УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0004-01-2026-000107-35
Судья Абдулкина
С.Н.
Дело № 33-2617/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 30
июня 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Резовского Р.С.,
судей Федоровой
Л.Г., Карабанова А.С.,
при ведении протокола
помощником судьи Дементьевой Е.В.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального
предпринимателя Сытника Андрея Анатольевича на решение Заволжского районного
суда города Ульяновска от 16 февраля 2026 года по гражданскому делу №
2-509/2026, по которому постановлено:
исковые
требования Узиковой Элеоноры Викторовны к индивидуальному предпринимателю
Сытник Андрею Анатольевичу о взыскании задолженности по заработной плате,
компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,
удовлетворить частично.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Сытник Андрея Анатольевича
(ИНН ***) в пользу Узиковой Элеоноры Викторовны
(паспорт серии ***) задолженность по заработной плате за период с 01
февраля 2025 года по 27 февраля 2025 года в размере 76 000 рублей, компенсацию за
задержку выплаты заработной платы за период с 04 марта 2025 года по 16
февраля 2026 года в размере 35 651 рублей 59 копеек, компенсацию морального
вреда в размере 15 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Узиковой Элеоноре
Викторовне отказать.
Решение суда в части взыскания задолженности по заработной плате за
период с 01 февраля 2025 года по 27 февраля 2025 года в размере 76 000 рублей подлежит
немедленному исполнению.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Сытник Андрея Анатольевича
(ИНН ***) в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск»
государственную пошлину в размере 7350 рублей.
Заслушав доклад судьи
Резовского Р.С., выслушав пояснения представителя индивидуального
предпринимателя Сытник А.А. Потаповой И.Г., поддержавшей доводы апелляционной
жалобы, Узиковой Э.В., возражавшей против доводов апелляционной жалобы,
судебная коллегия
установила:
Узикова Э.В.
обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Сытник Андрею
Анатольевичу (далее – ИП Сытник А.А.) о взыскании задолженности по
заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации
морального вреда.
В обоснование
заявленных требований указано, что 16 декабря 2024 года между сторонами
заключен агентский договор, в соответствии с которым истцу выплачивается
фиксированная ставка в размере 80 000 рублей в месяц. 28 февраля 2025 года
агентский договор между сторонами расторгнут. 03 марта 2025 года истец
направила ответчику акт выполненных работ и заявлены требования об окончательном
расчете. 23 марта 2025 года истец направила ответчику повторную претензию.
Размер задолженности на дату расторжения договора составляет 76 180
рублей. В соответствии с пунктом 4.4 договора, при полной и частичной просрочке
оплаты агент вправе потребовать уплаты пеней в размере 0,5 % от не
выплаченной суммы за каждый день просрочки.
При увольнении
ответчик причинил истцу психологическую травму, давление и унижение, которые
привели к тревоге, нарушениям сна, работоспособности, стрессу, вызванным
рабочим конфликтом.
Истец просил
взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере
152 360 рублей, а также компенсацию морального вреда в размере
1 000 000 рублей.
Рассмотрев
заявленные требования по существу, суд постановил приведенное выше решение.
В апелляционной
жалобе ИП Сытник А.А. просит решение суда отменить и вынести по делу новое
решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
В обоснование
доводов жалобы указывает, что судом первой инстанции допущены нарушения норм
процессуального и материального права при исследовании и оценке доказательств.
Отмечает, что судом
первой инстанции дело принято к своему производству и рассмотрено с нарушением
правил подсудности, поскольку согласно статье 28 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации иск предъявляется в суд по месту
жительства ответчика, а иск к организации предъявляется в суд по адресу
организации.
Также считает, что
при вынесении решения суд неправильно определил обстоятельства, имеющие
значение для дела, в связи с чем самостоятельно изменил основания и предмет
иска, ошибочно применив к правоотношениям сторон нормы трудового
законодательства Российской Федерации, формально подошел к изучению и
рассмотрению дела.
Полагает, что судом
не выяснены все обстоятельства в рамках заявленных исковых требований, имеющие
значение для правильного рассмотрения дела, в том числе с учетом ранее
вынесенного мировым судьей судебного участка № 187 Подольского судебного
района Московской области судебного приказа о взыскании задолженности по
Агентскому договору *** от 16 декабря 2024 года.
Судом не
установлено, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и
трудового договора, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению
трудовых функций, не запрошены и не исследованы дополнительные документы:
наличие должностной инструкции, штатного расписания, утвержденного
работодателем, или любого другого документа, указывающего на конкретную
профессию, специальность или вид поручаемой работы, также заявления о приеме на
работу и заявления об увольнении. Судом не исследовались характерные
признаки трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового
кодекса Российской Федерации.
Полагает, что суд не
принял во внимание тот факт, что в настоящем иске речь идет об оплате
вознаграждения по агентскому договору, который в свою очередь истцом не
исполнен в полном объеме.
Кроме того, отмечает,
что истец является плательщиком налога на профессиональный доход и
самостоятельно выставляла ответчику счета на оплату за предоставленные
ответчику «консультационные услуги».
Считает, что
невыполнение истцом существенных условий агентского договора, не дает ей
возможность получить оплату по данному договору, в виду её одностороннего
отказа от исполнения обязательства.
В возражениях на
апелляционную жалобу Узикова Э.В. просит решение районного суда оставить без
изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.
Сытник А.А. в
судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены
своевременно и надлежащим образом, что подтверждается отчетами об отслеживании
почтовых отправлений, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили.
Кроме того,
информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с
положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об
обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской
Федерации» размещена на официальном сайте Ульяновского областного суда в
информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»
(https://oblsud--uln.sudrf.ru/).
Поскольку в
соответствии с положениями части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, надлежащим образом
извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием
к рассмотрению дела, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в
отсутствие неявившихся участников процесса.
Выслушав явившиеся
стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и
обоснованность судебного решения в пределах доводов жалоб в соответствии с
частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, что 16 декабря 2024
между индивидуальным предпринимателем Сытник А.А. (принципал) и Узиковой Э.В.
(агент) заключен агентский договор ***, по условиям которого принципал
поручает, а агент берет на себя обязательство совершать от имени и за счет
принципала указанные в договоре действия, а принципал обязуется выплатить
агенту вознаграждение (л.д. 8-12).
Из агентского
договора следует, что индивидуальный предприниматель Сытник А.А. (принципал)
осуществляет деятельность в сфере изготовления и продажи корпусной мебели
по индивидуальному заказу (пункту 1.2 договора).
В соответствии с
пунктом 2.1.1 договора Узикова Э.В. приняла на себя обязательства заключить и
исполнить договор с клиентом в сфере деятельности принципала, а именно:
осуществлять звонки клиентам принципала с целью продажи услуг и товаров
принципала; формировать и расширять базу клиентов принципала, сопровождать
клиентов принципала; вести переговоры с клиентами как в офисе принципала, так и
по месту нахождения клиентов; знакомит клиентов с образцами мебели;
представлять интересы принципала в переговорах с клиентами; оказывать иные
услуги в рамках своего взаимодействия с клиентами по поручению принципала;
выполнять установленный ежемесячный план продаж в размере
2 500 000 рублей;
В соответствии с
пунктами 3.1 и 3.3 договора вознаграждение агента складывается из фиксированной
ставки, указанной ставку в размере 80 000 рублей в месяц из расчета
количества рабочих дней в месяц согласно производственному календаря на текущий
год и бонуса от продаж в размере 5% от стоимости каждого заключенного договора.
Вознаграждение выплачивается агенту по итогам отчетного периода, 25-го и 10-го
числа каждого месяца в течение 3 рабочих дней с момента предоставления
агентом итогового акта о выполненных работах, а также счета на оплату за
выполненные работы, при условии соответствия представленных документов
фактически выполненным работам и условиям настоящего договора, а также условиям
принципала.
28 февраля 2025 года
агентский договор *** от 16 декабря 2024 года расторгнут, что
подтверждается перепиской истца с работодателем (л.д. 37‑39).
Разрешая спор и
частично удовлетворяя исковые требования Узиковой Э.В., суд первой инстанции
руководствуясь положениями статей 2, 11, 15, 19.1, 56, 61, 236, 237 Трудового кодекса
Российской Федерации, статей 432, 1005, 1006, 1008 Гражданского кодекса
Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 8, 12
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004
года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской
Федерации», пунктах 17, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства,
регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у
работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к
микропредприятиям», оценив представленные по делу доказательства по правилам
статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их
совокупности, пришел к выводу, что фактически Узикова Э.В. выполняла
трудовую функцию работника ИП Сытник А.А. по заключению и исполнению договора с
клиентом в сфере деятельности принципала, в связи с чем взыскал с ответчика в
пользу истца задолженность по заработной плате, компенсацию за задержку выплаты
заработной платы, а также компенсацию морального вреда.
Судебная коллегия
находит, что выводы суда первой инстанции отвечают требованиям законодательства,
соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле
доказательствам.
Мотивы, по которым
суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, а также оценка
доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части
решения, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется.
Трудовые отношения -
это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о
личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в
соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием
квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под
управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего
трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда,
предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми
актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором,
соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи
15 Трудового кодекса Российской Федерации).
Заключение
гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между
работником и работодателем, не допускается (часть вторая статьи 15 Трудового
кодекса Российской Федерации).
Как предусмотрено
статьей 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с
использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового
договора, но впоследствии в порядке, установленном данным кодексом, другими
федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям
применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы
трудового права.
В соответствии с
правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в
определении от 19 мая 2009 года № 597-О-О, в целях предотвращения
злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения
гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой
договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися
отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел
в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность
признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально
связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким
случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов,
содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения
Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).
Данная норма
Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса
конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также
надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более
слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями
правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом
государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации)
(абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской
Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).
Порядок признания
отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены
договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется
статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй
которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного
труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих
отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо,
являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за
признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые
предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.
Согласно статье 19.1
Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении
судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового
договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
В пункте 17
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года.
№ 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников,
работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов
малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»
разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов
работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у
работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и
не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов
малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует
устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.
При этом суды должны
не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных
актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и
устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и
трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской
Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой
функции.
К характерным
признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового
кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о
личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой
функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение
работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка,
графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение
работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых
отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих
отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы
только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие
дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными
правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам
существования трудового правоотношения также относятся, в частности,
выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя;
интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание
работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный
отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в
целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые
являются для него единственным и (или) основным источником доходов;
предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем
(Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной
конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).
От договора
возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в
соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то
конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в
обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения
им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного
оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего
субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя
обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности,
квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя,
подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и
руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг
работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не
несет риска, связанного с осуществлением своего труда.
Если между сторонами
заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного
разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются
трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в
силу части 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны
применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы
трудового права (пункт 24 постановления Пленума № 15).
При этом
неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений,
возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями
толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1
Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24
постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).
В соответствии с
абзацем первым пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации
по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение
совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия
от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.
Принципал обязан
уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском
договоре (абзац первый статьи 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу
приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, агентский договор
заключается для совершения агентом за вознаграждение от своего имени или
от имени принципала по поручению, в интересах и за счет принципала
юридических и иных действий. Результат исполнения агентом обязательств по
агентскому договору, в том числе доказательства понесенных агентом за счет
принципала расходов при выполнении поручений, оформляется в форме отчета и
представляется принципалу в срок, установленный договором.
Целью агентского
договора является не выполнение работы по определенной трудовой функции
(специальности, квалификации, должности), а исполнение агентом от своего
имени или от имени принципала определенных поручений (юридических или иных
действий) по поручению, в интересах и за счет принципала. От трудового договора
агентский договор отличается предметом договора, а также тем, что агент
сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по
трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по
определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности),
включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму
труда и работает под контролем и руководством работодателя; агент действует в
рамках агентского договора на свой риск, а лицо, работающее по трудовому
договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.
Проанализировав
заключенный между сторонами агентский договор, судебная коллегия приходит к
следующим выводам.
Пунктом 2.1.11
агентского договора предусмотрена обязанность вести все коммуникации и обмен
информацией с клиентами, только посредством рабочих аккаунтов. Запрещается
открывать на рабочих устройствах личные аккаунты социальных сетей, мессенджеров
и других ресурсов, а также пересылать и переносить рабочую информацию на
любые личные ресурсы и носители.
Вместе с тем,
включение в агентский договор пункта, обязывающего исполнителя вести все
коммуникации с клиентами исключительно через рабочие аккаунты и запрещающего
использование личных аккаунтов, а также перенос рабочей информации на личные
ресурсы и носители, свидетельствует о наличии признаков трудовых отношений,
поскольку отражает характерную для трудового взаимодействия степень
организационного контроля со стороны заказчика. В гражданско‑правовых
отношениях стороны, как правило, свободны в выборе способов и инструментов
исполнения обязательств - главное, чтобы был достигнут согласованный
результат. В то время как регламентация каналов коммуникации, запрет на
использование личных средств связи и контроль за обращением с информацией
типичны для правил внутреннего трудового распорядка (статья 189 Трудового
кодекса Российской Федерации) и направлены на обеспечение дисциплины труда и
сохранности служебной информации.
Такой уровень
детализации и императивности требований выходит за рамки обычного регулирования
гражданско‑правового взаимодействия и фактически подчиняет исполнителя
внутреннему режиму работы, аналогичному режиму работника, обязанного
использовать предоставленное работодателем оборудование и средства связи строго
в служебных целях. Это указывает на личную подчинённость исполнителя
указаниям заказчика, контроль за процессом выполнения работы, а не только за её
результатом, и на включение лица в организационную структуру и рабочий
процесс заказчика - то есть на ключевые признаки трудовых отношений
по смыслу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации.
Пунктом 2.4.3
договора предусмотрено, что агенту назначается испытательный срок длительностью
14 календарных дней с сохранением размеров всех выплат с первого дня работы.
Вместе с тем,
включение в агентский договор условия об испытательном сроке также
свидетельствует о возникновении между сторонами трудовых отношений, поскольку
институт испытательного срока прямо предусмотрен трудовым законодательством
(статья 70 Трудового кодекса Российской Федерации) и применяется
исключительно в рамках трудовых договоров в целях проверки соответствия
работника поручаемой работе; использование данного термина в гражданско‑правовом
договоре нехарактерно для регулирования отношений по оказанию услуг или
совершению действий от имени принципала, а потому указывает на фактическое
намерение сторон выстроить взаимодействие по модели трудовых отношений.
Кроме того, условие
агентского договора о выплате вознаграждения в виде фиксированной ставки в
размере 80 000 рублей в месяц, рассчитываемой согласно производственному
календарю на текущий год (пункт 3.3 договора), также нехарактерно для
гражданско‑правовых отношений по оказанию услуг или совершению
юридических действий, поскольку в рамках агентского договора вознаграждение,
как правило, устанавливается либо в твёрдой сумме за конкретный результат,
либо в процентном отношении к полученной выгоде либо к объёму выполненных
поручений (статья 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации). Фиксированный
ежемесячный платёж, привязанный к производственному календарю, отражает не
оплату конкретного результата деятельности, а компенсацию за сам факт
исполнения обязанностей в течение определённого времени — это
соответствует природе заработной платы, гарантируемой работнику вне зависимости
от количественных или качественных показателей труда в отдельно взятом периоде
(статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации).
Кроме того,
регулярность выплат вознаграждения (25‑го и 10‑го числа каждого
месяца) также воспроизводит типичную для трудовых отношений схему выплаты
аванса и основной части заработной платы (часть 6 статьи 136 Трудового
кодекса Российской Федерации) и свидетельствует о систематическом, длящемся
характере взаимодействия сторон, при котором доход исполнителя не обусловлен
достижением конкретного результата или объёмом фактически оказанных услуг, а начисляется
по заранее определённому графику. Такая конструкция условий договора указывает
на наличие признаков трудовых отношений, в частности, на возмездность
труда за отработанное время, подчинённость установленному режиму и
экономическую зависимость исполнителя, что требует квалификации отношений как
трудовых, а не гражданско‑правовых.
Проанализировав
содержание агентского договора, учитывая фактические обстоятельства дела,
свидетельствующие о том, что начиная с 16 декабря 2024 между сторонами
спора фактически сложились устойчивые и стабильные трудовые правоотношения,
истица была подконтрольна ответчику, обязана была выполнять работу лично, исключалась
передача функций третьим лицам, Узикова Э.В. была обеспечена мобильной
связью и для выполнения работы ей был предоставлен доступ к CRM-системе
ответчика, с ведома и по поручению работодателя она была допущена к выполнению
определенной трудовой функции в интересах ИП Сытник А.А., лично приступила
к исполнению должностных обязанностей по трудовой функции *** и получала
вознаграждение за исполнение трудовых обязанностей в интересах ответчика,
у суда первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, имелись правовые
основания для квалификации отношений, возникших между сторонами спора в результате
заключения договора гражданско-правового характера, как трудовых.
Доводы апелляционной
жалобы о том, что ответчик не состоял в трудовых отношениях с истцом,
установленные судом обстоятельства не доказаны, не могут быть признаны
состоятельными, поскольку опровергаются исследованными судом доказательствами,
которым судом дана надлежащая оценка по правилам статьи 67 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации. При этом в силу вышеприведенных
положений Трудового кодекса Российской Федерации наличие трудового
правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой
договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей
трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его
уполномоченного лица. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых
отношений должен представить работодатель.
Однако, относимых,
допустимых и достоверных доказательств отсутствия трудовых отношений ответчиком
ИП Сытник А.А. в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы исковое заявление принято к производству судом первой
инстанции без нарушения правил подсудности, по месту жительства истца, что
соответствует положениям пункта 6.3 статьи 29 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации.
Доводы апелляционной
жалобы ответчика о том, что Узикова Э.В. зарегистрирована как плательщик налога
на профессиональный доход и это исключает наличие трудовых отношений, также
являются несостоятельными, регистрация истца в качестве плательщика налога на
профессиональный доход не свидетельствует о наличии между сторонами
гражданско-правовых правоотношений, поскольку факт наличия трудовых отношений
подтверждается вышеизложенными доказательствами по делу.
Иные доводы
апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены
при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного
решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем
признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на
неправильном применении норм материального права и не могут служить основанием
для отмены решения суда.
Судом все
обстоятельства по делу были проверены с достаточной полнотой, выводы суда,
изложенные в решении, соответствуют собранным по делу доказательствам и
требованиям закона.
При рассмотрении
дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм
материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного
решения, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не
имеется.
Руководствуясь
статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
определила:
решение Заволжского районного суда города
Ульяновска от 16 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную
жалобу индивидуального предпринимателя Сытника Андрея Анатольевича – без
удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (город Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным
главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через
Заволжский районный суд города Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 08 июля 2026 года.