статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под
влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску
потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах,
о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него
требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана
потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску
потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена
односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в
частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо
являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении
сделки.
Как следует из
материалов дела, отказ от причитающейся доли в наследстве поступил от Федоровой
В.С. в предусмотренный законом шестимесячный срок, являлся ее личным
волеизъявлением, при этом последствия того, что отказ от наследства не может
быть впоследствии изменен или взят обратно, истице были разъяснены.
Доказательств того,
что отказ от причитающейся доли в наследстве был совершен под влиянием обмана
или заблуждения стороной истца представлено не было.
Напротив, как
следует из материалов дела, совершая направленный отказ, Федорова В.С. выразила
свое волеизъявление достаточно четко и ясно.
Никаких других
обстоятельств, ставящих под сомнение волеизъявление истицы на отказ от доли в
наследстве, при рассмотрении настоящего дела не установлено.
Доводы апелляционной
жалобы о наличии у Федоровой В.С. порока волеизъявления при написании заявления
об отказе от обязательной доли в наследстве объективно ничем, кроме ее
собственных утверждений, не подтверждены.
При подписании
заявления об отказе от обязательной доли в наследстве Федоровой В.С. нотариусом
были разъяснены положения статей 1157, 1158 Гражданского кодекса Российской
Федерации.
Сомнений в
дееспособности истицы у нотариуса не возникло.
В целях проверки
доводов Васильевой В.С. о том, что в момент написания заявление об отказе от
наследства, она не могла осознавать значение своих действий и руководить ими,
судом первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 79 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации по делу была назначена
судебно-психиатрическая экспертиза.
Из заключения судебно-психиатрической
экспертизы от 01 октября 2025 г. № *** следует, что Федорова В.С. обнаруживает
признаки эмоционально-лабильного расстройства, которое проявляется ***. Степень
имеющихся нарушений не столь значительна, не сопровождается грубым дефектом
памяти, интеллектна и критических функций и не лишает ее способности осознавать
фактический характер своих действий и руководить ими в момент подписания
заявления об отказе от наследства 25 июля 2020 г. (л.д. 129-131).
Судом апелляционной
инстанции по ходатайству стороны истца по делу была назначена дополнительная
судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.
Согласно заключению
судебной дополнительной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от 27
марта 2026 г. № *** психологический анализ материалов гражданского дела и
данные исследования не выявляют у
Федоровой В.С. таких индивидуально-психологических особенностей, которые могли
бы оказать существенное влияние при подписании ею заявления от 25 июля 2020 г.
об отказе от причитающейся доли в наследстве после смерти ее дочери. В период
подписания заявления об отказе от доли в наследстве Федорова В.С. переживала
утрату. Однако острая фаза горя уже прошла (длится до 40 дней), ***. В
исследуемой ситуации Федорова В.С. могла понимать значении своих действий и
руководить ими
(л.д. 205-208).
Оценивая выводы
заключения судебной дополнительной комплексной психолого-психиатрической
экспертизы в совокупности с другими представленными по делу доказательствами,
судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для признания
оспариваемого заявления об отказе от наследства недействительным, поскольку
доказательств, что в момент его составления Федорова В.С. страдала психическим
заболеванием либо находилась в таком состоянии, которое лишало ее возможности
понимать значение своих действий и руководить ими, истцом не представлено.
Все материалы дела
были представлены экспертам, о недостаточности представленных материалов,
экспертами не заявлено.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы каких-либо доказательств, опровергающих указанные выводы
судебной экспертизы, истцом в материалы дела не представлено.
Таким образом,
доводы апелляционной жалобы о несогласии с заключением экспертов и основанных
на нем выводах суда, о недостоверности заключения судебной экспертизы не
свидетельствуют об основании выводов суда на доказательствах недопустимых и
недостоверных до степени, влекущей несоответствие выводов суда установленным
обстоятельствам дела, и ссылка истца на данные обстоятельства является
несостоятельной, выражающей несогласие с результатами произведенной судом
оценки доказательств, направленной на их переоценку, однако у судебной коллегии
оснований для иной оценки представленных доказательств не имеется.
Выводы суда первой
инстанции о пропуске Федоровой В.С. срока исковой давности также являются
правильными, поскольку об отказе от наследства и как следствие о своем
нарушенном праве, истице было известно с даты его совершения, то есть с 25 июля 2020 г., в то время как с требованиями о признании
отказа от наследства недействительным истица обратилась в суд 19 августа 2025
г., то есть по истечении годичного срока для признания сделки недействительной.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы
основаны на несогласии с оценкой суда и не содержат данных, опровергающих
выводы суда первой инстанции.
Обстоятельства дела
исследованы судом с достаточной полнотой, всем представленным сторонами
доказательствам дана надлежащая оценка. Материальный и процессуальный законы
применены судом правильно.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
решение
Димитровградского городского суда Ульяновской области
от 22 октября 2025 года, с учетом
определения об исправлении описки от 17 ноября 2025 года, оставить без
изменения, апелляционную жалобу представителя Федоровой Веры Сергеевны –
Пьянзиной Надежды Николаевны – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой
кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой
41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Димитровградский городской суд Ульяновской
области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 19 июня 2026 г.