УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
Судья Ефремов И.Г. Дело № 22-1314/2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Ульяновск 16 сентября 2026
года
Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного
суда в составе: председательствующего Коненковой Л.Г.,
судей Гобузова Д.С., Старостина Д.С.,
с участием прокурора Макеевой Г.А.,
осуждённого Пушкарева В.Ю.,
защитника - адвоката Тагирова Р.Р.,
при секретаре Калимуллиной Л.Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по
апелляционному представлению государственного обвинителя - помощника прокурора
Ленинского района г.Ульяновска Дозорова А.С., апелляционным жалобам защитника –
адвоката Тагирова Р.Р., осуждённого Пушкарева В.Ю. на приговор Ленинского
районного суда г.Ульяновска от 09 июня 2026 года, которым
ПУШКАРЕВ
Владимир Юрьевич,
***,
несудимый,
осуждён
по п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года
3 месяца с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением
функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или)
административно-хозяйственных полномочий на государственной службе и в органах
местного самоуправления, на срок 1 год.
Приговором решены вопросы о мере пресечения, исчислении
срока наказания, зачёте времени задержания, нахождения под домашним арестом и содержания
под стражей, гражданском иске и сохранении ареста на имущество, вещественных
доказательствах.
Заслушав доклад судьи Коненковой Л.Г., изложившей краткое
содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных представления, жалоб,
выслушав участников процесса, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Пушкарев
В.Ю. осуждён за превышение должностных полномочий, то есть совершение
должностным лицом действий, явно
выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и
законных интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества
и государства, лицом, занимающим государственную
должность субъекта РФ, из
корыстной и иной личной заинтересованности, при обстоятельствах,
подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении государственный обвинитель
- помощник прокурора Ленинского района
г.Ульяновска Дозоров А.С. считает приговор незаконным, необоснованным и
несправедливым ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания.
Полагает, что суд в нарушение требований ст. 43 УК РФ,
ст.ст. 299, 307 УПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября
2016 года № 55 «О судебном приговоре» в описательно-мотивировочной части
приговора не привёл анализ доказательств и не указал, какие конкретные имеющие
значение для дела обстоятельства подтверждают или опровергают вину осуждённого
в инкриминируемом деянии, что лишило суд возможности оценить все
обстоятельства, имеющие значение для решения вопросов, указанных в ст. 299 УПК
РФ, вынести законное, обоснованное и справедливое решение.
Считает, что приведённые в приговоре данные о личности
Пушкарева В.Ю., его роль в совершении преступления, поведение, цели и мотивы
преступления, а также обстоятельства, признанные судом в качестве смягчающих,
как в отдельности, так и в совокупности, существенно не уменьшают общественную
опасность совершённого преступления и не являются основанием для назначения
мягкого наказания. Суд, придав чрезмерное значение данным о личности Пушкарева
В.Ю., лишь формально учёл обстоятельства, относящиеся к характеру и степени
общественной опасности совершённого преступления. Кроме того, судом не принята
во внимание позиция Пушкарева В.Ю., который в судебном заседании вину не
признал, не раскаялся, активно оспаривал предъявленное обвинение. Обращает
внимание, что преступление Пушкаревым В.Ю. совершено из корыстной и иной личной
заинтересованности, с прямым умыслом;
преступные действия повлекли
существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, привели к ограничению конкуренции,
подрыву авторитета государственных и муниципальных учреждений и их
дискредитации, а также к невозможности
завершения реконструкции объекта и ввода его в эксплуатацию вплоть до даты
вынесения решения судом.
Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое
судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.
В апелляционной жалобе
адвокат Тагиров Р.Р., не соглашаясь с приговором, находит его подлежащим отмене.
Считает, что вина Пушкарева В.Ю. не
подтверждена собранными по
делу доказательствами, а наличие в действиях Пушкарева В.Ю.
состава преступления в полном объёме не доказано.
В обязанности Пушкарева В.Ю. не входили
контроль за заключением муниципальных контрактов, а также подготовка и утверждение
аукционной документации, он не имел отношения к процедуре заключения,
исполнения муниципальных контрактов, в том числе в части установления сроков,
авансов, штрафных санкций, в этой связи, по мнению защитника, не
доказано, какие конкретно полномочия превысил Пушкарев В.Ю.
Отмечает, что позиция обвинения
относительно того, что Пушкарев В.Ю. «заведомо знал о недопустимости проведения
переговоров и ограничении конкуренции», является несостоятельной и не подтверждается
объективными и достоверными доказательствами, кроме того, ссылки на нормативные правовые акты,
запрещающие проведение таких переговоров, отсутствуют, ссылки же на положения Федерального закона от 05 апреля 2013
года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для
обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Федеральный закон №
44-ФЗ), по утверждению защитника, свидетельствуют о неверном применении норм материального
права.
Автор жалобы указывает, что суд неверно
оценил показания свидетеля *** в ходе судебного процесса, неправомерно сделав
ссылку на оглашённые показания, хотя в судебном заседании данный свидетель
показал, что понимал и осознавал
отсутствие у Пушкарева В.Ю. возможности гарантировать изменение условий
контракта из-за отсутствия соответствующих полномочий.
Изменение
существенных условий контракта предусмотрено действующим законодательством, о
чём осведомлены все участники закупок, в связи с чем защитником делается вывод
об осведомлённости ООО «***» о наличии законных возможностей для изменения
существенных условий контракта, что не нарушает принципы контрактной системы
закупок, не ограничивает конкуренцию.
Обращает внимание, что суд в
приговоре сослался на нормы федерального законодательства, которые носят
декларативный характер либо приведены без указания конкретных норм.
Автор жалобы считает, что в материалах дела отсутствуют документы,
подтверждающие дачу Пушкаревым В.Ю. указаний должностным лицам МБУ «Управление архитектуры и строительства» МО «***» относительно включения в аукционную
документацию конкретных условий, при этом закупка № *** признана обоснованной и эффективной с учётом всех условий, которые она
предполагала, муниципальный заказчик был лишён возможности установить иные сроки исполнения
контракта ввиду наличия софинансирования и заключённого соглашения о предоставлении
субсидии, о невозможности
установления иных сроков указывали свидетели и потерпевший, а из показаний свидетеля
***. следует,
что если бы контракт не был заключен в срок до 31 декабря 2024 года, выделенные
на указанные цели денежные средства подлежали возврату в бюджет и реализация
проекта была бы сорвана.
Утверждение суда в приговоре, что Пушкарев В.Ю. дал
указание изменить существенные условия договора, защитником расценивается как
не подтверждённое исследованными доказательствами. Данные вопросы обсуждались
на заседаниях комиссии по повышению эффективности закупок, которая признавала
обоснованными изменение условий контракта, никаких поручений Пушкарев В.Ю. не
давал, и никак повлиять на данный вопрос не мог, а затягивание сроков
исполнения контракта было связано с иными действиями заказчика:
непредоставлением исполнительной документации на объект, отсутствием должного
контроля за ходом работ со стороны МБУ «Управление архитектуры и строительства»
МО «***», необходимостью корректировки проектной документации и разработки нового проекта, чему суд в
приговоре оценки не дал.
Также указывает, что вопреки
доводам о невозможности выполнения условий контракта в первоначальные сроки при
наличии аванса в размере 30%, каких-либо объективных доказательств,
свидетельствующих о наличии препятствий для выполнения работ в установленные
сроки, материалы дела не содержат, не приведён конкретный анализ сметной документации, фактически
выполненных работ ООО «***», а также подлежащих выполнению работ со стороны
исполнителя по спорному муниципальному контракту. В рамках расследования уголовного дела не установлено фактическое снижение
затрат ООО «***» на закупку оборудования в связи с изменением проектно-сметной
документации, данные обстоятельства не проверялись, строительно-техническая
экспертиза не проводилась.
Приведённые обстоятельства, а также показания свидетелей
в суде, по мнению защитника, опровергают тезис о том, что Пушкарев В.Ю. был
достоверно осведомлён о невозможности выполнить контракт до 31 декабря 2024
года, потому обвинение в даче заведомо незаконных указаний считает
несостоятельным.
Показания свидетелей ***, ***, ***, *** защитник
предлагает оценить критически, они не могли быть положены в основу приговора,
полагает, что *** и *** прямо заинтересованы в оговоре Пушкарева В.Ю.
Оспаривается защитником и вывод суда о существенном
нарушении охраняемых законом интересов общества и государства. По утверждению
защиты, последствия в приговоре описаны
общими формулировками, ввиду чего необходимый признак состава преступления,
предусмотренного ст. 286 УК РФ, отсутствует и не доказан. Нереализация проекта
«Оздоровление Волги», нарушение права на охрану окружающей среды не могут быть
поставлены в вину Пушкареву В.Ю., контракт с ООО «***» расторгнут за пределами
временного интервала инкриминируемого деяния, и после увольнения Пушкарева В.Ю.
заказчик продолжил договорные отношения с данной организацией. Оспаривая вывод
суда в части существенного нарушения прав и законных интересов представителей
коммерческих организаций, выразившихся в ограничении числа участников закупки,
обращает внимание, что ни одна организация в УФАС не обратилась, ни одним
свидетелем не подтверждён факт реальных намерений по участию в аукционе. Также
по результатам рассмотрения дела, по мнению автора апелляционной жалобы, не
установлен размер неосновательного обогащения ООО «***», а также связь действий
Пушкарева В.Ю. с вменёнными последствиями, кроме того, разница между начальными
ценами контрактов с ООО «***» и последующим составляла более 90 миллионов
рублей, что свидетельствует о выполнении ООО «***» работ на указанную сумму.
Не соглашаясь с выводом суда о наличии у Пушкарева В.Ю.
корыстной и иной личной заинтересованности, апеллятор обращает внимание на
следующие обстоятельства. Неосновательное обогащение ООО «***», на которое
указал суд, не может учитываться при определении корыстного мотива, поскольку
правовая природа неосновательного обогащения предполагает отсутствие законных
оснований для получения имущества, кроме того, ООО «***» выполнен объём работ и
затрачены денежные средства на приобретение оборудования. Не было у Пушкарева
В.Ю. и иной личной заинтересованности, он уволился до расторжения контракта, а
трудоустроился он в Правительство по приглашению Губернатора ***, нет
доказательств, что оценка деятельности Пушкарева В.Ю. зависела от результатов
реализации проекта и исполнения контракта и что успешная реализация проекта
повлекла бы за собой повышение по службе, а также обращает внимание, что *** на
момент заключения контракта и подготовки аукционной документации руководителем
ООО «***» не являлся, между ними были деловые отношения.
Указывает защитник также на некорректность обвинения в
части умысла на совершение преступления и обоснование вывода о виновности
недопустимыми доказательствами. Недопустимыми являются, по мнению защитника,
результаты оперативно-розыскной деятельности, фактически проведённое
мероприятие, связанное с фиксацией переговоров, проведено без соответствующего
судебного акта, а показания свидетелей оглашались на основании ч.3 ст. 281 УПК
РФ без каких-либо существенных расхождений в сравнении с показаниями, данными в
суде.
Просит отменить обвинительный приговор в отношении Пушкарева
В.Ю. и вынести оправдательный приговор.
В апелляционной жалобе осуждённый Пушкарев В.Ю. считает приговор незаконным,
необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене.
Считает, что суд, формально
перечислив в приговоре смягчающие
наказание обстоятельства, не дал им должной оценки, как по отдельности, так и
в своей совокупности, не исследовал вопрос о влиянии назначаемого вида и размера наказания на условия жизни его семьи. Указывает, что имеет на иждивении малолетнего
ребенка, мать является ***, бывшая супруга является ***
и по состоянию здоровья не может самостоятельно в полной мере обеспечить нужды ребенка, семья фактически нуждается в
его помощи и поддержке, он сам является ветераном
боевых действий, на протяжении всей жизни стремился действовать ответственно, добросовестно и в интересах
общества, имеет благодарность Министерства
строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации. Считает, что указанные сведения, а также положительные характеристики подтверждают, что он не представляет общественной
опасности, в связи с чем полагает, что не нуждается в изоляции от
общества, а назначенное наказание не будет способствовать его исправлению.
По мнению автора жалобы, приговор не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела,
выводы суда не подтверждаются доказательствами, факт совершения им
преступления является
недоказанным.
Указывает, что проводил переговоры с *** исключительно для реализации поставленной руководством области задачи
скорейшего завершения реконструкции очистных сооружений в г. ***, так как предыдущий подрядчик не справился с этим объектом и контракт был расторгнут, прошедшие в 2024 году два конкурса были
признаны несостоявшимися, поскольку никто не подал
на них заявку, желающих достроить объект не имелось. С представителем ООО «***» он обсуждал лишь возможность участия в конкурсе и заверений относительно того, что после победы в
аукционе и заключения контракта срок выполнения
работ по контракту и размер аванса будут увеличены, не
давал.
Обращает внимание, что вывод суда о даче им заведомо незаконных указаний ответственным сотрудникам
администрации МО «***» и МБУ «Управление архитектуры и строительства» МО «***» о сроке исполнения контракта, объёме аванса в размере 30 %,
увеличении для ООО «***» срока выполнения работ, суммы авансирования, снижения мощности
поставляемого очистного оборудования основан на показаниях свидетеля *** Между тем, ни один из имеющихся протоколов совещаний
в Правительстве области не содержит
сведений о таких поручениях, рекомендациях. Более того, в силу занимаемой
должности у него отсутствовали полномочия давать
указания, распоряжения руководителям муниципальных
органов власти, а все решения относительно контракта приняты должностными
лицами администрации Барышского района. Учитывая, что *** и *** к уголовной
ответственности не привлечены, соответственно, и он не мог быть привлечён к
уголовной ответственности, функциями должностного лица он не обладал, субъектом
преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ, не является. Не имелось у него и
мотивов получения имущественной выгоды или выгод неимущественного характера, не
доказано существенное нарушение чьих-либо прав.
Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции:
- прокурор Макеева Г.А. просила приговор отменить по
доводам апелляционного представления,
обосновала несостоятельность доводов апелляционных жалоб;
- осуждённый Пушкарев В.Ю., защитник – адвокат Тагиров Р.Р.
поддержали доводы апелляционных жалоб, возражали по доводам апелляционного представления. Осуждённый в дополнение к апелляционной жалобе также
указал на следующее: в силу ст. 132 Конституции РФ органы местно самоуправления
самостоятельны в принимаемых решениях; он не являлся субъектом правоотношений,
регулируемых Федеральным законом № 44-ФЗ; иная дата
выполнения работ по контракту установлена быть не могла; судом не учтены
показания свидетелей защиты и не дана им оценка; у представителя потерпевшего ***
не отобрана подписка о предупреждении об уголовной ответственности, а показания
свидетеля *** искажены в приговоре; ООО
«***» понесло значительные затраты на выполнение работ по контракту, а также на
разработку проектно-сметной документации; его действия соответствовали закону,
а изменение срока контракта, размера аванса, снижение мощности оборудования не запрещено
законом.
Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы
апелляционных представления и жалоб, выслушав выступления участников процесса,
суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению на основании
ст. 389.17 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона
в части решения вопроса о гражданском иске.
Фактические обстоятельства изложенных в
описательно-мотивировочной части приговора действий Пушкарева В.Ю. установлены
судом первой инстанции правильно. Как верно указал суд первой инстанции, Пушкарев В.Ю., занимавший государственную
должность субъекта РФ – заместителя Председателя Правительства ***, являясь лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные,
административно-хозяйственные функции, будучи наделённым полномочиями по
принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определённые
юридические последствия, превысил должностные полномочия из корыстной и иной
личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных
интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества и государства.
Аргументы,
приведённые в апелляционных жалобах стороной защиты, аналогичны позиции
осуждённого в судебном заседании, что с
11 июля 2024 года он занимал должность заместителя Председателя Правительства,
курировал реализацию национального проекта «Экология», приоритетной задачей,
которая перед ним была поставлена, являлась скорейшая достройка очистных
сооружений в г.***, так как предыдущий подрядчик не справился с этим объектом,
а реализовать его надо было в сжатые сроки – до 31 декабря 2024 года. При этом
желающих выполнить данные работы не имелось. В связи с этим он начал общаться с
различными организациями, предлагал принять участие в аукционе не только ООО «***»,
но именно данная организация стала единственным претендентом и подала заявку на
участие в аукционе. Каких-либо обещаний более благоприятных условий для ООО «***»
он не давал, у него нет имущественного интереса в деятельности данной
организации, а с *** сложились деловые отношения. Кроме того, какого-либо
отношения в силу занимаемой должности к аукциону он не имел, контроль за
муниципальным контрактом не осуществлял, это была прерогатива муниципального
заказчика. Объект находился под федеральным контролем, корректировка сроков,
мощности и проектной документации была вызвана объективными обстоятельствами. Все
его действия были направлены на достижение публичной цели - завершение
национального проекта в установленные сроки, недопущение неблагоприятных
последствий для региона, предотвращение экологической катастрофы в г. *** и
обеспечение населения качественными коммунальными услугами, за которые данное
население платит. Он не принимал решений по контракту, не действовал в
интересах подрядчика, а действовал в интересах реализации национального проекта
и жителей. При этом он трудоустроился в Правительство *** по приглашению Губернатора,
администрации Президента РФ именно в целях обеспечения реализации национальных
проектов, а уволился в августе 2025 года по причине выявления у его супруги
заболевания и необходимости ухода за ней и ребенком. При этом его показатели до
и после контракта не оценивались, реализация национального проекта не влияла на
оценку результативности его работы, необходимости создания видимости
надлежащего исполнения обязанностей не имелось. Считает, что ряд свидетелей его
оговаривают.
Вместе
с тем, вывод суда о виновности Пушкарева В.Ю. соответствует фактическим
обстоятельствам дела и основан на проверенных в судебном заседании
доказательствах, оценённых судом с точки зрения относимости, допустимости и
достаточности, подробный и правильный анализ которых приведён в приговоре.
Так,
из имеющегося в материалах дела муниципального контракта № ***, заключённого между
ООО «***» и МБУ «Управление архитектуры и строительства» МО «***» 10 октября
2024 года, следует, что ООО «***» приняло на себя обязательство по
реконструкции очистных сооружений в г. *** согласно смете контракта и проектной
документации, со сроком завершения строительно-монтажных работ и ввода объекта
в эксплуатацию до 31 декабря 2024 года, авансом в размере 30 % от цены
контракта, составляющей 317 410 600 руб. Согласно дополнительным
соглашениям к данному контракту изменены существенные условия контракта -
увеличен размер аванса подрядчику - ООО «***» до 50 % от цены контракта –
158 705 300 руб. (дополнительное соглашение № 3 от 17 декабря 2024
года), также внесены изменения в сметную документацию контракта (дополнительные
соглашения № 4 от 10 февраля 2025 года, № 5 от 19 февраля 2025 года, № 6 от 26
марта 2025 года) и увеличен срок выполнения подрядчиком работ до 30 ноября 2025
года (дополнительное соглашение № 7 от 31 марта 2025 года).
В
соответствии с соглашениями в 2024-2026
годах из федерального бюджета бюджету *** выделены субсидии на реализацию
мероприятий по сокращению доли загрязнённых сточных вод в рамках федерального
проекта «Оздоровление Волги», при этом предусмотрено условие, что субсидия предоставляется
только в 2024 году. Соглашением от 07 марта 2024 года бюджету муниципального
образования «***» из бюджета *** в 2024 году предоставлены субсидии на
реализацию мероприятий по сокращению доли загрязнённых сточных вод в
соответствии с лимитами бюджетных обязательств в целях достижения результатов
федерального проекта «Оздоровление Волги» и результатов регионального проекта
«Оздоровление Волги» в размере 153 010 600 руб.
Свидетелем
*** в суде первой инстанции даны показания, что он
является первым заместителем главы администрации МО «***». В ходе реализации
национального проекта «Экология» и федерального проекта «Оздоровление Волги»
осуществляется реконструкция очистных канализационных сооружений в г. ***.
Первоначально был заключён муниципальный контракт с ООО «***», который, однако,
был расторгнут. После проведения
осмотра и исключения из сметной документации объёмов и видов работ, выполненных
ООО «***», была подготовлена вся необходимая документация для проведения нового
конкурса, систематически
проводились совместные совещания с участием сотрудников муниципалитета и
органов власти ***. Поскольку объём строительно-монтажных работ был достаточно
большой, а изначальный срок исполнения контракта истекал 31 декабря 2024 года, выполнить
все строительно-монтажные работы, а также ввести объект в эксплуатацию к
данному сроку было невозможно. Однако Пушкарев В.Ю. сказал, что срок контракта
в документации на закупку увеличивать не нужно, в результате чего в аукционной
документации срок исполнения контракта был указан прежний - 31 декабря 2024 года, также было
предусмотрено авансирование в размере 30 %. Данное указание было дано Пушкаревым В.Ю., чтобы потенциальные
исполнители контракта не смогли заявиться на торги, что он (***) понимал, но повлиять
на указанное решение не мог, поскольку оно было принято осуждённым, являвшимся на
тот момент непосредственным куратором исполнения работ в рамках национального
проекта «Экология» и федеральной программы «Оздоровление Волги» и курировал
вопросы строительства на территории ***. Единственной организацией, от которой
поступила заявка на участие в электронном аукционе на право заключения контракта, являлось ООО «***», с директором которого ***
Пушкарев В.Ю. совместно, ещё до проведения торгов, приезжали в г. *** на объект
по очистным сооружениям, при этом именно Пушкарев В.Ю. говорил, что ООО «***» будет выполнять работы
на объекте. Другие организации данный контракт заключить не могли, их
представители приезжали на объект с целью осмотра, но ввиду ограниченного срока
выполнения работ и размера авансирования они не стали принимать участие в
аукционе, хотя если бы изначально в конкурсной документации был указан размер
аванса в 50 %, а срок окончания работ запланирован на 2025 год, участие в
конкурсе (аукционе) приняли бы и другие коммерческие организации. После
заключения контракта с ООО «***»
Пушкарев В.Ю. продолжил
лоббировать интересы указанной организации и по его поручению размер аванса был
увеличен с 30 % до 50 %, а путём заключения дополнительного соглашения были
увеличены сроки производства работ, при этом на заседании комиссии по закупкам было
принято решение отказать ООО «***» в увеличении срока выполнения работ, но от
Пушкарева В.Ю. поступило указание его увеличить, что и было сделано. Кроме
того, в дальнейшем по указанию Пушкарева
В.Ю. была уменьшена мощность очистных сооружений, что значительно должно было
снизить затраты ООО «***». Также от осуждённого поступали указания принять документы
по затратам от ООО «***» без монтажа, они исполнялись, в результате чего ООО «***»
получало возможность забрать денежные средства с казначейского счета. Инициатором снижения мощности
оборудования очистных сооружений являлось именно ООО «***». Общество сообщило,
что предусмотренная проектной документацией мощность является избыточной,
направило письмо в адрес заказчика о необходимости её снижения и внесения в
проектную документацию соответствующих изменений, однако цена контракта в
сторону уменьшения меняться не должна, хотя очевидно, что оборудование меньшей
мощностью стоит дешевле. Пушкарев В.Ю. согласился с позицией ООО «***» и дал
указание заказчику, а также «***» и ОАУ «***» оказать ООО «***» содействие в
корректировке проектной документации. Фактически ООО «***» строительно-монтажные работы на вышеуказанном
объекте не выполнило, в связи с чем контракт с данной организацией был расторгнут
в одностороннем порядке, но денежные средства не возвращены.
Аналогичные обстоятельства относительно поступления от
Пушкарева В.Ю. указаний о сроке исполнения контракта – 31 декабря 2024 года, об
условии авансирования в 30 % и невозможности при таких условиях выполнить весь объём работ по контракту, а
также о поступлении в дальнейшем, уже после заключения контракта, от Пушкарева
В.Ю. указаний увеличения размера авансирования до 50%, увеличении срока работ,
принятии и оплате оборудования, уменьшения мощности оборудования были сообщены
суду и представителем потерпевшего *** – директором МБУ «Управление архитектуры
и строительства МО «***».
Также из показаний представителей потерпевших *** и ***,
письменных материалов дела следует, что ООО «***» в качестве аванса было
перечислено 158 705 300 рублей, работы данное общество не проводило,
контракт был расторгнут, денежные средства ООО «***» в бюджет не возвращены, что привело к
невозможности реализации мероприятий в рамках национального проекта.
О том, что иные, помимо ООО «***», представители
коммерческих организаций интересовались работами на объекте и сроками их
выполнения, и только представитель ООО «***», приезжавший вместе с Пушкаревым
В.Ю., заверял, что сможет выполнить все работы до 31 декабря 2024 года, сообщил
суду и свидетель *** - глава
администрации МО «***». Также свидетель подтвердил, что Пушкаревым В.Ю.
давались указания по увеличению сроков строительства и размера аванса.
О невозможности фактического исполнения контракта в срок до
31 декабря 2024 года показал суду и свидетель *** – ведущий техник МБУ
«Управление архитектуры и строительства МО «***», он же отметил, что инициатива
снижения мощности оборудования исходила от ООО «***», хотя ранее разработанная
проектная документация получила положительное заключение экспертизы и прежний
подрядчик ООО «***» в данной части
каких-либо претензий не предъявлял.
Суд первой инстанции вопреки доводам апелляционных жалоб верно
признал показания свидетелей ***, ***, *** и представителя потерпевшего *** достоверными,
справедливо указав на отсутствие
оснований считать, что эти лица имеет какую-либо заинтересованность в исходе
дела и в оговоре осуждённого. При этом показания данных лиц являются
согласованными, последовательными и подтверждены иными доказательствами. Никто
из данных лиц в рамках судебного разбирательства после оглашения показаний, данных на стадии предварительного
расследования, их не оспаривал. Отсутствие же в подписке о предупреждении об
ответственности подписи *** не указывает на невозможность использования его показаний
в качестве доказательства. Как следует из протокола и аудиозаписи судебного
заседания, 28 апреля 2026 года перед допросом в суде *** были разъяснены его
права, обязанности, он предупреждён об уголовной ответственности за дачу ложных
показаний.
Вывод суда о том, что Пушкарёв В.Ю. проводил переговоры с
представителем ООО «***», пообещал тому, что после победы в аукционе и
заключения контракта сроки выполнения работ по нему и размер аванса будут
увеличены, и что в интересах этой
коммерческой организации осуждённым были
даны соответствующие указания, основан, в том числе, и на показаниях свидетеля ***
– руководителя ООО «***». Последний в суде подтвердил, что именно Пушкарев
В.Ю., с которым он состоял в приятельских отношениях, предложил ему участвовать в аукционе на
заключение контракта по реконструкции очистных сооружений в г. ***, он приезжал
с осуждённым на объект, и, оценив объём работ, сказал тому, что провести их до
31 декабря 2024 года невозможно. Однако
Пушкарев В.Ю. его заверил, что впоследствии срок исполнения контракта
будет увеличен. Также перед подачей заявки на участие в аукционе он обговорил с
Пушкаревым В.Ю. вопрос о том, что аванс будет увеличен и будет произведена
замена оборудования на менее мощное, при этом сумма контракта и цена
оборудования не изменятся. ООО «***» подало заявку, после по результатам
аукциона 10 октября 2024 года был заключен контракт. В последующем и сроки
работ, и размер авансирования действительно были изменены.
Несмотря на то, что свидетель *** в судебном заседании
настаивал на том, что Пушкарев В.Ю. не мог обеспечить победу в аукционе
конкретной организации и таких обещаний ему Пушкарев В.Ю. не давал, свидетель
уточнил, что осуждённый просил его «заявиться» на этот аукцион, и что, скорее
всего, ООО «***» будет единственным участником. Однако данное обстоятельство,
на которое акцентирует внимание защитник Тагиров Р.Р. в апелляционной жалобе, а
также и осуждённый, указывая на неверную оценку судом показаний свидетеля, на доказанность вины Пушкарева В.Ю. не
влияет. Пушкарев В.Ю. осуждён за превышение должностных полномочий, которое
состояло в даче заведомо незаконных указаний относительно условий контракта
соответствующим должностным лицам органов местного самоуправления и
подведомственного им учреждения, как воспринимались со стороны *** слова
Пушкарева В.Ю. (обещание победы в аукционе, просьба участия в аукционе и
предположение, что организация будет единственным участником) правового
значения не имеет, тем более, что именно данная организация была признана
победителем аукциона с учётом условий, содержащихся в конкурсной документации.
Кроме того, показания свидетеля ***, изложенные в
приговоре, объективно подтверждены и
результатами оперативно-розыскных мероприятий (далее ОРМ), в ходе которых
зафиксированы разговоры *** и Пушкарева
В.Ю., когда последний предлагает «заходить» на аукцион компанией «***», сообщает, что мощность
очистных сооружений будет снижена, сроки исполнения работ сдвинутся на
следующий год.
Доводы стороны защиты о нарушении закона при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий проверены
судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты. ОРМ проведены в соответствии с
требованиями Федерального закона
от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а
документы, составленные по их результатам, отвечают требованиям, предъявляемым
к доказательствам. Судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не находит
оснований для признания доказательств, полученных в результате ОРМ,
недопустимыми. Эти результаты могли быть использованы в процессе доказывания по
настоящему делу в отношении осуждённого как отвечающие требованиям,
предъявляемым к доказательствам, а также использованы при формировании
доказательств. Вопреки доводам защитника, судебные решения на проведение
определённых видов ОРМ, получены. Также и результаты ОРМ «Наблюдение»,
сопровождавшегося применением специальных технических средств, с помощью
которых осуществлялась аудиофиксация, были соответствующим образом
зафиксированы и переданы следователю в установленном законом порядке. При этом судебная
коллегия отмечает, что ОРМ «Наблюдение» не ограничивает права человека на
неприкосновенность частной жизни, в связи с чем не требовалось вынесения
судебных постановлений на его проведение.
Кроме того, свидетели ***, ***, *** – представители ряда
коммерческих организаций показали суду, что знали об аукционе на проведение
работ по реконструкции очистных сооружений, но из-за предлагаемых условий
(ограниченные сроки, небольшой объём авансирования) приняли решение о неучастии
в нём, при этом, если бы в конкурсной документации был указан более поздний
срок окончания работ и размер аванса составлял бы 50 %, они приняли бы участие
в аукционе.
Свидетель *** – директор ОАУ «***», свидетель *** –
начальник проектного управления ОГКП «***» также суду показали, что исполнить
контракт в предусмотренный в нём срок – 31 декабря 2024 года было невозможно,
при этом *** также указал, что мощности канализационной станции в 1 100
куб.м. применительно к г. *** будет
недостаточно, а *** отметил, что в связи с внесением в проектную документацию
изменений в части уменьшения мощности оборудования для очистки сточных вод до
1 100 куб.м. и необходимостью в связи с этим получения заключения
экспертизы ему периодически звонил Пушкарев В.Ю. с просьбой о проведении в
первоочередном порядке экспертизы в отношении документации ООО «***», несколько
раз были даны отрицательные заключения, но Пушкарев В.Ю. просил оказывать
содействие ООО «***».
Таким
образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, показаниями представителей
потерпевших, свидетелей, а также и иными доказательствами, содержание которых
полно раскрыто в приговоре, доказано, что объём работ, который предполагал
контракт, завершить до 31 декабря 2024 года было невозможно, что осознавалось
Пушкаревым В.Ю., однако он до проведения конкурсных процедур и заключения
муниципального контракта провёл переговоры с ***, пообещал, что после победы
ООО «***» в аукционе и заключения вышеуказанного контракта срок выполнения
работ по нему и размер аванса будут увеличены. В дальнейшем, используя своё
должностное положение и авторитет занимаемой должности, дал заведомо незаконное
указание ответственным сотрудникам администрации МО «***» и МБУ «Управление
архитектуры и строительства МО «***» указать в аукционной документации на срок
исполнения контракта – 31 декабря 2024 года, а также объём аванса в размере 30
% от цены контракта, а после этого дал заведомо незаконные указания
вышеуказанным должностным лицам изменить существенные условия этого контракта:
увеличить для ООО «***» срок выполнения работ, сумму авансирования, а также
изменить условия контракта в части снижения мощности поставляемого очистного
оборудования. Эти указания Пушкарева В.Ю. были исполнены. ООО «***» свои
обязательства по данному контракту не исполнило и не возвратило в бюджет выделенные
и перечисленные в качестве аванса денежные средства в размере
158 705 300 руб.
В судебном решении со ссылкой на исследованные в судебном
заседании письменные материалы дела приведены и доказательства, подтверждающие,
что Пушкарев В.Ю. занимал должность
заместителя Председателя Правительства ***, координировал вопросы реализации
государственной политики в сфере строительства, жилищно-коммунального
хозяйства; реализации государственной политики в области закупок для
обеспечения нужд *** в сфере строительства, реконструкции, капитального
ремонта, реставрации и модернизации объектов капитального строительства;
реконструкции объектов капитального строительства; осуществления регионального
государственного строительного и жилищного надзора; координировал и
контролировал деятельность коллегиальных органов в курируемой сфере
деятельности, Министерства жилищно-коммунального хозяйства и строительства ***,
а также нёс персональную ответственность за выполнение задач и функций,
отнесённых к компетенции указанных органов, в соответствии с положениями,
регламентирующими их деятельность;
обеспечивал достижение значений показателей и результатов регионального
проекта «Оздоровление Волги», входящего в состав национального проекта
«Экология».
Проанализировав полномочия Пушкарева В.Ю., суд первой
инстанции на основании разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной
практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных
полномочий» пришёл к обоснованному выводу, что он является субъектом
преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ, занимал государственную должность
субъекта РФ, при исполнении своих должностных обязанностей постоянно выполнял
организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции, обладал
полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих
определённые юридические последствия.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции
пришёл к правильному выводу, что совершённые Пушкаревым В.Ю. действия явно
выходили
за пределы его полномочий, повлекли существенное нарушение прав и законных
интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества и
государства, и Пушкарев В.Ю. осознавал, что действует за пределами возложенных
на него полномочий.
Оценивая доводы стороны защиты в той части, что в
обязанности Пушкарева В.Ю. не входили контроль за заключением
муниципальных контрактов, подготовка и утверждение аукционной документации, он не
имел отношения к процедуре заключения, исполнения муниципальных контрактов, в
том числе в части установления сроков, авансов, штрафных санкций, органы
местного самоуправления ему не подчинялись, субъектом Федерального закона №
44-ФЗ он не являлся, а потому не доказано, какие конкретно полномочия превысил
Пушкарев В.Ю., судебная коллегия отмечает следующее. Из исследованных в суде
первой инстанции доказательств следует, что именно Пушкарев В.Ю. координировал
вопросы реализации государственной политики в сфере строительства,
жилищно-коммунального хозяйства, в области закупок в сфере строительства,
обеспечивал достижение значение показателей и результатов региональных
проектов, входящих в состав национального проекта «Экология». Сторонами контракта
от 10 октября 2024 года, хотя и были ООО «***» и МБУ «Управление архитектуры и строительства» МО «***»,
но предполагал он осуществление работ в рамках реализации регионального и
национального проектов, финансирование его осуществлялось за счёт субсидий,
предоставленных из федерального бюджета бюджету ***, из бюджета субъекта РФ – ***
- бюджету муниципального образования «***».
Вопросы исполнения контракта обсуждались
в Правительстве *** при участии Пушкарева В.Ю.
В этой связи вывод суда о том, что Пушкарев В.Ю. в отношении контракта
давал незаконные указания ответственным сотрудникам органа местного
самоуправления и МБУ, а последними они исполнялись, является верным. Кроме
того, и сам Пушкарев В.Ю. согласно его позиции не оспаривает, что был
заинтересован в исполнении национального проекта, и что при трудоустройстве ему
была поставлена цель – обеспечение реализации национальных проектов на территории
области.
Судебная коллегия вопреки доводам апелляционных жалоб
соглашается и с мотивированным выводом суда первой инстанции о наличии у Пушкарева
В.Ю. корыстной и иной личной заинтересованности.
В результате действий Пушкарева В.Ю. ООО «***» и её
представитель *** получили выгоду имущественного характера в виде заключённого
контракта, предполагающего финансирование из средств бюджетов различного
уровня, и фактически полученных значительных денежных средств в размере более 158 миллионов рублей. Доводы
защитника и осуждённого, что ООО «***» выполнило работу на сумму более 90
миллионов рублей, понесло затраты на разработку проектно-сметной документации,
и, как следствие, не доказано неосновательное обогащение этого юридического
лица и наличие корыстного мотива у Пушкарева В.Ю., опровергаются показаниями
представителей потерпевших и свидетелей, что ООО «***» работы на объекте не
проводило, более того, свидетель *** в суде указал, что он сам объём выполненных
ООО «***» работ оценивает на сумму 12
миллионов рублей, что несоразмерно с суммой полученных ООО «***»
денежных средств.
Также является доказанным наличие у Пушкарева В.Ю. иной
личной заинтересованности как мотива преступления, заключающейся в стремлении
продолжить свою карьеру в занимаемой
должности, показать себя исполнительным и опытным руководителем, стремлении к
искусственному увеличению результативности своей служебной деятельности,
желании создать благоприятную видимость надлежащего исполнения возложенных на
него обязанностей, в том числе по обеспечению достижения значений
показателей и результатов проектов «Оздоровление Волги», входящих в состав
национального проекта «Экология». Сам Пушкарев В.Ю. не отрицает, что был
приглашён на работу в соответствующей должности в Правительство в целях
реализации на территории *** национальных проектов, на небольшой срок.
Невыполнение условий национального проекта, с учётом занимаемой им должности,
свидетельствовало бы о невозможности исполнения им своих обязанностей.
В этой связи доводы стороны защиты, изложенные в
апелляционных жалобах о недоказанности корыстной и иной личной
заинтересованности, признаются судебной коллегией несостоятельными.
Вопреки доводам апелляционных жалоб суд первой инстанции
правильно установил и то, что последствиями преступления стало существенное
нарушение охраняемых законом интересов общества
и государства в виде отступления от норм деятельности в сфере
формирования и размещения муниципального заказа, ограничения конкуренции,
подрыва авторитета государственных и муниципальных учреждений и их
дискредитации, нарушения принципов эффективности и результативности
осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и
прозрачности осуществления закупок, предотвращения коррупции и других
злоупотреблений в сфере таких закупок, нереализации на территории *** мероприятий регионального и национального
проектов «Оздоровление Волги» и «Экология», а также существенное нарушение прав и законных интересов граждан
на благоприятную окружающую среду, гарантированных ст. 42 Конституции РФ, и существенное нарушение прав и
законных интересов представителей коммерческих организаций, выразившихся в
ограничении числа участников закупки на право заключения данного контракта. Кроме того, было допущено неэффективное освоение и использование средств
федерального бюджета РФ, бюджета *** и бюджета МО «***» в размере
158 705 300 руб., что привело к неосновательному обогащению ООО «***»
на указанную сумму, а также к невозможности
завершения реконструкции вышеуказанного объекта и ввода его в эксплуатацию.
Факт того, что действия Пушкарева В.Ю. повлекли
ограничение конкуренции, нарушили права
и законные интересы коммерческих организаций,
подтверждается показаниями свидетелей ***, ***, *** о том, что приняли бы участие в аукционе с
более длительным сроком выполнения работ и большим объёмом авансирования.
Несмотря на то, что изменение существенных условий предусмотрено действующим
законодательством, как на то указывает защитник в апелляционной жалобе, однако в целом федеральное законодательство
исходит из того принципа, что изменение существенных условий контракта не
допускается, за исключением строго определённых случаев и лишь по согласованию
с заказчиком. Необращение свидетелей с жалобами в УФАС, вопреки утверждению
стороны защиты, не даёт оснований для
оценки действий Пушкарева В.Ю. как законных.
Последующее увольнение Пушкарева В.Ю. и расторжение
контракта с ООО «***» уже после его увольнения не опровергают вывод суда, что
действия Пушкарева В.Ю. повлекли нереализацию на территории *** мероприятий
регионального и национального проектов «Оздоровление Волги» и «Экология». Из
показаний представителя потерпевшего *** и письменных материалов дела судом
установлено, что ООО «***» обязательства по договору не выполнило,
перечисленные в качестве аванса денежные средства не возвратило, что привело к
невозможности реализации мероприятий в рамках указанных проектов, невозможности
завершения строительства объекта и его функционирования.
Нарушены и конституционные права и законные интересы граждан
на благоприятную окружающую среду. Мероприятия, предусмотренные региональным и
национальным проектами, имели целью обеспечение комфортной и безопасной среды
для населения ***, модернизации инженерной инфраструктуры, обеспечение
населения качественной питьевой водой, но выполнены они не были.
Таким образом, суд первой инстанции, проанализировав
показания представителей потерпевшего, свидетелей, иные доказательства,
представленные сторонами, содержание которых с достаточной полнотой раскрыто в
приговоре, оценив их с точки зрения относимости, допустимости и достаточности, пришёл
к верному выводу о доказанности факта совершения преступления осуждённым.
Ссылка стороны защиты на то, что показания
свидетелей и представителей потерпевших оглашались в нарушение ч.3 ст. 281 УПК
РФ признаётся судебной коллегией несостоятельной. По ходатайству
государственного обвинителя и в связи с
наличием существенных противоречий в показаниях, данных в ходе предварительного
расследования и судебного разбирательства, обоснованно были оглашены показания
этих лиц на предварительном следствии, противоречия выяснены и устранены,
потому суд обоснованно положил их в основу приговора.
Доводы апелляционных жалоб стороны защиты фактически
сводятся к несогласию с оценкой, которую исследованным по делу доказательствам
дал суд, в то время как оснований к переоценке доказательств и установленных
судом обстоятельств не имеется.
При этом судебная коллегия
отмечает, что представленным стороной защиты доказательствам суд первой
инстанции дал надлежащую оценку. Оценив показания свидетелей ***, ***, а также
содержание иной представленной стороной защиты документации, суд первой
инстанции пришёл к верному выводу, что данными доказательствами виновность
Пушкарева В.Ю. не опровергается. В частности, защита настаивает на том, что
принимаемые в Правительстве *** решения, оформляемые протоколами и поручениями,
носили только рекомендательный характер, должностные лица органов местного
самоуправления, муниципальные бюджетные учреждения не подчиняются Правительству
***, решения по вопросам муниципального контракта принимались на заседаниях
комиссии по повышению эффективности осуществления закупок товаров, работ, услуг
МО «***». Между тем, в судебном
заседании доказано, что именно Пушкарев В.Ю. давал незаконные указания
сотрудникам администрации МО «***», МБУ «Управление архитектуры и
строительства МО «***» относительно условий муниципального
контракта, эти указания исполнялись, поскольку сам контракт предусматривал
реализацию мероприятий в рамках исполнения регионального и национального
проектов за счёт денежных средств, выделяемых в рамках субсидий из федерального
и регионального бюджетов, а
обеспечение достижение значений
показателей и результатов проектов относилось к полномочиям Пушкарева В.Ю., что
им самим не оспаривается.
Что касается ссылки стороны защиты на то, что в неисполнении
условий контракта виновны иные лиц, а ООО «***» было лишено возможности
исполнить контракт
по причинам, от него не зависящим (необходимость корректировки проектной
документации, непредоставление документации от прежнего подрядчика), то данные
обстоятельства также не опровергают виновность Пушкарева В.Ю. В силу ч.1 ст.
252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и
лишь по предъявленному ему обвинению, в связи с чем входить в обсуждение вопросов о возможной
виновности иных лиц суд не вправе. Согласно показаниям представителя
потерпевшего ***, свидетеля *** после расторжения прежнего контракта с ООО «***»
МБУ «Управление архитектуры и строительства МО «***» был проведён осмотр
фактически выполненных ООО «***» работ, из сметной документации исключены
фактически выполненные работы. Также и
из содержания переговоров между Пушкаревым В.Ю. и *** следует, что ещё до
заключения контракта Пушкарев В.Ю. сообщил *** о корректировке проекта и
снижении мощности оборудования.
Показания ***, на которые
акцентируется внимание в апелляционной жалобе защитника, а также доводы
осуждённого в той части, что если бы
контракт не был заключен в срок до 31 декабря 2024 года, выделенные денежные
средства подлежали бы возврату в бюджет и реализация проекта была бы сорвана,
также не опровергают вывод суда о виновности Пушкарева В.Ю., напротив,
подтверждают наличие у него личной заинтересованности при совершении
преступления.
Вопреки доводам апелляционных
жалоб судебная коллегия отмечает, что предъявленное Пушкареву В.Ю. обвинение является
корректным. Утверждённое в предусмотренном законом порядке обвинительное
заключение по настоящему уголовному делу
соответствует требованиям ст. 220
УПК РФ. В нём отражено существо обвинения и другие обстоятельства, имеющие
значение для данного уголовного дела (указаны
время, место, способ и иные обстоятельства совершения преступления).
Ссылки на положения законодательных актов, нарушение которых вменено Пушкареву
В.Ю., обоснованны. Кроме того, активная позиция стороны защиты по ходу всего
судебного разбирательства в суде первой инстанции, предоставление собственных доказательств,
оценка доказательствам, данная в прениях сторон, содержание апелляционных жалоб
осуждённого и его защитника свидетельствуют, что предъявленное обвинение
для стороны защиты было понятным. Оснований
для возврата уголовного дела прокурору не имеется.
Все доказательства судом первой инстанции были всесторонне,
полно и объективно исследованы в ходе
судебного разбирательства и им в соответствии со ст. 88 УПК РФ дана надлежащая
оценка. При этом суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона привёл
мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, на которые
ссылается сторона защиты, мотивированные решения в данной части приведены в
приговоре, с ними судебная коллегия соглашается. Уголовное дело рассмотрено
судом в рамках предъявленного Пушкареву В.Ю. обвинения.
Вопреки доводам апелляционного представления приговор, с
учётом вносимых судебной коллегией изменений, соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нём подробно изложено
описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа совершения,
формы вины, целей и последствий преступления, а также доказательства, на
которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех
вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.
Действиям Пушкарева В.Ю.
судом первой инстанции дана верная правовая квалификация по п. «е» ч.3
ст. 286 УК РФ как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным
лицом действий, явно
выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и
законных интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества
и государства, совершённых лицом, занимающим государственную
должность субъекта РФ, из
корыстной и иной личной заинтересованности.
Доводы о нарушении судом первой инстанции при рассмотрении
уголовного дела процессуальных норм судебной коллегией также признаются
несостоятельными.
Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства
и имеющие значение для правильного разрешения дела, судом первой инстанции были
рассмотрены в установленном порядке, по ним приняты мотивированные решения.
Судебное разбирательство проходило в соответствии с требованиями статей 15 и
273-291 УПК РФ, представители сторон использовали равные возможности в
предоставлении и исследовании доказательств. Сведений о необъективности председательствующего,
обвинительном уклоне либо сведений о нарушении им принципов равенства и
состязательности сторон, предвзятом отношении к той или иной стороне, не
имеется. Конституционные права осуждённого на рассмотрение дела справедливым и
беспристрастным судом не нарушены.
Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной
жалобы осуждённого назначенное Пушкареву В.Ю. наказание является справедливым и
соразмерным содеянному, оно назначено с учётом характера и степени общественной
опасности совершённого преступления, данных о личности, наличия смягчающих и
отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначаемого наказания на
исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.
Суд учёл, что Пушкарев В.Ю. к административной
ответственности не привлекался, на учёте в наркологическом и психиатрическом
диспансерах не состоит, по месту жительства и работы, родственниками, соседями
и другом, общественной организацией, членом которой является, характеризуется
исключительно положительно.
К числу
обстоятельств, смягчающих наказание Пушкарева В.Ю., суд первой инстанции
справедливо отнёс: совершение преступления впервые,
наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья и наличие заболеваний у
осуждённого, его близких, родственников, наличие у последних инвалидности и
осуществление осуждённым за ними ухода, *** (***), занятие
благотворительностью, в том числе и помощь ***, ***, поощрений в сфере трудовой
деятельности, спорта***.
Отягчающие наказание обстоятельства по делу
отсутствуют.
Вопреки доводам апелляционного представления оснований для
усиления назначенного Пушкареву В.Ю. наказания не имеется. Кроме того, довод
апелляционного представления о необоснованном применении ст.73 УК РФ при
назначении наказания обсуждению не подлежит, поскольку Пушкареву В.Ю. не
назначалось наказание с применением положений ст.73 УК РФ об условном
осуждении.
Суд справедливо не установил оснований для применения
положений ч.6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК
РФ, мотивировал свои выводы в судебном решении.
Вид исправительного
учреждения, где осуждённому Пушкареву В.Ю. надлежит отбывать наказание -
исправительная колония общего режима, определён судом первой инстанции верно в
соответствии с п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ.
Решения суда о мере пресечения в отношении осуждённого до
вступления приговора в законную силу, исчислении срока наказания, зачёте времени
задержания, нахождения под домашним арестом и содержания под стражей, относительно вещественных доказательств
являются правильными.
В то же время приговор подлежит изменению на основании ст.
389.17 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона по
следующим основаниям.
Суд первой инстанции пришёл к верному выводу о невозможности
рассмотрения в рамках настоящего уголовного дела гражданского иска прокурора Ленинского района г. Ульяновска в
интересах субъекта Российской Федерации о взыскании с Пушкарева В.Ю. ущерба на
сумму 158 705 300 рублей, поскольку иск предъявлен только в интересах
субъекта РФ, тогда как фактически совершённое осуждённым преступление повлекло
неэффективное освоение и использование
также средств федерального бюджета и бюджета муниципального образования,
что требовало привлечения к участию в деле их представителей, учёл и то, что
решением Арбитражного суда Ульяновской области (не вступившего в законную силу
на момент рассмотрения дела) муниципальный контракт признан недействительным и
применены последствия недействительности ничтожной сделки. Судом принято
решение об оставлении иска без рассмотрения, за прокурором сохранено право на
предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.
Вместе с тем, в соответствии с ч.2 ст. 309 УПК РФ при
необходимости произвести дополнительные расчёты, связанные с гражданским иском,
требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за
гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос
о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского
судопроизводства.
Оставление же гражданского иска без рассмотрения может иметь
место в отношении требований
имущественного характера, хотя и связанных с преступлением, но относящихся, в
частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего
(например, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, о
признании гражданско-правового договора недействительным, о возмещении вреда в
случае смерти кормильца), регрессные иски (о возмещении расходов страховым
организациям и др.) (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 13 октября 2020 года №23 «О практике рассмотрения судами
гражданского иска по уголовному делу»).
Предметом иска, заявленного прокурором Ленинского района г.
Ульяновска, являлось требование о
взыскании причинённого преступлением ущерба, а не требование, связанное с
последующим восстановлением нарушенных прав, и не регрессное требование. В этой
связи и на основании ч.2 ст. 309 УПК РФ
судебная коллегия считает необходимым изменить приговор: исключить из описательно-мотивировочной
и резолютивной частей указание об оставлении гражданского иска прокурора
Ленинского района г.Ульяновска в интересах *** о взыскании с Пушкарева В.Ю.
ущерба, причинённого преступлением, и сохранении права на предъявление иска в
порядке гражданского судопроизводства и дополнить указанием о признании за
прокурором Ленинского района г.Ульяновска права на удовлетворение гражданского
иска и передаче вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения
в порядке гражданского судопроизводства.
Поскольку постановлением Ленинского районного суда
г.Ульяновска от 09 декабря 2025 года арест на имущество Пушкарева В.Ю.
налагался в том числе и для обеспечения исполнения приговора суда в части
гражданского иска, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в
порядке гражданского судопроизводства, решение суда о сохранении ареста на
принадлежащий Пушкареву В.Ю.
автомобиль до принятия решения по
гражданскому иску является правильным.
За исключением указанных изменений в остальной части
приговор отвечает требованиям ст. 297
УПК РФ, существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих
отмену приговора, не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20,
389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от 09 июня
2026 года в отношении Пушкарева Владимира Юрьевича изменить:
- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной
частей указание об оставлении гражданского иска прокурора Ленинского района
г.Ульяновска в интересах *** о взыскании с Пушкарева В.Ю. ущерба, причинённого
преступлением, и сохранении права на предъявление иска в порядке гражданского
судопроизводства. Дополнить описательно-мотивировочную и резолютивную части
приговора следующим: признать за прокурором Ленинского района г.Ульяновска
право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере
возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского
судопроизводства.
В остальной части
приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы
– без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в
кассационном порядке по правилам главы 471 УПК РФ в судебную
коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путём
подачи кассационной жалобы или представления:
- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу
итогового судебного решения, а содержащимся под стражей осуждённым - в тот же
срок со дня вручения ему копии такого вступившего в законную силу судебного
решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном
статьями 4017 и 4018 УПК РФ порядке;
- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд
кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 40110-40112
УПК РФ порядке.
Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное
решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом
кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи