УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
Судья Яковлева Н.А. УИД 73RS0001-01-2026-001553-27
Производство
№33-4071/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р
Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 25 августа 2026 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда
в составе:
председательствующего Кузнецовой Э.Р.,
судей Тудияровой С.В., Комиссаровой Л.Н.,
при секретаре Курушиной А.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную
жалобу публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» на
решение Ленинского районного суда города Ульяновска от 05 мая 2026 года по
гражданскому делу №2-1476/2026, которым постановлено:
Исковые
требования Данилова Максима Вячеславовича к публичному акционерному обществу
Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки,
процентов, штрафа, морального вреда удовлетворить частично.
взыскать с публичного акционерного общества страховая компания
«Росгосстрах» в пользу Данилова Максима Вячеславовича, сумму материального
ущерба в размере 489 400 руб., неустойку за период с 30 октября 2025 года
по 17 марта
2026 года в размере 37 854 руб., проценты за пользование чужими денежными
средствами за период с 30 октября 2025 года по 05 мая 2026 года в сумме 39 802
руб. 30 коп., компенсацию морального вреда – 10 000 руб., штраф –288 528 руб.
15 коп.
Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания
«Росгосстрах» в пользу Данилова Максима Вячеславовича проценты за пользование
чужими денежными средствами с 30 октября 2025 года от суммы страхового
возмещения в размере 489 400 руб. по день фактического исполнения
обязательства.
В удовлетворении остальной части требований Данилова Максима
Вячеславовича - отказать.
Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания
«Росгосстрах» в доход бюджет муниципального образования «город Ульяновск»
государственную пошлину в размере 18 550 руб. 48 коп.
Заслушав
доклад судьи Кузнецовой Э.Р., объяснения представителя ПАО СК
«Росгосстрах» Хаметовой Е.В., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, Данилова М.В., полагавшего решение суда
законным и обоснованным, судебная
коллегия
установила:
Данилов М.В. обратился в суд с иском к публичному
акционерному обществу страховой компании «Росгосстрах» (ПАО СК «Росгосстрах») о
взыскании страхового возмещения, неустойки, процентов, штрафа, морального
вреда.
В обоснование требований указано, что в период действия
заключенного между сторонами договора страхования КАСКО серии *** №*** от 17
января 2025 года застрахованному автомобилю истца «Лада Веста», 2024 года
выпуска, причинены механические повреждения в результате произошедшего 11
августа 2025 года дорожно-транспортного происшествия (ДТП).
ПАО СК «Росгосстрах» выдало направление на ремонт на станцию
технического обслуживания автомобилей (СТОА) ИП Лошкарева А.И., от которой
поступил отказ от проведения восстановительного ремонта автомобиля истца в
связи с невозможностью отремонтировать его в 45-дневный срок.
Второе направление на СТОА ООО «Авторай-Контур»,
отправленное страховщиком с нарушением срока, истцом не было получено.
Согласно акту экспертного исследования ИП *** А.С. величина
затрат для восстановления автомобиля истца по Методике Минюста составляет 486 600 руб.
19 декабря 2025 года ПАО СК «Росгосстрах» уведомило истца об
отсутствии оснований для удовлетворения требований о выплате страхового
возмещения и уплаты неустойки и о необходимости обратиться на СТОА ООО
«Авторай-Контур».
Решением финансового уполномоченного от 05 марта 2026 года
рассмотрение обращения прекращено в связи с превышением размера требований.
Согласно заключению эксперта ООО «Московская лаборатория
судебной экспертизы» от 24 февраля 2026 года №***, проведенной по инициативе
финансового уполномоченного, стоимость восстановительного ремонта без учета / с
учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих
замене при восстановительном ремонте, составляет 489 400 руб.
Истец просил взыскать с ответчика стоимость
восстановительного ремонта в размере 489 400 руб., неустойку за период с
30 октября 2025 года по 17 марта 2026 года в размере 37 854 руб., проценты за
пользование чужими денежными средствами в размере 29 974 руб. 07 коп. за период
с 30 октября 2025 года по 17 марта 2026 года, с перерасчетом на дату вынесения
судебного решения и взыскивать до фактического исполнения обязательства, штраф,
компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., расходы на услуги эксперта
в размере 8000 руб.
Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих
самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО
«Авторай-Контур», ИП Лошкарев А.И.
Рассмотрев заявленные требования по существу, суд постановил
приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе ПАО СК «Росгосстрах» просит отменить
решение суда, принять новое решение, взыскав с истца расходы по оплате
государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.
В обоснование доводов жалобы указывает, что страховщик
неоднократно пытался организовать ремонт автомобиля истца. Направления на
ремонт на СТОА ИП Лошкарев А.И. и ООО
«Авторай-Контур» направлены страховщиком по одному и тому же адресу истца,
указанному им собственноручно в заявлении на выплату страхового возмещения, а
также в протоколе об административном правонарушении.
По мнению автора жалобы, выводы суда о взыскании страхового
возмещения, штрафных санкций в связи с не организацией ремонта ТС на СТОА
ошибочны и не соответствуют действительности.
Материалами дела подтверждено, что истец знал о выданном
направлении на СТОА, однако под надуманными предлогами отказался от
предоставления автомобиля для ремонта по направлению страховщика, что
свидетельствует о желании в одностороннем порядке изменить определенную
договором добровольного страхования форму страхового возмещения.
Ссылаясь на риск наступления последствий неполучения
юридически значимых сообщений, отмечает, что письмо с направлением на СТОА ООО
«Авторай-Контур» было возвращено отправителю в связи с истечением срока
хранения.
Указывая на недобросовестное поведение самого истца,
направленное на извлечение материальной выгоды, полагает, что судом
необоснованно взысканы с ответчика неустойка, штраф, проценты за пользование
чужими денежными средствами, а также компенсация морального вреда. ПАО СК
«Росгосстрах» в установленный договором страхования срок исполнены
обязательства по организации ремонта, выдано истцу направление на ремонт на
СТОА ИП Лошкарев А.И.
В заседание суда
апелляционной инстанции представители АНО «СОДФУ», третьи лица - ИП Лошкарев
А.И., представитель ООО «Авторай-Контур» не явились, о времени и месте
проведения судебного заседания извещались надлежащим образом по правилам статьи 113 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, путем направления судебных
извещений посредством почтовой связи, ходатайств об отложении слушания дела и
документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную
коллегию не представили, в связи с чем, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает
возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
В соответствии с
частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов,
изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно
жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной
жалобы, выслушав объяснения участников процесса, судебная коллегия приходит к
следующему.
Как установлено судом первой инстанции и следует из
материалов дела, 17 января 2025 года между
Даниловым М.В. и ПАО СК «Росгосстрах» заключен договор добровольного
страхования транспортного средства (КАСКО) *** в отношении автомобиля «Лада
Веста», 2024 года выпуска, государственный регистрационный знак ***. Страховая
сумма по рискам «Хищение» и «Ущерб» составила 1 900 000 руб., страховая премия
– 37 854 руб.
(л.д. 115-117 том 1).
Договор заключен на условиях Правил добровольного
страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) № 171 (л.д.
199-211 том 1).
11 августа 2025 года в 21 час 20 минут по адресу***
произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобиль
истца получил механические повреждения.
Постановлением по делу об административном правонарушении от
20 августа 2025 года Данилов М.В. признан виновным в совершении
административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.14
Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Решением врио командира ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России
по Ульяновской области от 16 сентября 2025 года постановление о привлечении
Данилова М.В. к административной ответственности оставлено без изменения (л.д. 131 том 1).
Должностным лицом указано, что в ходе административного
разбирательства с использованием системы видеонаблюдения «Безопасный город»
просмотрена видеозапись, зафиксировавшая место дорожно-транспортного
происшествия. В результате просмотра в действиях водителя Данилова М.В.,
управлявшего автомобилем «Лада Веста», установлено нарушение пункта 8.5 Правил
дорожного движения Российской Федерации.
17 сентября 2025 года истец обратился к страховщику с
заявлением о наступлении страхового события, представив все необходимые
документы
(л.д. 125 том 1).
Ответчик письмом уведомил истца о необходимости
предоставления дополнительных документов из компетентных органов, которые были
получены страховщиком 01 октября 2025 года.
08 октября 2025 года ответчик выдал истцу направление на
ремонт на СТОА, принадлежащую ИП Лошкареву А.И (л.д. 132-133 том 1).
14 октября 2025 года истец представил транспортное средство
для ремонта.
В тот же день от исполнителя поступило предложение о
заключении соглашения об увеличении сроков восстановительного ремонта до 180
рабочих дней.
Истец отказался от заключения указанного соглашения, в связи
с чем ИП
Лошкарев А.И. 14 октября 2025 года уведомил истца о невозможности
отремонтировать автомобиль в 45-дневный срок и потребовал забрать транспортное
средство с СТОА (л.д. 18 том 1).
16 октября 2025 года истец повторно обратился к ИП Лошкареву
А.И. для выполнения работ по ремонту автомобиля, однако от СТОА поступил отказ
от проведения восстановительного ремонта (л.д. 134 том 1).
12 ноября 2025 года ответчик направил в адрес истца
направление на СТОА ООО «Авторай-Контур», однако истец данное направление не
получил, что подтверждается возвратом почтового отправления отправителю 18
декабря 2025 года
в связи с истечением срока хранения (л.д. 135,136, 233, 236 том 1).
Для определения стоимости восстановительного ремонта истец
обратился к ИП Б***
А.С. Согласно акту экспертного исследования от 08 декабря 2025 года №
209/12-2025 стоимость восстановительного ремонта составила 486 600 руб. (л.д. 19-78 том 1).
10 декабря 2025 года истец направил страховщику претензию о
выплате страхового возмещения и неустойки, которая получена ответчиком 12
декабря 2025 года (л.д. 83
том 1).
Письмом от 19 декабря 2025 года ответчик уведомил истца об
отсутствии оснований для удовлетворения требований и о необходимости обратиться
на СТОА ООО «Авторай-Контур» (л.д. 144 том 1).
Не согласившись с действиями страховщика, истец обратился к
финансовому уполномоченному.
Решением финансового уполномоченного от 05 марта 2026 года
рассмотрение обращения прекращено в связи с превышением размера требований
(часть 1 статьи 19 Федерального закона № 123-ФЗ).
По инициативе финансового уполномоченного проведена
экспертиза в ООО
«Московская лаборатория судебной экспертизы». Согласно заключению эксперта от
24 февраля 2026 года № *** стоимость восстановительного ремонта без учёта
износа комплектующих изделий составляет 489 400 руб. (л.д. 84-101 том 1).
Данная сумма ущерба ответчиком не оспаривалась.
Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался
положениями статей 309, 310, 330, 395, 929, 943 Гражданского кодекса Российской
Федерации, статьи 15, пунктом 5 статьи 28, пунктом 6 статьи 13 Закона
Российской Федерации от 07 февраля 1992
года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (Закон о защите прав потребителей),
и пришел к выводу о том, что ответчик не исполнил надлежащим образом
обязательство по организации восстановительного ремонта транспортного средства
истца, в связи с чем у истца возникло право требовать выплаты страхового
возмещения в денежной форме.
Судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции
правильными, основанными на нормах материального права и соответствующими
установленным обстоятельствам дела.
Довод жалобы о том, что страховщик надлежащим образом
организовал ремонт, а истец уклонялся от получения направлений, судебная
коллегия отклоняет как необоснованный.
В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса
Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик
обязуется при наступлении страхового случая возместить причинённые убытки в
застрахованном имуществе в пределах определенной договором суммы (страховой
суммы).
Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27
ноября 1992 года №
4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым
случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования
или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика
произвести страховую выплату.
Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3
(2018)» (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 14 ноября 2018 года) в случае нарушения страховщиком (по договору
имущественного страхования) обязательства произвести ремонт транспортного
средства страхователь вправе потребовать возмещения стоимости ремонта в
пределах страховой суммы.
Согласно пункту 11.7.2 Приложения № 1 к Правилам
добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых))
№ 171 срок ремонта транспортного средства по направлению страховщика не может
превышать 45 рабочих дней со дня, следующего за днём передачи транспортного
средства на СТОА.
Из материалов дела следует, что 14 октября 2025 года истец
представил автомобиль для ремонта на СТОА ИП Лошкарева А.И.
Однако в тот же день СТОА уведомила истца о невозможности
выполнить ремонт в установленный 45-дневный срок и предложила заключить
соглашение об увеличении срока до 180 рабочих дней.
Истец отказался от подписания указанного соглашения, что
является его правом, поскольку увеличение срока ремонта более чем в четыре раза
(с 45 до 180
рабочих дней) не отвечает критерию разумности.
СТОА отказалась от проведения ремонта, что подтверждено
материалами дела.
Таким образом, обязательство страховщика по организации
ремонта в установленный срок не было исполнено по причинам, зависящим от
страховщика и выбранной им СТОА.
Последующее направление на СТОА ООО «Авторай-Контур» было
направлено истцу лишь 12 ноября 2025 года, то есть после того, как
первоначальное направление не было реализовано, и с нарушением установленного
срока.
Истец не получил данное направление, что не может быть
поставлено ему в вину, поскольку риск неполучения почтовой корреспонденции в
данном случае не может быть возложен на потребителя, который уже выполнил все
необходимые действия по представлению автомобиля для ремонта по первому
направлению.
Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащем
исполнении страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта
в установленный срок, в связи с чем у страхователя возникло право требовать
выплаты страхового возмещения в денежной форме.
Размер такого возмещения обоснованно определен судом на
основании заключения эксперта ООО «Московская лаборатория судебной экспертизы»
от 24 февраля 2026
года № *** в сумме 489 400 руб., которая ответчиком не оспаривалась.
Довод жалобы о недобросовестности истца, выразившейся в
отказе от ремонта и желании изменить форму страхового возмещения, является
несостоятельным.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1, пунктом 1 статьи 10
Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и
защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники
гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе
извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Вместе с тем, как установлено судом, истец не уклонялся от
получения страхового возмещения в натуральной форме.
Отказ истца от подписания соглашения об увеличении срока
ремонта до 180
рабочих дней не может расцениваться как недобросовестное поведение, поскольку
такое увеличение срока является существенным и не было предусмотрено условиями
договора страхования. Истец не был обязан соглашаться на изменение
существенного условия договора в одностороннем порядке.
Кроме того, как следует из материалов дела, 16 октября 2025
года истец повторно обратился к ИП Лошкареву А.И. для выполнения работ по
ремонту автомобиля, однако получил отказ. Таким образом, истец предпринял все
необходимые действия для получения страхового возмещения в натуральной форме,
однако ремонт не был произведён по вине страховщика и выбранной им СТОА.
Довод ответчика о том, что истец знал о направлении на
СТОА ООО
«Авторай-Контур», однако не обратился туда, не может быть принят во внимание,
поскольку как указывалась выше, направление было направлено истцу с нарушением
срока и фактически им не получено.
Бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства по
организации ремонта лежит на страховщике (статья 56 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации).
Ответчик не представил доказательств того, что истец был
надлежащим образом извещен о направлении на СТОА ООО «Авторай-Контур» и
умышленно уклонился от его получения.
Установив вину страховщика в ненадлежащем исполнении
обязательства по организации ремонта транспортного средства истца, суд первой
инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании неустойки.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 66 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года №19 «О
применении судами законодательства о добровольном страховании имущества»,
страхователь (выгодоприобретатель), являющийся потребителем финансовых услуг,
при нарушении страховщиком обязательств, вытекающих из договора добровольного
страхования, наряду с процентами, предусмотренными статьей 395 Гражданского
кодекса Российской Федерации, вправе требовать уплаты неустойки,
предусмотренной статьей 28 Закона о защите
прав потребителей.
В пункте 34 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О
рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»
разъяснено, что в денежных обязательствах, возникших из гражданско-правовых
договоров, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров
(работ, услуг) либо уплатить полученные на условиях возврата денежные средства,
на просроченную уплатой сумму могут быть начислены проценты на основании статьи 395 Гражданского
кодекса Российской Федерации. Неустойка за одно и то же нарушение денежного
обязательства может быть взыскана одновременно с процентами, установленными
данной нормой, только в том случае, если неустойка носит штрафной характер и
подлежит взысканию помимо убытков, понесенных при неисполнении денежного
обязательства.
В силу пункта 2 статьи 13 Закона
о защите прав потребителя, если иное не установлено законом, убытки, причиненные
потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени),
установленной законом или договором.
Таким образом, установленная Законом о защите прав
потребителя неустойка носит штрафной характер.
В соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав
потребителей в случае нарушения установленных сроков оказания услуги
исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере
трёх процентов цены оказания услуги.
Как разъяснено в пункте 35 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года № 20 «О применении судами
законодательства о добровольном страховании имущества», цена страховой услуги
определяется размером страховой премии.
По делу установлено, что заявление о страховом событии с
необходимыми документами получено ответчиком 01 октября 2025 года (после
предоставления истцом дополнительных документов).
В соответствии с пунктом 9.3 Приложения № 1 к Правилам
страхования страховщик обязан в течение 20 рабочих дней со дня, следующего за
днём получения заявления и всех необходимых документов, произвести страховую
выплату или выдать направление на ремонт.
Поскольку направление на ремонт было выдано только 08
октября 2025 года, а затем не было реализовано, а направление на другую СТОА
выдано лишь 12 ноября 2025 года, суд пришел к правильному выводу о нарушении
ответчиком установленного срока.
Ввиду того, что ответчик не исполнил обязательство по
организации ремонта в установленный срок, истец правомерно требует выплаты
страхового возмещения в денежной форме.
Неустойка подлежит начислению с 30 октября 2025 года (по
истечении установленного срока) по дату вынесения решения суда.
Размер неустойки не может превышать цену услуги – страховую
премию в размере 37 854 рубля, что соответствует положениям пункта 5 статьи 28
Закона о защите прав потребителей.
С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что суд
первой инстанции правильно исчислил неустойку в указанном размере.
Оснований для снижения неустойки по правилам статьи 333
Гражданского кодекса Российской Федерации судебная коллегия не усматривает,
поскольку ответчик не представил доказательств явной несоразмерности неустойки
последствиям нарушения обязательства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса
Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств,
уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты
на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России,
действовавшей в соответствующие периоды.
Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами
некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об
ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные статьёй
395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от
основания возникновения обязательства.
Суд первой инстанции, установив факт неправомерного
удержания ответчиком суммы страхового возмещения, обоснованно взыскал проценты
за пользование чужими денежными средствами за период с 30 октября 2025 года
(день, следующий за последним днём установленного срока для исполнения обязательства)
по 05 мая 2026 года (день вынесения решения) в размере 39 802 руб. 30 коп.
Вместе с тем суд первой инстанции, взыскивая проценты за
пользование чужими денежными средствами за указанный период, а также проценты
по день фактического исполнения обязательства с 30 октября 2025 года, допустил
двойное взыскание процентов за период с 30 октября 2025 года по 05 мая 2026
года: сначала в виде единовременной суммы за указанный период, затем в виде
процентов, начисляемых на сумму долга с 30 октября 2025 года по день
фактического исполнения.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 48
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016
года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса
Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма
процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса
Российской Федерации, определяется на день вынесения решения суда исходя из
периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими
денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств
кредитору. Одновременно с взысканием суммы процентов по денежному обязательству
суд вправе при наличии требования истца в резолютивной части решения указать на
взыскание процентов по день фактического исполнения обязательства.
При таких обстоятельствах, учитывая, что истцом заявлены
требования о взыскании процентов по день фактического исполнения, суду
следовало взыскать единовременно проценты за период с 30 октября 2025 года по
05 мая 2026 года в сумме 39 802 руб. 30 коп., а затем указать на взыскание
процентов, начисляемых на сумму страхового возмещения, начиная с 06 мая 2026
года по день фактического исполнения обязательства.
В связи с этим, решение в данной части подлежит изменению:
проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму
страхового возмещения в размере 489 400 руб., по день фактического исполнения
обязательства, подлежат взысканию с 06 мая 2026 года.
Довод о необоснованном взыскании штрафа и компенсации
морального вреда судебной коллегией
отклоняется.
В соответствии со статьей 15 Закона о защите прав
потребителей моральный вред, причинённый потребителю вследствие нарушения
исполнителем прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при
наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не
зависит от размера возмещения имущественного вреда. Суд первой инстанции,
установив факт нарушения прав потребителя, обоснованно взыскал компенсацию
морального вреда в размере 10 000 руб., что соответствует принципам разумности
и справедливости.
В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав
потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных
законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке
удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от
суммы, присуждённой судом в пользу потребителя.
Как разъяснено в пункте 71 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года № 19 «О применении судами
законодательства о добровольном страховании имущества», штраф за неисполнение в
добровольном порядке требований потребителя взыскивается в размере 50 процентов
от присуждённой судом в пользу потребителя суммы, а также суммы взысканных
судом неустойки и денежной компенсации морального вреда.
Судом установлено, что истец обращался к ответчику с
претензией о выплате страхового возмещения, однако требования истца в
добровольном порядке удовлетворены не были.
В связи с этим суд первой инстанции правомерно взыскал штраф
в размере 288 528 руб. 15 коп., что составляет 50 % от суммы, присуждённой в
пользу истца (489 400 + 37 854 + 39 802,30 + 10 000 = 577 056,30 / 2).
Судебная коллегия, оценив все доводы апелляционной жалобы,
приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно определил обстоятельства,
имеющие значение для дела, дал надлежащую оценку представленным
доказательствам, правильно применил нормы материального права. Однако решение
суда подлежит изменению в части периода взыскания процентов за пользование
чужими денежными средствами для устранения двойного взыскания за один и тот же
период.
В остальной части решение суда является правильным и отмене
по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную
отмену решения в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не
установлено.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда города Ульяновска от 05
мая 2026 года изменить в части взыскания процентов за пользование чужими
денежными средствами, изложив абзац 3 резолютивной части в следующей редакции:
«Взыскать с публичного акционерного общества страховая
компания «Росгосстрах» в пользу Данилова Максима Вячеславовича проценты за
пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму страхового
возмещения в размере 489 400 руб., начиная с 06 мая 2026 года по день
фактического исполнения обязательства».
В остальной части решение Ленинского районного суда города
Ульяновска от 05 мая 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу
публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» – без
удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное определение может быть обжаловано в течение
трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в
кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по
правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации, через Ленинский районный суд города Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26
августа 2026 года