УЛЬЯНОВСКИЙ
ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Макеев А.И. Дело №22-1803/2021
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Ульяновск 29
сентября 2021 года
Ульяновский областной суд в составе:
председательствующего Басырова Н.Н.,
с участием прокурора Трофимова Г.А.,
оправданного Митракова В.С., его защитников –
адвокатов Потурайко А.В., Ануфриева
К.Г.,
потерпевшей Ш*** Н.В., ее представителя – адвоката
Набиуллина И.Х.,
при секретаре Брызгаловой В.Ю.,
рассмотрел в открытом
судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора
Заволжского района г. Ульяновска
Подвинского А.В. и апелляционной
жалобе представителя потерпевшей – адвоката
Набиуллина И.Х. на
приговор Заволжского районного суда г. Ульяновска от 26 июля 2021 года, которым
МИТРАКОВ Владимир Сергеевич,
*** несудимый,
оправдан по обвинению в совершении преступления,
предусмотренного частью 2 статьи 143 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии
состава преступления.
Постановлено:
- признать за Митраковым В.С. право на реабилитацию в соответствии с
главой 18 УПК РФ;
- отказать в удовлетворении гражданского иска
потерпевшей Ш*** Н.В.
Приговором
решен вопрос о вещественных доказательствах.
Доложив
содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений на них, выслушав выступления участников процесса, суд
апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Митраков
В.С. органами предварительного следствия обвинялся в нарушении требований охраны труда лицом, на которое
возложены обязанности по их соблюдению, повлекшем по неосторожности смерть
человека, при обстоятельствах,
приведенных в обвинительном заключении.
Приговором
Заволжского районного суда г. Ульяновска от 26 июля 2021 года Митраков
В.С. оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2
статьи 143 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.
В
апелляционном представлении прокурор Заволжского района г. Ульяновска Подвинский А.В. считает приговор незаконным и
подлежащим отмене в связи с
необоснованным оправданием. Указывает, что в описательно-мотивировочной
части оправдательного приговора суд должен не просто привести содержание
доказательств, подтверждающих выводы суда, а дать им анализ, указать какие
конкретные обстоятельства, имеющие значение для дела, подтверждает либо
опровергает доказательство.
Оспаривает
вывод суда о том, что стороной обвинения не представлено бесспорных
доказательств, свидетельствующих, что
именно действия Митракова B.C. повлекли
наступление смерти Ш*** П.Д. и находятся с ней в прямой причинно-следственной
связи.
Выводы
суда основаны на показаниях подсудимого, которые необходимо было подвергнуть
критической оценке, как способ защиты от предъявленного обвинения.
В
обоснование своего вывода суд сослался и на показания свидетелей Н*** O.A., Н***
Ф.А., Н*** Ю.А. о том, что 10.08.2017 Ш*** П.Д. средствами индивидуальной
защиты не воспользовался. Однако судом необоснованно не приняты во внимание
показания указанных лиц об отсутствии контроля со стороны Митракова B.C. и
иных лиц из числа руководства ООО «П***» за соблюдением ими, в том числе Ш***
П.Д., правил охраны труда. О том, что осмотр металлических конструкций моста (о
необходимости которой им было указано 10.08.2017 М*** В.А.) включал в себя
осмотр болтовых соединений пролетных строений.
В связи с производственной необходимостью осмотра болтовых соединений Ш***
П.Д. осуществлялся спуск на 18 опору моста, где имеется вероятность падения в
воду ввиду отсутствия ограждений (последний раз Ш*** П.Д. видели на спуске на
данную опору). При этом спуск на опору производится не только с использованием
средств индивидуальной защиты, но и с подстраховкой другим работником, что
Митраковым B.C. и иными лицами также не контролировалось.
Указанные
показания опровергают выводы суда об отсутствии производственной необходимости
осмотра опоры моста. При этом факт отсутствия соответствующей детализации
задания в графике выполнения работ на «Президентском» мосту не может
свидетельствовать об отсутствии такой необходимости.
Судом не изложено влияние факта нахождения М***
В.А. в трудовых отношениях с ООО «П***» в должности производителя работ с 01.06.2017, установленного решением
Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 15.05.2020. на отсутствие или
наличие состава преступления в действиях Митракова B.C.
Обращает
внимание, что с учетом заключенного ООО «П***» и ЗАО «И***» договора от
11.01.2016 именно ООО «П***» приняло на себя обязательства по выполнению работ
по обслуживанию Президентского моста в соответствии с установленными
требованиями, осуществлению необходимых мероприятий по технике безопасности при
этом. И именно на Митракова B.C. как
директора ООО «П***» в силу должностной инструкции, а также общих норм ТК РФ
(ст.209, 212 ТК РФ) были возложены обязанности по соблюдению правил охраны
труда. Однако последний самоустранился от контроля за своими подчиненными,
полагаясь на М***, который фактически осуществлял лишь надзорные функции на
правах представителя Генерального подрядчика, ставил задачи и контролировал
качество их выполнения. Вопросами соблюдения правил охраны труда в ООО «П***»
который не занимался.
При
этом судом не приняты во внимание и не подвергнуты оценке, а изложены лишь как
факт их наличия, выводы судебной экспертизы техники безопасности и охраны
труда, установившей наличие в действиях Митракова B.C. нарушений нормативно-правовых и локальных
нормативных актов, состоящих в причинно-следственной связи с наступлением
общественно опасных последствий в виде смерти Ш*** П.Д. Не учтено, что при
допросе эксперт Ф*** подтвердила сделанный ею в ходе экспертного исследования
вывод о допущенных директором ООО «П***» Митраковым B.C. нарушениях, повлекших летальный исход
потерпевшего, указав на отсутствие в действиях иных лиц таких нарушений, в том
числе Ш*** П.Д. и М*** В.А., даже при условии установления трудовых отношений
между последним и ООО «П***» по причине отсутствия факта их надлежащего
оформления и не возложения на него документально обязанности по контролю за
соблюдением правил техники безопасности работниками путем издания
соответствующего приказа и ознакомления с должностной инструкцией. Отметила,
что производимые бригадой Ш*** работы относятся к работам на высоте и требуют
специального оформления и обучения лица, ответственного за соблюдение по ним
правил техники безопасности. При этом спуск на опору и осмотр болтовых
соединений обусловлены производственной необходимостью выданного 10.08.2017
задания.
В
целом аналогичные выводы сделаны и государственным инспектором труда в своем
заключении и подтверждены им в судебном заседании. Последний уточнил, что при
отсутствии документального оформления (в виде приказа и должностной инструкции)
иное лицо, кроме Митракова, в частности, М*** не может быть ответственным за
соблюдение правил техники безопасности труда.
Судом
констатировано о наличии противоречивых выводов заключений судебно-медицинских
экспертиз о причине смерти Ш*** П.Д. Вместе с тем не изложено, какие именно
противоречия содержат данные выводы.
Ссылается
и на п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41,
согласно которому в том случае, когда
последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина
которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности,
допущенной потерпевшим, суду следует учитывать такое поведение потерпевшего
лишь при назначении наказания.
В
нарушение закона в описательно-мотивировочной части приговора суд не дал
подробного анализа всем доказательствам, на которых основаны его выводы,
мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной
обвинения, не приведены.
Просит
приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в
суд первой инстанции.
В апелляционной
жалобе (основной и дополнениях к ней) представитель потерпевшей – адвокат Набиуллин И.Х., не соглашаясь с приговором, считает его
незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.
Вопреки выводам суда, показания Митракова В.А. в той
части, что Ш*** П.Д. был направлен к месту работы М*** В.А., у которого не было никаких должностных обязанностей в ООО «П***» на 10.08.2017, поскольку Митраков В.С. ограничился именно
устным распоряжением отделу кадров об оформлении М*** В.А. и не проконтролировал исполнение
распоряжения, не требовалось опровергать, поскольку указанные показания
подтверждают обвинение.
Настаивает, что Митраков В.А. проявил преступную
небрежность. Не осуществил требуемые организационные технические мероприятия до
начала выполнения работ на высоте, не назначил лиц из числа нижестоящих
руководителей или специалистов ООО «П***»
с возложением на них обязанностей по соблюдению требований охраны труда
работниками при осуществлении производственной деятельности работодателя, в том числе при проведении
работ монтажниками по монтажу стальных и железобетонных конструкций на мостовом
переходе через реку Волга, тем самым не обеспечил контроль и надзор за безопасным проведением
ими работ, а также за выдачей и применением ими средств индивидуальной защиты и
ознакомлением их с требованиями охраны труда.
Приводя показания Митракова В.А. о том, что осмотр опор
моста от 10.08.2017 запланирован не был, указывает, что задания Ш*** П.Д. давал
М*** В.А., у которого не удалось
выяснить обстоятельства осуществления ими трудовых обязанностей, их объем, факт наличия, какое именно он давал задание Ш*** П.Д. и
другим членам его бригады 10.08.2017. Это свидетельствует о существенной
неполноте судебного следствия, которое невозможно восполнить в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела.
Обращая внимание на показания свидетелей о том, что Ш***
П.Д. не воспользовался средствами индивидуальной защиты по собственной
инициативе, указывает, что особенность
трудовых отношений и заключается в том, что
лица, нарушающие требования по технике безопасности и охране труда
должны быть отстранены работодателем.
Вывод о том, что
10.08.2017 осмотр опор моста не был предусмотрен, во взаимосвязи с показаниями свидетеля Н*** О.А. о том, что
в ходе выполнения работ спускался на опору моста не воспользовавшись
страховочным поясом и выйдя на опору
один, очевидно, что личного интереса у Ш***
П.Д. спускаться на опору моста не было. Какое задание получил в тот день Ш*** П.Д., выяснить не
удалось в связи с тем, что М*** В.А. не явился в суд.
Приводя вывод суда о том, что в заключении эксперта №0221*** от
21.11.2019 оценка действиям самого Ш***
П.Д. не дана, ссылается на показания допрошенной в судебном заседании эксперта
Ф*** В.И., указывая, что содержание изложенных
в апелляционной жалобе показаний эксперта в приговоре не приведены и им
не дана оценка.
В приговоре указано о допросе главного государственного
эксперта Ш*** В.Я., который не является экспертом, а является государственным
инспектором труда. Приводя выдержку из показаний Ш*** В.Я. о том, что в
карточке о выдаче средств индивидуальной
защиты не указано, выдавались ли работникам в тот день предохранительные каски
и пояса, считает абсурдным предполагать, что все работники бригады проявляли
грубую неосторожность, не используя
средства индивидуальной защиты. Полагает очевидным, что до них не довели
условия их использования.
Приводя содержание показаний Ш*** В.Я. в ходе предварительного следствия,
который те подтвердил частично, указывает, что
первоначальные показания данного свидетеля полностью соответствуют выводам, к которым
пришел эксперт Ф*** В.И., образуя с
заключением эксперта взаимодополняемую
совокупность доказательств, которые при этом исходят из разных процессуальных
источников, что исключает заранее согласованную позицию свидетеля Ш*** В.Я.
и эксперта Ф*** В.И.
Подвергает критической оценке выводы суда о том, что заключения
судебно-медицинских экспертиз
содержат противоречивые выводы о причине смерти Ш*** П.Д.; о том, что
стороной обвинения не представлено каких-либо документальных подтверждений,
обязывающих Митракова В.С. постоянно
находиться при проведении работ на мосту.
Обращает внимание на то, что по делу ряд свидетелей давали
показания, которые существенно противоречили
показаниям, данным на предварительном следствии, в связи с чем
оглашались их показания. При этом в приговоре не приведен анализ указанных
противоречий.
Полагает, что суд уклонился от оценки заключений судебно-медицинских экспертиз,
поэтому противоречия в причинах смерти Ш*** П.Д., в случае вступления
обжалуемого приговора в законную силу, станут неустранимыми, что противоречит
принципу правовой определенности.
Кроме того, суд уклонился
и от установления факта
конкретных нарушений требований техники безопасности и охраны труда со
стороны Митракова В.С., следовательно, их невозможно оценить как состоящих или не состоящих в причинной связи с
наступившими последствиями.
В ходе рассмотрения дела были допущены существенные
процессуальные нарушения, в частности, неполнота судебного следствия, которая
выразилась и в том, что не был допрошен важный свидетель обвинения – М*** В.А.
Просит отменить оправдательный приговор, а уголовное дело
в отношении Митракова В.С. направить на новое судебное разбирательство в суд
первой инстанции в ином составе суда.
В своих
возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу представителя потерпевшей, защитник – адвокат Потурайко А.В. не соглашается с доводами, изложенными в них,
оспаривая их, считает приговор законным и обоснованным, просит оставить его без
изменения, а апелляционное
представление и апелляционную жалобу представителя потерпевшей – без удовлетворения.
В
судебном заседании суда апелляционной инстанции:
- прокурор Трофимов Г.А. поддержал доводы
представления и апелляционный жалобы представителя потерпевшей, настаивая на
незаконности приговора и необходимости его отмены;
-
адвокат Набиуллин И.Х., поддержав доводы апелляционной жалобы и апелляционного
представления, также настаивал на отмене
оправдательного приговора с передачей уголовного дела на новое судебное
разбирательство;
- потерпевшая Ш*** Н.В. поддержала позицию своего
представителя, высказавшись о необъективности суда;
- оправданный Митраков
В.С. и его защитники –
адвокаты Потурайко А.В., Ануфриева К.Г.
возражали против доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы
представителя потерпевшей – адвоката Набиуллина И.Х., полагая необходимым
приговор суда оставить без изменения.
Проверив материалы дела,
обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений
на них стороны защиты, суд апелляционной инстанции находит, что оправдательный
приговор в отношении Митракова В.С.
постановлен законно и обоснованно, и подлежит оставлению без изменения,
а апелляционное представление и апелляционная жалоба представителя потерпевшей
подлежат оставлению без удовлетворения.
В соответствии с частью 4
статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обвинительный
приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при
условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в
совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом
доказательств.
Приговор
отвечает требованиям ст. ст. 297,
302
и 305
УПК РФ. Все исследованные в судебном заседании доказательства оценены судом в
соответствии со статьями 17,
87,
88
УПК РФ, как каждое в отдельности, так и в совокупности с точки зрения
относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения
уголовного дела по существу. Мотивы оценки доказательств в приговоре, как того
требует п. 4 ч. 1 ст.
305 УПК РФ, приведены.
Так,
все представленные суду доказательства, тщательно исследовались и проверялись,
проверены все противоречия в показаниях допрашиваемых лиц, в приговоре также указаны причины, по которым
суд не согласился с доводами обвинения, и приведены основания оправдания
подсудимого.
Ходатайства,
заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в
соответствии с требованиями закона, по ним судом приняты решения с учетом
положений ст. ст. 73,
252
УПК РФ, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности
сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне
протокол судебного заседания не содержит.
Материалы
дела не содержат фактов, свидетельствующих о том, что государственный
обвинитель, представитель потерпевшей или другие участники судебного
разбирательства были ограничены в праве представлять доказательства вины
подсудимого. Не приведены такие доводы в апелляционном представлении и жалобе.
Доводы
апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшей
сводятся к иной оценке исследованных судом доказательств, которые, по мнению их
авторов, в достаточной степени подтверждают причастность Митракова В.С. к
инкриминируемому ему преступлению.
Митракову В.С. предъявлено
обвинение в нарушении требований охраны труда лицом, на которое возложены
обязанности по их соблюдению, что повлекло по неосторожности смерть человека.
Из
содержания предъявленного Митракову В.С. обвинения следует, что Ш*** П.Д. вследствие того, что проводил
работы на высоте без страховочной
привязи (предохранительного пояса с фалом) и с нарушением правил охраны труда,
обязанность по соблюдению которых, по мнению органов следствия, лежала на
Митракове В.С., потеряв равновесие, упал в районе 18 опоры моста с мостового
перехода через реку Волга в воду с высоты 10 метров, где скончался.
Вместе
с тем, как правильно установлено судом первой инстанции, бесспорных
доказательств, свидетельствующих о том, что именно действия Митракова В.С.
повлекли наступление смерти Ш*** П.Д. и находятся с ней в прямой
причинно-следственной связи стороной обвинения не представлено.
Суд не установил, что
действия Митракова В.С. были основной и единственной причиной наступления
указанных последствий, в связи с чем, невозможно было сделать вывод и о его
виновности в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 143 УК
РФ.
В судебном заседании
Митраков В.С. вину не признал, заявив о том, что Ш*** П.Д. был направлен к месту работы М***
В.А., являвшимся на тот период производителем работ в ООО «П***», и о
назначении которого он дал соответствующее распоряжение отделу кадров возглавляемой им организации. При этом
средствами индивидуальной защиты бригада монтажников ООО «П***» была
обеспечена, вводный и повторный инструктажи Ш*** П.Д. проходил, прошел и
соответствующее обучение. Кроме того, согласно графику работ осмотр опор моста
на 10.08.2017 запланирован не был.
Данные показания подсудимого
Митракова В.С. подтверждены и
совокупностью исследованных доказательств, как правильно указано судом.
Из показаний свидетелей Н***
О.А., Н*** Ф.А., Н*** А.Ю. следует, что 10.08.2017 Ш*** П.Д. средствами
индивидуальной защиты не воспользовался. В этот день задание на осмотр
пролетных строений моста с бокового смотрового агрегата их бригада получила от
М*** В.А.
Так,
согласно показаниям свидетеля Н*** O.A., 10.08.2017 около 8 час. 30 мин. все
члены бригады как обычно от прораба М*** В.А. в устной форме получили задание
провести с бокового смотрового агрегата осмотр пролетных строений моста с 19 по
15 опоры относительно верховой стороны течения реки Волги. Работа включала в
себя осмотр болтовых соединений, расположенных на узлах, поясах, раскосах
пролетных строений моста. М*** их бригаде задание на
осмотр болтовых соединений на опорах моста не давал. После этого, Н***, Ш***, Н*** и
Н*** переоделись в специальную одежду. Все, за исключением Ш***, одели
специальные средства защиты — страховочные пояса. Ш*** на производство работ
отправился без средств индивидуальной защиты. Его каска, сигнальный жилет и
предохранительный пояс остались в вагончике, где они переодевались.
Свидетель
Н*** Ф.А. в целом дал показания аналогичные показаниям свидетеля Н*** O.A.,
показав, что 10.08.2017 когда их бригада собиралась выполнять работы, то он — Н***,
Н*** и Н*** взяли средства индивидуальной защиты. При этом, Ш*** средства
индивидуальной защиты не одел. Инструктажи по соблюдению требований безопасности
их бригаде раз в квартал проводил прораб М*** В.А.
Свидетель
Н*** А.Ю. свидетельствовал о том, что инструктаж по технике безопасности с их
бригадой раз в квартал проводил прораб М*** В.А., и 10.08.2017 указание
провести осмотр пролетных строений моста им дал также прораб М*** В.А. Ш*** в
этот день средства индивидуальной защиты не одевал. При этом М*** регулярно
напоминал их бригаде о необходимости использования средств индивидуальной
защиты.
Исследованными в судебном
заседании документами подтверждено то, что с Ш*** П.Д. были проведены вводный и
повторный инструктажи. Он прошел обучение безопасным методам и приемам
выполнения работ с проверкой знаний по охране труда. Как ответственному
исполнителю работ на высоте ему было выдано соответствующее удостоверение.
Согласно должностной
инструкции монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 5
разряда Ш*** П.Д. должен был знать правила и нормы охраны труда, техники
безопасности, а также правила пользования средствами индивидуальной защиты, тем
не менее 10.08.2017 ими не воспользовался по собственной инициативе, что
подтверждено показаниями вышеуказанных
свидетелей.
Обеспеченность
всех членов бригады, включая Ш*** П.Д.
необходимыми средствами защиты, в том числе монтажными
предохранительными поясами, подтверждена
материалами служебного расследования по факту несчастного случая, накладными о закупке средств индивидуальной
защиты, их выдачи.
Выводы суда о проведении в отношении Ш*** П.Д. вводного и
повторного инструктажей, прохождения им обучения безопасным методам и приемам
выполнения работ с проверкой знаний по охране труда, как ответственного
исполнителя работ на высоте, о выдаче ему соответствующего удостоверения об
этом, подтверждены: трудовым договором №***1 от 01.01.2016, обязывавшим Ш***
П.Д. соблюдать правила и инструкцию по охране труда, на последней странице
которого также имеется подпись Ш*** об ознакомлении со своей должностной инструкцией;
протоколом №***-ат от 26.01.2016 и копией удостоверения №01*** от
26.01.2016 о присвоении Ш*** П.Д. 2
(второй) группы по безопасности работ на высоте и его допуске ответственным
исполнителем работ на высоте; должностной инструкцией монтажника по монтажу
стальных и железобетонных конструкций 5 разряда, согласно которой он должен
знать, в числе прочего, правила и нормы охраны труда, техники безопасности, а
также правила пользования средствами индивидуальной защиты; копией журнала
регистрации вводного инструктажа по охране труда ООО «П***», согласно которой с
Ш*** П.Д. 01.01.2016 оправданным Митраковым B.C. был проведен вводный
инструктаж по охране труда, о чем
свидетельствуют подписи самого Ш*** П.Д. и Митракова B.C.; копией личной
карточки выдачи СИЗ №2***, согласно которой Ш*** П.Д. выданы средства
индивидуальной защиты; копией инструкции по охране труда для монтажника по
монтажу стальных и железобетонных конструкций, утвержденной 10.10.2016 г.
директором ООО «П***» Г*** Н.В., согласно которой монтажник должен знать
требования техники безопасности, владеть безопасными приемами труда; копией
журнала регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте ООО «П***»,
согласно которой с Ш*** П.Д. 27.01.2016, 24.05.2017 были проведены необходимые
инструктажи.
Независимо от показаний
свидетеля Н*** О.А., о том, что Ш*** П.Д. во время выполнения работ спускался
на опору моста не воспользовавшись страховочным поясом и выйдя на опору один,
согласно графику выполнения работ на Президентском мосту, 10.08.2017 осмотр
опор моста не был предусмотрен, в связи с чем не имелось и производственной
необходимости в нахождении Ш*** П.Д. в тот день на опоре моста. Другие члены
бригады также свидетельствовали, что от
М*** В.А. было получено задание лишь по осмотру металлических конструкций моста
с бокового смотрового агрегата.
Отсутствие
производственной необходимости у Ш*** П.Д. 10.08.2017 спускаться на 18 опору
моста, подтверждается также показаниями свидетеля Ш*** В.Я., который будучи
государственным инспектором труда проводил служебное расследование по факту
несчастного случая с Ш*** П.Д., составлял Акт о несчастном случае и Заключение
по результатам проведенного им расследования.
Согласно графику производства работ на мостовом переходе через р. Волга на 2017
год, в августе 2017 года не предусматривал проверку состояния опор моста.
В
общем журнале работ, указано, что на 10.08.2017 в график работ на Президентском
мосту входила проверка состояния металлических конструкций пролетных строений
№15-16,16-17,17-18,18-19 именно с бокового смотрового агрегата (верховая
сторона).
Государственный инспектор труда Ш*** В.Я.,
проводивший служебное расследование, показывал в судебном заседании и о том,
что М*** подтверждал факт проведения
инструктажей. При этом именно на него он намеревался возложить ответственность,
однако М*** отрицал то, что он является работником ООО «П***», а
документального подтверждения этому не было.
Кроме того, Ш*** В.Я.
свидетельствовал и о том, что в ходе расследования несчастного случая не установлено место, с
которого Ш*** П.Д. упал в воду реки Волга.
Техническая описка в
приговоре относительно наименования должности Ш*** В.Я. не влияет на законность
приговора.
Вопреки позиции стороны обвинения, факт нахождения М***
В.А. в трудовых отношениях с ООО «П***» с 01.06.2017 в должности производителя
работ установлен вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного
суда г.Ульяновска от 15.05.2020.
Кроме
вышеуказанного решения суда, исполнение М*** В.А. должностных обязанностей
прораба в ООО «П***» подтверждены сведениями табелей учета рабочего времени
работников ООО «П***» Ш*** П.Д., Н*** O.A., Н*** А.Ю., Н*** Ф.А. за июнь, июль
и август 2017 года, согласно которым данные документы составлены М*** В.А. как
прорабом данной организации (том №15, л.д. 13,15,17), а также сведениями о
расчете заработной платы названным работникам за указанные месяцы 2017 года.
Вышеизложенное,
в совокупности с показаниями свидетелей
Н*** O.A., Н*** А.Ю., Н*** Ф.А. подтверждает оспариваемый адвокатом Набиуллиным
И.Х. факт исполнения обязанностей производителя работ именно М*** В.А.
В связи с чем, является несостоятельным довод
представления о том, что судом не приняты во внимание и не подвергнуты оценке
выводы судебной экспертизы техники безопасности и охраны труда, проведенной
экспертом Ф*** В.И., а также ее показания в суде, в которых она подтвердила
сделанные ею экспертные выводы, заявив об отсутствии в действиях Ш*** П.Д. и М***
В.А. нарушений, даже при условии установления трудовых отношений между
последним и ООО «П***» по причине отсутствия факта их надлежащего оформления и
не возложения на М*** документально обязанности по контролю за соблюдением
правил техники безопасности работниками путем издания соответствующего приказа
и ознакомления с должностной инструкцией.
Выводы экспертизы эксперта Ф*** В.И. основаны именно на факте отсутствия надлежаще оформленного
приказа в отношении М*** В.А., который фактически и являлся ответственным лицом
за безопасное проведение работ.
Исходя из заключения
судебно-медицинской экспертизы №2***5 от 12.09.2017, достоверно высказаться о
причине смерти Ш*** П.Д. не представилось возможным ввиду резких гнилостных
изменений трупа. Каких-либо повреждений при экспертизе трупа не обнаружено.
Согласно заключению судебной медико-криминалистической
альгологической экспертизы №2*** от 16.08.2017, при микроскопическом
исследовании препаратов почки, легкого и смыва из пазухи основной кости
панцирей диатомовых водорослей, которые могли свидетельствовать о наступлении
смерти Ш*** П.Д. в результате утопления, не обнаружено.
В соответствии с заключением комиссионной судебной
медицинской экспертизы №6***-М от 23.01.2018, причиной смерти Ш*** П.Д. явилась
механическая асфиксия от закрытия просвета дыхательных путей водой
(аспирационный или истинный тип утопления). Наличие жидкости (среды утопления)
в пазухе основной кости Ш*** П.Д. является показателем прижизненности
утопления. Учитывая характер и выраженность поздних трупных изменений,
нахождение трупа в водной среде при температуре около 22 градусов по Цельсию,
комиссия экспертов не исключает возможность наступления смерти Ш*** П.Д.
10.08.2017.
Исходя из заключения повторной комиссионной судебной
медицинской экспертизы №18***9 от 29.10.2019, причина смерти Ш*** П.Д. не
установлена из-за гниения трупа. Вместе с тем, несмотря на это, не исключено, что смерть Ш*** П.Д. могла
наступить в результате истинного утопления, что подтверждается обнаружением
диатомового планктона в препаратах почки, жидкости из пазухи основной кости,
изготовленных в ходе ранее проведенных экспертиз, а также в препаратах из
минерализата легкого, изготовленных при проведении данной экспертизы. Все
обнаруженные виды планктона являются характерными представителями акватории
реки Волги.
Анализ вышеуказанных экспертиз, данный судом первой
инстанции, об их противоречивости по причине не установления причины смерти Ш***
П.Д. из-за гниения трупа и вероятной возможности наступления смерти в
результате истинного утопления, не влияет на доказанность вины Митракова В.С. в
инкриминируемом преступлении.
Суд обоснованно принял во
внимание и рекомендации Верховного Суда РФ, изложенные в постановлении Пленума
Верховного Суда РФ №41 от 29.11.2018, согласно которым, при исследовании
причинной связи между нарушением специальных правил, допущенным лицом, на
которое возложены обязанности по обеспечению соблюдения и (или) соблюдению
таких правил, и наступившими последствиями суду следует выяснять в том числе
роль лица, пострадавшего в происшествии. Если будет установлено, что несчастный
случай на производстве произошел только вследствие небрежного поведения самого
пострадавшего, суд должен, при наличии к тому оснований, решить вопрос о
вынесении оправдательного приговора.
Стороной обвинения не
опровергнута версия того, что смерть потерпевшего могла наступить в результате
нарушения техники безопасности при производстве работ самим потерпевшим.
Следует отметить и то, что конкретное место падения не
отражено в предъявленном Митракову В.С. обвинении. При этом и само падение не
было очевидным. Согласно
показаниям свидетеля Н*** O.A., иногда Ш*** П.Д. садился на перила моста,
рискуя своей жизнью. Исходя из показаний свидетеля С*** Е.О., такой факт имел
место.
Анализ
материалов дела показывает, что суд первой инстанции подверг тщательному
исследованию все те доказательства, на которые имеется ссылка в апелляционном
представлении, и жалобе представителя потерпевшей, произвел их оценку в
соответствии с требованиями ст. 88
УПК РФ и убедительно мотивировал свои
выводы в приговоре.
Что
касается довода адвоката Набиуллина И.Х. о неполноте судебного следствия в
связи с тем, что не был допрошен
свидетель обвинения М*** В.А., установлено, что судом неоднократно
принимались меры к его вызову для
допроса в судебном заседании, поручалось сотрудникам подразделения судебных
приставов осуществить принудительный привод. Несмотря на невозможность
доставления свидетеля в суд, сторона обвинения не заявляла ходатайств об
оглашении его показаний, не возражая и против окончания судебного следствия.
В
соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд
не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения
или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их
процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
Оценив
представленные стороной обвинения доказательства, суд пришел к обоснованному
выводу об отсутствии бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что
именно действия Митракова В.С. повлекли наступление смерти Ш*** П.Д., и
находятся с ними в прямой причинно-следственной связи. Один лишь факт того, что
Митраков В.С. был руководителем ООО «П***», не является безусловным основанием,
подтверждающим его виновность в инкриминируемом преступлении.
Суд не установил, что
действия Митракова В.С. были основной и единственной причиной наступления
указанных последствий, в связи с чем невозможно сделать вывод о его виновности
в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 143 Уголовного
кодекса Российской Федерации.
Согласно частям 3 и 4 статьи
14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, все сомнения в
виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке,
установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются
в пользу обвиняемого.
В соответствии с ч. 4 ст. 302
УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и
постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства
виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью
исследованных судом доказательств.
Поскольку
причинно-следственная связь между действиями Митракова В.С. и наступившими
последствиями в виде смерти Ш*** П.Д. в судебном заседании не установлена, суд,
ссылаясь на требования ст. 14
и ч. 4 ст. 302
УПК РФ, пришел к правильному выводу об оправдании Митракова В.С. в соответствии
с пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава
преступления.
В соответствии со ст. 389.15
УПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебного решения в апелляционном
порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре,
фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой
инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное
применение уголовного закона, несправедливость приговора, выявление
обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1
части 1.2 статьи 237 УПК РФ.
Таких оснований по данному
делу, при проверке оправдательного приговора в отношении Митракова В.С., не установлено.
Что касается довода
потерпевшей Ш*** Н.А. о безучастности
председательствующего в ходе судебного разбирательства, данный факт не
подтвержден. Из протокола судебного заседания усматривается, что в судебном
заседании были исследованы все представленные сторонами доказательства. Судом
создавались все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных
обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принимались все
предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия
сторон.
Существенных
нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено. В связи с чем,
апелляционная жалоба и апелляционное
представление удовлетворению не подлежат.
Вместе с тем суд
апелляционной инстанции полагает необходимым приговор изменить, в связи с
отсутствием в его резолютивной части указания на норму закона, по которому
Митраков В.С. оправдан, дополнив указанием на оправдание в соответствии с п. 2 ч. 1 ст.
24 УПК РФ, поскольку, исходя из п. 16 постановления Пленума
Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», в
резолютивной части оправдательного приговора следует указывать, по какому из
предусмотренных законом оснований подсудимый оправдан.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.
389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной
инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор Заволжского районного суда г. Ульяновска
от 26 июля 2021 года в отношении Митракова Владимира Сергеевича изменить,
дополнив указанием об оправдании на основании
пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ.
В остальном этот же приговор в отношении Митракова
Владимира Сергеевича оставить без изменения, а
апелляционную жалобу и апелляционное представление – без удовлетворения.
Апелляционное
постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого
кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, через
суд первой инстанции в порядке,
предусмотренном главой 47.1
УПК РФ.
Председательствующий