УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0004-01-2025-007234-75
Судья Куренкова О.Н. Дело № 33-4321/2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Ульяновск 01 сентября 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего Резовского Р.С.,
судей Санатулловой Ю.Р., Федоровой Л.Г.,
при ведении
протокола помощником судьи Герасимовым А.В.,
с участием прокурора
Сафоновой Е.Е.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества
«Авиационный комплекс им С.В. Ильюшина» на решение Заволжский районный суд
города Ульяновска от 27 мая 2026 года, по делу № 2‑171/2026, по
которому постановлено:
исковые требования
Позоровой Елены Юрьевны к обществу с ограниченной ответственностью «Симтранс»,
акционерному обществу «Авиационный комплекс им С.В. Ильюшина», Абраменко
Дмитрию Александровичу о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить
частично.
Взыскать в пользу
Позоровой Елены Юрьевны (паспорт ***) с акционерного общества «Авиационный
комплекс им С.В. Ильюшина» (ИНН ***) компенсацию морального вреда в
размере 500 000 рублей.
В остальной
части иска отказать.
Заслушав доклад
судьи Резовского Р.С., пояснения представителя истца Позоровой Е.Ю. – Курганова
В.В., ответчика Абраменко Д.А., представителя ответчика ООО «Симтранс» - Хигер
М.А., третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно
предмета спора Гузяева А.М., полагавших, а также заключение прокурора Сафоновой
Е.Е. полагавших, что решение суда первой инстанции является законным и
обоснованным, судебная коллегия
установила:
Позорова Е.Ю.
обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СимТранс»
о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование
заявленных требований указано, что с 29 сентября 2022 года она работает *** ПАО «Авиационный
комплекс им. С.В. Ильюшина» - Авиастар (далее АО «Ил»).
01 апреля 2025 года
с истицей произошел несчастный случай на производстве, что подтверждается Актом
о несчастном случае на производстве № *** от «01» апреля 2025 года,
согласно которому по окончании рабочей смены она вместе с другими работниками
следовала домой на служебном автобусе ПАЗ 32050R, государственный
регистрационный номер ***, под управлением водителя ООО «СимТранс»
Ермолаева В.А. В 17 часов 05 минут при повороте автобуса на автодорогу ***»,
произошло столкновение с автомашиной КАМАЗ 53215, государственный регистрационный
номер ***, под управлением водителя Гузяева А.М., в результате которого истица
получила травмы: «***».
Вследствие чего она
перенесла длительное и болезненное лечение. В период с 01 по 18 апреля 2025
года находилась на стационарном лечении в ГУЗ ***, где 09 апреля 2025 года
была проведена операция: ***». В период с 07 по 14 ноября 2025 года снова
находилась на стационарном лечении в ГУЗ ***, где была проведена повторная
плановая операция ***.
Полученная травма
повлекла за собой тяжелые физические и нравственные страдания: согласно
заключению судебно-медицинской экспертизы № *** от 04 июля 2025 года,
ей были причинены телесные повреждения, причинившие *** вред здоровью ***.
Здоровье истицы после дорожно‑транспортного происшествия (далее по тексту
ДТП) не восстановилось, ***.
Просила взыскать с
ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000
рублей.
Судом к участию в
деле в качестве ответчиков привлечены АО «Ил», Абраменко Д.А., в качестве
третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований Ермолаев В.А., СПАО
«Ингосстрах», Гузяев А.М.
Рассмотрев
заявленные требования по существу, районный суд постановил приведенное выше
решение.
В апелляционной
жалобе АО «Ил» просит отменить решение суда и вынести по делу новое решение об
отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование
доводов жалобы указывает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют
обстоятельствам дела, а именно, что у работника не было возможности выбора
другого транспортного средства и водителя.
Отмечает, что в
решении суда не указано, на чем основаны данные выводы, на установленные
обстоятельства, доказательства, обоснование, не приведена норма закона, которой
это установлено.
Обращает внимание
суда на то, что ООО «СимТранс» проводит обязательный техосмотр транспортных
средств, осуществляет осмотр транспортных средств, перед выходом на маршрут, а
также все водители проходят обязательный медицинский осмотр перед выходом на
маршрут.
Указывает, что АО
«Ил» заключив договор с организацией, занимающейся профессионально перевозками,
обеспечило своим работникам безопасную перевозку, тем самым осуществило должный
контроль за передвижением работников предприятия на транспортных средствах,
принадлежащих ООО «СимТранс».
Считает, что иск
предъявлен к надлежащему ответчику.
Отмечает, что
ответчик представил в материалы дела надлежащие и допустимые
доказательства отсутствие вины работодателя (АО «Ил»).
Также отмечает, что
в отзыве отражены доводы, оставленные судом без рассмотрения.
По мнению автора
жалобы, вина у АО «Ил» отсутствует, поскольку причинителем вреда не является и
не несет ответственность за причинение истцу вреда другим юридическим лицом.
Полагает, что АО
«Ил» не может является ответчиком (соответчиком) по делу, а, следовательно,
исковые требования не подлежат удовлетворению.
Считает, что
компенсация морального вреда должна быть взыскана с владельцев
транспортных средств, взаимодействием которых причинен моральный вред,
солидарно, независимо от вины каждого из них и размер компенсации морального
вреда не должен превышать размера единовременной страховой выплаты.
Также считает, что
надлежащим ответчиком по требованию о компенсации морального вреда может
являться ООО «СимТранс» как владелец источника повышенной опасности и работодатель
непосредственного причинителя вреда.
Указывает, что судом
существенно нарушены нормы процессуального права.
Суд в своем решении
не указывает, какие именно относимые и допустимые доказательства должны были
быть представлены стороной по делу.
Считает, что размер
компенсации морального вреда завышен, учитывая характер полученных травм, срок
восстановления трудоспособности, а также количество дней нахождения на листе
нетрудоспособности.
Позорова Е.Ю.,
Ермолаев В.А., а также представители АО «Ил» и СПАО «Ингосстрах» в
судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены
своевременно и надлежащим образом, что подтверждается отчетами об отслеживании
почтовых отправлений, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили.
Кроме того,
информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с
положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об
обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской
Федерации» размещена на официальном сайте Ульяновского областного суда в
информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»
(https://oblsud--uln.sudrf.ru/).
Поскольку в
соответствии с положениями части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, надлежащим образом
извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием
к рассмотрению дела, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в
отсутствие неявившихся участников процесса.
Выслушав явившиеся
стороны и заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив
законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов жалобы в
соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со
статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации
основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке
являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;
недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих
значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в
решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм
материального права или норм процессуального права.
В пунктах 2, 3
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003
года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том
случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в
полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению
к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях
аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Решение является
обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены
исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об
их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в
доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы
суда, вытекающие из установленных фактов.
По мнению судебной
коллегии, указанным требованиям решение суда первой инстанции соответствует в
полной мере.
К числу основных
прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья
37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37
Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на
труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В целях защиты прав
и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе
Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений,
возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение
трудовых прав работника.
В силу положений
абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации
работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным
нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным
договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением
трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном
Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам
работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и
условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны
труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке,
установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в
связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный
вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской
Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами
Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2
статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу 2
части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение
приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений
государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212
Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по
обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с
абзацем 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации
работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий,
сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также
применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Согласно абзацам 2 и
13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник
имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также
гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом
Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным
нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и
(или) опасными условиями труда.
В соответствии с
частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред,
причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя,
возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых
соглашением сторон трудового договора.
В Трудовом кодексе
Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального
вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы
предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2
Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права
и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским
законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных
благ.
Пунктом 1 статьи 150
Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье,
достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая
репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная
и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и
жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие
гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным
способом.
В соответствии со
статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен
моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими
его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину
нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд
может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного
вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во
внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий,
связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного
нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях,
отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая
требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением
работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении
работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного
повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства,
предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные
условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе
моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию
морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не
обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и
безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья
работника.
В силу пункта 1
статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер
компенсации гражданину морального вреда определяются правилами,
предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской
Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с
пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер
компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также
степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием
возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться
требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных
страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был
причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 1
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года
№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»
разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические
страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие
гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или
нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье,
достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
личная и семейная тайна и т.п.)
Тяжесть причиненных
потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом
заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть
отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во
внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ
потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей
между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ
(интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые
подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда
здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства
родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при
причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего
в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий,
определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья,
длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости
утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения
потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа
жизни.
При определении
размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено
причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или
посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии с
пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15
ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации
морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на
размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст
и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим,
профессию и род занятий потерпевшего.
В силу пункта 15
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года
№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»
причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его
здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью,
в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести,
является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации
морального вреда.
Как разъяснено в
пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26
января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства,
регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или
здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его
здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт
причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае
подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Из изложенного
следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания,
причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину
от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не
ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье
(состояние физического, психического и социального благополучия человека),
семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда
(физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные
неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину
нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной
компенсации указанного вреда.
Как разъяснено в
пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта
2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном
страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных
заболеваний», в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года
№ 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на
производстве и профессиональных заболеваний» и статьи 227 Трудового кодекса
Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в
результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья
при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо
работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении
иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем
или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее
пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места
работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном
средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по
распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон
трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного
на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной
трудоспособности либо его смерть.
В связи с этим для
правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или
здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически
значимые обстоятельства, в частности, имели ли место обстоятельства, при
наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с
производством, исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6
статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации.
Расследованию в
установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате
которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе
нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение
электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения,
нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий,
разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других
чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные
воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода
пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими
трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:
при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных
поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению
работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и
обратно, в том числе пешком (абзац 3 части 3 статьи 227 Трудового кодекса
Российской Федерации).
В соответствии с
частью 6 статьи 209 Трудового Кодекса Российской Федерации рабочее место -
место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с
его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, что 27 сентября 2022 года
между истцом и АО «Ил» заключен трудовой договор № *** о выполнении
трудовой функции ***, на основании которого в тот же день издан приказ о приеме
на работу № *** (л.д. 101-106 т. 1).
12 марта 2025 года
между ООО «Симтранс» (исполнитель) и АО «Ил» (заказчик) заключен договор
оказания транспортных услуг № ***, согласно которому исполнитель оказывает, в
том числе предоставление автобусов с водителем (л.д. 110-123 т. 1).
Согласно сведениям
Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Симтранс» создано в мае
2003 года, единственным участником общества является АО «Ил» (л.д. 13 т. 1,
л.д. 106-111 т. 2)
ООО «Симтранс» на
праве собственности принадлежит транспортное средство ПАЗ 3205R,
государственный регистрационный номер ***, с 13 июня 2003 года,
ответственность лиц, допущенных к управлению транспортным средством,
застрахована в СПАО «Ингосстрах (л.д. 190-191 т. 1).
Приказом
генерального директора ООО «СимТранс» от 26 февраля 2025 года № ***
водитель Ермолаев В.А. закреплен за автобусом ПАЗ 3205R, государственный
регистрационный номер *** (л.д. 142-144, 194 т. 1).
01 апреля 2025 года
около 17 часов 00 минут Позорова Е.Ю. с другими работниками летно-испытательной
станции ехала с работы на автобусе ПАЗ 3205R, государственный регистрационный
номер ***, под управлением Ермолаева В.А. При движении по адресу: ***, из-за
неисправной тормозной системы водитель автобуса допустил столкновение с
автомобилем КАМАЗ 53215, государственный регистрационный номер ***, в
результате чего транспортные средства получили повреждения, а пассажиры, в том
числе Позорова Е.Ю., травмы (л.д. 60-74, 216-231 т. 1).
Согласно заключению
комиссии экспертов *** в дорожно-транспортном происшествии 01 апреля 2025 года
Позоровой Е.Ю. получены травмы *** относится к категории повреждений,
причинивший *** *** вред здоровью *** (л.д. 22-45 т. 2).
Автомобиль КАМАЗ
53215, государственный регистрационный номер ***, принадлежит Абраменко Д.А.,
гражданская ответственность водителя на день дорожно-транспортного происшествия
застрахована не была, что не оспаривалось лицами, участвующими в деле, в
судебном заседании (л.д. 190, 192 т. 1).
02 апреля 2025 года
генеральным директором ООО «Симтранс» утвержден акт служебного расследования
дорожно-транспортного происшествия, согласно которому водитель Ермолаев В.А. на
данном автобусе работает 19 лет 04 месяца, на данном предприятии 21 год 04
месяца, 01 апреля 2025 года в 06 часов 02 минуты прошел предрейсовый
медицинский осмотр, рейс выполнял на основании путевого листа № *** от 01
апреля 2025 года (л.д. 139 т. 1).
02 апреля 2025 года
АО «Ил» создана комиссия по расследованию группового несчастного случая,
произошедшего 01 апреля 2025 года с работниками АО «Ил» (л.д. 140 т. 1).
Согласно акту о
расследовании группового несчастного случая от 16 апреля 2025 года, основной
причиной группового несчастного случая, произошедшего 01 апреля 2025 года
с работниками АО «Ил» является нарушение правил дорожного движения, а виновными
лицами являются лица, допустившие указанные нарушения, повлекшее за собой
дорожно-транспортное происшествие. Лица, допустившие нарушения требований
охраны труда со стороны администрации филиала АО «Ил» отсутствуют (л.д. 85-98
т. 1)
Разрешая спор, суд
первой инстанции, руководствуясь статьями 1, 2, 15, 21, 22, 209, 214, 227, 237
Трудового кодекса Российской Федерации, статей 150, 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации,
статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном
социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных
заболеваний» разъяснениями, изложенными в пунктах 30, 46 постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике
применения судами норм о компенсации морального вреда», установив, что вред
здоровью Позоровой Е.Ю. причинен в результате дорожно-транспортного
происшествия при её следовании с работы на транспортном средстве,
предоставленном работодателем, пришел к выводу о наличии оснований для
взыскания компенсации морального вреда.
Определяя
надлежащего ответчика АО «Ил», суд первой инстанции, установив, что
непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия послужила
неисправной тормозной системы автобуса ПАЗ 3205R, государственный
регистрационный номер ***, исходил из того, что работодателем не обеспечен
должный контроль за обеспечением безопасной перевозки своих работников.
Определяя размер
компенсации морального вреда, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что
истец в результате травмы, полученной по вине работодателя, повлекшей *** вред
здоровью истца, испытывал физические и нравственные страдания, вызванные
полученными травмами, а также принимая во внимание требования разумности и
справедливости, пришел к выводу о взыскании в пользу истца компенсации
морального вреда в размере 500 000 рублей.
Судебная коллегия
оснований не согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции не
усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права,
подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не
опровергаются.
Оснований не
соглашаться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется,
поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в
обжалуемом судебном постановлении, основаны на правильном применении норм
материального и процессуального права регулирующих возникшие отношения, и на
имеющихся в деле доказательствах, которым суд дал оценку в соответствии с
требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации.
Поскольку Позорова
Е.Ю. получила травмы в результате дорожно‑транспортного происшествия при
следовании с места работы на транспортном средстве, которое было предоставлено
работодателем, а причиной дорожно‑транспортного происшествия явилась
неисправность тормозной системы данного транспортного средства, суд обоснованно
признал произошедший с истцом несчастный случай связанным с производством.
Данный вывод обусловлен тем, что инцидент имел место при использовании
служебного транспорта, и при этом работодатель не обеспечил безопасные условия
проезда для работника.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы, суд правильно определил надлежащего ответчика по делу АО
«Ил», с которым у истца заключен трудовой договора, а также правомерно отклонил
требования к ООО «Симтранс» и Абраменко Д.А., поскольку требования
заявлены в связи с трудовым отношениями, а не в порядке статьи 1079
Гражданского кодекса Российской Федерации.
Доводы апелляционной
жалобы о том, что АО «Ил», заключив договор с организацией профессионально
занимающееся перевозкой пассажиров (ООО «Симтранс»), обеспечило со своей
стороны безопасную перевозку и следовательно осуществило должный контроль,
отклоняется как основанный на неверном толковании норм материального права.
Заключение договора
оказания транспортных услуг не освобождает работодателя от обязанности по
обеспечению безопасных условий труда, возложенной статьёй 212 Трудового кодекса
Российской Федерации. АО «Ил» предоставило своим работникам транспортное
средство для перевозки к месту работы и обратно, при этом работникам
возможность выбора иного транспортного средства и водителя не предоставлялась.
Кроме того, как
установлено судом первой инстанции, работники лётно‑испытательной станции
ранее обращались к работодателю с просьбой о замене автобусов по причине
неудовлетворительного их состояния, в том числе отказов тормозной системы,
однако данные обращения оставлены без удовлетворения. Указанное свидетельствует
о том, что АО «Ил», располагая информацией о неудовлетворительном состоянии
используемых транспортных средств, не приняло мер по обеспечению безопасной
перевозки своих работников (л.д. 58-59 т. 1).
Доводы апелляционной
жалобы о проведении ООО «Симтранс» обязательного технического осмотра,
предрейсового осмотра транспортных средств и медицинского осмотра водителей
отклоняется, поскольку сам по себе факт проведения указанных мероприятий не
опровергает выводов суда о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло
из-за неисправной тормозной системы автобуса. Ссылка ответчика на действия ООО
«Симтранс» не устраняет обязанность работодателя по обеспечению безопасных
условий труда.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы ответчиков, сумма компенсации морального вреда определена
судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 1101 Гражданского
кодекса Российской Федерации. Суд учел все заслуживающие внимания
обстоятельства, поэтому удовлетворил исковые требования в указанном объеме,
оснований для уменьшения размера компенсации судебная коллегия не усматривает.
Приведенные в
апелляционной жалобе доводы и обстоятельства не свидетельствуют о
неразумности или несправедливости взысканной компенсации морального вреда.
Несогласие ответчика
с размером компенсации морального вреда, выраженное в апелляционной жалобе,
само по себе не является основанием к отмене либо изменению вынесенного
судебного постановления, поскольку оценка характера и степени причиненного
заявителю морального вреда относится к исключительной компетенции суда и
является результатом оценки конкретных обстоятельств дела. Несогласие с данной
оценкой основанием к отмене либо изменению решения суда не является.
Поскольку моральный
вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в
деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация
должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за
перенесенные страдания.
Взысканный судом
размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, согласуется с
принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности
(статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами
разумности и справедливости.
Таким образом,
доводы АО «Ил», приведенные в апелляционной жалобе доводы не являются
основанием для снижения размера компенсации морального вреда, поскольку не
соответствует подлежащим применению в нормативном единстве и взаимосвязи
положениям статей 151, 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации о
принципах определения компенсации морального вреда.
При разрешении спора
судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства
дела, правильно применены нормы материального и процессуального права,
собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда
в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
Доводы апелляционной
жалобы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой
инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения
судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного
акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.
Нарушений норм
материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения,
судом не допущено, юридически значимые обстоятельства установлены полно и
правильно, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда и не
содержат предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьей 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
определила:
решение Заволжского
районного суда города Ульяновска от 27 мая 2026 года, оставить без изменения, а
апелляционную жалобу акционерного общества «Авиационный комплекс им С.В.
Ильюшина» – без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой
кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) по правилам, установленным
главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через
Заволжский районный суд города Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 14 сентября 2026 года.