УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
Судья Поладова
Ю.Е.
Дело № 22-967/2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Ульяновск 15 июля
2026 года
Ульяновский
областной суд в составе председательствующего Демковой З.Г.,
с участием прокурора
Высоцкого В.А.,
осужденного
Ясногородского О.И., его защитника – адвоката Серова Д.Ю.,
при ведении
протокола судебного заседания секретарем Волчанским С.Ю.
рассмотрел в
открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению
заместителя прокурора Ленинского района г.Ульяновска Герасимова Д.Ю.,
апелляционной жалобе защитника – адвоката Серова Д.Ю. на приговор Ленинского районного суда г.
Ульяновска от 6 мая 2026 года, которым
ЯСНОГОРОДСКИЙ Олег
Игоревич,
***, ***, ***, несудимый,
осужден по ч. 1 ст.
222 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год.
В соответствии с ч.
1 ст. 53 УК РФ установлены ограничения: не изменять место жительства или
пребывания, не выезжать за пределы территории муниципального образования «город
Ульяновск» без согласия специализированного государственного органа,
осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения
свободы.
Возложена
обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий
надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в
месяц для регистрации.
Решен вопрос о
вещественных доказательствах.
Доложив кратко
содержание приговора, доводы апелляционных представления и жалобы, возражений, заслушав выступления
участвующих лиц, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Ясногородский О.И.
признан виновным в незаконных приобретении, хранении, ношении огнестрельного оружия, боеприпасов к
нему.
Преступление совершено в
период с сентября 2022 года по 30 июля 2024 года на территории Ленинского
района г. Ульяновска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном
представлении заместитель прокурора Ленинского района г. Ульяновска Герасимов
Д.Ю. считает приговор незаконным и необоснованным. В описательно-мотивировочной
части судом не дан анализ приведенным
доказательствам. При назначении Ясногородскому О.И. наказания суд лишь
ограничился перечислением обстоятельств, которые учел, но не мотивировал его
размер. Кроме того, в действиях осужденного отсутствует квалифицирующий признак
- незаконное ношение огнестрельного оружия, боеприпасов к нему, поскольку не
подтвержден доказательствами и не описан
в обвинительном заключении и приговоре. Перемещение Ясногородским О.И.
огнестрельного оружия, боеприпасов к нему с места находки до места хранения
является составляющей частью квалифицирующего признака «хранение». Просит
приговор отменить, постановить новый обвинительный приговор.
В апелляционной
жалобе защитник – адвокат Серов Д.Ю. считает приговор незаконным и необоснованным.
Приводя
сведения о занимаемой Ясногородским О.И. должности, наличии у него разрешения
на хранение 11 единиц огнестрельного оружия разных калибров, показания
осужденного, указывает, что в ходе предварительного следствия не установлено
количество патронов, собираемых Ясногородским О.И. после каждой стрельбы, до
его сведения никогда не доводилась информация о потере боеприпасов,
используемых в боевом огнестрельном оружии.
Приводя
показания свидетелей А***. А***, Ю***, считает, что утрата таких боеприпасов
при проведении стрельб с военнослужащими и мобилизованными, невозможна ввиду их
строгого учета, что подтверждено сообщением командования в/ч № ***. Вместе с
тем, поскольку такие боеприпасы были изъяты у Ясногородского О.И., полагает,
что фактически была их утрата, но данные сведения скрывались, а потому его
подзащитный не мог и не должен был знать, что собираемые им патроны
предназначены для огнестрельного оружия.
Кроме
того, визуально патроны одного и того же калибра, используемые в боевом и
гражданском (служебном) оружии практически не отличаются, за исключением
маркировки на капсюле боевого патрона. Но, с учетом вышеизложенного, у
Ясногордского О.И. необходимости в детальной их идентификации не имелось.
Таким
образом, доказательств наличия у него
умысла на приобретение и хранение боеприпасов к огнестрельному оружию не
имеется.
Доводы Ясногородского О.И. о том, что в момент нахождения револьвер являлся
непригодным для стрельбы в силу давности изготовления и условий хранения, был
оставлен лишь как представляющий историческую ценность, не опровергнуты.
Приводя заключение эксперта от 6 августа 2024 года, обращает внимание, что попыток со стороны Ясногородского О.И.
исправить данное обстоятельство не установлено, именно эксперт путем внесения
конструктивных изменений привел оружие в пригодное для стрельбы состояние.
Протокол
обыска в жилище осужденного является недопустимым доказательством, поскольку
следователь ходатайствовал, а суд разрешил его проведение по месту жительства
Ясногородского Олега И*** при отчестве осужденного – Игоревич. Указанное, по
мнению автора жалобы, не может быть расценено как техническая ошибка, а потому
в силу отсутствия судебного решения обыск в жилище Ясногородского Олега
Игоревича являлся незаконным.
Кроме
того, срок расследования настоящего уголовного дела, возбужденного 2 августа
2024 года, на момент направления его прокурору – 29 мая 2025 года составлял 10
месяцев. При этом, не имеет значения, что фактически с 29 января 2025 года
нарушались требования ч. 5 ст. 223 УПК РФ.
В
постановлении от 10 ноября 2025 года допущены противоречия в части срока
продления предварительного расследования, а именно до 8 месяцев или 8 месяцев 5
дней, а потому считает, что в действительности срок следствия был продлен до
10, а не 15 декабря 2025 года.
Кроме
того, в нарушение положений ч.ч. 5, 6 ст. 162 УПК РФ продление срока
предварительного следствия до 15 января 2026 года произведено не уполномоченным
должностным лицом, что является существенным нарушением требований
уголовно-процессуального законодательства, препятствующим принятию законного и
обоснованного решения по уголовному делу, влекущим признание проведенных по
настоящему уголовному делу следственных и иных процессуальных действий,
проведенных после 15 декабря 2025 года, недопустимыми доказательствами.
Отсутствуют
выводы суда, что данное деяние представляет собой высокую степень общественной
опасности, причинило существенный вред либо создавало угрозу причинения такого
вреда личности, обществу или государству, и не может рассматриваться как
малозначительное.
