УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
|
Судья Ермохин Н.Ю.
|
Дело №22-1157/2026
|
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
|
г.Ульяновск
|
19
августа 2026 года
|
Судебная коллегия по
уголовным делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Грыскова А.С.,
судей Гобузова Д.С.
и Мещаниновой И.П.,
с участием прокурора
Чашленкова Д.А.,
осужденного
Дикмарова А.М., защитника – адвоката Мокровского А.В.,
при секретаре
Петрове Д.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по
апелляционным жалобам адвоката Мокровского А.В. на приговор Ульяновского
районного суда Ульяновской области от 02 июля 2026 года, которым
ДИКМАРОВ Александр Михайлович,
***,
осужден
к наказанию:
- по п.«б» ч.4
ст.171.1 УК РФ в виде принудительных работ на срок 2 года 5 месяцев с
удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства;
- по ч.1 ст.312 УК
РФ в виде обязательных работ на срок 400 часов.
Постановлено на основании ч.3 ст.69, ст.71 УК РФ по
совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний
назначить окончательное наказание в виде принудительных работ на срок 2 года 6
месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.
Приговором решены
вопросы о мере пресечения, сроке исчисления наказания, зачете времени
нахождения под домашним арестом, отмене ареста на имущество и вещественных
доказательствах.
Заслушав доклад
судьи Грыскова А.С., изложившего краткое содержание приговора, существо
апелляционных жалоб и возражений,
выступления участников процесса, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Дикмаров А.М. признан виновным в хранении в целях сбыта и сбыте товаров
без маркировки, предусмотренной законодательством Российской Федерации,
в случае, если такая маркировка обязательна (за исключением продукции,
указанной в части пятой настоящей статьи), совершенные в особо крупном размере
и сокрытии имущества, подвергнутого
описи, совершенное лицом, которому это имущество вверено.
Преступления
совершены им на территории У*** при обстоятельствах, установленных судом и
подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной
жалобе адвокат Мокровский А.В. в интересах осужденного Дикмарова А.М. не
соглашается с вынесенным приговором, считает его незаконным. Суд необоснованно отверг довод защиты о том,
что продукция предназначалась на кормовые цели, сославшись на то, что в
программе «***» она зарегистрирована как пищевая. Однако это прямое логическое
противоречие, поскольку сам суд констатирует, что «компонент «***» не является
официальным государственным реестром или регистром», а также что «маркировка в
виде листа-вкладыша (этикетки) обязательно должна иметься на каждой единице
упаковки». Если информация в «***» не является гарантией качества и не заменяет
маркировку, то и ссылаться на нее как на опровержение доводов защиты
неправомерно. Более того, судом проигнорированы договор поставки №*** от
13.05.2025, прямо указывающий на кормовые цели, приказ №*** от 28.04.2025 о
продаже рыбы на кормовые цели, показания свидетелей Ю*** Х.Х. и Ю*** Р.С. При
этом суд отвергает эти доказательства лишь на том основании, что они не были
предъявлены сразу, что является предположением, а не доказательством
фальсификации. Приводя расчет стоимости рыбной продукции и ссылаясь в этой
части на приведенные в приговоре установленные судом обстоятельства, защитник
считает, что, исключив часть продукции из общего веса, суд должен был
пропорционально уменьшить как вес сбытой, так и вес хранимой продукции. Вместо
этого суд, руководствуясь субъективным желанием сохранить квалифицирующий
признак, допустил двойной стандарт оценки доказательств, что является
недопустимым и нарушает принцип справедливого судебного разбирательства.
Допущенное судом нарушение ст.252 УПК РФ является существенным, поскольку
повлияло на исход дела и привело к назначению более строгого наказания, чем то,
которое могло быть назначено при правильном применении закона. Суд первой
инстанции, устраняя арифметические ошибки обвинения, подменил собой сторону
обвинения, самостоятельно восполнив пробелы в расчетах и придав им вид
законности, что недопустимо в силу состязательного характера уголовного процесса
(ст.15 УПК РФ). Исключив из обвинения часть продукции и одновременно
отказавшись исключить другую ее часть, суд нарушил принцип презумпции
невиновности, истолковав неустранимые сомнения в массе (22,5 кг) не в пользу
подсудимого, а против него. Также защита считает, что по смыслу закона, сбыт
считается оконченным с момента перехода товара в фактическое владение
покупателя. Продукция была изъята сотрудниками полиции в момент перевозки до
момента передачи покупателю. Следовательно, деяние, при отсутствии умысла на
сбыт немаркированного товара (учитывая договор на кормовые цели), не может быть
квалифицировано как оконченный сбыт. Данный факт является существенным
нарушением квалификации. В жалобе защитник оспаривает
допустимость протокола осмотра
места происшествия от 14.05.2025. Данное следственное действие проводилось
дознавателем Мишиной Н.С. в отсутствие понятых, однако в деле отсутствуют
видеозаписи, подтверждающие ход всего следственного действия, что является
нарушением. Осмотр места происшествия от 16.06.2025 - суд указывает, что
следователи применяли «выборочный осмотр» и «отсутствие условий для определения
вида рыбной продукции». Это противоречит принципу полноты и объективности
следствия (ст.73 УПК РФ). Неисследованные мешки не могли служить основанием для
определения общей массы и стоимости всей партии. Утверждает, что использовались
несертифицированные весы. Так, судом установлено, что весы («***»)
отключались
и заряжались в процессе осмотра, что ставит под сомнение точность взвешивания.
Свидетельство о поверке было получено следователем только в процессе осмотра, а
не в начале, что не гарантирует корректность данных на момент следственного
действия. По мнению защитника, товароведческая экспертиза №82/2025 также
является недопустимым доказательством, поскольку в выводах эксперта имеются
арифметические ошибки и расхождение в итоговой сумме на 82 080 рублей (ошибка
по сазану) и более 100 000 рублей в общей сумме. Суд, исправляя эти ошибки в
приговоре, фактически сам выполняет функцию эксперта, что недопустимо. Если
экспертиза содержит противоречия, суд обязан был назначить повторную или
дополнительную экспертизу (ст.207 УПК РФ), а не устранять недостатки
самостоятельно. В данном случае, по мнению защитника, суд занял обвинительный
уклон, что нарушило права на защиту. Таким образом, суд первой инстанции,
установив наличие арифметических ошибок и противоречий в заключении
товароведческой судебной экспертизы №82/2025, в нарушение требований статьи 207
УПК РФ не назначил повторную либо дополнительную экспертизу, а самостоятельно
устранил указанные недостатки, фактически выполнив функцию эксперта и подменив
собой сторону обвинения. Ветеринарно-санитарные экспертизы также, по мнению
защитника, являются недопустимыми доказательствами, поскольку в них нет сведений
о предупреждении эксперта по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.
Суд необоснованно отвергает показания свидетелей Ю*** Р.С. и Ч*** Н.В.,
указывая, что они стараются изложить обстоятельства выгодным для себя образом.
Однако судом не приведено объективных доказательств их заинтересованности и не
дана оценка тому, что их показания согласуются с письменными документами
(договор поставки на корм). Это нарушает принцип состязательности сторон. Суд
первой инстанции неправильно применил уголовный закон в части квалификации и
доказывания умысла. Так, для квалификации деяния по данной статье необходимо
доказать, что лицо осознавало, что хранит или сбывает именно немаркированную
продукцию. Суд установил, что по документам (накладные, «***») продукция
считалась пищевой и маркированной. Следовательно, у Дикмарова А.М. не было
умысла на нарушение закона в части маркировки, так как он действовал в
соответствии с имеющимися документами. Любые несоответствия в маркировке
являются административным, а не уголовным правонарушением. Также неверно
установлен субъект преступления по ч.1 ст.312 УК РФ. Судом не установлен факт
надлежащего предупреждения Дикмарова А.М. об уголовной ответственности за
растрату имущества, подвергнутого описи. Расписки от 24.06.2025 в деле нет, а
по поводу других расписок (18, 20, 25 июня) показания свидетелей противоречивы.
Суд первой инстанции не дал оценки тому факту, что ненадлежащая охрана
вещественных доказательств сотрудниками полиции исключает ответственность
Дикмарова А.М. по ст.312 УК РФ. Факт отчуждения не доказан, то есть в деле нет
никаких доказательств того, что Дикмаров лично вывез рыбу, продал ее кому-то
или отдал приказ вывезти. Обвинение в «сокрытии» построено на предположениях,
так как прямой умысел Дикмарова А.М. не подтвержден, пропажа могла произойти в
результате действий третьих лиц.
В
дополнительной апелляционной жалобе адвокат Мокровский А.В., приводя сведения о
личности Дикмарова А.М., считает назначенное подзащитному наказание несправедливым.
Просит
приговор отменить.
В
возражениях помощник прокурора Ульяновского района Бурусова Р.Т. не соглашается
с ее доводами, просит оставить приговор без изменения.
В заседании суда
апелляционной инстанции:
- осужденный Дикмаров
А.М., защитник–адвокат Мокровский А.В. поддержали доводы апелляционных жалоб;
- прокурор Чашленков
Д.А. возражал по доводам жалоб.
Проверив материалы
уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражений, заслушав выступления
участников процесса, судебная коллегия считает приговор подлежащим изменению в
связи с несоответствием выводов суда,
изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Судебная коллегия полагает, что суд первой
инстанции пришел к правильному выводу о том, что законных оснований для
возвращения уголовного дела в отношении осужденного Дикмарова А.М. прокурору в
порядке ст.237
УПК РФ не имеется, поскольку в предъявленном обвинении все обстоятельства
содеянного приведены в соответствии с нормами УПК
РФ и полностью соответствуют описанию и квалификации преступных деяний с учетом
произведенных судом уточнений, изложенных в обвинительном заключении.
Постановление о привлечении в качестве обвиняемого по существу является ясным и
непротиворечивым, соответствует требованиям ст.171 УПК РФ. В обвинении указано,
что именно совершил осужденный, чем должен был руководствоваться в своей
деятельности и какие соответствующие нормативно-правовые акты при этом им были
нарушены.
Таким образом,
существенных нарушений требований УПК РФ, права осужденного на защиту от предъявленного
обвинения не допущено, основания для возвращения дела прокурору в порядке
ст.237 УПК РФ отсутствуют.
Расследование уголовного дела проведено в рамках
установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного
судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела также проведено судом в
соответствии с положениями главы 35
УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39
УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела. Предусмотренные ст.73
УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, по делу установлены.
При разбирательстве уголовного дела, вопреки
доводам жалоб, судом, согласно протоколу судебного заседания и аудиозаписи
(прослушанной при подготовке к судебному заседанию апелляционной инстанции),
соблюден принцип состязательности сторон, созданы условия для исполнения
сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им
прав, обеспечено процессуальное равенство сторон, права по представлению и
исследованию доказательств не нарушены.
В приговоре, согласно требованиям ст.307
УПК РФ, приведены доказательства, подтверждающие виновность осужденного
Дикмарова А.М. в совершении инкриминируемых ему преступлений, которым судом
дана мотивированная оценка в соответствии со ст.87
и 88
УПК РФ, а также указано, какие из них суд положил в его основу, а какие отверг,
указаны убедительные аргументы принятого решения.
Судом тщательно была проверена версия о
невиновности Дикмарова А.М. в совершении инкриминируемых преступлений. Своего
объективного подтверждения материалами дела она не нашла и справедливо была
отвергнута как несостоятельная с указанием в приговоре соответствующих
оснований. Показания осужденного в суде о его невиновности являются
недостоверными, осужденный пытался выбрать для себя более убедительную версию
своей непричастности, поэтому судебная коллегия расценивает показания Дикмарова
как способ защиты, данные с целью избежать уголовной ответственности и,
соответственно, наказания за совершенные деяния.
Все доводы осужденного и его защиты, в том
числе изложенные в апелляционных жалобах, проверялись судом первой инстанции,
им дана надлежащая оценка, они полностью опровергаются представленными стороной
обвинения доказательствами.
Что касается
показаний свидетелей Ю*** Р.С., Ю*** Х.Х., Ч*** Н.В., то они также никоим
образом не свидетельствуют о невиновности Дикмарова А.М. в содеянном. Их
показания в части противоречат верно установленным в суде обстоятельствам
произошедшего, а потому суд верно по изложенным в приговоре мотивам не принял
их во внимание и не признал достоверными в полном объеме. Не согласиться с
такой оценкой показаний указанных лиц судебная коллегия оснований не находит.
Вопреки
доводам жалоб, выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в
инкриминируемых ему деяниях подтверждаются в своей совокупности и взаимосвязи
показаниями свидетелей У*** М.В., Р*** М.В., К*** П.А., Г*** А.В., А*** Д.Ф., Р***
В.И., М*** Н.С., М*** Е.В., М*** А.О., К*** Д.Н., С*** М.В., Т*** В.Г., Ф***
А.Н., Ш*** И.В., П*** А.А., К*** В.В., Л*** Г.И., Ч*** С.Е., К*** Е.П., Т***
Н.В., К*** В.В., М*** С.В., К*** Д.Н., П*** А.А., экспертов С*** Н.А. В***
М.Ю., специалистов Ф*** Г.В., Р*** Т.Н., П*** А.Ю. и других лиц.
Помимо показаний
указанных лиц, позиция Дикмарова опровергается, а показания свидетелей,
экспертов и специалистов подтверждаются протоколами осмотра места происшествия,
предметов, выемок, обысков, сохранными расписками (Дикмаров А.М. принял на
ответственное хранение мороженую рыбу), проверок показаний на месте,
заключениями экспертов №№258-ЭЗ, 259-ЭЗ, 260-ЭЗ, 261-ЭЗ, 262-ЭЗ, 263-ЭЗ,
264-ЭЗ, 265-ЭЗ, 266-ЭЗ, 267-ЭЗ, 268-ЭЗ от 24.07.2025, товароведческой судебной
экспертизой №82Э/2025 от 19.09.2025 и иными доказательствами, существо которых
подробно изложено в приговоре.
Вопреки доводам
жалоб, по делу не установлено данных, свидетельствующих о том, что свидетели,
эксперты, специалисты, чьи показания верно были положены в основу приговора о
виновности Дикмарова, из-за заинтересованности либо по другим причинам оговорили
осужденного или умолчали об известных им обстоятельствах. Их показания
опровергают позицию осужденного, при этом они согласуются в существенных
моментах между собой, объективно подтверждаются другими изложенными в приговоре
доказательствами и полностью изобличают Дикмарова в содеянном. Существенных
противоречий между показаниями свидетелей, экспертов, специалистов, иными
доказательствами, положенными в основу приговора, которые могли бы повлиять на
исход по делу, не имеется. Каких-либо оснований для исключения протоколов
следственных действий судебная коллегия не находит, так как следственные
действия были проведены, а протоколы составлены в соответствии с требованиями
уголовно-процессуального закона, то есть являются допустимыми доказательствами.
При этом показания
допрошенных лиц судом были зафиксированы в приговоре надлежащим образом, то
есть с достаточной полнотой и объективностью, являются конкретизированными, без
каких-либо искажений и интерпретаций в выгодную для обвинения сторону, и им
дана верная оценка судом первой инстанции.
Несмотря на доводы
жалоб, судом на основе совокупности представленных доказательств верно
установлено, что Дикмаров А.М., имеющий значительный опыт предпринимательской
деятельности в сфере реализации пищевой рыбной продукции, являющийся
учредителем и директором ООО «***», юридический адрес: *** пренебрегая
установленными и ратифицированными государственными органами Российской Федерации
нормами, регламентирующими порядок поступления и дальнейший оборот на рынке
прошедшей процедуру оценки соответствия и признанной пригодной для
использования в качестве пищевой продукции, организовал хранение заготовленной
обществом в период с 28 ноября 2024 года по 14 мая 2025 года предназначенной
для последующего поступления на рынок рыбной продукции видов «судак» массой 52
550 килограмма, «берш» массой 4213 килограмма, «синец» массой 7,5 килограмма,
«сорожка» массой 27,5 килограмма, «щука» массой 363 килограмма, «карась» массой
449 килограммов, «подлещ» массой 26 килограмма, «сазан» массой 457 килограммов,
в морозильных контейнерах, находящихся на производственной территории данной
организации, поместив при этом в нарушение требований, предусмотренных частью
1, пунктом 12 части 2 статьи 10, пунктами 9, 12 и 13 статьи 17, статьей 39 ТР
ТС 021/2011, а также требований иных нормативно-правовых актов, изложенных в
обвинении, данную продукцию в отдельные упаковочные единицы, не имеющие
предусмотренной законодательством обязательной и надлежащей маркировки,
обеспечивающей прослеживаемость данной продукции и дающей возможность ее прямой
идентификации по наименованию и назначению. Выполняя данные Дикмаровым А.М. указания, неустановленные лица, находясь на
его производственной территории, 14 мая 2025 года не позднее 14 часов 36 минут
осуществили загрузку из контейнеров в автотранспортное средство прибывшего
водителя Ф*** А.Н. – прицеп-рефрижератор
«SMITZ SKO 24L» с государственным регистрационным знаком «ВН ***» грузового автомобиля «DAF XF -105.460» с
государственным регистрационным знаком «***», замороженной рыбной продукции
видов «судак» и «берш» общей массой 21 621,5 кг, находящейся в упаковочных
единицах, не обеспеченных установленной законодательством обязательной
маркировкой, используемой для перемещения в целях сбыта указанной пищевой
рыбной продукции. Оставшуюся после отгрузки в адрес ИП ***. признанную
пригодной для использования в качестве пищевой рыбную продукцию видов
«Судак», «Берш», «Карась», «Подлещ», «Щука», «Сорожка», «Сазан», «Синец» общей
массой 36 471,5 килограмма, в
необеспеченной предусмотренной законодательством обязательной маркировкой
упаковке Дикмаров А.М. продолжил хранить в морозильных камерах на
производственной территории общества с целью последующего ее выпуска и
реализации на рынке, до момента ее обнаружения и изъятия из незаконного оборота
сотрудниками правоохранительных органов. Незаконная деятельность Дикмарова А.М.
была пресечена сотрудниками полиции в результате проведения
оперативно-разыскных мероприятий и следственных действий. Согласно заключениям проведенных
ветеринарно-санитарных экспертиз, данная продукция, не имеющая маркировку,
признана некачественной и подлежащей утилизации либо уничтожению. Согласно
заключению товароведческой судебной экспертизы, общая минимальная рыночная
стоимость принадлежащей ООО «***» замороженной пищевой рыбной продукции видов
при условии надлежащего качества и соответствия требованиям законодательства
РФ, предъявляемых при реализации рыбной продукции на территории Российской
Федерации, в ценах, действовавших на 14 мая 2025 года на территории ***,
составила 9 706 240 рублей, из них стоимость сбытой продукции составила
3 619 120 рублей.
Тем самым в результате преступных действий
Дикмарова А.М. в период с 28
ноября 2024 года по 14 мая 2025 года совершены хранение в целях сбыта и сбыт
пищевой рыбной продукции без маркировки, предусмотренной законодательством
Российской Федерации, в случае, если такая маркировка обязательна, в особо
крупном размере.
Кроме того, Дикмаров
А.М., руководствуясь корыстными побуждениями и действуя умышленно, игнорируя
при этом полученные в письменной форме предупреждения об уголовной
ответственности, имея реальную возможность обеспечить сохранность вверенного
ему имущества, изъятого и признанного вещественным доказательством по
результатам проведения осмотров мест происшествия от 18, 20 и 25 июня 2025
года, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий,
находясь на производственной территории
ООО «***» по адресу: ***, при неустановленных обстоятельствах в период
времени с 26 июня 2025 года до 11 декабря 2025 года, в нарушение требований
действующего законодательства, без согласования с уполномоченным должностным
лицом и оформления соответствующих документов, фиксирующих факт вскрытия, самостоятельно
организовал срывание ранее наложенных при производстве следственных действий и
составлении протоколов опечатывающих бирок с морозильных контейнеров, в которых
хранилась изъятая замороженная пищевая рыбная продукция, затем организовал ее
перемещение из указанных контейнеров в соседние контейнеры на территории
общества, а затем – в заранее приисканное автотранспортное средство, пригодное
для соблюдения специальных условий и температуры при перевозке замороженной
рыбной продукции, на котором был произведен вывоз данной продукции с территории
ООО «***» и последующая ее передача неустановленным третьим лицам, действующим
в интересах Дикмарова А.М., тем самым осуществив ее сокрытие.
Вопреки доводам жалоб защитника Мокровского
А.В., каких-либо прямых логических противоречий в обжалуемом судебном акте,
согласно его тексту, судебная коллегия не усматривает. Суд первой инстанции
мотивированно со ссылками на соответствующие нормативно-правовые акты,
показания С*** Н.А., Р*** Т.Н., П*** А.Ю., Ф***
Г.В., К*** О.А. пришел к верному выводу о том, что наличие ветеринарных
свидетельств и регистрация продукции в программе «***» в отношении рыбной
продукции, реализованной ИП *** по договору от 14.05.2025, в отсутствие
маркировки на самой продукции не отвечает требованиям действующего
законодательства.
При этом программным средством оформления электронных
ветеринарных сопроводительных документов является информационная система «***»
- компонент Федеральной государственной информационной системы в области
ветеринарии. Однако сама программа «***» не предназначена для маркировки товара,
нанесения на него этикетки, не предусматривает свободного доступа каждого
потребителя, который мог бы ознакомиться с информацией о товаре применительно к
статье 10 Закона №4979-1, следовательно, размещение информации в программе «***» не тождественно
размещению товарного знака на товаре.
Несмотря на доводы жалоб, маркировка в виде
листа-вкладыша (этикетки) обязательно должна иметься на каждой единице упаковки
пищевой продукции, так как продавец обязан довести информацию о такой продукции
до потребителя.
С данными выводами
в полном объеме соглашается и судебная коллегия, при этом отмечает, что из имеющихся ветеринарных свидетельств №№29180985030, 29180985042, №29180985044
следует, что в программе «***» фигурируемая продукция зарегистрирована как пищевая
(для хранения и реализации без ограничений), о чем также свидетельствуют проведенные лабораторные исследования,
соответствующие листы-вкладыши.
При этом суд верно отметил, что
подтверждается материалами дела, какое-либо указание в обнаруженных документах на
изъятую рыбную продукцию о ее непригодности на пищевые цели, ее хранении для
последующей реализации в иных, помимо пищевых, целей, отсутствует.
Относительно копии
договора от 13.05.2025 №8 «О поставке рыбы», где предметом договора между ООО «***»
и ИП ***. выступает рыбная продукция на кормовые цели (т.10 л.д.98-99), и копии
приказа №30 от 28.04.2025 о продаже рыбы мороженой на кормовые цели, а также
показаний свидетелей Ю*** Х.Х., Ю*** Р.С., то суд первой инстанции верно указал
на то, что они не опровергают выводы суда об обратном, напротив, опровергаются
совокупностью приведенных в приговоре доказательств.
Также суд верно
обратил внимание на то, что копии вышеотмеченных документов сотрудникам полиции
сразу представлены не были, а были переданы лишь маркирующие ярлыки на мешки с
рыбной продукцией, что дополнительно указывает на предназначение сбытой
продукции на пищевые цели. Ответственная за ведение всей финансовой и отчетной
документации свидетель Ч*** Н.В. в суде прямо заявила, что за все время своей
работы в ООО «***» практики реализации рыбной продукции на кормовые цели до
14.05.2025 не имелось.
В соответствии с
Классификатором в области аквакультуры (рыбоводства), утвержденного приказом
Минсельхоза России от 18.11.2014 №452, к пищевой рыбной продукции отнесена рыба
живая, рыба охлажденная, рыба мороженая, икра пищевая соленая, продукция
рыбопереработки, к непищевой рыбной продукции отнесены икра оплодотворенная
развивающаяся, личинки, молодь.
Таким образом,
действующее законодательство не содержит термина «кормовой продукции», прямо не
относит ее к разряду «непищевой».
Вопреки доводам жалоб, существенных
противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены
судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется,
также как отсутствуют какие-либо не устраненные судом существенные противоречия
в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного.
Вес рыбной продукции каждого вида,
подсчитанной судом с внесенными в обвинение уточнениями, а также общая
стоимость хранимой в целях сбыта и сбытой пищевой рыбной продукции без
маркировки в особо крупном размере судом установлены правильно на основе
произведенного расчета, для которого, как правильно указал суд первой
инстанции, не требуется специальных познаний в какой-либо области наук, он
составлен с использованием простых математических действий, подробно изложенных
в судебном акте, основан на совокупности имеющихся по делу доказательств,
признанных относимыми и допустимыми, при этом требования ст.252 УПК РФ в данном
случае не нарушены.
Многочисленные доводы жалоб защитника в этой
части судебная коллегия отклоняет в полном объеме, поскольку они противоречат
правильно установленным фактическим обстоятельствам дела.
Судебная коллегия отвергает доводы защиты о недопустимости осмотра места
происшествия от 16 июня 2025 года. Действительно, представителем ОГБУ «***» производился выборочный осмотр содержащейся в
каждом обнаруженном мешке рыбной продукции, после чего определялся видовой
состав хранящейся в нем рыбы. В случае обнаружения в одном мешке несколько
видов рыбы, об этом делалось указание в протоколе осмотра. Каких-либо замечаний
от специалиста, в том числе на недостаточность выборочного осмотра рыбы и
необходимость в связи с этим осмотра им всей продукции в каждой упаковке,
следователю не поступало, сложностей в определении видового состава рыбы не
возникало. В этой связи каких-либо существенных нарушений требований УПК РФ не
допущено, как и не допущено таковых при осмотре места происшествия от 14 мая
2025 года, поскольку данное следственное действие проведено с участием понятых,
специалиста, оперуполномоченного и представителя ООО «***» П*** А.А. с
разъяснением прав и обязанностей; замечаний по результатам проведенного
следственного действия не последовало.
Относительно доводов
об использовании, по мнению защиты, несертифицированных весов, то данные
доводы, как и все изложенные в жалобах, проверялись судом первой инстанции и
подтверждения не нашли.
Так, при проведении
осмотров мест происшествий, в ходе которых устанавливался вес изъятой рыбной
продукции, использовались одни и те же весы, принадлежащие ООО «***», что
следует из показаний свидетелей М*** А.О., К*** П.А., А*** Д.Ф., М*** Е.В.
Работа весов была
корректной, отключение весов во время их работы и необходимость подключения их
к электрической сети вызвалось длительностью проводимых осмотров и особенностью
технических характеристик (необходимость зарядки).
Более того, из
приобщенного к материалам уголовного дела свидетельства о поверке следует, что
взвешивающий модуль 4D-1000
52767-13, заводской номер 8572, поверен 13.08.2024, поверка действительна до
12.08.2025.
Таким образом,
каких-либо сомнений в результатах полученных при осмотре мест происшествий
весовых значениях рыбной продукции у судебной коллегии, как и суда первой
инстанции, не возникает.
Что касается доводов
о недопустимости товароведческой экспертизы, а также ветеринарно-санитарных
экспертиз, то данные доводы отвергаются по следующим основаниям.
Приведенные в
приговоре выводы отмеченных экспертиз сомнений, с учетом разъяснений эксперта
по товароведческой экспертизе В*** М.Ю., в достоверности и объективности не
вызывают, заключения составлены в соответствии с требованиями
уголовно-процессуального закона, экспертизы проведены квалифицированными
экспертами, выводы ими надлежащим образом обоснованы, кроме того, они
непротиворечивы и полностью согласуются с доказательствами виновности Дикмарова
по делу, оценены судом и верно признаны достоверными.
Следует отметить,
что, несмотря на отсутствие в тексте ветеринарно-санитарных
экспертиз сведений о предупреждении
эксперта С*** Н.А. об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного
заключения по статье 307 УК РФ, указание об этом имеется в постановлении
следователя о признании данного лица экспертом от 10.07.2025, то есть
заблаговременно до начала производства назначенных экспертиз.
При таких обстоятельствах каких-либо нарушений при назначении и
производстве экспертиз не имеется. Допущенные ошибки в товароведческой
экспертизе никоим образом не лишают ее доказательственного значения, тем более
они устранены судом без обоснованного назначения повторной либо дополнительной
экспертизы, оснований для назначения которой судебная коллегия, вопреки доводам
защитника, также не находит.
Приведенные в апелляционных жалобах доводы о
недоказанности вины Дикмарова являются надуманными и основаны на выборочном
анализе доказательств, трактуемых в пользу осужденного без учета всех
установленных по делу обстоятельств.
Таким образом, трактовка событий деяний в том
виде, в каком она представлена в апелляционных жалобах, не может быть признана
обоснованной, поскольку противоречит исследованным в судебном заседании
доказательствам, правильная оценка которым дана в приговоре.
Какие-либо
неустранимые судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их
толкования в пользу осужденного и позволяющие поставить под сомнение его
деятельность, отсутствуют. Не приводится в апелляционных жалобах обстоятельств,
которые могли явиться основанием для пересмотра выводов суда в указанной части.
Судебная коллегия считает, что, всесторонне и
полно исследовав материалы дела, дав собранным доказательствам в их
совокупности надлежащую оценку, проверив версию Дикмарова и опровергнув ее, суд
обоснованно пришел к выводу о его виновности в совершении инкриминируемых
деяний и дал правильную юридическую оценку действиям осужденного по п.«б» ч.4
ст.171.1 УК РФ, ч.1 ст.312 УК РФ.
Оснований для квалификации действий
осужденного по ч.3 ст.30, п.«б» ч.4 ст.171.1 УК РФ не имеется по изложенным в
приговоре мотивам, выводы суда аргументированы, соглашается с ними судебная
коллегия в полном объеме.
Относительно ч.1
ст.312 УК РФ, сокрытие имущества, подвергнутого описи или аресту, предполагает
выполнение действий, связанных с утаиванием его места нахождения, с тем чтобы
оно не могло быть изъято. Например, передача имущества другим лицам (друзьям,
родственникам), организациям для временного хранения, перемещение его в другое
место, в том числе в другой населенный пункт, уничтожение документов, иных
материалов, позволяющих обнаружить и идентифицировать имущество, укрытие (в
земле, ангарах, малодоступных местах и тому подобное) имущества и другое.
Состав
преступления образуют лишь те действия виновного, которые выполнены после
наложения ареста на имущество либо его описи.
В ходе осмотров мест происшествий на
производственной территории ООО «***» по адресу: ***, в период времени с 10
часов 43 минут 16 июня 2025 года до 19 часов 28 минут 18 июня 2025 года в
морозильной камере №550342 следователем А*** Д.Ф. была подвергнута описи
замороженная пищевая рыбная продукция, которая в полном объеме была изъята и на
основании постановления следователя от 18.06.2025 признана вещественным
доказательством по данному уголовному делу, помещена на хранение в морозильный контейнер с нанесенным
обозначением «***», который опечатан пояснительной биркой с оттиском печати
следственного органа, подписями участвующих лиц. 20 июня 2025 года в период времени с 15 часов 00 минут до 18 часов 07
минут в морозильной камере №512900 следователем А*** Д.Ф. подвергнута описи
пищевая рыбная продукция, которая в полном объеме была изъята и на основании
постановления следователя от 20.06.2025 признана вещественным доказательством
по данному уголовному делу, помещена на хранение в морозильный контейнер
с нанесенным обозначением «***», который опечатан пояснительной биркой с
оттиском печати следственного органа, подписями участвующих лиц. 25 июня 2025 года в период времени с 14 часов
15 минут до 20 часов 34 минут в морозильных камерах №№«HDFD99» и «JE97-1166»
следователем А*** Д.Ф. была подвергнута описи в протоколе следственного
действия замороженная пищевая рыбная, которая в полном объеме была изъята и на
основании постановления следователя от 25.06.2025 признана вещественным
доказательством по данному уголовному делу, помещена на хранение в морозильный
контейнер с нанесенным обозначением «GE00-3071»,
который опечатан пояснительной биркой с оттиском печати следственного органа,
подписями участвующих лиц.
Изготовленные протоколы предъявлены для
ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственных действиях, в том числе
Дикмарову А.М., о чем имеются соответствующие отметки в протоколах.
Местом хранения изъятой рыбной продукции
определены морозильные контейнеры, расположенные на территории ООО «***» по
адресу: ***. Замороженная рыбная продукция в мешках в полном объеме была
вверена под сохранные расписки на ответственное хранение Дикмарову А.М.,
который лично расписывался в получении вещественных доказательств, при этом был
предупрежден об уголовной ответственности по части 1 статьи 312 УК РФ.
Однако в период
времени с 26 июня 2025 года до 11 декабря 2025 года осужденный самостоятельно
организовал срывание ранее наложенных при производстве следственных действий и
составлении протоколов опечатывающих бирок с морозильных контейнеров, затем
организовал перемещение вверенной ему рыбной продукции, тем самым осуществив ее
сокрытие.
В этой связи с
учетом верно установленных судом обстоятельств содеянного осужденным на основе
совокупности изложенных в приговоре доказательств, оснований для изменения
юридической оценки его действий, а тем более оправдания, судебная коллегия не
находит.
Дикмаров А.М.,
будучи субъектом обоих деяний, в каждом случае действовал с прямым умыслом, мотивом явилась корысть, на что суд подробно
правильно указал в судебном акте, а потому доводы жалоб защитника Мокровского
А.В. в этой части являются несостоятельными.
Суд учел при назначении наказания характер и
степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного. Также
судом учтено наличие смягчающих обстоятельств, таких как совершение
преступления впервые, состояние здоровья
осужденного и его близких родственников (в том числе наличие инвалидности у
матери), наличие, со слов осужденного, многочисленных грамот и
благодарностей по роду деятельности; активное участие в благотворительной
деятельности, иные положительные сведения о его личности.
То обстоятельство, что после постановления
приговора осужденный Дикмаров перечислил на счет Министерства финансов
Ульяновской области (ОГБУСО Дом добра и милосердия «***») в качестве
благотворительной помощи денежные средства в размере 10 000 руб, не может
являться основанием для смягчения наказания, поскольку участие в
благотворительной деятельности учитывалось судом первой инстанции при вынесении
судебного акта. Повторный учет этих сведений не предусмотрен уголовным законом,
как и приобщенные в суде апелляционной инстанции положительные сведения в
отношении осужденного, в том числе копия благодарности.
Все эти сведения учитывались судом первой
инстанции в качестве смягчающих наказание обстоятельств при назначении
наказания.
В
соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признание иных, не предусмотренных законом
обстоятельств, смягчающих наказание, является правом суда, а не его
обязанностью, в связи с этим судебная коллегия не усматривает достаточных
оснований для признания иных сведений в качестве обстоятельств, смягчающих
наказание осужденному.
Отягчающих
наказание обстоятельств по делу не имеется.
Проанализировав
сведения о личности осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о
необходимости назначения Дикмарову окончательного наказания в виде
принудительных работ. Тот факт, что осужденный осуществляет трудовую
деятельность, не является основаниям для неназначения указанного наказания.
Выводы суда в этой
части надлежащим образом мотивированы в приговоре, оснований не согласиться с
ними у судебной коллегии не имеется, а потому доводы, в том числе
дополнительной апелляционной жалобы защитника, безосновательны.
Материалы дела,
характеризующие личность осужденного, исследованы полно, всесторонне и
объективно.
Протокол судебного
заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, он полно и объективно
отражает ход судебного заседания. Искажений показаний свидетелей, экспертов судом не допущено.
Каких-либо данных, свидетельствующих о том,
что со стороны председательствующего судьи проявлялись предвзятость либо
заинтересованность по делу, а также обвинительный уклон, не имеется. Нарушений
принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не
допущено, необоснованных отказов в исследовании доказательств судом не
принималось.
Приговор соответствует требованиям ст.307 УПК
РФ, в нем приведены и в достаточной степени мотивированы выводы относительно
виновности осужденного, квалификации преступлений. Описание преступных деяний
соответствует требованиям п.1 ст.307 УПК РФ, судом указано место, способ
совершения преступлений, форма вины, мотив, а также действия Дикмарова,
необходимые для квалификации.
Другие доводы апелляционных жалоб проверены
судом апелляционной инстанции и отклоняются как несостоятельные, поскольку
направлены на переоценку исследованных судом доказательств, оспаривание выводов
суда о виновности, которые являются законными и обоснованными. В приговоре,
вопреки доводам апелляционных жалоб, были приведены все необходимые
доказательства, на которых основаны выводы суда, а также дана оценка тем
доказательствам, которые судом были отвергнуты.
Существенных
нарушений норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения
уголовного закона, влекущих за собой отмену приговора, по делу не допущено.
Вместе с тем
приговор подлежит изменению в связи с несоответствием
выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного
дела (ст.389.15 УПК РФ) по следующим основаниям.
Судебная коллегия
считает необходимым уточнить приговор в части общей стоимости пищевой рыбной
продукции без маркировки в особо крупном размере, которая составила не
9 937 777 рублей 77 копеек, а 9 706 240 рублей, что верно
установлено в судебном заседании и неоднократно по тексту приведено в
обжалуемом судебном акте.
При этом оснований
для смягчения наказания судебная коллегия не находит, так как какого-либо
существенного изменения объема обвинения, изложенного в приговоре, не
произошло.
На основании
изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38915, 38920,
38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор
Ульяновского районного суда Ульяновской области от 02 июля 2026 года в
отношении осужденного Дикмарова Александра Михайловича изменить.
Считать правильным в
описательно-мотивировочной части то, что Дикмаров А.М. совершил хранение в
целях сбыта и сбыт пищевой рыбной продукции без маркировки, предусмотренной
законодательством Российской Федерации, в случае, если такая маркировка
обязательна, в особо крупном размере, общая стоимость которой составила 9 706 240
рублей.
В остальном приговор
оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 471
УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей
юрисдикции путём подачи кассационной жалобы или представления:
- в течение шести
месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения – через
суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 4017
и 4018 УПК РФ порядке;
- по истечении
вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для
рассмотрения в предусмотренном статьями 40110-40112 УПК
РФ порядке.
Лицо, в отношении
которого вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии
в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи