УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0013-01-2026-000288-82
Судья Тимошенко
Н.А. Дело №
33-4133/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 08 октября 2026
года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Герасимовой Е.Н.,
судей Шлейкина М.И.,
Карабанова А.С.,
при ведении
протокола помощником судьи Дементьевой Е.В.,
с участием прокурора
Хлебникова В.Ю.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу Ахмадеевой Рузалии Тагировны
на решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 14 мая 2026
года по гражданскому делу № 2-344/2026,
по которому постановлено:
исковые требования
Ахмадеевой Рузалии Тагировны, Ахмадеева Марселя Маратовича, Ахмадеева Марса
Маратовича к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального
медико-биологического агентства» о взыскании компенсации морального вреда,
взыскании денежных средств в счет возмещения вреда, штрафа удовлетворить частично.
Взыскать с Федерального
государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный клинический центр
медицинской радиологии и онкологии» Федерального медико-биологического
агентства (ИНН 7329028362) компенсацию морального вреда в пользу Ахмадеевой
Рузалии Тагировны (паспорт ***) в размере 800 000 руб. (восемьсот тысяч
рублей), в пользу Ахмадеева Марселя Маратовича (паспорт ***) в размере 350 000
руб. (триста пятьдесят тысяч рублей), в
пользу Ахмадеева Марса Маратовича (паспорт ***) в размере 350 000 руб. (триста
пятьдесят тысяч рублей).
В удовлетворении
иска Ахмадеевой Рузалии Тагировны, Ахмадеева Марселя Маратовича, Ахмадеева
Марса Маратовича к Федеральному государственному бюджетному учреждению
«Федеральный научный клинический центр медицинской радиологии и онкологии»
Федерального медико-биологического агентства о взыскании компенсации морального
вреда в большем размере, чем взыскано судом, о взыскании штрафа, отказать.
В удовлетворении
иска Ахмадеевой Рузалии Тагировны к Федеральному Государственному бюджетному
учреждению «Федеральный научный клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства о взыскании денежных
средств в счет возмещения вреда, отказать.
Взыскать с
Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный
клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального
медико-биологического агентства в доход местного бюджета государственную
пошлину в размере 3000 руб. (три тысячи рублей).
Заслушав доклад
судьи Шлейкина М.И., пояснения представителя Федерального государственного
бюджетного учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской
радиологии и онкологии «Федерального медико-биологического агентства»
Бурмагиной Е.Ю., заключение прокурора Хлебникова В.Ю., которые полагали, что
решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, судебная
коллегия
установила:
Ахмадеева Р.Т.
обратилась в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению
«Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии
Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА
России) о возмещении вреда в связи со смертью кормильца, взыскании компенсации
морального вреда, штрафа.
Требования были
мотивированы тем, что она является супругой А*** , *** года рождения.
13.12.2025 примерно
в 16-00 час. у А*** возникли ***. В 16-18
час. по адресу: ***, была вызвана скорая медицинская помощь. Бригада скорой
медицинской помощи собрала анамнез, зафиксировала критически высокое
артериальное давление, сделала ЭКГ и приняла решение о срочной госпитализации в
кардиологическое отделение.
В 17-32 час. А*** в
ее сопровождении был доставлен бригадой скорой помощи в приемное отделение
кардиологического отделения ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России. Однако медицинский
сотрудник приемного покоя кардиологического отделения отказал в госпитализации,
не проведя необходимого обследования. При этом указанное лицо безосновательно
предположило наличие у А*** *** и рекомендовало обратиться в инфекционное
отделение. Никакой медицинской помощи А***
в приемном покое кардиологического отделения оказано не было.
Далее бригада скорой
медицинской помощи повезла А*** в приемный покой инфекционного отделения ФГБУ
ФНКЦМРиО ФМБА России, где врач осмотрел А*** и сказал, что *** нет, им нужно в
кардиологию или в неврологию. После этого врач дал направление на прохождение
компьютерной томографии, а затем сказал, чтобы они ехали домой. После чего она
с А*** отправилась домой, с сохраняющимся критически высоким давлением и
невыносимыми болями, не получив абсолютно никакой медицинской помощи.
14.12.2025 состояние
А*** резко ухудшилось, была вызвана бригада скорой медицинской помощи, которая
зафиксировала у А*** высокое давление. Она сообщила фельдшерам скорой помощи,
что второй день держится критически высокое артериальное давление. Она
неоднократно просила фельдшера госпитализировать А*** в кардиологическое отделение,
однако этого сделано не было. Фельдшер рекомендовал лечиться амбулаторно и
обратиться в поликлинику к дежурному врачу.
*** сын А*** - Ахмадеев М.М. отвез его в поликлинику № 2
ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России на прием к участковому врачу терапевту, который не
провел абсолютно никакого осмотра и назначил лишь симптоматическую терапию.
После поликлиники
примерно в 11-00 час. А*** был уже дома. Она ухаживала за А*** примерно до
17-30 час., а затем ушла за лекарствами,
назначенными врачом. Примерно в 18-10 час. А***. позвонил ей и сказал, что его
состояние здоровья ухудшается. Придя домой, она обнаружила супруга на полу в
туалете, сразу вызвала скорую медицинскую помощь, позвонила детям. Прибывшая
бригада скорой медицинской помощи пыталась реанимировать А*** , но было уже
поздно. В 19-00 час. была зафиксирована смерть А***
Причиной смерти А***
явилось - «***».
Считает, что если бы
медицинская помощь ее супругу А*** была оказана своевременно и качественно, то
он бы остался жив. Смерть ее супруга
является для нее невосполнимой утратой, вследствие которой безвозвратно
нарушено ее личное неимущественное право на семейные, родственные отношения.
Смерть мужа для нее не просто утрата, близкого человека, а невосполнимая потеря
самого близкого человека. Стресс и переживания из-за смерти мужа также
отразились на ее здоровье. До настоящего
времени она не может прийти в себя постоянно плачет и испытывает сильные
душевные и физические страдания.
Смерть по вине
врачей порождает у нее право требовать с ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России возмещение
вреда в связи со смертью кормильца. Ее пенсия составляет 27 500 руб., а общий
доход супруга А*** составлял 92 346 руб.
В связи с этим она имеет право получать не менее половины от дохода
супруга, что составляет 46 173 руб.
В связи с этим
просила суд признать бездействия ФГБУ
ФНКЦМРиО ФМБА России, выразившиеся в предоставлении некачественных медицинских
услуг, которые повлекли к ухудшению
здоровья и смерти А*** , незаконными; взыскать с ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России в ее
пользу компенсацию морального вреда в
размере 4 000 000 руб.; возложить на ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России
обязанность выплачивать ей с *** денежные средства на содержание, связанные с
потерей кормильца, в размере 46 173 руб. с последующей индексацией;
взыскать с ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13
Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав
потребителей».
Дети умершего А*** - Ахмадеев М.М. и Ахмадеев М.М. также
обратились в суд с иском аналогичным по содержанию с иском Ахмадеевой Р.Т. к ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России о взыскании
компенсации морального вреда, штрафа.
Считают, что если
бы медицинская помощь отцу была оказана своевременно и качественно, то он бы
остался жив. Смерть отца является для них невосполнимой утратой, вследствие
которой безвозвратно нарушено их личное неимущественное право на семейные,
родственные отношения.
В связи с этим
просили суд признать бездействия ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России, выразившиеся в
предоставлении некачественных медицинских услуг, которые повлекли к ухудшению здоровья и
смерти А*** , незаконными; взыскать с ответчика ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России
компенсацию морального вреда по
2 000 000 руб. в пользу каждого; взыскать с ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России
штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Законом Российской Федерации от
07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей».
Определением от
16.02.2026 гражданское дело по иску Ахмадеевой Р.Т. к ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России
и гражданское дело по иску Ахмадеева М.М., Ахмадеева М.М. к ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА
России объединены в одно производство для совместного рассмотрения (т. 1,
л.д.161).
Судом к участию в
деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований
относительно предмета спора, привлечены Закирова М.М., Ахмадеев Р.М., Ахмадеев
И.М., ООО «Капитал МС», Федеральное медико-биологическое агентство России,
медицинские работники ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России - Мартынова В.В., Ленковская
С.П., Ковицкий Н.С., Евса Е.А., Сунейкин Д.В., Аймалетдинов А.Р., Чеглакова
В.А., Михайлова О.Н. Ефремов Е.Н.
Рассмотрев исковые требования
по существу, судом вынесено вышеуказанное решение.
В апелляционной
жалобе Ахмадеева Р.Т. просит отменить решение суда, принять по делу новое
решение, которым взыскать компенсацию морального вреда в полном объеме и
удовлетворить ее исковые требования о
возмещении вреда в связи со смертью кормильца и взыскании штрафа.
В обоснование
доводов жалобы указывает, что выводы экспертов об отсутствии
причинно-следственой связи недостатков оказания медицинской помощи и смертью А***
сделаны исключительно на возможном неблагоприятном прогнозе, а не на
объективных данных состояния здоровья пациента. Считает, что несвоевременно
оказанная помощь ответчиком привела к прогрессированию заболевания у А*** ,
дальнейшим осложнениям и смерти. При определении размера компенсации морального
вреда судом не учтены все обстоятельства дела, а именно характер и степень ее
физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, ее
индивидуальные особенности, а также требования разумности и справедливости. Суд
первой инстанции неправомерно отказал во взыскании штрафа, предусмотренного
пунктом 6 статьи 13 Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О
защите прав потребителей». Полагает, что медицинская помощь А*** была оказана
ответчиком на платной основе за счет ООО «Капитал МС». Считает необходимым
назначить по делу повторную судебно-медицинскую экспертизу.
В возражениях на
апелляционную жалобу ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России просит решение суда первой
инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу Ахмадеевой Р.Т. - без
удовлетворения.
Судебная коллегия
полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников
процесса, извещенных о месте и времени судебного разбирательства судом
апелляционной инстанции надлежащим образом.
В соответствии с
частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации
суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в
апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.
Выслушав явившихся
участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной
жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.
Так, к числу основных прав человека Конституцией
Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41
Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и
медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных
учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств
соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1
статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом,
регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации,
является Федеральный закон
от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской
Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ).
Согласно пункту 1
статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ здоровье - это
состояние физического, психического и социального благополучия человека, при
котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем
организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер
политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского,
в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера,
осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами
государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного
самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами,
гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления
физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его
долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2
статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011. № 323-ФЗ).
В силу статьи 4
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья
граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья
и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет
интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов
государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц
организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и
качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской
помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий,
направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя
предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому
оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской
помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3,
9 статьи 2
Федерального закона от 21.11.2011 №
323-ФЗ).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в
гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с
программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской
помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том
числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1,
2 статьи 19
Федерального закона от 21.11.2011 №
323-ФЗ).
В пункте 21
статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ определено, что
качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих
своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов
профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской
помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением
медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и
оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской
помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным
федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками
оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом
исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской
Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических
рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых
уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1
статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
Критерии оценки качества медицинской помощи
согласно части 2
статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ формируются по
группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания
медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций
(протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и
утверждаемых в соответствии с частью 2
статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным
федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские
работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с
законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны
здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам
медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при
оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме
и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2
и 3 статьи 98
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
Исходя из приведенных нормативных положений,
регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану
здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер,
включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества
медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов
медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление
ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение
вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Из материалов дела
следует, что истец Ахмадеева Р.Т. является
супругой, а истцы Ахмадеев М.М. и Ахмадеев М.М. сыновьями А*** , ***
года рождения (т. 1, л.д.12, 20).