При
этом оставлено без внимания, что Ясногородский О.И. имеет право на хранение и
ношение 11 единиц огнестрельного оружия, владеет им с 2007 года, с 2022 года
руководит ***, в качестве *** проводил учебные стрельбы на территории полигона
с военнослужащими и *** гражданами, членами федерации, сотрудниками
правоохранительных органов, занимался тактической и огневой подготовкой ***, а
также патриотическим воспитанием и проведением учебных стрельб с членами «***»,
за что имеет множество благодарственных писем.
Ранее он каких либо действий по неправомерному
использованию оружия либо боеприпасов не совершал, к административной либо
уголовной ответственности за их незаконный оборот не привлекался. Не имеется и
сведений о его ненадлежащем обращении с ними.
Не
установлено у Ясногородского О.И. намерения использовать боевые патроны для
причинения вреда себе, другим лицам, обществу либо государству.
Просит
приговор отменить, Ясногородского О.И. - оправдать за отсутствием в его
действиях состава преступления.
В возражениях
государственный обвинитель – помощник прокурора Ленинского района г. Ульяновска
Романова Я.А. считает, что обыск в жилище Ясногородского О.И. проведен в соответствии с требованиями УПК РФ, и
допущенная техническая ошибка в отчестве осужденного не свидетельствует о его
незаконности. Наличие
разрешений на хранение и ношение гражданского оружия и патронов к нему не
предоставляет такого права в отношении огнестрельного оружия и боеприпасов к
нему. Данные,
характеризующие личность Ясногородского О.И., учтены судом при назначении
наказания. Доказательства
по данному уголовному делу органами предварительного расследования получены в
установленные сроки. А потому довода апелляционной жалобы удовлетворению не подлежат.
В судебном заседании
апелляционной инстанции:
- прокурор Высоцкий
В.А. доводы апелляционного представления
поддержал, возражал против доводов апелляционной жалобы;
- осужденный
Ясногородский О.И., защитник – адвокат Серов Д.Ю. доводы апелляционной жалобы
поддержали в полном объеме, просили отказать в удовлетворении апелляционного
представления.
Проверив материалы
уголовного дела, доводы апелляционных представления, жалобы, возражений,
заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции находит
приговор подлежащим изменению ввиду существенного нарушения
уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона.
Выводы суда,
изложенные в приговоре, о виновности Ясногородского О.И. в совершении преступления, вопреки
доводам жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на
всестороннем анализе исследованной судом достаточной совокупности
доказательств, которым в соответствии со ст. 88 УПК РФ дана объективная оценка.
При этом суд привел убедительные мотивы, в силу которых принял одни
доказательства – стороны обвинения и отверг другие – стороны защиты.
Положенные судом в
основу приговора доказательства стороны обвинения, вопреки доводам жалоб,
получены в соответствии с требования УПК РФ, согласуются между собой, а потому
обоснованно признаны относимыми,
допустимыми и достоверными.
Доводы защиты о невиновности осужденного Ясногородского О.И. и
показания последнего об отсутствии умысла на незаконные приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему
опровергаются совокупностью исследованных доказательств.
Так, согласно
аналогичным показаниям свидетелей Е*** и Ф*** – сотрудников УУР УМВД России по
Ульяновской области, в июле 2024 года в
ходе обыска в вещевом шкафу,
расположенном в спальной комнате квартиры Ясногородского, обнаружены и изъяты:
упаковки, матерчатые мешки, пакет с патронами
разных калибров, предмет, внешне схожий с револьвером, с маркировкой ***,
запечатанная коробка с надписью «5.45 ПСГС 120 шт.», мешки с предметами,
схожими с запалами от гранат, иглами
ударника, стопорными кольцами и шайбами, кольца, гранаты, упаковки ключей для
снаряжения гранат, паироны. В металлическом сейфе, расположенном там же,
обнаружены и изъяты: штык-нож, упаковка, коробка с патронами разного калибра,
предмет, внешне схожий с пистолетом системы «Н***»; на сейфе - 9 «магазинов»
под калибр разных патронов, 2 из которых
снаряжены патронами; в вещевом шкафу -
ручные гранаты, дымовые шашки,
взрыв-пакет, упаковка с механизмами. Все обнаруженное было упаковано
соответствующим образом, снабжено пояснительным текстом, заверено подписями
участвующих лиц. Обыск проводился в присутствии 2 понятых, перед его началом
всем участвующим лицам были разъяснены процессуальные права и обязанности.
Показания свидетелей
Е*** и Ф*** в части процедуры проведения обыска, а также изъятых предметов
подтвердила свидетель К***, принимавшая в нем участие в качестве ***, дополнив,
что Ясногородский не отрицал принадлежность патронов, предметов, внешне схожих
с револьвером и пистолетом системы «Н***» ему.
Согласно показаниям
свидетеля У*** - начальника штаба ***, с
2022 года Ясногородский в силу занимаемой должности проводил на полигоне в п.
Поливно обучение безопасному использованию разных видов оружия. Сведения о
выдаче боеприпасов вносятся строго в журнал их учета каждым стрелком. После
стрельб лицо должно сдать количество
гильз точно соответствующее выданным боеприпасам, ответственность лежит на
руководителе, проводящем стрельбы. Каждому упражнению соответствует
определенное количество боеприпасов и больше необходимого не выдается. Осенью
2022 года Ясногородский обучал *** на добровольной основе. В связи с нехваткой
боевых патронов во время стрельб он закупал для этого на свои деньги
гражданские патроны калибра 5,45 мм, 7,62 мм, которые очень схожи с боевыми, их
сложно различить в сумеречное время. Выносить с полигона патроны запрещено. Контролем за боеприпасами и их выдачей
занимались другие лица. *** гражданам патроны выдавались сотрудниками военной
части №***.
Согласно аналогичным
показаниям свидетелей А*** - ***, А*** – *** войсковой части №***,
Ю*** – ***, в день проведения стрельб начальник пункта боепитания
получает по заявке нужное количество боеприпасов на складе службы РАВ, после
чего на стрельбище в п. Поливно разворачивает пункт боевого питания и выдает
количество боеприпасов, соответствующее виду упражнения, своему личному
составу. Каждый военнослужащий, допущенный к стрельбам, расписывается в
раздаточной ведомости за полученные боеприпасы, а после стрельб должен сдать
такое же количество гильз на пункт боепитания, начальник которого принимает их
поштучно, проверяет партии сборки и сдает начальнику склада РАВ в войсковой
части, отчитываясь за отстреленные боеприпасы. Количество гильз должны
соответствовать выданным патронам и партии сборки. Вынос боевых патронов за
приделы части, полигона запрещен без разрешительных документов. Невозможна
передача боевых патронов лицам, не относящимся к военнослужащим или состоящим в
других подразделениях, если они не указаны в приказе. Если кем-либо сдано
количество гильз, не соответствующее отстрелянным патронам, проводятся
служебные проверки. Такого не было. При находке боеприпасов следует
незамедлительно доложить об этом руководителю стрельб, поднимать их, а также
оружие, находящееся в рабочем и нерабочем состоянии, выносить их за пределы
полигона строго запрещено. При выходе с полигона весь личный состав проверяется
на разреженность оружия и отсутствие боеприпасов. Осмотром территории полигона
после проведенных стрельб он занимается лично.
