УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Мельникова О.В.
Дело №22-2319/2020
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Ульяновск 18 ноября 2020 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного
суда в составе:
председательствующего Малышева Д.В.,
судей Давыдова Ж.А., Кабанова В.А.,
с участием прокурора Шушина О.С.,
осужденного Панкратова Г.А.,
защитника, в лице адвоката Кузнецова В.К.,
при секретаре Чеховой А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по
апелляционным жалобам осужденного Панкратова Г.А. и его адвоката Кузнецова В.К.
на приговор Карсунского районного суда Ульяновской области от 1 октября 2020
года.
Заслушав доклад судьи Давыдова Ж.А., изложившего содержание
приговора и существо апелляционных жалоб, выступления участников процесса,
судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ПАНКРАТОВ Гардей Анатольевич, *** несудимый,
осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок
9 лет 6 месяцев в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена
Панкратову Г.А. без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания
наказания постановлено исчислять с момента вступления приговора в
законную силу.
На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок
отбывания наказания содержание Панкратова Г.А. под стражей в период с 19 мая
2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день
содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной
колонии строгого режима.
В приговоре решены вопросы о вещественных доказательствах и
процессуальных издержках.
Апелляционное представление отозвано государственным
обвинителем в порядке, предусмотренном ч.3 ст.389.8 УПК РФ.
Панкратов Г.А.
признан виновным в убийстве, то есть в
умышленном причинении смерти другому человеку.
Преступление совершено 11 мая 2020 года в *** Ульяновской
области в отношении потерпевшего К*** Г.В. при обстоятельствах, подробно
изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Кузнецов В.К. в интересах
осужденного просит приговор отменить и постановить оправдательный приговор.
В обоснование указывает, что приговор не является законным,
обоснованным и справедливым. Выводы суда, изложенные в приговоре, не
соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом
первой инстанции. При рассмотрении уголовного дела суд допустил существенные
нарушения уголовно-процессуального закона и неправильно применил уголовный
закон.
Ссылаясь на положения ст. ст. 121, 122 УПК РФ, указывает,
что суд не разрешил его ходатайство, заявленное 4 сентября 2020 года, о
признании ряда процессуальных документов, недопустимыми доказательствами, ни в
ходе судебного следствия, ни при постановлении приговора.
По мнению автора жалобы, суд в приговоре, дал оценку лишь
части доводов защиты, тем самым нарушив требования ст. 307 УПК РФ.
Считает, что суд нарушил уголовно-процессуальный закон, не
указав в приговоре о признании недопустимыми доказательствами: протокола обыска
в жилище Панкратова Г.А., протокола осмотра места происшествия – мотоблока
Панкратова Г.А. и заключение судебной трасологической экспертизы № 05Э/76 , что
отразил в частном постановлении.
Также считает, что суд нарушил уголовно-процессуальный
закон, не отразив в приговоре о признании недопустимыми доказательствами
протокола выемки от 25 мая 2020 года флеш-карты с видеозаписью с камер
видеонаблюдения отделения ПАО *** и протокола осмотра и прослушивания
видеозаписи от 7 июля 2020 года, хотя они были исследованы как доказательства
стороны обвинения.
Приводя положения п. 29 постановления Пленума Верховного Суда
РФ от 22 декабря 2015 года № 58 и
указывая на задержание Панкратова Г.А. до составления протокола явки с
повинной, делает вывод, что данный протокол, не может являться явкой с
повинной.
Оспаривая протокол проверки показаний на месте от 19 мая
2020 года, обращает внимание, что следственное действие проводилось в период с
22 часов 19 мая 2020 года до 00 часов 50 минут 20 мая 2020 года. Делает вывод,
что были нарушены требования ч. 3 ст. 164 УПК РФ. Не соглашается с выводом суда
о законности проведения указанного следственного действия.
По мнению автора жалобы, протокол получения образцов для
сравнительного исследования у Панкратова Г.А. от 15 мая 2020 года и заключение судебно-генетической экспертизы
ЭЗ/488 которые суд признал в качестве доказательств, вопреки выводам суда,
являются недопустимыми доказательствами, поскольку образцы брали у Панкратова
Г.А. когда он имел статус свидетеля и в этот же период была проведена
экспертиза. Делает вывод, что суд опровергая его доводы, необоснованно сослался
на ст. 202 УПК РФ.
Обращает внимание на то, что в протоколе не указано каким
образом брались образцы, не указано, что они упакованы и опечатаны.
Оспаривает законность задержания Панкратова Г.А., указывая,
что с момента доставления Панкратова Г.А. в отдел полиции до составления
протокола о задержании прошло 9 часов, а не 3 часа, как того требует закон.
Анализируя показания свидетеля П*** И.Г., с учётом
обстоятельств его доставления в отдел полиции для их дачи, делает вывод, что
свидетель П*** И.Г. оговорил своего отца, поскольку к нему применялась
психологическое воздействие. В связи с этим считает, что суд необоснованно
положил данные показания в основу приговора, признав недостоверными показания
свидетеля в суде об оговоре.
Обращает внимание, что если бы все доказательства были
получены без нарушения уголовно-процессуального закона, то они в совокупности
не подтверждали бы вину Панкратова Г.А.
Выводы судебных экспертиз о том, что слюна на рюмках и на окурках
сигарет, изъятых в доме погибшего, оставлена Панкратовым Г.А. не доказывает его
причастность к смерти потерпевшего. Сам Панкратов Г.А. не отрицал, что вечером
11 мая 2020 года распивал спиртное с К*** Г.В. в доме погибшего.
Вместе с тем на одежде и обуви Панкратова Г.А. не обнаружено
следов крови погибшего К*** Г.В. и этим обстоятельствам суд не дал оценки.
Обращает внимание, что у Панкратова Г.А. не было обнаружено
каких-либо повреждений на руках и ногах, несмотря на то, что по приговору
Панкратов Г.А. нанес потерпевшему множественные удары руками и ногами в область
головы и тела. Считает, что вывод суда о том, что следы на теле подсудимого на
день проведения экспертизы (20 мая 2020 года) могли быть утрачены, ничем не
мотивирован.
Анализируя содержание протокола явки с повинной, протокола
допроса Панкратова Г.А. в качестве подозреваемого, указывает на не соответствие
приведенных в них сведений, реальным событиям, поскольку в указанных протоколах
имеются выражения, которые отсутствуют в лексиконе простых людей, данные
сведения опровергаются показаниями свидетелей П*** И.Г., П*** И.Н., Ш*** А.С.,
Ш*** Л.П., а также судебными экспертизами. Делает вывод, что данные сведения
его подзащитный сообщал по указанию сотрудников полиции.
По мнению автора жалобы, признательные показания
опровергаются и отсутствием ножа, который якобы его подзащитный выбросил в
заброшенный сад.
Ставит под сомнение наступление смерти 11 мая 2020 года,
поскольку согласно заключению эксперта смерть К*** Г.В. наступила в период с 15
часов 11 мая 2020 года до 3 часов 13 мая 2020 года. Делает вывод, что смерть
потерпевшего могла наступить от действий других лиц, поскольку в доме
потерпевшего не нашли деньги, которые он получал в качестве пенсии.
Обращает внимание, что выводы суда о том, что со стороны
следствия отсутствовали недозволенные методы, поскольку П*** не обращались с
жалобами, не основаны на законе, так как обращаться с жалобами это право, а не
обязанность подсудимого и свидетеля.
Указывает, что квалификация предъявленного обвинения
завышена, поскольку ножевые ранения были причинены посмертно. По мнению автора
жалобы, в действиях лица, совершившего преступление, имеется состав
предусмотренный ч. 4 ст. 111 УК РФ.
В апелляционной жалобе осужденный Панкратов Г.А. просит
отменить приговор, постановить оправдательный приговор.
В обоснование указывает, что полностью поддерживает доводы,
изложенные в апелляционной жалобе адвоката.
В судебном заседании апелляционной инстанции:
- адвокат
Кузнецов В.К. и осужденный Панкратов Г.А. поддержали доводы апелляционных
жалоб;
- прокурор Шушин
О.С. обосновал своё мнение о несостоятельности доводов, изложенных в
апелляционных жалобах, просил приговор оставить без изменения.
Судебная коллегия, проверив материалы уголовного дела,
обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления участников процесса,
находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Выводы суда о виновности осужденного Панкратова Г.А.,
вопреки доводам апелляционных жалоб, основаны на фактических данных и
подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по делу, полно,
всесторонне и объективно рассмотренных в судебном заседании и приведенных в
приговоре, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями
ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всем
собранным доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения
уголовного дела.
Доводы Панкратова Г.А. и его адвоката о непричастности Панкратова Г.А. к совершению
преступления, тщательно проверялись судом первой инстанции и мотивированно
отвергнуты как необоснованные, опровергнутые показаниями свидетелей К*** А.В.,
К*** О.М., Ш*** Л.П., Ш*** А.С., П*** И.Г., П*** И.Н., заключениями экспертиз,
протоколами следственных действий, другими исследованными в судебном заседании
доказательствами, подробное содержание которых изложено в приговоре.
Из положения ч. 2 ст. 17 УПК РФ следует, что все
доказательства имеют одинаковую юридическую силу.
В основу приговора обоснованно положены показания Панкратова
Г.А., оглашенные в порядке ст. 276 УПК РФ (протоколы допросов в качестве
подозреваемого и обвиняемого от 19 и 20 мая 2020 года), из которых следует, что
Панкратов Г.А. показывал о своей
причастности к смерти К*** Г.В., подробно описывая свои действия.
Также суд обоснованно положил в основу приговора показания
Панкратова Г.А., зафиксированные в протоколе явки с повинной и протоколе
проверки показаний на месте подозреваемого, из содержания которых следует, что
он указывал на свою причастность к смерти К*** Г.В.
Данные показания являются допустимыми доказательствами,
поскольку давались Панкратовым Г.А., после разъяснения ему его процессуальных
прав, при адвокате.
Доводы защиты о том, что Панкратов Г.А. при допросе его в
качестве подозреваемого и обвиняемого, при оформлении от него явки с повинной,
при проверке показаний на месте, оговорил себя, поскольку на него оказывалось
психологическое воздействие, тщательно проверялись судом, в том числе путем
допросов следователей А*** Э.К., Х*** А.А., М*** Д.Н., оперуполномоченного К***
Ю.В., и не нашли подтверждения.
Согласно протоколам, которые защита просит признать
недопустимыми доказательствами, в следственных действиях участвовал адвокат,
который, как и Панкратов Г.А., каких-либо заявлений о нарушении прав Панкратова
Г.А., не делал. Также указанный адвокат не делал каких-либо замечаний и по
процедуре проведения следственных действий.
В соответствии с ч. 2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым
своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения
лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному
делу доказательств.
Анализ и оценка показаний Панкратова Г.А., данных им в ходе
судебного заседания и в ходе предварительного следствия в приговоре приведены в
совокупности со всеми собранными по делу доказательствами.
Причастность Панкратова Г.А. к убийству К*** Г.В., помимо
его признательных показаний на предварительном следствии, подтверждается
показаниями свидетеля П*** И.Г., оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ, из
содержания которых следует, что около 21 часа 11 мая 2020 года он подвозил отца
(Панкратова Г.А.) и К*** Г.В. на мотоблоке до дома К*** Г.В. Отец и К*** Г.В.
были пьяные. Через час, полтора часа
недалеко от дома К*** Г.А. встретил отца, который поинтересовался о
местонахождении мотоблока. Домой пришел около 1 часа 12 мая 2020 года, отца
дома не было. 19 мая 2020 года, когда сотрудники полиции его и отца доставили в
р.п. *** к следователю, отец рассказал ему, что в ночь на 12 мая 2020 года
избил К***, а затем ножом ударил К***.
Вопреки доводам адвоката, изложенным в жалобе, суд
обоснованно признал недостоверными показания свидетеля П*** И.Г., данные в
судебном заседании, о том, что он оговорил отца на предварительном следствии,
поскольку на него психологически воздействовали сотрудники полиции, и признал
достоверными показания свидетеля П*** И.Г., данные на предварительном
следствии.
Показания свидетеля П*** И.Г., данные на предварительном
следствии, вопреки доводам жалобы, являются допустимыми доказательствами,
поскольку были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального
закона.
Каких-либо доказательств, ставящих под сомнение показания
свидетеля П*** И.Г. о причастности Панкратова Г.А. к смерти К*** Г.В., защита
не представила.
*** Г.В. подтверждается:
- протоколом осмотра места происшествия и трупа, из
содержания которого следует, что 14 мая
2020 года был осмотрен дом *** Ульяновской области. В доме обнаружен труп К***
Г.В. с телесными повреждениями – проникающим ранением передней брюшной полости,
раной передней правой поверхности шеи с повреждениями глотки и сонной артерии,
патологической подвижностью ребер грудной клетки. В ходе осмотра были изъяты
предметы, в том числе окурки сигарет, рюмки;
- заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы, из содержания которой следует, что причиной
смерти К*** Г.В. явилась закрытая тупая травма груди и живота, проявившаяся
множественными кровоподтеками на грудной клетке, закрытым переломом тела
грудины, множественными двусторонними переломами ребер по нескольким
анатомическим линиям, с повреждениями пристеночной плевры, с признаками
повторной травматизации, кровоизлияниями в парааортальную клетчатку, под плевру
и толщу легких, разрывами правого легкого, разрывами перикарда и передней
стенки сердца, разрывом левой доли печени по диафрагмальной поверхности,
кровоизлиянием в брыжейку поперечной ободочной кишки осложнившаяся острой
кровопотерей и шоком сложного генеза. Повреждения, обнаруженные у К*** Г.В.
(перечисленные в первоначальном заключении
судебной медицинской экспертизы)
(закрытая черепно-мозговая травма, закрытая тупая травма груди и живота,
закрытые переломы хрящей гортани, повреждения на руках и левой ноге)
образовались от действий тупых твёрдых предметов.
Закрытая черепно-мозговая травма
могла образоваться от 18-ти воздействий тупого твёрдого предмета с приложением
травмирующей силы в указанные выше области головы. Достоверно определить
количество травмирующих воздействий приведших к образованию закрытой
черепно-мозговой травмы не представляется возможным, в виду того, что в каждую
из вышеназванных областей могло быть причинено несколько травмирующих
воздействий, либо от однократного травмирующего воздействия могли образоваться
несколько компактно расположенных повреждений.
Закрытая тупая травма груди и
живота могла образоваться не менее чем от 14-ти воздействий тупого твёрдого
предмета, с приложением травмирующей силы:
Достоверно определить количество
травмирующих воздействий приведших к образованию закрытой тупой травмы груди и
живота не представляется возможным, в виду того, что в каждую из вышеназванных
областей могло быть причинено несколько травмирующих воздействий, либо от однократного
травмирующего воздействия могли образоваться несколько компактно расположенных
повреждений.
Закрытые переломы хрящей гортани
образовались от неоднократных воздействий тупого твёрдого предмета с
приложением травмирующей силы в область передней и переднебоковых поверхностей
шеи. Достоверно определить количество травмирующих воздействий приведших к
образованию закрытых переломов хрящей гортани не представляется возможным, в
виду того, что в каждую из вышеназванных областей могло быть причинено несколько
травмирующих воздействий, либо от однократного травмирующего воздействия могли
образоваться несколько компактно расположенных повреждений. Резаные раны на
переднебоковых поверхностях шеи, на передней поверхности грудной клетки и
живота образовались от действий предмета, обладающего режущими свойствами,
каким например, могло быть лезвие клинка ножа. В связи с тем, что достоверно
прижизненность резаных ран на переднебоковых поверхностях шеи и на передней
поверхности грудной клетки и живота не установлена, то данные повреждения
судебно-медицинской экспертной оценке степени тяжести вреда, причинённого
здоровью человека не подлежат.
Проанализировав сведения,
изложенные Панкратовым Г.А. в протоколах
допроса подозреваемого от 19 мая 2020 года и обвиняемого от 20 мая 2020 года,
продемонстрированные им в ходе проверки показаний на месте от 20 мая 2020 года,
а также сопоставив их с давностью, локализацией и механизмом образования
установленных у К*** Г.В. повреждений, комиссия экспертов не исключает возможности
причинения следующих повреждений, обнаруженных у К*** Г.В.:
- части повреждений, входящих в
комплекс закрытой черепно-мозговой травмы: ушибленных ран на подбородке и
слизистой оболочке верхней губы по средней линии (в результате удара, нанесённого
Панкратовым Г.А. рукой, сжатой в кулак), кровоизлияния в мягкие ткани
теменно-затылочной области по средней линии (в результате падения,
последовавшего после нанесённого Панкратовым Г.А. удара рукой, сжатой в кулак в
подбородочную область и область рта по средней линии),
-части повреждений, входящих в
комплекс закрытой тупой травмы груди и живота, расположенных в области передней
поверхности грудной клетки справа (в проекции 2-4-го рёбер от окологрудинной до
среднеключичной линии), по средней линии (в проекции тела грудины) и слева по
окологрудинной линии (в проекции 2-го и 3-го рёбер) - в результате нанесённых
Панкратовым Г.А. 4-х ударов ногой,
-резаной раны на переднебоковых
поверхностях шеи (с семью дополнительными надрезами) с полным поперечным повреждением
трахеи, правой наружной сонной артерии и правой яремной вены, резаной раны на
передней поверхности грудной клетки и живота, по средней линии (с четырьмя
дополнительными надрезами) с повреждением хрящевых частей 6,7-го рёбер и
межреберных мышц - от действий предмета, обладающего режущими свойствами -
кухонного ножа;
- протоколом получения образцов
для сравнительного исследования от 15 мая 2020 года, из которого следует, что в
ходе указанного следственного действия у
Панкратова Г.А. были изъяты образцы буккального эпителия и отпечатков пальцев
рук;
- заключением судебной
генетической экспертизы № Э3/488 от 08 июня 2020 года, из которой следует, что слюна, обнаруженная на семи
окурках от сигарет (объекты №№ 18-24),
изъятых в ходе осмотра
места происшествия 14 мая 2020 г. со стола
в доме по
адресу: ***, произошла от Панкратова Г.А. Смешанные следы
слюны и пота, обнаруженные на двух рюмках,
изъятых там же, произошли
от К*** Г.В. и Панкратова Г.А.
Доводы защиты о том, что суд
необоснованно признал в качестве допустимых доказательств протокол получения
образцов для сравнительного исследования и заключение судебной генетической
экспертизы № Э3/488, не основаны на
законе.
Доводы защиты о непричастности Панкратова Г.А. к
преступлению, поскольку у него не имелось на теле (руках, ногах) повреждений,
были предметом оценки суда и суд по ним высказал свои суждения, с которыми
соглашается судебная коллегия.
Отсутствие следов крови потерпевшего К*** Г.В. на изъятой
одежде Панкратова Г.А., отсутствие ножа в месте, указанном Панкратовым Г.А. при
проверке показаний на месте, вопреки доводам защиты, с учётом представленной
совокупности доказательств, не ставит под сомнение законность и обоснованность
приговора и не свидетельствует о непричастности осуждённого к совершению
преступления.
Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд
верно установил обстоятельства преступления, совершенного Панкратовым Г.А., и,
вопреки доводам жалобы защитника, правильно квалифицировал действия осужденного
по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому
человеку.
Оснований ставить под сомнение правильность установленных
судом фактических обстоятельств преступления, совершенного Панкратовым Г.А., у
судебной коллегии не имеется.
Постановленный приговор соответствует требованиям статей 303, 304, 307-309 УПК РФ.
Все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные
ст.73 УПК РФ, установлены и правильно изложены в приговоре. Приговор
постановлен на достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных
доказательств, которым в приговоре дана надлежащая оценка. Выводы суда
мотивированы надлежащим образом.
Данных о том, что предварительное следствие и судебное
разбирательство по делу проведены с явным обвинительным уклоном, были сопряжены
с нарушением процессуальных прав осужденного, в материалах дела не имеется.
Из протокола судебного заседания видно, что исследовались
все представленные сторонами доказательства. Оценка доказательств не в пользу
стороны защиты сама по себе не свидетельствует о необоснованности выводов суда.
Все ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями закона. Осужденный и
его защитник были согласны закончить судебное следствие. Нарушений принципа
состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и его защитнику в
исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для
исхода дела, не допущено.
Нарушений требований к изготовлению и подписанию протокола
судебного заседания, предусмотренных статьей 259 УПК РФ, не имеется. Замечания
на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим по делу в
установленном законом порядке. Постановление судьи мотивировано. Отклонение
замечаний обосновано тем, что в протоколе судебного заседания полно и правильно
отражены все действия участников процесса.
При назначении наказания Панкратову Г.А. суд учел характер и
степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о личности
осужденного, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного
наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
С учетом требований положений ст. 60 УК РФ, суд правильно
пришел к выводу о необходимости назначения Панкратову Г.А. наказания в виде
реального лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положения
ст. 73 или 64 УК РФ.
Назначенное осужденному наказание соразмерно содеянному,
является справедливым и отвечает установленным статьями 6 и 43 УК РФ целям и
задачам, судебная коллегия не находит оснований для его смягчения.
Нарушений уголовного закона при назначении наказания с
учетом положений ч.1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации судом
первой инстанции не допущено.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона и
неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену или изменение
приговора, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13,
389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Карсунского районного суда Ульяновской области от 1
октября 2020 г. в отношении Панкратова Гардея Анатольевича оставить без
изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи