УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0002-01-2025-005860-35
Судья Зубрилина
Е.А. Дело
№ 33-2740/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 09 июня 2026
года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Богомолова С.В.,
судей Санатулловой
Ю.Р., Федоровой Л.Г.,
при ведении
протокола помощником судьи Дементьевой Е.В.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу государственного учреждения
здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница имени
политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» на
решение Засвияжского районного суда города Ульяновска от 19 февраля 2026 года по
гражданскому делу № 2-34/2026, по которому постановлено:
исковые требования
Шуркалиной Натальи Олеговны удовлетворить частично.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Городская поликлиника № 4» в
пользу Шуркалиной Натальи Олеговны компенсацию морального вреда в сумме 70 000
рублей.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева»
в пользу Шуркалиной Натальи Олеговны компенсацию морального вреда в сумме
1 500 000 рублей.
В удовлетворении
исковых требований Шуркалиной Натальи Олеговны о взыскании компенсации
морального вреда к государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени
политического деятеля Ю.Ф. Горячева», государственному учреждению
здравоохранения «Городская поликлиника № 4» в большем размере и к Министерству здравоохранения Ульяновской
области, Министерству имущественных отношений и архитектуры Ульяновской области
отказать.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Городская поликлиника № 4»,
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева»
расходы за проведение экспертизы в размере 189 000 руб. по 93 000 руб.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Городская поликлиника № 4»,
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева»
в доход местного бюджета госпошлину в размере 3000 руб. по 1 500 руб.
с каждого.
Заслушав доклад
судьи Санатулловой Ю.Р., выслушав пояснения представителя государственного
учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница
имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» Горбенко Е.В.,
поддержавшей доводы апелляционной жалобы, Шуркалиной Н.О. и ее представителя
Курганова В.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы, Боровиковой
А.Н., оставившей разрешение доводов апелляционной жалобы на усмотрение суда,
заключение прокурора Морозова О.А., полагавшего решение суда законным и
обоснованным, судебная коллегия
установила:
Шуркалина Н.О.
обратилась в суд к государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени
политического деятеля Ю.Ф. Горячева», государственному учреждению
здравоохранения «Городская поликлиника № 4», Министерству здравоохранения
Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование
заявленных требований указала, что в ноябре 2024 года встала на учет по
беременности в ГУЗ «Городская поликлиника № 4», где проходила назначенные
обследования. В период с 20.03.2025 по 28.03.2025 находилась на стационарном
лечении и обследовании в дневном стационаре № 4 по направлению из ГУЗ
«Городская поликлиника № 4» с диагнозом: ***.
07.07.2025 года в
ГУЗ «Городская поликлиника №4» «Центр охраны здоровья женщин отделение
ультразвуковой диагностики» ей проведено УЗИ, согласно которому выдано
заключение: ***. Вечером этого же дня она почувствовала схватки, поехала с
супругом в родильное отделение ГУЗ «Ульяновская областная клиническая
больница», где после осмотра ей сообщили, что все в порядке и направили в
медицинское учреждение по месту жительства в ГУЗ «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф.
Горячева». В данном учреждении провели осмотр и отправили домой, так как, по
мнению ***, все было нормально. 09.07.2025 она пришла на плановый прием в
женскую консультацию ГУЗ «Городская поликлиника № 4», после осмотра сотрудники
вызвали скорую помощь, которая доставила ее в ГУЗ «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф.
Горячева», где она в период с 09.07.2025 по 14.07.2025 находилась на
стационарном лечении с диагнозом: ***.
Согласно протоколу
патологоанатомического вскрытия плода *** от 11.07.2025 причиной смерти
доношенного ребенка послужило нарушение ***. С учетом состояния кожных покровов
и внутренних органов смерть ребенка наступила в пределах трех суток до родов.
Считает, что
ответчики ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница имени
политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» и ГУЗ «Городская
поликлиника № 4» оказали некачественную медицинскую помощь, в связи с чем
просила суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке, а при недостаточности
денежных средств с Министерства здравоохранения Ульяновской области компенсацию
морального вреда в размере 6 000 000 руб.
Судом к участию в
деле в качестве соответчиков привлечены Министерство имущественных отношений и
архитектуры Ульяновской области, в качестве третьих лиц, не заявляющих
самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Шуркалин
С.О., ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница, ООО
«Лечебно-профилактический центр «Семейный доктор», ООО «ВМ Клиник», Валова Я.В.,
Кулакова Е.В., Москалева Т.Ю., Будко (Золина) Т.М., Резникова (Зибирова) А.В.,
Жеганов В.А., Куткова Ю.К., Казаков А.Н., Резникова А.В., Шабанову В.Н., Магомедову У.А., Жалалетдинова Г.И., Айметова Ч.И., Клюенков О.Б.,
Мартынова Н.Н., Ятманова К.В., Чистякова С.С., Касымова Д.Р., Сидорова А.А.,
Острудина И.Н., Боровиков А.Н., Шадрина Н.Н., Обдуллова Г.А., Айметова И.И.,
АО «Альфа-страхование», ООО «Капитал МС».
Рассмотрев
заявленные требования по существу, суд принял приведенное выше решение.
В апелляционное
жалобе ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического
и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» просит решение суда изменить в части размера взысканного в пользу истца
компенсации морального вреда.
В обоснование
доводов жалобы указано на то, что определенный судом размер компенсации
морального вреда, взысканный с ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая
больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» в пользу
Шуркалиной Н.О., является завышенным и подлежащим изменению в сторону
уменьшения, поскольку при определении размера компенсации морального вреда
судом первой инстанции не дана оценка всем значимым и заслуживающим внимания
обстоятельствам, не учтены требования разумности и справедливости, выводы суда
первой инстанции в указанной части не соответствуют обстоятельствам дела, нарушены
нормы процессуального права.
Отмечено, что суд
пришел к выводу о наличии дефектов диагностики состояния как самой Шукалиной
Н.О., так и плода. Вместе с тем согласно выводам экспертов каких-либо
недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Шуркалиной Н.О. в ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» 08.07.2025 и с 09.07.2025 по 14.07.2025 не
установлено.
Обращено внимание
на то, что факт проведения истцу *** подтвержден в судебном заседании ***
Кулаковой Е.В., *** Шабановой В.Н., Москалевой Т.Ю., которые производили осмотр
и диагностику Шуркалиной Н.О. Каких-либо объективных доказательств в
опровержение указанных обстоятельства в материалах дела не имеется.
Также в жалобе
указано на то, что судом исключен из допустимых доказательств качества оказания
медицинской помощи акт об отказе от подписи в информированном добровольном
согласии на медицинское вмешательство/отказе от госпитализации. Вместе с тем
согласно экспертами не указывается на какие-либо нарушения в оформлении данного
акта. Кроме того, экспертом в судебном заседании подтверждено, что акт имелся в медицинской
документации, подписан коллегиально, что не вызывает сомнений в фиксации тремя
медицинскими работниками факта отказа пациентки Шуркалиной Н.О. от
госпитализации. Отмечено, что вывод суда о составлении акта с нарушениями
необоснован, поскольку каких-либо исправлений в акте не имеется, наличие
подписи или резолюции *** на данном акте какими-либо нормативными актами не
предусматривается. Каких-либо иных доказательств в подтверждение доводов истца
о том, что госпитализация не предлагалась и что она не была предупреждена о
неблагоприятных последствиях отказа от госпитализации, материалы дела не
содержат.
Судом не принято
во внимание то обстоятельство, что причиной *** послужила ***, к развитию
которой могли привести как ***. Обращено внимание на то, что экспертом в ходе
допроса было подтверждено, что гибель плода могла произойти моментально, что
подтверждает тот факт, что данная патология является непрогнозируемой,
неуправляемой, может развиться очень быстро и является трудно диагностируемой.
Также в жалобе
отмечает, что при ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница имени
политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» не получало
извещения о дате назначения судебного заседания, экспертиза по делу назначена в
отсутствие ответчика.
Информация о
рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального
закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о
деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте
Ульяновского областного суда в сети Интернет.
Представитель
ответчика ГУЗ «Городская поликлиника № 4», третьи лица, надлежащим образом
извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в суд апелляционной инстанции
не явились, сведений о причинах неявки не представили.
В соответствии со статьей
165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 167 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации, судебная коллегия
определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в
деле.
Согласно части 1
статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в
апелляционной жалобе.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит
оснований для отмены решения суда.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, Шуркалина Н.О. в ноябре 2024 года встала на
учет по беременности в ГУЗ «Городская
поликлиника № 4», где проходила назначенные обследования.
09.07.2025 пришла на
плановый прием в женскую консультацию ГУЗ «Городская поликлиника № 4», после
осмотра сотрудники вызвали скорую помощь, которая доставила в ГУЗ «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени политического и общественного
деятеля Ю.Ф. Горячева». В период с 09.07.2025 по 14.07.2025 Шуркалина Н.О.
находилась на стационарном лечении в ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» с диагнозом: *** (т. 1 л.д. 13).
Согласно протоколу
патологоанатомического вскрытия плода *** от 11.07.2025 причиной смерти
доношенного ребенка послужило нарушение ***, обусловленное двукратным *** в
сочетании с перекручиванием ***. С учетом состояния кожных покровов и
внутренних органов считаем, что смерть ребенка наступила в пределах трех суток
до родов (т. 1 л.д. 14-15).
Шуркалина Н.О.,
ссылаясь на то, что ответчиками ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая
больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» и ГУЗ
«Городская поликлиника № 4» оказана некачественная медицинская помощь, что
привело к смерти плода, обратилась в суд с настоящим иском.
В ходе рассмотрения дела судом первой
инстанции по ходатайству стороны истца была назначена комиссионная
судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам
частного учреждения образовательной организации высшего образования
«Медицинский университет «Реавиз».
Из заключения судебно-медицинской экспертизы от 29.01.2026 *** (т. 1 л.д. 57-87) следует, что 08.07.2025 в 01:00
Шуркалина Н.О. самостоятельно обратилась в приемное отделение ГУЗ У ОДКБ им.
общественного и политического деятеля Ю. Ф. Горячева (перинатальный центр) с
жалобами на тянущую боль внизу живота с вечера 07.07.2025. Была осмотрена ***
приемного отделения: шевеление ощущает; ***.
Проведена КТГ плода.
Однако, графическая запись КТГ, сделанная за период времени менее 2 минут, не
несет какой-либо существенной информации, что не позволяет дать исследованию
объективную оценку.
Наличие тянущих
болей *** было расценено *** правильно, как предвестники родов, и с учетом
отягощенного акушерского анамнеза и наличия маловодия, обоснованно была
предложена госпитализация в отделение патологии беременности.
Однако, согласно
медицинской карте, от обследования и госпитализации Шуркалина Н.О.
категорически отказалась, несмотря на проведенную *** беседу о возможных
осложнениях и последствиях.
В медицинской карте
имеется акт об отказе от подписи в информированном добровольном согласии на
медицинское вмешательство/отказ от медицинского вмешательства/отказ от
госпитализации, составленный и подписанный медицинскими работниками
коллегиально, что не позволяет экспертам расценивать отказ от медицинской
помощи, как нарушение (дефект) оказания медицинской помощи.
Согласно медицинской
карте беременной, роженицы и родильницы, получающей медицинскую помощь в стационарных
условиях» из перинатального центра ГУЗ «УОДКБ имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева»,
Шуркалина Н.О. 09.07.2025 в 15:50 была госпитализирована по направлению
медицинской организации. При поступлении предъявляла жалобы на отсутствие
шевеления плода в течении двух дней, тянущие боли внизу живота. На основании
УЗИ, выполненного 09.07.2025 в 15:55, сделано заключение: ***
После проведенного
осмотра *** выставлен диагноз: ***.
Составлен план
ведения: при развитии регулярной родовой деятельности рода вести через
естественные родовые пути с профилактикой кровотечения в родах. Госпитализация
в родовое отделение. Наблюдение за развитием регулярной родовой деятельности.
Учитывая антенатальную гибель плода, высокий риск *** (***) начать антибактериальную
терапию.
10.07.2025 начато родовозбуждение. В 12:55 родился *** без
видимых дефектов развития, ***.
Послеродовый период
протекал без осложнений. 14.07.2025 Шуркалина Н.О. была выписана в
удовлетворительном состоянии под наблюдение *** женской консультации с
диагнозом: Основной: ***.
Из изложенного
следует, что медицинская помощь, была оказана Шуркалиной Н.О. за период ее
госпитализации в перинатальный центр ГУЗ «УОДКБ имени политического
и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» с 09.07.2025 по 14.07.2025, правильно, в
соответствии с Клиническими рекомендациями «Медицинская помощь матери при
установленных или предполагаемых аномалиях и повреждениях плода, и
антенатальной гибели плода».
Каких-либо
недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Шуркалиной Н.О. на данном
этапе экспертами не установлено.
За время наблюдения
Шуркалиной Н.О. в ГУЗ «Городская поликлиника №4» установлены недостатки
(дефекты) диагностики: не выставлен диагноз ***, не полностью проведено
инструментальное обследование.
***, по данным
специальной литературы, является мультифакторной патологией, к которой могут
привести: эндокринные нарушения (*** возраст младше 17 и старше 35 лет;
отягощенный акушерско-гинекологический анамнез и др. Ряд состояний являются
одновременно как причиной, так и следствием плацентарной недостаточности,
например угроза прерывания беременности.
Одними из главных
патогенетических механизмов развития плацентарной недостаточности являются
нарушения ***. В результате такого подхода многие авторы указывают, что ***
наблюдается при всех осложнениях беременности.
К ***, имеющейся у
Шуркалиной Н.О., привела совокупность факторов, где основное значение
имело: отягощенный акушерский анамнез ***); нарушение *** 07.03.2025;
перенесенная во время беременности ОРВИ 07.03.2025 - 11.03.2025; неоднократная
угроза прерывания беременности (стационарное лечение с 10.12.2024 по 13.12.2024
и с 20.03.2025 по 28.03.2025).
В совокупности
указанные факторы усугубляли ***, что привело к *** несмотря на своевременное и
правильно выбранные подходы к лечению имеющихся у нее состояний.
На основании
патологоанатомического вскрытия плода от 11.07.2025, была установлена причина ***,
вследствие ***.
Согласно
клинико-анатомическому эпикризу, с учетом состояния кожных покровов и
внутренних органов, установлено, что смерть ребенка наступила в пределах трех
суток до родов.
Вместе с тем,
комиссия экспертов не исключает, что одной из вероятной причин антенатальной
гибели плода в том числе могла явиться ****** в стадии декомпенсации, на фоне ***,
что могло привести к ***, что также не противоречит имеющимся объективным и
морфологическим данным.
По данным
проведенных исследований вплоть до 07.07.2025 каких-либо нарушений состояния
плода не установлено.
При анализе срока
гибели плода эксперты пришли к следующему выводу:
- при обращении
Шуркалиной Н.О. 08.07.2025 в 01:00 в приемное отделение перинатального центра
ГУЗ «УОДКБ им общественного и политического деятеля Ю.Ф. Горячева» с жалобами
на тянущую боль внизу живота с вечера 07.07.2025; *** выслушивалось (***), на
КТГ также было зафиксировано *** в данном диапазоне;
- при госпитализации
Шуркалиной Н.О. в «ГУЗ УОДКБ им общественного и политического деятеля Ю.Ф.
Горячева» 09.07.2025 в 15:50 она предъявляла жалобы на отсутствие шевеления
плода в течении двух дней. ***, что свидетельствовало о ***
В этой связи, можно
полагать, что гибель плода у Шуркалиной Н.О. наступила между ее осмотром
08.07.2025 в 01:00 в приемном отделении перинатального центра «ГУЗ УОДКБ им
общественного и политического деятеля Ю.Ф. Горячева» и ее госпитализацией
09.07.2025 в 15:50, что также соответствует данным патологоанатомического исследования.
Как указано выше,
причиной *** послужила *** к развитию которой могли привести как, ***.
Установленные за
время амбулаторного наблюдения Шуркалиной Н.О. в ГУЗ «Городская поликлиника №4»
недостатки (дефекты) диагностики, безусловно не привели к ***.
Следовательно, между
установленными дефектами (недостатками) медицинской помощи и антенатальной
гибелью плода какой-либо
причинно-следственной связи не имеется.
Каких-либо дефектов
оказания медицинской помощи Шуркалиной Н.О. в ГУЗ «УОДКБ им. общественного и
политического деятеля Ю.Ф. Горячева» 08.07.2025 и за период с 09.07.2025 по
14.07.2025 экспертами не установлено.
Существенно снизить
риск неблагоприятных последствий - гибели плода, могла бы госпитализация
Шуркалиной Н.О. при ее обращении за медицинской помощью 08.07.2025, от которой
она отказалась, что подтверждается соответствующими медицинскими данными,
содержащимися в медицинской карте.
При условии согласия
на госпитализацию, признаки *** могли быть своевременно диагностированы, и,
соответственно, своевременно приняты меры по предотвращению гибели плода.
Указанное
заключение судебно-медицинской экспертизы принято судом первой инстанции в
качестве допустимого и относимого доказательства по настоящему делу.
Кроме того,
допрошенная судом первой инстанции эксперт *** подтвердила выводы, изложенные в
заключении, дополнила, что существенно снизить риск неблагоприятных последствий
- гибели плода могла бы госпитализация Шуркалиной Н.О. при ее обращении за
медицинской помощью 08.07.2025, от которой она отказалась, что подтверждается
соответствующими медицинскими данными, содержащимися в медицинской карте.
Однако предположила, что *** не должным образом были разъяснены последствия
отказа от госпитализации и возможные последствия, учитывая отягощенную
беременность *** должна была настоять на госпитализации. Также отметила, что
при условии согласия на госпитализацию, признаки *** могли быть своевременно
диагностированы, и, соответственно, своевременно приняты меры по предотвращению
гибели плода. Кроме того, указала, что 07.07.2025 на УЗИ плода было выставлено ***
что могло привести само собой к ***, выявить *** за 2 минуты КТГ невозможно,
поскольку на первых минутах сердцебиение может быть *** или ниже, что говорит
об ***. При правильном проведении КТГ, можно было бы установить состояние плода,
поскольку смерть плода наступила в короткое время между часом ночи 08.07.2025 и
09.07.2025. При отсутствии отказа
Шуркалиной Н.О., который подтверждается соответствующими медицинскими
данными, содержащимися в медицинской карте, можно было бы говорить о наличии
косвенно-опосредованной связи между действиями *** приемного отделения
08.07.2025 и смертью плода, поскольку состояние плода диагностировано не было.
Разрешая спор,
руководствуясь положениями статей 2, 41 Конституции Российской Федерации,
статей 150, 151, 1064, 1068, 1099, 1101, 123.22 Гражданского кодекса Российской
Федерации, Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации», постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о
компенсации морального вреда», суд первой инстанции, установив факт оказания Шуркалиной Н.О. медицинской помощи с определенными
дефектами со стороны каждого из ответчиков, пришел к выводу о необходимости
частичного удовлетворения заявленных требований, взыскав в пользу Шуркалиной
Н.О. компенсацию морального вреда в общей сумме 1 570 000 руб. (с ГУЗ
«УОДКБ им. общественного и политического деятеля Ю.Ф. Горячева» в размере 1
500 000 руб., с ГУЗ «Городская поликлиника № 4» в размере 70 000
руб.).
Рассматривая дело в пределах доводов
апелляционной жалобы
ГУЗ «УОДКБ им. общественного и политического деятеля Ю.Ф. Горячева»,
судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.
Поскольку иными лицами, участвующими в деле,
решение суда не обжаловано, предметом проверки суда апелляционной инстанции в
остальной части оно не является.
Оснований для отмены решения суда в
обжалуемой части по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не
усматривает.
С данными выводами судебная коллегия
соглашается, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства,
мотивированы со ссылкой на доказательства, обстоятельствам дела не противоречат
и сомнений в законности не вызывают.
На основании
совокупности имеющихся в деле доказательств, несмотря на то, что прямая
причинно-следственная связь между установленными недостатками и неблагоприятным
исходом в виде смерти плода Шуркалиной Н.О. не установлено, суд первой
инстанции пришел к правомерному выводу о том, что при обращении Шуркалиной Н.О.
08.07.2025 в ГУЗ «УОДКБ им. общественного и политического деятеля Ю.Ф.
Горячева» с жалобами на тянущие боли внизу живота, отсутствие шевеления плода,
при наличии отягощающих беременность факторов дефекты диагностики состояния как
самой Шуркалиной Н.О., так и плода имеются. При этом судом учтено, что методом
диагностики состояния плода является только КТГ. Графическая запись КТГ от 08.07.2025,
сделанная за период времени менее 2 минут, не несет какой-либо существенной
информации, что не позволяет дать исследованию объективную оценку. Из
представленного в материалы медицинской карты КТГ не усматриваются субъективные
признаки того, что данное исследование проведено плоду Шуркалиной Н.О. Кроме того,
КТГ при положенных 20-30 минутах проводилось менее двух минут, что также не
дало объективной оценки состояния плода. Таким образом, вывод суда о том, что
при надлежащем проведении КТГ возможно было установить *** и существенно
снизить риск неблагоприятных последствий, является обоснованным.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия соглашается с выводом суда
первой инстанции об исключении из числа допустимых доказательств качества
оказания медицинской помощи Шуркалиной Н.О. акта об отказе от подписи в
информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство/отказе от
медицинского вмешательства/отказе от госпитализации, поскольку данный документ
был составлен в неустановленное время, со слов *** Кулаковой Е.В., документы ею
оформлялись позже приема Шуркалиной Н.О., акт составлен с нарушениями, имеются
исправления, дописанный текст.
Кроме того, в данном
акте указано, что Шуркалина Н.О. также отказалась от каких-либо медицинских
вмешательств, вместе с тем судом установлено из пояснений сторон, что при
поступлении Шуркалиной Н.О. в приемное отделение 08.07.2025 *** Кулакова Е.В.
ее осмотрела на гинекологическом кресле.
Из данного акта не
усматривается, что Шуркалиной Н.О. были разъяснены возможные последствия отказа
от госпитализации, с учетом ее отягощенной беременности.
Из пояснений
Шуркалиной Н.О. следует, что госпитализация ей не предлагалась, допустимых
доказательств тому, что ей было известно о состоянии плода, о том что уже имела
место ***, о том, что ей предлагалась госпитализация, что она предупреждена о
неблагоприятных последствиях отказа от госпитализации материалы дела не
содержат.
Кроме того,
материалами дела подтверждается, что Шуркалина Н.О. сама обращалась за
медицинской помощью 07.07.2025, 08.07.2025 ввиду ухудшения ее самочувствия,
предъявляла жалобы на ***, на отсутствие шевеления плода, высказывала намерения
о готовности лечь в больницу для родоразрешения.
В случае
своевременной госпитализации Шуркалиной Н.О. непрерывного контроля
внутриутробного состояния плода (непрерывное КТГ), возможно было определить
момент развития *** провести операцию ***. Однако, так как правильно оказанная
медицинская помощь была лишь условием, которое могло прервать течение
паталогического процесса, то установленные дефекты оказания медицинской помощи
с медицинской точки зрения в прямой причинно-следственной связи с последствиями
для ребенка не состоят.
Таким образом,
нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания
медицинской помощи, проведения диагностики, лечения является нарушением
требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны
здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю
морального вреда и возмещения убытков.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 12
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33,
следует, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена
судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и
условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно:
физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий
(бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными
действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151,
1064,
1099
и 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вина в причинении морального вреда
предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда
доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под физическими страданиями следует понимать
физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья,
либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий,
ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья,
неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными
страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению
душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности,
стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений,
обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников,
потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь,
раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих
действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию,
временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные
эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения
здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными
страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске
о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Вопреки доводам апелляционной жалобы
ответчика ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница имени
политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева», материалами дела
подтверждается дефект оказания медицинской помощи Шуркалиной Н.О., при этом
данным ответчиком не представлено достоверных и допустимых доказательств тому,
что его сотрудниками были предприняты необходимые и все возможные меры для
оказания истцу медицинской помощи надлежащего качества, равно как и
доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины.
Установив данные обстоятельства, суд первой
инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для взыскания с ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» в пользу Шуркалиной Н.О. компенсации
морального вреда в размере 1 500 000 руб., размер которой определил с
учетом фактических обстоятельств дела, принимая во внимание степень и форму
вины ответчика ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева», характер и степень нравственных страданий
Шуркалиной Н.О. (смерть доношенного ребенка), индивидуальные особенности ее
личности, требования разумности и справедливости.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы ответчика ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая
больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева», размер
компенсации морального вреда определен судом первой инстанции с соблюдением
приведенных требований закона, исходя из всех заслуживающих внимания обстоятельств.
Оснований для снижения определенной судом к
взысканию суммы компенсации морального вреда по доводам апелляционной
жалобы ответчика
судебная коллегия не находит.
Судебной коллегией
отмечается, что определение характера и степени причиненного морального вреда
относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки
конкретных обстоятельств дела.
Доводы апелляционной жалобы ГУЗ «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени политического и общественного
деятеля Ю.Ф. Горячева» о том, что судом не были в
достаточной степени исследованы все обстоятельства, имеющие значение для дела,
судебной коллегией отклоняются как прямо противоречащие материалам дела.
При разрешении спора
судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение
для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права,
выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
Ссылка в апелляционной жалобе на назначение
судом первой инстанции судебной экспертизы в отсутствие представителя ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» о недостоверности экспертного заключения
не свидетельствует, учитывая, что представитель ответчика в жалобе не приводит
убедительных доводов о том, что данные обстоятельства повлияли на результат
экспертизы, на правильность выводов суда первой инстанции не влияет и
основанием для отмены решения не является.
Доводы апелляционной
жалобы о неизвещении ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница
имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» судом первой
инстанции о рассмотрении дела судебной коллегией отклоняются, поскольку из
материалов дела следует, что представитель ГУЗ «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени политического и общественного
деятеля Ю.Ф. Горячева» Горбенко Е.В. участвовала в ходе рассмотрении дела (т. 1
л.д. 202-206).
Каких-либо новых обстоятельств, которые
требовали бы проверки и оценки со стороны судебной коллегии, в апелляционной
жалобе ответчика ГУЗ «Ульяновская
областная детская клиническая больница имени политического и общественного
деятеля Ю.Ф. Горячева» не приведено.
Фактически
приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не
были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели
бы юридическое значение для принятия обжалуемого решения, влияли на его законность
либо опровергали выводы суда первой инстанции, содержат субъективную оценку
указанных обстоятельств, в связи с чем повлечь отмену обжалуемого решения не
могут.
Выводы, содержащиеся в решении суда,
соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой
инстанции. Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих
отмену решения, при рассмотрении дела не допущено.
При разрешении спора
судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение
для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права,
выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы ГУЗ
«Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и
общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» не подлежит.
В остальной части
решение суда сторонами не обжалуется, в связи с чем предметом проверки суда
апелляционной инстанции не является.
Руководствуясь
статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
определила:
решение Засвияжского районного суда г.
Ульяновска от 19 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская
клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева»
– без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Засвияжский
районный суд г. Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 19 июня 2026 года.