*** А***. умер,
причины смерти: *** (т. 1, л.д. 106).
Из заключения
судебно-медицинской экспертизы трупа ГКУЗ «Ульяновское областное бюро
судебно-медицинской экспертизы» следует, что причиной смерти А*** явилась ***
(т. 2, л.д. 201-203).
А*** в период с
13.12.2025 по *** оказывалась
медицинская помощь сотрудниками ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России.
Полагая, что
сотрудниками ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России А*** была оказана ненадлежащая
медицинская помощь, в результате которой он скончался, истцы обратились в суд с
настоящим иском.
В целях проверки
доводов истцов, определением суда первой инстанции от 19.02.2026 по делу была
назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой
поручено экспертам ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской
экспертизы» (т. 2, л.д. 46-50)
Из заключения
комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГКУЗ «Ульяновское областное бюро
судебно-медицинской экспертизы» следует, что при оказании медицинской помощи А***
в период с 13.12.2025 по *** сотрудниками ФГБУ ФНКЦМРиО ФМБА России были
допущены многочисленные недостатки (дефекты) диагностики и лечения.
При этом комиссия экспертов отметила, что недостатки со стороны ФГБУ
ФНКЦРиО ФМБА России при оказании А*** не состоят в прямой причинно-следственной
связи с последствиями в ухудшении состояния здоровья А*** и его смертью, в
связи с неблагоприятным прогнозом заболевания. Между тем, неполноценный сбор
жалоб, анамнеза заболевания и жизни, недооценка клинического статуса А***
и дефект инструментальной диагностики (КТ ОГК), способствовали ошибочной
тактике ведения пациента и нарушению маршрутизации. ***.
Имевшиеся у А*** заболевания
- ***, *** могли повлиять на тяжесть
течения заболевания и возможность развития летального исхода, поскольку
являются факторами риска развития ***.
Разрешая спор, суд первой инстанции, установив наличие указанных
недостатков (дефектов) при оказании медицинской помощи А*** медицинским персоналом ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА
России, которые хотя не состоят в причинно-следственной связи с его смертью, но
создали риск прогрессирования
заболевания и развития осложнений, в том числе фатальных, пришел к выводу о
наличии правовых оснований для взыскания с ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в пользу
истцов компенсации морального вреда.
Определяя размер
компенсации морального вреда, суд первой инстанции, приняв во внимание
допущенные ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России недостатки в оказании медицинской помощи, с
учетом обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, степени
физических и нравственных страданий, причиненных смертью близкого человека,
счел возможным взыскать с ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России компенсацию морального вреда
в пользу супруги Ахмадеевой Р.Т. в размере 800 000 руб., детей Ахмадеева М.М.
и Ахмадеева М.М. в размере 350 000 руб.
каждому.
Установив, что
смерть А*** не состоит в причинно-следственной связи с действиями
(бездействием) медицинского персонала ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, то суд первой
инстанции, ссылаясь на положения статей 1064, 1088 Гражданского кодекса
российской Федерации, отказал истцу Ахмадеевой Р.Т. во взыскании с
ответчика ежемесячных денежных средств
на ее содержание в связи с потерей кормильца.
Также установив, что
медицинская помощь оказывалась умершему А***
бесплатно в рамках программы ОМС, суд первой инстанции не нашел правовых
оснований для взыскания с ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в пользу истцов штрафа,
предусмотренного пунктом 6
статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О
защите прав потребителей».
Решения суда первой инстанции в части
разрешения исковых требований Ахмадеева М.М. и
Ахмадеева М.М. не обжалуется, а, следовательно, судебной коллегией на
предмет законности в силу статьи 327.1
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не проверяется.
Несмотря на доводы апелляционной жалобы
Ахмадеевой Р.Т., оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в
обжалуемой ей части у судебной коллегии не имеется, поскольку они (выводы)
основаны на правильном применении к спорным правоотношениям норм материального
права, подтверждены представленными при разрешении спора доказательствами,
которым судом дана соответствующая оценка, отвечающая требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации.
Так, пунктом 1
статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что
жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и
доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения,
свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные
нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона,
неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред
(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные
неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину
нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд
может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного
вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во
внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий,
связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151
Гражданского кодекса Российской Федерации).
В абзаце 3
пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального
вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или
физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на
принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или
нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье,
достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность
частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных
переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений,
неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места
пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к
труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях,
отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и
семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на
использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при
формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие
личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и
др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1
статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и
размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами,
предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064
- 1101)
и статьей 151
Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1,
2 статьи 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания
гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный
личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу
юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что
вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда
и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1
статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое
лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении
трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101
Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер
компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени
вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения
вреда.
Как разъяснено в пункте 12
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33
«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность
компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда
при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры
гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных
страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда;
причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным
вредом; вины причинителя вреда (статьи 151,
1064,
1099
и 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший - истец по делу о
компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных
неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные
блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого
повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под физическими страданиями следует понимать
физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья,
либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий,
ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья,
неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями
- страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного
спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда,
разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений,
обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников,
потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь,
раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих
действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию,
временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные
эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в
причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями
потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о
компенсации морального вреда (пункт 14
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г.
№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 22
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О
практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что
моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда
(умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации
морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.112022 № 33 «О
практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские
организации, медицинские и фармацевтические работники государственной,
муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за
нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или)
здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему
ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред,
причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19
и части 2,
3 статьи 98
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).
Требования о
компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны
здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему
медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть
заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием
медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены
нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично
им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных
случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате
нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие
некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки
со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного
установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания
пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить
избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за
его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно
было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике
применения судами норм о компенсации морального вреда»).
При определении
размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования
разумности и справедливости (пункт 2
статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В данном случае судебная коллегия считает,
что обжалуемое решение суда первой инстанции в части определенного для
взыскания с ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА размера компенсации морального вреда отвечает
приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального
вреда и определения размера такой компенсации, а также разъяснениям Пленума
Верховного Суда Российской Федерации по их применению.
Как указывалось выше, экспертами ГКУЗ
«Ульяновское областное бюро судебно – медицинской экспертизы» установлено
наличие недостатков оказания А*** медицинской помощи медицинским персоналом ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА
России, однако эти недостатки не состоят в причинно-следственной связи с его
смертью.
Заключение судебно-медицинской
экспертизы, проведенной в рамках настоящего гражданского дела, отвечает
требованиям статьи 86
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 25
Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной
судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты, входившие в
состав комиссии, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу
заведомо ложного заключения, имеют длительный стаж медицинской и экспертной работы, их выводы по
поставленным судом вопросам мотивированы, основаны на данных медицинской
документации.
Судебная коллегия
считает, что заключение экспертизы является полным, не содержит противоречий,
соответствуют материалам дела, экспертами даны ответы на все поставленные
вопросы. При проведении экспертизы эксперты изучили все медицинские документы А*** , проанализировали и сопоставили все
имеющиеся исходные данные, провели исследование объективно, всесторонне и в
полном объеме. Квалификация и компетентность лиц, принимавших участие в
проведении экспертизы, сомнений не вызывает. При этом в экспертном заключении
тщательно исследованы все вопросы, касаемые качества представленных А*** медицинских услуг, возможности смерти по
вине медицинского персонала.
В связи с этим суд первой инстанции
обоснованно принял во внимание заключение экспертов ГКУЗ «Ульяновское областное
бюро судебно – медицинской экспертизы» в качестве относимого, допустимого и
достоверного доказательства по делу.
Данных, подвергающих сомнению правильность
или обоснованность выводов экспертов ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно –
медицинской экспертизы», истцом в ходе рассмотрения дело не представлено.
Само по себе
несогласие стороны истца с заключением судебной экспертизы не свидетельствует о
наличии оснований для признания заключения недопустимым доказательством.
При указанных обстоятельствах,
вопреки доводам апелляционной жалобы, правовых оснований для назначения
повторной судебно-медицинской экспертизы у судебной коллегии не имеется.
Судебная коллегия считает, что при определении размера компенсации
морального вреда суд первой инстанции обоснованно принял во внимание конкретные
обстоятельства дела, а именно оказание такой медицинской помощи персоналом ФГБУ
ФНКЦРиО ФМБА России, которая создала
риск прогрессирования имеющегося у А***
заболевания и осложнений, в том числе фатальных - ***.
С учетом указанных обстоятельств, приняв во
внимание объем допущенных дефектов при оказании А*** медицинской помощи, степень физических и нравственных страданий истца,
требования разумности и справедливости, суд первой инстанции обоснованно
определил размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика
в пользу истца Ахмадеевой Р.Т.
Судебная коллегия обращает внимание, что
понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда
являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория
оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного
дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.
Несогласие
истца с размером компенсации морального вреда само по себе не является
основанием к отмене либо изменению вынесенного судебного постановления,
поскольку оценка характера и степени причиненного заявителям морального вреда
относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки
конкретных обстоятельств дела. Несогласие с данной оценкой основанием к отмене
либо изменению решения суда не является.
Вопреки доводам апелляционной жалобы
Ахмадеевой Р.Т., размер компенсации морального вреда определен судом с учетом
требований статей 151,
1101
Гражданского кодекса Российской Федерации, с соблюдением баланса интересов всех
сторон, является разумным, справедливым, отвечает критериям соразмерности
последствиям нарушения прав истца и согласуется с конституционными принципами
ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21,
53
Конституции Российской Федерации).
Таким образом, судебная коллегия не может
согласиться с доводами апелляционной жалобы Ахмадеевой Р.Т. о том, что судом
первой инстанции не в полной мере учтены обстоятельства дела, влияющие на
определение размера компенсации морального вреда, поскольку, исходя из степени
и формы вины медицинских работников ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, требований
разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон, в
рассматриваемом случае взысканная судом компенсация морального вреда
представляется соразмерной последствиям нарушенного права.
В связи с этим, вопреки доводам апелляционной
жалобы, правовых оснований для увеличения определенного для взыскания с ФГБУ
ФНКЦРиО ФМБА России размера компенсации морального судебная коллегия не
усматривает.
Также судебная коллегия соглашается с
выводами суда первой инстанции об отказе истцу Ахмедовой Р.Т. в удовлетворении
требований к ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России о взыскании ежемесячных денежных средств
на ее содержание в связи с потерей кормильца.
Согласно пункту 1
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,
причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом,
причинившим вред.
Основания, порядок, объем и характер
возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц,
имеющих право на такое возмещение, определены параграфом
вторым главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1084
- 1094).
В случае смерти потерпевшего (кормильца)
право на возмещение вреда имеют лица, состоявшие на иждивении умершего и
ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти (абзац пятый
пункта 1 статьи 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вред возмещается женщинам старше пятидесяти
пяти лет и мужчинам старше шестидесяти лет - пожизненно (абзац
четвертый пункта 2 статьи 1088 Гражданского кодекса Российской
Федерации).
Пунктом 1
статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации определено,
что лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред
возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по
правилам статьи 1086
Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при
его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов
умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни
пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.
Возмещение вреда, вызванного уменьшением
трудоспособности или смертью потерпевшего, производится ежемесячными платежами
(абзац первый
пункта 1 статьи 1092 Гражданского кодекса Российской Федерации).
С учетом вышеназванных норм материального
права, деликтной природы возникших между сторонами правоотношений, основанием
для взыскания с медицинского учреждения вышеуказанных ежемесячных выплат
содержание в связи с потерей кормильца является прямая причинно-следственная
связь между смертью А*** и виновным (умышленным) ненадлежащим оказанием ФГБУ
ФНКЦРиО ФМБА России.
Поскольку в ходе рассмотрения дела не
установлена причинно-следственной связи между действиями (бездействием)
медицинского учреждения и смертью А***. , то судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об
отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика ежемесячных денежных
средств на содержание истца в связи с
потерей кормильца.
Кроме того, несмотря на доводы апелляционной
жалобы, судебная коллегия не находит правовых оснований для изменения решения
суда и в части отказа истцу во взыскании штрафа.
В данном случае, основанием для взыскания
компенсации морального вреда послужило установление факта причинения вреда
здоровью супругу истца, его смерти в результате оказания медицинской помощи
ненадлежащего качества, и соответственно причинения истцу морального вреда.
Данные правоотношения регулируются нормами гражданского права.
Кроме того, исходя из изложенного, положения Закона
Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей»,
устанавливающие, в том числе в пункте 6
статьи 13 указанного закона, ответственность исполнителя услуг за
нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от
суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном
порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям
в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских
услуг.
При этом основанием для взыскания в пользу
потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя
платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе
Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» требования
потребителя этих услуг.
Обстоятельств того, что супруге истца были
оказаны платные медицинские услуги, не установлено.
Между тем лишь при установлении данных
обстоятельств зависит возможность применения к спорным отношениям, учитывая
положения части 8
статьи 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах
охраны здоровья граждан в Российской Федерации», норм Закона
Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».
Более того, следует учитывать, что вопрос о
качестве оказанных медицинских услуг разрешался в процессе судебного
разбирательства по данному иску. Для выяснения этого вопроса судом по делу была
назначена судебно-медицинская экспертиза. До момента возникновения настоящего
судебного спора какие-либо доказательства, подтверждающие оказание А***
сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России некачественной медицинской помощи,
отсутствовали.
При этом моральный вред подлежит взысканию в
пользу потребителя при наличии вины исполнителя в нарушении прав потребителя.
Размер же компенсации морального вреда определяется судом после установления в
судебном порядке нарушения прав потребителя и вины исполнителя в нарушении этих
прав.
Вопрос о качестве оказанных ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА
России медицинских услуг разрешен в процессе судебного разбирательства, размер
компенсации морального вреда определен судом после исследования в порядке статей 12,
56,
67
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленных
сторонами доказательств и установления юридически значимых обстоятельств
(оказания истцу некачественной медицинской помощи, вины медицинского учреждения
в оказании некачественной медицинской помощи).
При таких обстоятельствах, вопреки доводам
апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции об отказе Ахмедовой Р.Т. во
взыскании штрафа, предусмотренного Законом Российской Федерации от 07.02.1992 №
2300-I «О защите прав потребителей», соответствуют приведенным нормам
материального права, определяющих основания применения к отношениям в области
охраны здоровья граждан законодательства о защите прав потребителей.
При разрешении спора судом первой инстанции верно
определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы
права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка,
выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
Мотивы, по которым суд пришел к выводам о
частичном удовлетворении требований истца Ахмадеевой Р.Т., а также оценка
доказательств, подтверждающих эти выводы, подробно приведены в мотивировочной
части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не
имеется.
Фактически доводы апелляционной жалобы истца
Ахмадеевой Р.Т. по существу сводятся к несогласию с решением суда, не содержат
фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при
рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта
по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо
опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной
коллегией несостоятельными, основанными на неправильном понимании норм
материального и процессуального права.
В связи с этим,
решение суда по настоящему делу является законным и обоснованным, принятым с
учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего
законодательства.
В силу изложенного,
оснований к отмене или изменению решения суда первой инстанции по доводам,
приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
определила:
решение
Димитровградского городского суда Ульяновской области от 14 мая 2026 года
оставить без изменения, а апелляционную жалобу Ахмадеевой Рузалии Тагировны –
без удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через
Димитровградский городской суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22.10.2026.