Свидетель Ю*** также
дополнительно показал, что Ясногородский
действительно на основании приказа в/ч ***
был допущен в качестве руководителя стрельб. Но он не имел права собирать
оставшиеся после проведения стрельб гильзы, патроны, поскольку каждое
подразделение самостоятельно организует их и сдает начальнику пункта
боепитания. Таким образом, к нему не могли попасть с полигона патроны,
запрещенные для хранения и гражданского оборота.
Согласно показаниям
свидетеля С*** - ***, существуют гражданское, служебное, боевое
стрелковое и холодное оружие. На гражданские виды оружия и патроны к ним
необходимо специальное разрешение (лицензия).
Наличие разрешения у граждан на оружие дает им право на хранение только тех патронов, которые
разрешены для гражданского оборота и соответствуют их оружию. Хранение
патронов, не подходящих к оружию, на которое у гражданина имеется разрешение
(лицензия), запрещено законом. Боевое оружие и патроны относятся к строго
контролируемому обороту, лицензии на них
гражданам не выдаются. Запрещается хранение и использование
найденного или переданного огнестрельного оружия, собственниками которого
граждане не являются, в том числе боевых оружия и патронов. Они подлежат
немедленной сдаче в Росгвардию. Гражданам, имеющим разрешение на гражданские
виды оружия, хранение боевых патронов с гражданским оружием запрещено. Гражданские патроны разрешены к обороту
для гражданского оружия (охотничьего,
спортивного, огнестрельного
оружия ограниченного поражения), но с ограничениями по мощности и
конструкции. Боевые патроны - это патроны
к боевому оружию (автоматам, пистолетам армейского образца), предназначенные
для поражения живой силы и техники, не
соответствуют криминалистическим требованиям для гражданского
оружия. Патроны к гражданскому оружию - это тоже боеприпасы, но не боевые.
На боевых патронах, в отличие от
патронов к гражданскому оружию,
имеется серия. Также запрещено в гражданском обороте хранить короткоствольное
нарезное огнестрельное оружие - револьвер системы «Н***» калибра 7,62 мм
образца *** годов, поскольку он является боевым
короткоствольным нарезным огнестрельным оружием, которое ранее
находилось на вооружении. При хранении оружия как исторической ценности
необходимо обратиться в службу лицензионно-разрешительной работы, уведомить о
нем после находки, после чего должна быть установлена его культурно-историческая ценность. Только после
совершения данных действий возможно получить разрешение на его коллекционирование
или экспонирование. Данные правила распространяются и на оружие, находящееся в
нерабочем состоянии.
Из протокола обыска следует, что в жилище
Ясногородского О.И., расположенном по адресу: г. Ульяновск, ул. ***, д. ***,
кв. ***, в вещевом шкафу и сейфе обнаружены и изъяты: 8 бумажных упаковок бежевого цвета с
маркировкой «50» с 20 патронами калибра 7,62х54 в каждой; 31 бумажная упаковка
бежевого цвета с 30 патронами калибра 5,45 в каждой; мешок матерчатый
светло-бежевого цвета с находящимися внутри 15 бумажными упаковками с 30 патронами калибра 5,45 в каждой; предмет,
внешне схожий с револьвером с маркировкой ***; коробка картонная запечатанная с
надписью «5.45 ПСГС 120 шт.»; матерчатый мешок светло-бежевого цвета с патронами
калибра 5,45 мм россыпью в количестве 155 шт.; полиэтиленовый пакет красно-желтого
цвета с патронами калибра 7,62х54 мм россыпью в количестве 40 шт.; матерчатый
мешок оранжевого цвета с находящимся внутри патронами калибра 5,45 мм в
количестве 120 шт. россыпью; матерчатый
мешок бежевого цвета с патронами калибра 5,45 мм в количестве 536 штук
россыпью; штык-нож; картонная упаковка с патронами калибра 7,62х39 мм в
количестве 20 шт.; картонная коробка с патронами калибра 7,62 в количестве 15
шт.; предмет, внешне схожий с пистолетом системы «Н***» (т.1 л.д.17-23).
Из заключения экспертиз следует, что изъятые в ходе обыска в жилище
Ясногородского:
- 155 патронов являются патронами к боевому нарезному огнестрельному
оружию калибра 5,45х39 мм, а именно: военными патронами образца ***, с пулей
трассирующего действия, промышленного изготовления, предназначены для стрельбы
из автоматов системы Калашникова «A***», ручного пулемета «Р***» и т.п. калибра
5,45×39мм. При проверке 10 из них установлена пригодность для стрельбы
(т.1 л.д. 33-35),
- 120 патронов
являются военными патронами калибра 5,45 мм, предназначены для стрельбы из
нарезного боевого огнестрельного оружия, типа автоматов системы Калашникова («A***»),
ручного пулемета («Р***») и т.п. калибра 5,45 мм, изготовлены промышленным
способом. При проверке 20 из них
установлена пригодность для стрельбы (т.1 л.д. 41-43),
- 4 патрона являются
7,62 мм револьверными патронами, предназначены для стрельбы из нарезного
боевого огнестрельного оружия типа револьвера «Н***» и револьвером «Р***»
калибра 7,62 мм, изготовлены промышленным способом и пригодны для стрельбы (т.1
л.д. 49-50),
- 930 патронов
являются 5,45 мм военными патронами (720 патронов с обычной и 210 с трассирующего
действия пулей), предназначены для стрельбы из нарезного боевого огнестрельного
оружия, типа автоматов системы Калашникова («А***»), ручного пулемета («Р***»)
и т.п. калибра 5,45 мм, изготовлены промышленным
способом. Произвольно выбранные 50 патронов (40
патронов с обычной пулей и 10 с пулей трассирующего действия) пригодны для
стрельбы (т.1 л.д. 137-143),
- револьвер
относится к категории короткоствольного нарезного огнестрельного оружия,
является 7,62 мм револьвером системы «Наган» образца ***, номер «***», ***,
промышленного (заводского) изготовления, после устранения задержки пригоден для
производства выстрелов (т.1 л.д. 160-168),
- 536 патронов
являются 5,45 мм военными патронами, предназначены для стрельбы из нарезного
боевого огнестрельного оружия типа автоматов системы Калашникова («А***»),
ручного пулемета («Р***») и т.п. калибра 5,45 мм, изготовлены
промышленным способом. Произвольно выбранные 42 патрона
из них пригодны для стрельбы (т.1 л.д.
174-179),
- 450 патронов
являются 5,45 мм военными патронами, предназначены для стрельбы из нарезного
боевого огнестрельного оружия, типа автоматов системы Калашникова («А***»),
ручного пулемета («Р***») и т.п. калибра 5,45 мм, изготовлены
промышленным способом. Произвольно выбранные 20 патронов из
них пригодны для стрельбы (т.1 л.д.
185-190),
- 40 патронов
являются 7,62×54мм винтовочными патронами, предназначены для стрельбы из
нарезного боевого огнестрельного оружия - винтовок образца *** (М***),
карабинов образца ***, снайперских винтовок Д*** (С***), пулеметов конструкции
Калашникова («***», «***») и т.п. калибра 7,62мм, изготовлены
промышленным способом. При проверке 5
из них установлена пригодность для стрельбы (т.1 л.д. 207-210),
- 120 патронов
являются 5,45 мм военными патронами, предназначены для стрельбы из нарезного
боевого огнестрельного оружия, типа автоматов системы Калашникова («***»),
ручного пулемета («***») и т.п. калибра 5,45 мм, изготовлены промышленным
способом. Произвольно выбранные из низ 20 патронов пригодны для производства
стрельбы (т.1 л.д. 216-222),
- 33 патрона из 35
являются патронами калибра 7,62×39мм образца *** (20 патронов с обычной и
13 патронов с трассирующего действия пулей), предназначены для стрельбы из
боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 762х39мм таких; как автоматов
конструкции Калашникова («***», «***») ручных пулеметов конструкции Калашникова
(«***»), самозарядных карабинов С*** («***») и т.п. калибра 7,62×39мм,
изготовлены промышленным способом. При
проверке 5 из них установлена пригодность для стрельбы (т.1
л.д.237-246).
Согласно сведениям сервиса централизованного учета оружия Управлении Росгвардии по Ульяновской области
Ясногородский О.И. состоял в качестве
владельца гражданского оружия (т.3 л.д.3).
Судом правильно
признаны вышеприведенные показания свидетелей достоверными, поскольку они
являются последовательными, согласуются между собой и с иными доказательствами.
Заключения всех экспертиз по своему содержанию соответствуют
требованиям ст. 204
УПК РФ и Федерального закона
«О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», а также иным
инструктивным положениям. В заключениях указаны дата, время, место и основания
их производства, сведения об экспертном учреждении, данные эксперта, в том
числе, о его образовании, специальности и стаже, а также содержание и
результаты исследований, научное и мотивированное обоснование выводов по
поставленным вопросам. В исследовательской части заключения приведены все
методы, использованные экспертом. Выводы аргументированы, отвечают на
постановленные перед экспертами вопросы. Экспертам разъяснены их права и
обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ,
они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного
заключения в соответствии со ст.307 УК РФ, потому заключения экспертиз
правильно оценены судом как относимые,
допустимые и достоверные доказательства. У суда апелляционной инстанции
отсутствуют основания для их иной оценки.
В соответствии с п.п. 2,4
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 года № 5 «О судебной
практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия,
боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», к огнестрельному оружию
относятся все виды боевого, служебного и гражданского оружия, в том числе
изготовленные самодельным способом и конструктивно предназначенные для
поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет
энергии порохового или иного заряда независимо от калибра. К категории
боеприпасов относятся все виды патронов к огнестрельному оружию независимо от
калибра, изготовленные промышленным или самодельным способом, а также иные
предметы вооружения и метаемое снаряжение, предназначенные для поражения цели и
содержащие разрывной, метательный, пиротехнический или вышибной заряды либо их
сочетание.
По смыслу закона определяющим для
квалификации является пригодность оружия к производству выстрела. Экспертное
заключение подтвердило пригодность револьвера для производства выстрелов, что в
полной мере соответствует понятию огнестрельного оружия, данному в
законодательстве.
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 11
указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, под незаконным
хранением огнестрельного оружия, его основных частей, и боеприпасов следует
понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных
местах, обеспечивающих их сохранность. Под незаконным приобретением этих же
предметов следует понимать их покупку, получение в дар или в уплату долга, в
обмен на товары и вещи, присвоение найденного и т.п., а также незаконное
временное завладение ими в преступных либо иных целях, когда в действиях
виновного не установлено признаков его хищения.
Для квалификации действий лица по признаку
незаконного хранения не требуется установления точной даты начала хранения.
Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 222
УК РФ, является длящимся и считается оконченным с момента изъятия оружия и
боеприпасов уполномоченными органами.
Доводы защиты об
отсутствии у Ясногородского О.И. умысла
на приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов, поскольку он
ввиду не информированности сотрудниками воинской части об утере части патронов,
их трудноотличимости от патронов к гражданскому оружию не мог предполагать, что собранные им боеприпасы
предназначены именно для огнестрельного оружия,
обоснованно судом отклонены как
несостоятельные.
Так, согласно
показаниям свидетеля Ю*** – ***, Ясногородский был допущен в качестве
руководителя стрельб, но не имел права собирать оставшиеся после них патроны и
гильзы. Вопреки запрету осужденный данную незаконную деятельность осуществлял,
что не оспаривает сам Ясногородский, признавая факт сбора патронов после
стрельб. При этом, вопреки доводам жалобы, для установления его виновности и
квалификации его действий не имеет правового значения количество собранных им
патронов после каждого упражнения по стрельбе.
Согласно Федеральному закону РФ от 13 декабря 1996
года № 150-ФЗ «Об оружии», право на приобретение
и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов предоставляется только на
основании лицензии, выдаваемой федеральным органом исполнительной власти,
уполномоченным в сфере оборота оружия (статья 13).
На территории РФ
запрещаются оборот
(…экспонировавание, коллекционирование, хранение, ношение…) в качестве
гражданского и служебного оружия и патронов к
нему, имеющих технические характеристики, не соответствующие криминалистическим
требованиям к гражданскому и
служебному оружию и патронов (статья 6).
Юридическим лицам и
гражданам запрещаются хранение и использование найденного ими или переданного
им огнестрельного оружия, собственниками которого они не являются, а также
оружия, право на приобретение которого они не имеют в соответствии с настоящим
Федеральным законом, за исключением случаев, установленных настоящим
Федеральным законом. Такое оружие подлежит немедленной сдаче в федеральный
орган исполнительной власти, уполномоченный в сфере оборота оружия, или его
территориальный орган либо в органы внутренних дел (статья 22).
Ясногородский имел
лицензию лишь на владение гражданским оружием. При этом суд апелляционной
инстанции принимает во внимание, что, с учетом длительности такого владения (с
2007 года), специфики деятельности осужденного, фактически постоянно связанной
с обучением граждан стрельбе из гражданского оружия, Ясногородскому в силу
своих познаний не составляло труда визуально отличить патроны для стрельбы из
огнестрельного оружия от патронов, предназначенных для гражданского оружия.
Вопреки доводам защиты, схожесть данных патронов этому обстоятельству не
препятствовала, поскольку на патронах для огнестрельного оружия в отличие от
предназначенных для гражданского оружия имелась серия. Из показаний свидетеля У*** следует, что различить такие
патроны затруднительно лишь в сумерках. Таким образом, указанные выше доводы
защиты, а также аналогичные пояснения свидетеля У*** суд первой инстанции правильно расценил как позицию
защиты. У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки.
Доводы защиты о
том, что револьвер являлся на момент его нахождения непригодным к стрельбе, и
именно эксперт путем внесения конструктивных изменений привел его в пригодное для стрельбы
состояние, судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные.
Так, по смыслу закона пригодность оружия для стрельбы - это его способность производить выстрелы
(одиночные, серийные или непрерывные) в соответствии с целевым назначением,
которое заложено в его конструкции.
При оценке
пригодности учитываются несколько факторов:
- наличие и
взаимодействие всех ключевых компонентов, то есть все основные части, детали, узлы и
механизмы, необходимые для выстрела, должны быть на своих местах, не иметь
существенных дефектов и корректно взаимодействовать между собой,
- безопасность
стрельбы для пользователя и
окружающих,
- безотказность - оружие
должно производить выстрелы без систематических задержек или осечек,
- баллистическая эффективность, то есть снаряд (пуля, дробь) должен обладать достаточной пробивной силой для
поражения цели.
В зависимости от
состояния оружия выделяют несколько градаций пригодности:
- полная пригодность -
оружие способно производить выстрелы в штатном режиме, предусмотренном его
конструкцией (например, одиночными выстрелами или очередями).
- частичная пригодность -
оружие способно только к одному из режимов стрельбы (например, только
очередями); производство выстрелов возможно в режиме, не предусмотренном
конструкцией; способно только на несистематическую стрельбу с осечками и
задержками; выстрелы возможны при использовании специально подготовленных
боеприпасов или достижимы с помощью специальных приемов обращения с оружием, не
предусмотренных его конструкцией.
Непригодность же
означает, что оружие не способно производить выстрелы из-за отсутствия или
серьезного повреждения ключевых компонентов, которые нарушают его
функциональность.
Понятия
«исправность» и «пригодность» не тождественны. Исправность означает, что все детали и механизмы оружия не
имеют дефектов, правильно взаимодействуют между собой и соответствуют
техническим требованиям (ГОСТам, конструкторской документации). Пригодность же — более широкое
понятие, которое может быть и у неисправного оружия, если выявленные
неисправности не влияют на процесс производства выстрела.
Для установления
пригодности проверяется взаимодействие деталей без использования патронов, а
также выполняется экспериментальная стрельба для оценки баллистических
характеристик, что и было сделано экспертом в рамках исследования револьвера на
состояние пригодности к выстрелу. С учетом вышеизложенного, доводы защиты о
непригодности револьвера в момент его находки к производству выстрелов
отклоняются как не основанные на законе.
Кроме того, согласно
показаниям свидетеля С*** - ***, для получения разрешения на хранение
оружия как исторической ценности необходимо предварительно совершить ряд
действий: обратиться в службу лицензионно-разрешительной работы с уведомлением
о его находке, установить
культурно-историческую ценность оружия. Однако, данных мер Ясногородским
принято не было. А потому и данные доводы отклоняются как несостоятельные.
Положениями
ст. 75 УПК РФ предусмотрен исчерпывающий перечень оснований для признания
доказательств недопустимыми. Так, доказательства
должны признаваться полученными с нарушениями закона, если при их собирании и
закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и
гражданина или установленный уголовно-процессуальным законом порядок их
собирания и закрепления, а также, если собирание и закрепление доказательств
осуществлены ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не
предусмотренных процессуальными нормами. Наличие
таковых по данному уголовному делу, вопреки доводам жалоб, судебной коллегией
не установлено.
Вопреки доводам
защиты, у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений законность проведенного обыска в
жилище Ясногородского, протокол которого приведен в приговоре в качестве
доказательства. Обыск, в ходе которого были обнаружены огнестрельное оружие и
многочисленные патроны разных калибров, предназначенные для огнестрельного
оружия, проведен на основании судебного решения по ходатайству следователя в
рамках возбужденного уголовного дела, уполномоченными должностными лицами в
присутствии понятых с соблюдением положений ст. 182, 165 УПК РФ и оформлением
протокола в соответствии со ст. 166 ,167 УПК РФ. Обыск был проведен по адресу,
указанному в ходатайстве следователя и судебном решении – г. Ульяновск ул. ***, д.***, кв. *** в присутствии
осужденного, анкетные данные которого, в том числе отчество, в протоколе обыска
указаны верно. Перед его началом Ясногородскому
предъявлена копия постановления Ленинского районного суда г. Ульяновска
от 11 июля 2024 года о разрешении проведения обыска, всем участникам разъяснены
их процессуальные права и обязанности, что, кроме свидетелей Е*** и Ф***, подтвердила
свидетель К***, принимавшая в нем участие в качестве ***. В ее присутствии были
обнаружены и изъяты огнестрельное оружие, а также патроны разных калибров,
предназначенные для такого оружия. По окончании обыска каких-либо замечаний по
процедуре и законности его проведения, а также правильности отражения в
составленном протоколе его результатов не поступило. Таким образом, у суда
первой инстанции отсутствовали предусмотренные законом основания для признания
протокола обыска недопустимым доказательством. Не имеется таковых и у суда
апелляционной инстанции.
Указание же в
ходатайстве следователя (т. 1 л.д. 14) в описательно-мотивировочной части, в
также в постановлении Ленинского районного суда г.Ульяновска от 11 июля 2024
года (т. 1 л.д. 15-16) отчества
Ясногородского как И***, вместо верного Игоревич, является явной технической
ошибкой, не влекущей признание протокола обыска недопустимым доказательством.
Вместе с тем, судом
обоснованно исключено из обвинения осужденного приобретение, хранение и ношение
штык-ножа, поскольку он относится к военному клинковому холодному оружию.
Вопреки доводам
жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд всесторонне и в
совокупности оценил доказательства, исследованные в ходе судебного заседания,
при этом указал основания, по которым принял одни доказательства и отверг
другие.
Тот факт, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией
защиты, не свидетельствует об обвинительном уклоне и о нарушении требований
уголовно-процессуального закона, а потому не является основанием для отмены
приговора. Данных о том, что в
основу приговора положены недопустимые доказательства, по делу не имеется.
При таких
обстоятельствах действия Ясногородского О.И. судом верно квалифицированы по ч.
1 ст. 222 УК РФ.
Судебное разбирательство по настоящему уголовному делу, по мнению суда
апелляционной инстанции, проведено всесторонне, полно и объективно. Выводы
суда, вопреки доводам защиты, основаны на исследованных непосредственно в ходе
судебного следствия доказательствах.
Не нашли своего подтверждения и доводы защиты о допущенных дознанием и органом предварительного расследования
нарушениях при продлении сроков дознания и следствия.
В силу положений ч.ч. 3, 4, 5 ст. 223 УПК РФ
дознание производится в течение 30 суток со дня возбуждения уголовного дела (ч.
3). В необходимых случаях, в том числе связанных с производством судебной
экспертизы, срок дознания, предусмотренный ч.
3 настоящей статьи, может быть продлен прокурорами района, города, приравненным
к ним военным прокурором и их заместителями до 6 месяцев (ч. 4).
Дальнейшее продление срока производства
дознания допускается прокурором субъекта РФ и приравненным к нему военным
прокурором до 12 месяцев только в исключительных случаях, связанных с
исполнением запроса о правовой помощи, направленного в порядке, предусмотренном
ст.
453 УПК РФ (ч. 5).
Поскольку срок
дознания, установленный до 29 января 2025 года, являлся предельным, законные
основания для его дальнейшего продления отсутствовали, все полученные
дознавателем за его пределами доказательства обоснованно признаны недопустимыми
на основании требований ст. 75 УПК РФ, о чем имеется соответствующее
постановление заместителя прокурора Ленинского района г.Ульяновска Герасимова
Д.Ю. от 7 июля 2025 года (т. 2 л.д. 215-216). Таким образом, доводы защиты, что
общий срок следствия подлежит исчислению с учетом продления сроков дознания
после 29 января 2025 года, а также о продлении сроков следствия в связи с этим
неуполномоченным должностным лицом, судом апелляционной инстанции отклоняются
как противоречащие требованиям УПК РФ.
Доводы защиты о
противоречивости постановления следователя от 10 ноября 2025 года в части
указания общего срока продления предварительного расследования также во
внимание не принимаются, поскольку в указанном документе четко и недвусмысленно
указано, что срок следствия продлен
именно по 15 декабря 2025 года. Допущенная же техническая описка в 5
дней в общей продолжительности срока следствия в связи с указанием конкретной
даты правового значения в данном случае не имеет.
Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ,
правильно установлены и изложены в приговоре. Приговор постановлен в
соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений ст. 307 УПК РФ, которые
являлись бы основаниями для отмены или изменения приговора, судом не допущено,
доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.
Суд рассмотрел
вопрос о вменяемости осужденного и пришел к правильному выводу, что, с учетом
поведения Ясногородского О.И. в ходе предварительного и судебного следствия,
осужденный является лицом, подлежащим уголовной ответственности.
При назначении наказания осужденному суд, вопреки доводам защиты, учел характер и степень
общественной опасности содеянного, данные о его личности, смягчающие наказание
обстоятельства, в том числе и те, которые защитником изложены в жалобе и
приведены, в том числе Ясногородским О.И., в суде апелляционной инстанции,
отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания
на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Так, судом учтено,
что Ясногородский характеризуется положительно, к уголовной и административной ответственности не
привлекался, на учета у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит,
трудоустроен, является многодетным отцом, имеет многочисленные благодарственные
письма и грамоты за вклад в боевую подготовку *** граждан, проживающих на
территории г.Ульяновска, Чувашской Республики, оказание содействия органам
Службы государственной безопасности, повышение обороноспособности и безопасности Республики Абхазия, а также за
личный вклад в воспитание подрастающего поколения, молодых спортсменов,
проведение занятий по начальной военной подготовке, занятое 1 место на чемпионате Ульяновского
территориального гарнизона в армейском тактико-стрелковом многоборье по огневой
подготовке, помощь ***.
Также судом верно
установлено отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, наличие
обстоятельств, смягчающих наказание, а именно:
совершение преступления впервые,
положительные характеристики, его состояние здоровья, перенесенные
операции, состояние здоровья близких лиц и родственников, наличие на иждивении
троих малолетних детей, статуса многодетной семьи, активную жизненную
позицию, многочисленные благодарственные
письма и грамоты за оказание помощи в боевой подготовке допризывной молодежи и
поступающих на военную службу, молодых спортсменов, вклад в боевую подготовку ***
граждан, помощь ***, занятие благотворительной деятельностью.
Иных обстоятельств,
смягчающих наказание, которые не были учтены судом первой инстанции и могли бы
повлечь смягчение наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вопреки доводам
защиты, суд в полной мере учел степень общественной опасности совершенного
Ясногородским О.И. преступления, данные о его личности, совокупность смягчающих
наказание обстоятельств, в том числе активную жизненную позицию, и правильно не
усмотрел оснований для освобождения от уголовной ответственности и наказания.
Согласно положениям, изложенным в Определении
Конституционного суда РФ от 26 октября 2017 года № 2257-О, при разрешении
вопроса об освобождении от уголовной ответственности суд обязан непросто
констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для
освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и
мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в
том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его
совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или
иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени
общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а
также обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.
В соответствии с ч. 2 ст. 14
УК РФ не является преступлением действие (бездействие), формально содержащее
признаки преступления, но в силу малозначительности не представляющее
общественной опасности.
В силу правовой позиции, выраженной в Определении
Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2013 года N 1162-О,
вышеприведенная норма позволяет отграничить преступления от иных правонарушений
и направлена на реализацию принципа справедливости, в соответствии с которым
наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу,
совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать
характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его
совершения и личности виновного. Тем самым обеспечивается адекватная оценка
правоприменителями степени общественной опасности деяния, зависящая от
конкретных обстоятельств содеянного.
По смыслу уголовного закона при решении
вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь в виду,
что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления,
должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая
свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало
угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 21
вышеуказанного постановления Пленума, при оценке степени общественной опасности
содеянного и назначении наказания следует учитывать цели и мотивы действий
виновного, источник и способ завладения, вид, количество, боевые свойства и
стоимость похищенного огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ
или взрывных устройств.
Установленные судом
фактические обстоятельства совершенного преступления (обстоятельства
приобретения огнестрельного оружия и боеприпасов к нему в виде
целенаправленного собирания патронов на полигоне после стрельб; хранение в
течение длительного времени 1938 боевых патронов, в том числе и в условиях открытого
доступа к ним посторонних лиц, и огнестрельного оружия) не позволяют сделать
вывод об отсутствии общественной опасности в действиях Ясногородского, который,
будучи осведомленным о запрете незаконного оборота оружия и в силу занимаемой
должности и наличия специальных знаний, с учетом владения гражданским оружием с
2007 года, предоставляющих ему возможность достоверно установить какие оружие и
патроны относятся к огнестрельным, на протяжении более 2 лет не предпринимал
мер к сдаче незаконно хранимого огнестрельного оружия и патронов к нему в
соответствующий орган. При этом суд апелляционной инстанции также принимает во
внимание, что сам осужденный каких-либо мер к заглаживанию причиненного вреда
не предпринял.
Вместе с тем, данное
преступление подрывает установленный законом порядок оборота оружия.
Общественная опасность незаконного хранения огнестрельного оружия проявляется
сразу в нескольких плоскостях:
- прямая угроза жизни и здоровью людей,
поскольку огнестрельное оружие конструктивно предназначено для
поражения цели на расстоянии. Если оно хранится незаконно (без разрешения, в
неподходящих условиях), возрастает риск использования его для совершения тяжких
преступлений. При этом, вопреки доводам защиты об отсутствии у Ясногородского
намерения применить оружие или использовать боевые патроны против государства,
общества или граждан, сам факт их наличия в незаконном обороте создает
постоянный фон опасности для окружающих,
- создание условий для других преступлений,
поскольку незаконное хранение фактически представляет собой канал, по которому оружие может попасть в
криминальную среду даже при отсутствии содействия или желания его незаконного
владельца,
- нарушение установленного правового порядка
оборота оружия (лицензирование, особые условия хранения, проверки), которые
государством введены именно в целях
минимизировать риски. Незаконное хранение эту систему нивелирует, поскольку
отсутствуют контроль и гарантии соблюдения владельцем норм безопасности, что
подрывает доверие к правовому регулированию в целом,
- повышает риск несчастных случаев из-за
возможного доступа к ним лиц, не обладающих навыками обращения с оружием,
- угроза общественной стабильности, поскольку масштабный незаконный оборот оружия снижает
уровень безопасности и может дестабилизировать социальную обстановку, влиять на
инвестиционный климат и доверие к институтам власти.
Таким образом,
оснований для освобождения Ясногородского от уголовной ответственности у суда
первой инстанции не имелось. Отсутствуют таковые и у суда апелляционной инстанции.
Суд первой инстанции
при постановлении приговора должным образом мотивировал отсутствие оснований
для применения ст. 64 УКРФ.
С учетом всех
обстоятельств по делу, суд обоснованно пришел к выводу о том, что исправление
осужденного возможно при назначении наказания в виде ограничения свободы в
размере, приближенном к минимальному, предусмотренному санкцией ч. 1 ст. 222 УК
РФ. При этом мотивы назначения наказания, приведенные в приговоре,
соответствуют требованиям закона.
Правильным является
и вывод суда о неприменении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также ч. 1 ст. 62 УК
РФ (ввиду отсутствия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и» и (или)
«к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). В данной части суд свое решение надлежащим образом
мотивировал, у судебной коллегии отсутствуют основания с ним не согласиться.
Вопреки доводам
защиты, назначенное наказание никоим образом не воспрепятствует продолжению
деятельности Ясногородского по патриотическому воспитанию. При этом суд
апелляционной инстанции принимает во внимание, что гражданское оружие не
является единственным законным источником получения дохода осужденным.
Вместе
с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.
В силу п.п. 2,3 ст. 389.15
УПК РФ основанием для изменения приговора является нарушение
уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона.
Согласно ст. 297
УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным, постановленным в
соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на
правильном применении уголовного закона.
Обжалуемый приговор указанным требованиям
закона отвечает не в полной мере.
Суд апелляционной
инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части
приговора показания свидетеля - сотрудника полиции Е*** в части обстоятельств,
ставших ему известными от осужденного в ходе проведения обыска в жилище
последнего, по следующим основаниям.
Так, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в
Определении от 6 февраля 2004 года № 44-О, допрос сотрудников полиции об
обстоятельствах преступления, ставших известными им в ходе досудебного
производства от подозреваемого или обвиняемого, противоречит
уголовно-процессуальному закону.
В данном же
конкретном случае показания сотрудника полиции сводятся к виновности
Ясногородского О.И.
При таких
обстоятельствах ссылка суда на показания свидетеля Е*** в части фактических обстоятельств
преступления, о которых ему стало известно от Ясногородского О.И., как на
доказательство по делу подлежит исключению из приговора.
Кроме того,
заслуживают внимания доводы апелляционного представления в части незаконности
осуждения Ясногородского О.И. за ношение
огнестрельного оружия и боеприпасов к нему.
Так, из содержания
обвинения и приговора следует, что обстоятельства незаконного ношения
осужденным огнестрельного оружия и боеприпасов к нему по делу не установлены, не подтверждены доказательствами
и не описаны ни в фабуле обвинения, ни в описании преступного деяния в
приговоре. При таких обстоятельствах доводы кассационного представления о том,
что перемещение Ясногородским О.И. огнестрельного оружия и боеприпасов к нему с
места находки до места хранения следует признать частью их незаконного хранения, являются обоснованными.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ,
изложенной в п. 11 вышеуказанного постановления Пленума, под незаконным
ношением огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых
веществ или взрывных устройств следует понимать нахождение их в одежде или
непосредственно на теле виновного, а равно переноску в сумке, портфеле и т.п.
предметах.
Органом
предварительного расследования и судом установлено, что огнестрельное оружие и
боеприпасы к нему изъяты в месте их хранения осужденным, однако не указано где,
в какое время и при каких обстоятельствах Ясногородский носил их при себе.
Не установление
таких обстоятельств не позволяет решить вопрос о наличии оснований для
привлечения осужденного к уголовной ответственности за приведенное выше
действие.
Данное вносимое в
приговор изменение безусловно влечет смягчение наказания, поскольку иное не
позволило бы в полной мере учесть положения ст. 6, 60 УК РФ, то есть общие
правила назначения наказания.
В остальной части
квалификация действий осужденного является верной – по ч. 1 ст. 222 УК РФ как
незаконные приобретение, хранение огнестрельного оружия, боеприпасов к нему.
Также приговор
подлежит изменению, поскольку, вопреки требованиям п. 17 ч. 1 ст. 299 УПК РФ,
судом не был решен вопрос об отмене либо изменении ранее избранной в отношении
осужденного меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,
которую суд апелляционной инстанции считает необходимым отменить.
Кроме того, разрешая вопрос о вещественных доказательствах -огнестрельном
оружии и боеприпасов к нему, суд принял решение о передаче их в федеральный орган исполнительной власти,
уполномоченный в сфере оборота оружия, или его территориальный орган и органы,
уполномоченные Правительством РФ выдавать лицензии на производство гражданского
и служебного оружия, а также уполномоченные органы государственного контроля
(надзора) за соблюдением обязательных требований к гражданскому и служебному
оружию, установленных в соответствии с законодательством РФ о техническом
регулировании и законодательством РФ о стандартизации, не указав конкретный
орган, которому огнестрельное оружие и боеприпасы к нему подлежат фактической
передаче.
При этом судом
первой инстанции не учтены разъяснения вышеуказанного постановления Пленума
Верховного Суда РФ, изложенные в п. 22.2, согласно которым изъятые и
приобщенные к уголовному делу, в том числе конфискованные, гражданское и
служебное оружие и патроны к нему подлежат передаче в территориальные органы
Федеральной службы войск национальной гвардии РФ либо в органы внутренних дел.
Не приняты во
внимание и положения Федерального закона №226 от 3 июля 2016 года «О войсках
национальной гвардии Российской Федерации», согласно которым одной из задач
войск национальной гвардии является федеральный государственный контроль
(надзор) за соблюдением законодательства РФ в области оборота оружия (п.7 ст.2), при этом осуществление приема, хранения и
уничтожения изъятого, добровольно сданного или найденного огнестрельного,
газового, холодного и иного оружия, боеприпасов, патронов к оружию, взрывных
устройств, взрывчатых веществ, относится к полномочиям именно войск
национальной гвардии (п.12 ст.9).
Поскольку решение
суда первой инстанции о вещественных доказательствах является не
конкретизированным и может повлечь в последующем сомнения и неясности в его
исполнении, суд апелляционной инстанции считает необходимым в данной части
приговор отменить и вынести новое судебное решение о передаче их в
территориальный орган Федеральной службы войск национальной гвардии РФ для
решения вопроса об их дальнейшей судьбе.
Приговор отвечает
требованиям ст. 297
УПК РФ, существенных нарушений норм уголовно-процессуального или уголовного
закона, влекущих его отмену или изменение по иным основаниям, не допущено.
На
основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной
инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор Ленинского
районного суда г. Ульяновска от 6 мая 2026 года в отношении осужденного
Ясногородского Олега Игоревича изменить.
Исключить из приговора:
- ссылку на показания сотрудника полиции Е***
в части изложения пояснений осужденного о фактических обстоятельствах
совершенного преступления;
- осуждение Ясногородского О.И. за ношение
огнестрельного оружия, боеприпасов к нему и смягчить ему наказание до 10 месяцев ограничения свободы.
Отменить Ясногородскому О.И. меру пресечения
в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Приговор в части решения вопроса о
вещественных доказательствах –патронах, гильзах, штык-ноже, револьвере системы
«Н***» отменить и вынести новое судебное решение:
145 патронов и 10
гильз; 100 патронов и 20 гильз; 4 гильзы; 880 патронов и 50 гильз; 153 патрона
и 7 гильз; 28 патронов и 7 гильз; 494
патрона и 42 гильзы; 430 патронов и 20 гильз; 28 патронов и 5 гильз; 100
патронов и 20 гильз, являющиеся боевыми
патронами к нарезному огнестрельному оружию калибра 5,45 и 7,62 мм; штык-нож;
револьвер системы «Н***», являющийся короткоствольным нарезным огнестрельным
оружием калибра 7,62 мм, хранящиеся в камере хранения оружия ОМВД России по
Ленинскому району г.Ульяновска, – передать в территориальный орган Федеральной службы войск национальной
гвардии РФ по Ульяновской области для решения вопроса о дальнейшей судьбе на основании п.12 ч. 1 ст.
9 Федерального закона от 3 июля 2016 года N 226-ФЗ «О войсках национальной
гвардии РФ».
В остальном приговор
оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу – без
удовлетворения.
Апелляционное
постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы
47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда
общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:
- в течение шести
месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения – через суд первой инстанции для рассмотрения в
предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;
- по истечении
вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для
рассмотрения в предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ порядке.
Лицо, в отношении
которого вынесено итоговое судебное решение, вправе участвовать в рассмотрении
уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий