УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
|
Судья Сайгин Н.В.
|
Дело № 22-1722/2021
|
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
|
г. Ульяновск
|
15 сентября 2021 года
|
Ульяновский областной суд в составе:
председательствующего Старостина Д.С.,
с участием прокурора Трофимова Г.А.,
защитника в лице адвоката Салмина А.А.,
осужденного Низамова И.Н.
представителя потерпевшей Х*** Е.А. – адвоката Головастикова
О.Н.,
представителя гражданского ответчика ООО «***» Ботя И.В.,
при секретаре Брызгаловой В.Ю.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по
апелляционным жалобам адвоката Салмина А.А. и представителя гражданского
ответчика ООО «***» Ботя И.В. на приговор Засвияжского районного суда г.
Ульяновска от 28 июня 2021 года, которым
НИЗАМОВ Ирек Назымович,
***,
осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения
свободы сроком на 3 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью,
связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с
отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.
Приговором суда постановлено:
- меру пресечения Низамову И.Н. в виде подписки о невыезде и
надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную
силу;
- обязать осужденного Низамова И.Н. не позднее десяти суток
со дня вступления приговора в законную силу явиться в Управление федеральной
службы исполнения наказаний по Ульяновской области для получения предписания о
направлении к месту отбывания наказания;
- срок отбывания наказания в виде лишения свободы Низамову
И.Н. исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, а также зачесть
в срок отбытия время следования к месту отбывания наказания в соответствии с ч.
3 ст. 75.1 УИК РФ;
- взыскать с ООО «***» в счет компенсации морального вреда в
пользу потерпевшего С*** Л.В. 1 100 000 рублей; в пользу потерпевшего С***
В.М. – 800 000 рублей; в пользу потерпевшей Х*** Е.А. – 500
000 рублей;
- признать за потерпевшими С*** Л.В. и С*** В.М. право на
удовлетворение исковых требований о возмещении материального ущерба и передать
вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке
гражданского судопроизводства.
Апелляционное представление государственным обвинителем
отозвано в соответствии со ст. 389.8 УПК РФ.
Доложив содержание приговора суда, существо апелляционных
жалоб, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Низамов
И.Н. признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил
дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.
Преступление
совершено 25 июля 2020 года при обстоятельствах, подробно изложенных в
приговоре.
В
апелляционной жалобе адвокат Салмин А.А. считает приговор суда незаконным и
необоснованным, указывая на несоответствие выводов, изложенных в приговоре,
фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, мотивируя тем, что такие выводы являются противоречивыми.
Указывает,
что судом был занят обвинительный уклон, нарушено право Низамова И.Н. на
защиту, необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о предоставлении
доказательств, которые бы подтвердили его невиновность.
Полагает,
что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя Х*** Е.А.,
признанной по делу потерпевшей, тогда как нарушение ею правил дорожного
движения находится в причинной связи с наступившими последствиями, в том числе
в виде смерти одной из потерпевших.
Обращает внимание на показания Низамова И.Н.
о том, что перед осуществлением маневра поворота налево с автомобильной дороги
на *** он остановил транспортное средство на своей полосе, включил левый указатель
поворота и стал пропускать встречные транспортные средства. Лишь после пропуска
встречных автомобилей он приступил к указанному маневру, возобновив движение, к
моменту столкновения его автомобиль набрал скорость около 6-8 км/ч. В этой
части показания Низамова И.Н. согласуются с показаниями потерпевшей Х***
Е.А.
В
ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента Низамов И.Н.
указывал место остановки своего автомобиля перед выполнением маневра поворота
налево.
Приводит доводы о том, что суд неверно
определил момент возникновения опасности для движения водителя Х*** Е.А., у
которой имелась возможность выполнить требования абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, не
оценил наличие возможности у Низамова И.Н. своевременно обнаружить автомобиль
под управлением Х*** Е.А. для выполнения
требований пп. 8.1, 8.2, 13.12 ПДД РФ, неверно установил место столкновения
автомобилей.
Все это в совокупности привело к необоснованному осуждению Низамова И.Н.
Обращает
внимание, что в судебном заседании
Низамовым И.Н. были представлены
фотографии места дорожно-транспортного происшествия, выполненные до изменения сотрудниками МЧС
обстановки места происшествия. На этих фотографиях зафиксирована осыпь осколков элементов кузова
автомобиля, которым управляла Х***
Е.А. Осыпь находится между задней частью автомобиля VOLVO и передней частью автомобиля Шевроле, за
пределами полосы дороги, предназначенной для движения в направлении г.
Ульяновска, что подтверждает
показания Низамова И.Н. о месте столкновения, которое он указывал, в том числе
при составлении протокола осмотра места совершения административного
правонарушения и схемы к нему.
Суд
не дал оценку указанным фотографиям, при этом допрошенный судом эксперт Л*** М.В. показал, что для проведения
экспертизы указанные фотографии также не предоставлялись.
Судом необоснованно в качестве допустимого доказательства в основу
обвинительного приговора взято
заключение автотехнической судебной экспертизы от 5 февраля 2021 года, не
учтено, что при ее назначении перед экспертом были поставлены вопросы,
выходящие за пределы его специальных знаний, вопросы по оценке достоверности
показаний Низамова И.Н. и Х*** Е.А.
При таких обстоятельствах стороной защиты в судебном заседании было заявлено ходатайство о назначении судебной автотехнической
экспертизы, в удовлетворении которого суд необоснованно отказал.
Полагает также, что суд без достаточных
оснований признал достоверными противоречивые показания потерпевших Х*** Е.А. и
С*** Л.В., которые не согласуются с другими доказательствами.
В силу принципа презумпции невиновности
обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все
неустранимые сомнения в должны толковаться в пользу подсудимого.
В связи с этим просит приговор отменить,
вынести в отношении Низамова И.Н. оправдательный приговор.
В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика ООО «***» Ботя
И.В. выражает несогласие с приговором суда в
части решения по гражданским искам потерпевших, считая размер компенсации морального вреда,
постановленного к взысканию, чрезмерно завышенным.
Обращает внимание, что общая сумма взысканий для ООО «***» является значительной. При этом
транспортное
средство под управлением Низамова И.Н. в день дорожно-транспортного происшествия
было технически исправным, ООО «***» в полном объеме выполняло возложенные на
него функции, в том числе обеспечило прохождение транспортным
средством технического осмотра, предрейсового осмотра водителя. Водитель Низамов И.Н. был принят на работу при
наличии необходимых для этой профессии знаний и опыта, после медицинского
обследования. Гражданская
ответственность была застрахована собственником транспортного средства.
Таким
образом, ООО «***» создало все необходимые условия для того, чтобы
минимизировать возникновение аварийных ситуаций при осуществлении дорожного
движения.
Указывает,
что определение судом размера компенсации
морального вреда носит оценочный характер, при этом в материалах
дела отсутствуют документы, подтверждающие обоснованность такого размера
(доказательства обращения потерпевших за оказанием психологической помощи и
т.п.).
В связи с этим просит приговор суда изменить в части гражданских исков, снизить размер компенсации морального вреда,
подлежащей взысканию в пользу потерпевших.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции:
- осужденный Низамов И.Н. и адвокат Салмин А.А. поддержали
доводы апелляционных жалоб, просили об отмене обвинительного приговора и
вынесении судом апелляционной инстанции оправдательного приговора;
- представитель ответчика ООО «***» Ботя И.В., поддержав
доводы апелляционных жалоб, одновременно просила об изменении приговора,
снижении компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу
потерпевших;
- представитель потерпевшей Х*** Е.А. – адвокат Головастиков
О.Н. и прокурор Трофимов Г.А. возражали против доводов апелляционных жалоб,
обосновав их несостоятельность, просили приговор суда оставить без изменения.
Проверив материалы дела, заслушав выступления участников
процесса, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый
приговор является законным, обоснованным и справедливым.
Выводы
суда первой инстанции о виновности Низамова И.Н. в совершении вышеуказанного
преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на
достаточной совокупности всесторонне исследованных в ходе судебного
разбирательства доказательств, которым суд в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал
в приговоре надлежащую оценку.
Объективный и тщательный анализ
исследованных судом доказательств, в том числе показаний осужденного,
потерпевших и свидетелей, а также результатов следственных действий, выводов
заключений судебных экспертиз и других доказательств, подробно изложенных в
приговоре, дал суду основания сделать верные выводы о том, что Низамов И.Н.,
нарушив пп. 8.1, 82. 13.12 ПДД РФ, управляя автомобилем VOLVO FM-TRUCK 6X4, при осуществлении поворота налево с
автомобильной дороги к ***, неверно оценил дорожную обстановку, не убедившись в
безопасности указанного маневра, создал опасность для автомобиля Шевроле KLAN (J200/CHEVROLET LACETTI), которым управляла Х*** Е.А.,
движущегося во встречном направлении, имеющим преимущественное право движения, совершил
столкновение с указанным автомобилем, в результате чего водителю Х*** Е.А., ее
пассажиру С*** Л.В. был причинен тяжкий вред здоровью, а также причинены
телесные повреждения пассажиру С*** Н.Р., расценивающиеся как тяжкий вред
здоровью, что повлекло ее смерть.
Взятые в основу приговора доказательства получены в
соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между
собой, поэтому обоснованно признаны допустимыми и достоверными.
Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, выдвинутая
Низамовым И.Н. версия имевших место событий, согласно которой, он утверждал,
что совершил маневр поворота налево в соответствии с правилами дорожного
движения, а столкновение произошло по вине Х*** Е.А., нарушившей правила
дорожного движения, двигавшейся на автомобиле по обочине, всесторонне проверена
судом первой инстанции и полностью опровергнута доказательствами,
представленными стороной обвинения.
Так, обосновывая свою невиновность, Низамов И.Н. суду
показал, что перед осуществлением поворота налево пропустил встречные
автомобили, убедившись, что расстояние до двигавшегося во встречном направлении
легкового автомобиля Газель (150-180 метров) позволяет осуществить ему
указанный выше маневр, начал осуществлять маневр поворота налево. Когда же
проехал полосу встречного направления движения, неожиданно увидел, что справа
по обочине в его направлении, с высокой скоростью движется легковой автомобиль
Шевроле (под управлением Х*** Е.А.), который находился на расстоянии около 20
метров от его автомобиля и пытался совершить маневр выезда на свою полосу
движения. Увидев данный автомобиль, Низамов И.Н. попытался ускорить движение
своего автомобиля во избежание столкновения, но предпринятых мер для этого
оказалось недостаточно, произошло столкновение, удар пришелся в правую сторону
его автомобиля (в область топливного бака и средней оси), после удара он
проехал еще 4-5 метров, остановился.
Вместе с
тем, согласно показаниям потерпевшей Х*** Е.А., она управляла автомобилем,
двигаясь по своей стороне автомобильной дороги со скоростью не более 90 км/час,
соблюдая боковой интервал до правой дорожной разметки. Подъезжая к перекрестку
около ***, увидела, что впереди в попутном направлении, на расстоянии примерно
l50-200 метров движется легковой автомобиль. В противоположном направлении на
проезжей части увидела грузовой автомобиль VOLVO, который намеревался повернуть
налево в сторону ***. Когда впереди идущий легковой автомобиль проехал мимо
грузового автомобиля, автомобиль VOLVO неожиданно возобновил движение и начал
совершать маневр поворота налево, что она увидела на расстоянии около 70-75
метров до указанного автомобиля. Показала также, что перед дорожно-транспортным
происшествием по обочине дороги она, управляя автомобилем, движение не
осуществляла, как и маневра обгона. В результате дорожно-транспортного
происшествия ей был причинен тяжкий вред здоровью, как и ее двум пассажирам С***,
пассажир С*** Н.Р. умерла от полученных в результате дорожно-транспортного
происшествия травм.
Аналогичные
обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, подтвердила в судебном
заседании потерпевшая С*** Л.В., что также согласуется и с показаниями
потерпевшего С*** В.М. и свидетеля Х*** Н.З.
Вышеуказанные
показания потерпевших и свидетеля согласуются также и с результатами осмотра
места происшествия, свидетельскими показаниями сотрудников полиции С*** В.В. и
С*** А.В., а также в целом и показаниями свидетелей К*** В.А. и К*** А.А.,
участвовавших при осмотре места происшествия в качестве понятых.
При этом судом дана объективная критическая оценка
показаниям свидетеля К*** А.А. в части отсутствия фиксации сотрудниками полиции
значимых для дела обстоятельства при осмотре места происшествия, поскольку они
объективного подтверждения не нашли и опровергаются показаниями свидетелей С***
В.В. и К*** В.А., которые указали, что все необходимые замеры были выполнены,
было проведено фотографирование места дорожно-транспортного происшествия,
осмотр автомобилей, при этом каких-либо следов на обочине полосы направления
движения автомобиля Шевроле не имелось, кто-либо не сообщал о необходимости
зафиксировать данный факт.
Кроме того, как следует из протокола осмотра места
совершения административного правонарушения и схемы к нему, все участвующие
лица были ознакомлены, о чем поставили свои подписи в них, каких-либо жалоб и
заявлений не поступило, то есть с правильностью составленных документов
согласились.
Оценивая показания свидетеля К*** А.А., суд сделал верный
вывод, что он, являясь знакомым и коллегой осужденного, тем самым пытается
смягчить положение Низамова И.Н.
Показания свидетеля Б*** С.В., согласно которым он сообщил
суду о несколько ином расположение транспортных средств после обнаружения им
аварии (остановившихся на месте происшествия автомобилях Лада Приора и Газель),
суд обоснованно указал в приговоре, что свидетель добросовестно заблуждается
относительно событий, имевших место в момент происшествия, очевидцем самого
дорожно-транспортного происшествия он не был.
Таким
образом, вопреки доводам стороны защиты, изложенным непосредственно в судебном
заседании апелляционной инстанции, показания свидетелей К*** А.А. и Б*** С.В. не опровергают мотивированных
выводов суда о виновности Низамова И.Н.
Существенных
противоречий, ставящих под сомнение фактические обстоятельства совершенного
преступления, установленные судом, показания потерпевших и свидетелей не
содержат.
Верные
выводы суда о виновности Низамова И.Н. основаны также на правильной оценке
заключения судебной автотехнической экспертизы от 5 февраля 2021 года, согласно
которому развитие дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений,
содержащихся в показаниях Низамова И.Н., с технической точки зрения,
невозможно. Развитие же дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений,
содержащихся в показаниях Х*** Е.А., с технической точки зрения, напротив, возможно.
В варианте
дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений, содержащихся в показаниях
Х*** Е.А., водитель Низамов И.Н. при движении перед происшествием должен был
руководствоваться требованиями пп. 8.1, 8.2, 13.12 ПДД РФ.
В варианте
дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений, содержащихся в показаниях
Х*** Е.А., она, как водитель, при движении перед происшествием должна была
руководствоваться требованием ч. 2 п. 10.1 ПДД РФ.
В момент
столкновения автомобили располагались под углом, который мог составлять около
150 градусов.
Столкновение
произошло правой боковой стороной автомобиля VOLVO на участке расположения его
топливного бака, и правой передней угловой частью кузова Шевроле, под углом,
который мог составлять около 150 градусов.
Исходя из
расчета остановочного пути, Х*** Е.А. имела техническую возможность торможением
предотвратить столкновение, если в момент, когда она могла обнаружить опасность
для движения, автомобиль Шевроле Клан при скорости 90 км/ч находился от места
столкновения на расстоянии более 79 метров, в ином случае такая возможность у
водителя Х*** Е.А. при скорости 90 км/ч отсутствовала.
В варианте
дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений, содержащихся в показаниях
Х*** Е.А., действия Низамова И.Н. при движении перед происшествием не соответствовали
требованиям п. 8.1 (в части безопасности маневра и не создании помех другим
участникам движения), п. 8.2 (в части принятия мер предосторожности), п. 13.12
Правил дорожного движения РФ. В
варианте дорожно-транспортной обстановки, исходя из сведений, содержащихся в
показаниях Х*** Е.А., действия Низамова
И.Н., которые при движении перед происшествием не соответствовали требованиям
п. 8.1 (в части безопасности маневра и не создании помех другим участникам
движения), п. 8.2 (в части принятия мер предосторожности), п. 13.12 Правил
дорожного движения РФ, находятся, с технической точки зрения, в причинно-следственной
связи с дорожно-транспортным происшествием.
Эксперт Л*** М.В. при допросе его судом выводы проведенной
экспертизы подтвердил полностью, показал, что в ходе производства экспертизы
устанавливалось развитие дорожной обстановки, исходя из показаний Низамова И.Н.
и Х*** Е.А., осмотров автомобилей, при этом развитие дорожной обстановки при
условиях, указанных в показаниях Низамова И.Н., с технической точки зрения
невозможно, поскольку, как указал Низамов И.Н. в момент столкновения угол
взаимного расположения автомобилей составлял 90 градусов. Вместе с тем, если
предположить, что угол составлял 90 градусов, то автомобиль Шевроле двигался бы
со стороны поля, что противоречит материалам дела. Развитие дорожной обстановки
возможно при обстоятельствах, указанных Х*** Е.А. При этом, угол расположения
автомобилей составлял около 150 градусов. Данные выводы, кроме того,
основываются из характера отобразившихся повреждений на автомобилях.
Согласно
заключениям судебных медицинских экспертиз обнаруженные у потерпевших телесные
повреждения могли быть причинены в результате дорожно-тсранспортного
происшествия, при этом потерпевшим Х*** Е.А. и С*** Л.В. был причинен тяжкий
вред здоровью по признаку значительной стойкой утратой общей трудоспособности
не менее, чем на одну треть, а потерпевшей С*** Н.Р. причинен тяжкий вред
здоровью по признаку опасности для жизни, в результате чего наступила ее
смерть.
Экспертизы проведены с соблюдением требований
уголовно-процессуального закона, законодательства о судебно-экспертной
деятельности, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу
ложного заключения, имеют соответствующий уровень образования, достаточный опыт
соответствующей экспертной работы, заключения экспертиз содержат подробное
описание проведенных исследований, сделанные в результате проведенных экспертиз
выводы и ответы на поставленные органом предварительного следствия вопросы
мотивированы, основаны на материалах уголовного дела.
В связи с этим суд не находит оснований ставить под сомнение
выводы эксперта Л*** М.В., которые не связаны с правовой оценкой действий
участников дорожно-транспортного происшествия и их показаний, сделаны с
технической точки зрения, исходя из установленной обстановки
дорожно-транспортного происшествия и материалов уголовного дела. Суд
апелляционной инстанции полагает, что отсутствуют основания для назначения
дополнительной либо повторной судебных автотехнических экспертиз.
Каких-либо объективных данных о фальсификации доказательств
в отношении Низамова И.Н. не имеется, представленные стороной защиты
фотографии, выполненные, как указал защитник, до приезда на место дорожно-
транспортного происшествия сотрудников МЧС, достоверно не подтверждают доводов
осужденного и стороны защиты о таких действиях сотрудников МЧС, в результате
которых безвозвратно была утрачена прежняя обстановка места
дорожно-транспортного происшествия, не говорят о недостоверности выводов
автотехнической экспертизы, основанных на совокупности всех сведений о
дорожно-транспортном происшествии.
Совокупность вышеизложенных, а также других доказательств,
приведенных в приговоре, с достоверностью свидетельствует о том, что место
столкновения находилось именно на проезжей части стороны автомобильной дороги,
предназначавшейся для движения автомобиля под управлением потерпевшей Х*** Е.А.
Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, момент
возникновения опасности для Х*** Е.А., как для водителя транспортного средства,
в данном случае определяющим для установления вины Низамова И.Н. не имеет,
поскольку именно его действия, связанные с нарушением правил дорожного движения
при осуществлении маневра поворота налево, была создана такая опасность. Исходя
же из показаний потерпевшей Х*** Е.А., Низамов И.Н. маневр поворота налево
начал резко и неожиданно, расстояние в это время между ними был незначительным
(70-75 метров), что полностью согласуется и с выводами заключения судебной
автотехнической экспертизы об отсутствии в данном случае возможности у
потерпевшей с технической точки зрения предотвратить столкновение путем
торможения.
Какие-либо достоверные основания полагать о том, что Низамов
И.Н. не мог обнаружить приближающийся автомобиль под управлением Х*** Е.А.,
отсутствуют.
При таких обстоятельствах доводы стороны защиты о том, что
перед осуществлением маневра Низамов И.Н. остановил своей автомобиль и включил
сигнал поворота, не говорят о невиновности осужденного. Между допущенными
Низамовым И.Н. нарушениями правил дорожного движения, в результате которого
произошло дорожно-транспортное происшествие, и его последствиями, в том числе в
виде смерти потерпевшей С*** Н.Р., имеется прямая причинно-следственная связь.
Доводы стороны защиты и осужденного о невиновности
последнего, иных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, учитывая
установленные по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает
неубедительными и расценивает их как избранный способ защиты.
При таких обстоятельствах действия осужденного
Низамова И.Н. судом правильно
квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ.
Квалификация действий Низамова И.Н. в приговоре мотивирована, основана на
совокупности исследованных доказательств, выводы суда соответствуют фактическим
обстоятельствам дела, каких-либо взаимоисключающих выводов при этом не
допущено.
Судебное разбирательство по настоящему уголовному делу
проведено всесторонне, полно и объективно.
Из протокола судебного заседания следует, что было
обеспечено равенство прав сторон, которым суд создал необходимые условия для
всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона
судом допущено не было. Все доказательства исследованы по инициативе сторон,
заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке.
Право на защиту осужденного нарушено не было, его защита,
как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании
осуществлялась адвокатом, занимавшим согласованную с осужденным позицию по
делу. Отказ в удовлетворении ходатайства защитника о назначении экспертизы в
данном случае не свидетельствует о нарушении права осужденного на защиту.
Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст.
73 УПК РФ, установлены и в приговоре изложены правильно. Приговор постановлен в
соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений положений ст. 307 УПК РФ
не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.
При назначении Низамову И.Н. наказания судом были учтены
характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние
наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, сведения о
личности виновного, имеющиеся смягчающие обстоятельства, перечисленные в
приговоре, в том числе и состояние здоровья осужденного, его близких, занятие
общественно-полезным трудом, принесение извинений потерпевшим, наличие
несовершеннолетнего ребенка.
Достаточных оснований для признания каких-либо иных
смягчающих наказание обстоятельств не имеется.
Исходя из совокупности всех установленных по делу
фактических обстоятельств, в том числе связанных с событиями совершенного
преступления, его характера и степени общественной опасности, данными о личности
осужденного, суд апелляционной инстанции соглашается с мнением суда первой
инстанции о необходимости назначения наказания Низамову И.Н. в виде лишения
свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными
средствами.
Основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ,
назначения наказания с применением положений ст. 64 УК РФ отсутствуют.
Вся имеющаяся совокупность смягчающих наказание
обстоятельств, не являющаяся исключительной, в полной мере судом учтена при
определении срока наказания.
Назначенное наказание является справедливым, соответствующим
обстоятельствам, тяжести совершенного преступления и личности осужденного, в
связи с чем смягчению не подлежит, оснований для условного осуждения,
назначения наказания в виде принудительных работ, соглашаясь с мотивированными
выводами обжалуемого приговора, суд апелляционной инстанции не находит,
поскольку в данном случае восстановление социальной справедливости и
исправление осужденного возможно только в случае реального отбывания наказания
в виде лишения свободы.
Гражданские иски потерпевших судом разрешены в
соответствии с действующим законодательством.
Вопреки доводам апелляционной жалобе представителя
гражданского ответчика, судом при разрешении исковых требований потерпевших о
компенсации морального вреда учитывались все обстоятельства дела, в том числе и
характер причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий.
Размеры компенсации морального вреда, определенные судом
индивидуально в отношении каждого из потерпевших, соответствует характеру
причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, требованиям
разумности и справедливости, решение суда в части гражданского иска
соответствует требования стст. 151, 1101 ГК РФ.
Обоснованными являются выводы суда о том, что в момент
дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля VOLVO FM-TRUCK 6X4
Низамов И.Н. состоял в трудовых отношениях с ООО «***», находился при
исполнении трудовых обязанностей. При этом собственником транспортного средства
является ООО «***», а на основании договора аренды, указанное транспортное
средство передано в пользование ООО «***», которое судом признано надлежащим
ответчиком и на него возложена ответственности за причиненный истцам моральный
вред как на владельца источника повышенной опасности, что соответствует
требованиям ч. 1 ст. 1079 ГК РФ. Каких-либо убедительных оснований для
уменьшения размера компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции не
находит.
Уголовный закон судом применен правильно.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона,
влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь стст. 389.13,
389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор
Засвияжского районного суда г. Ульяновска от 28 июня 2021 года в отношении
Низамова Ирека Назымовича оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без
удовлетворения.
Апелляционное
постановление может быть обжаловано в
кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого
кассационного суда общей юрисдикции в порядке и сроки, предусмотренные главой 47.1
УПК РФ.
Кассационные
жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7
и 401.8
УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со
дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения,
а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения
ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.
Осужденный вправе ходатайствовать об участии в
рассмотрении уголовного дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Председательствующий