УЛЬЯНОВСКИЙ
ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Берхеева А.В.
73RS0013-01-2021-003627-73
Дело № 33-910/2022
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П
Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
15 марта 2022 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда в составе:
председательствующего Мирясовой Н.Г.,
судей Федоровой Л.Г.,
Чурбановой Е.В.
при секретаре Айзатулловой Ф.Ж.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №
2-1107/2021 по апелляционным жалобам Федерального государственного бюджетного
учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства, Государственного учреждения
здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» на решение
Димитровградского городского суда Ульяновской области от 9 ноября 2021 года, по которому постановлено:
исковые требования Чугина Игоря Павловича удовлетворить
частично.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного
учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства в пользу Чугина Игоря
Павловича компенсацию морального вреда в
размере 200000 руб., в возмещении материального ущерба 1115,30 руб., в
возмещение судебных расходов 16815,12
руб.
Взыскать с Государственного учреждению здравоохранения
«Ульяновская областная клиническая больница» в пользу Чугина Игоря Павловича
компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., в возмещении материального
ущерба 7319,20 руб., в возмещение судебных
расходов 50445,36 руб.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного
учреждения «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства в доход местного
бюджета государственную пошлину в размере 350 руб.
Взыскать с Государственного учреждению здравоохранения
«Ульяновская областная клиническая больница» в доход местного бюджета
государственную пошлину в размере 350 руб.
В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации
морального вреда, расходов в большем размере, чем взыскано судом, отказать.
Заслушав доклад председательствующего, пояснения
представителя ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России Сидоровой Е.В., поддержавшей доводы
апелляционной жалобы, истца Чугина И.П. и его представителя Кузнецовой М.Ю.,
возражавших против доводов апелляционных жалоб, заключение прокурора Данилова
Е.В., полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А :
Чугин И.П. обратился в суд к Федеральному государственному
бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №172 Федерального
медико-биологического агентства» (далее - ФГБУЗ КБ №172 ФМБА России),
государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская областная клиническая
больница» (далее - ГУЗ УОКБ), о взыскании компенсации морального вреда,
расходов в связи с прохождением лечения.
В обосновании заявленных требований указал, что
25.12.2018, почувствовав боль ***, обратился в поликлинику ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России г. Димитровграда. Был осмотрен терапевтом, но не отправлен на
обследование, для сдачи анализов; ему
был поставлен предварительный диагноз – ***; лечение истец проходил
амбулаторно. 05.01.2019 ***. 06.01.2019
был госпитализирован в неврологическое отделение ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России г. Димитровграда. У него взяли несколько анализов и после осмотра врача
приступили к лечению. Принимал таблетки, уколы, капельницы, однако улучшения не
наступало, диагноз озвучен не был. Предложили платно пройти МРТ, но он
отказался ввиду тяжёлого материального положения семьи, в последующем прошел КТ
бесплатно. В госпитализации в г. Ульяновск в областную клинику отказано и лишь
после обращения к *** - бывшему министру здравоохранения Ульяновской области
15.01.2019 был госпитализирован в ГУЗ УОКБ г. Ульяновска в
отделение неврологии, где провели множество различных обследований. При
обследовании обнаружили ***, сделав вывод, что причина его состояния в ней.
Консилиум врачей решил провести операцию в отделении нейрохирургии ГУЗ УОКБ.
06.02.2019 была проведена операция, которая прошла
успешно, без осложнений; ***. Получив гистологическое заключение, врачи, не
поставив истца в известность о подозрении на возможно ***, и не вписав в
эпикриз заключение патологоанатома, выписали истца домой 20.02.2019.
По месту проживания из ФГБУЗ КБ № 172 ФМБА России
ни терапевт, ни невролог его не посетили, сам он ходить ещё не мог, дальнейшего
наблюдения и лечения не проводили. Его супруга ходила на приём в поликлинику
ФГБУЗ КБ № 172 ФМБА России, отнесла все выданные выписки и документы. После
обращения к заведующей, невролог посетила его, но оказалась не компетентной,
т.к. не смогла распознать болезнь, выписала лекарства и ушла.
В карте реабилитации не прописали требуемые для
него условия, он не смог воспользоваться всем спектром услуг и полагающихся
льгот. Вписали только ***, которые он получил в августе 2020г. Инвалидность
истец получил только спустя 167 дней.
На заключение патологоанатома Ульяновской
областной больницы о *** указала его супруге
лаборантка. На просьбу обратить на это внимание лечащему нейрохирургу
ему отказали, проводить дополнительных исследований не стали. Супруга
самостоятельно отправилась за консультацией в Самарский онкологический центр,
где сообщили, что биоматериал не пригоден к дальнейшему исследованию.
Посоветовали обратиться в Московские клиники для консультации.
Спустя месяц после операции у него произошла ***огов.
Состояние его здоровья резко ухудшилось, моральные страдания усилились.
Начались сильнейшие боли ***. Почти каждый день
выезжала скорая помощь для того, чтобы сделать обезболивающий укол. На
неоднократные обращения в отделении неврологии г.Димитровграда о размещении его
в стационаре отказывали, ссылаясь на то, что неизвестно, от чего его лечить.
После обращения супруги с жалобами на бездействие
медработников и неоказания помощи пациенту, он 18.04.2019 был помещен в стационар ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России в паллиативное отделение. Диагноз был неоднозначным, должного лечения,
не оказывали. По его требованию врачи приняли решение отправить его на
исследование в г. Тольятти на ПЭТ КТ, предоставили транспорт, но диагноз
установить в больнице не смогли. Искали возможность поехать на лечение в г.
Москву, в апреле 2019 г. предоставили документы
в первичное онкологическое отделение г.Димитровграда, на чем настояла
заведующая *** которая убедила, что так будет правильно и надо дождаться ответа
для дальнейшей отправки их в клинику им. Бурназяна для постановки диагноза и
лечения. Документы отданы в первых числах апреля, а как потом выяснилось
отправили их только к концу месяца либо не отправляли вообще. Его перевезли в г. Ульяновск в онкологическую
поликлинику, 16.05.2019 провели забор биоматериала
и положили в торакальное отделение для ожидания результатов. Спустя три недели
он узнал о результатах биопсии. Диагноз - *** подтвердился, но какая форма её,
врачи не знали. Супруга настаивала на отправке его в г. Москву в клинику им.
А.И. Бурназяна еще тогда, когда он лежал в Димитровграде, но истцу не предложили
туда поехать. После получения заключения
супруга с биоматериалом поехала в г.Москву за свой счёт, чтобы отдать его на
исследования для постановки окончательного диагноза. Находясь в г. Москве в
институте гематологии, получила звонок из Димитровграда; ей сообщили, что ее
ждут в клинике им. А.И. Бурназяна, хотя до этого в лечении истцу было отказано, куда она отдала биоматериал и
вернулась в г.Ульяновск. В отделении лучевой терапии приняли решение провести
курс ***, на что он согласился. Врач невролог к нему не приходил, состояние
ухудшалось, по-прежнему он не ходил.
19.06.2019 он попал к врачам специалистам – гематологам
клиники им. Бурназяна, которые начали лечение. Пройдя ***, он находится в стадии ремиссии, получен положительный
результат лечения. В декабре 2019 года
вернулись домой, но онколог его не посетил, не направил на дальнейшую
реабилитацию и не интересуется по сегодняшний день состоянием его здоровья,
хотя он состоит на учёте. Все консультации он проводит только с московскими
врачами.
В апреле 2020 года обратились в ФГБУ «Федеральный
высокотехнологический центр медицинской радиологии ФМБА», для проведения
лучевой терапии, которая необходима по мнению его лечащего врача из клиники им.
Бурназяна, о чём истца сразу предупредили после курсов ***. Ориентировочно,
госпитализация была назначена на февраль 2020 года, но в связи с пандемией её
перенесли на неопределённый срок.
30.04.2020 года был проведён консилиум на котором в дальнейшем лечении
истцу отказали. В очередной раз пришлось обращаться в Москву. После длительных
переговоров между лечебными учреждениями истца взяли на плановую госпитализацию
в лучевое отделение клиники им. Бурназяна, где в июне 2020 года он прошёл
требуемый для его здоровья курс.
На протяжении 5 месяцев истец не получал должного лечения в
больницах Ульяновской области, тратил денежные средства на услуги и лекарства,
не соответствующие его диагнозу. Врачи проигнорировали заключение, в котором
уже было подозрение на *** еще в феврале 2019 г., тем самым усугубили состояние
его здоровья и нанесли вред, причинили моральные и физические страдания. Он
имеет сопутствующее тяжёлое заболевание - ***, перенёс полосную операцию в 2015
году и промедление могло привести к необратимым последствиям. Восстановительный
процесс его организма сильно затянулся из-за несвоевременно оказанного
правильного лечения начиная с постановки диагноза.
27.05.2020 супруга обратилась в филиал ООО «Капитал МС» в
Ульяновской области с целью проведения экспертизы качества оказания медицинской
услуги в период лечения в медицинских
организациях Ульяновской области с декабря 2018 года, с запросом медицинской
документации и привлечением врачей-экспертов качества, с целью выявления
нарушений в оказании медицинской помощи, в том числе оценки правильности выбора
медицинских технологий, степени достижения запланированного результата и
установление выявленных дефектов в оказании медицинской помощи на всех этапах
лечения.
По результатам экспертизы выявлено ряд нарушений и
замечаний, которые могли способствовать ухудшению состояния здоровья
застрахованного лица, либо создать риск прогрессирования имеющегося
заболевания.
В соответствии с приказом ФФОМС №36н от 28.02.2019 г и
Перечнем оснований и размера неоплаты или неполной оплаты затрат на оказание
медицинской помощи, уплаты медицинской организацией штрафа за неоказание,
несвоевременное оказание, либо оказание медицинской помощи ненадлежащего
качества, утвержденным Тарифным соглашением в системе обязательного
медицинского страхования Ульяновской области на 2019 год к ФГБУЗ «Клиническая
больница № 172 ФМБА России» и ГУЗ «Ульяновская клиническая больница» применены
финансовые санкции, что подтверждается Ответом об экспертизе качества оказания
медицинской услуги, проведённой Филиалом ООО «Капитал МС» в Ульяновской области
от 10.08.2019 № 1515/60.
При оказании некачественной услуги проведено дополнительное
лечение, связанное с ухудшением здоровья, носящим длительный характер, оплачена
стоимость дополнительных лекарств, направленных на восстановление здоровья
истца после оказанных некачественных медицинских услуг, что подтверждается
кассовыми чеками об оплате лекарств и платных медицинских услуг. Многие чеки не
сохранились, т.к. не предполагалось изначально, что заболевание окажется
настолько серьёзным, а лечение - длительным. Есть выписки из банка, но только с
указанием общей суммы потраченного в аптеках.
Стоимость дополнительно понесённых расходов, вызванных
повреждением его здоровья составила 41 918 руб. 88 коп., что
подтверждается приложенными кассовыми чеками, билетами на проезд, выписками и
договорами; размер причинённого ответчиком истцу морального вреда оценивается
истцом в сумме 1 500 000 руб.
Просил обязать ответчиков возместить расходы, связанные с приобретением медикаментов, с поездками в
больницы, в размере 41 918 руб. 88 коп. и моральный вред в размере
1 500 000 руб. в связи с неоказанием, несвоевременным оказанием, либо
оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества, с нарушением стандартов, а
также судебные расходы – стоимость оплаченной
судебной экспертизы.
Судом произведена замена ответчика - ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России на Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального
медико-биологического агентства» (далее - ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России).
Судом к участию по делу в качестве третьих лиц, не
заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены
Министерство здравоохранения Ульяновской области, ГУЗ «Областной клинический
онкологический диспансер».
В ходе рассмотрения дела суд постановил вышеприведенное
решение.
В апелляционной жалобе Федеральное государственное бюджетное
учреждение «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства просит решение суда
отменить и принять новое решение.
Указывает, судом не учтены их доводы о том, что медицинская
помощь Чугину И.П. в период с 06.01.2019 по 15.01.2019 была оказана в соответствии
с выставленным диагнозом ***. Оценка состояния пациента как средней тяжести
была дана исходя из двигательных нарушений, которые возникли внезапно. Анамнез
лечащим врачом собран в полном объеме. Вывод эксперта о том, что отсутствие
достаточного объема диагностического поиска не позволило своевременно в период
с 06.01.2019 по 15.01.2019 установить наличие у Чугина И.П. объемного процесса ***
и на более раннем этапе выполнить лечебные мероприятия, что расценивается как
диагностический дефект медицинской помощи, является необоснованным и
противоречит сведениям, содержащимся в медицинской документации. Размер
компенсации морального вреда является завышенным. Суд не учел, что их
учреждение является бюджетным,
сложившуюся обстановку распространения новой коронавирусной инфекции, в
условиях которой приоритет уделяется финансированию мероприятий, направленных
на борьбу с ее распространением.
В
апелляционной жалобе Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская
областная клиническая больница» просит решение суда отменить, как незаконное и
необоснованное и принять по делу новое решение. Указывает, медицинская помощь
по профилям «неврология» и «нейрохирургия» в ГУЗ УОКБ Чукину И.П. оказывалась
качественно, своевременно, в полном объеме, в соответствии со стандартами и
порядками оказания медицинской помощи, в соответствии с возможностями лечебного
учреждения на тот период. Отмечает, что вопрос о наличии (либо отсутствии)
признаков *** процесса у пациента Чугина И.П. в материале удаленной 05.02.2019 ***
на уровне *** в условиях нейрохирургического отделения ГУЗ УОКБ остался судом
не исследован, из-за отсутствия гистологического препарата не мог быть
поставлен как на рассмотрение перед экспертами о наличии патологического
процесса у пациента, так не мог положен в основу решения суда. Из заключения
эксперта следует, что медицинская помощь истцу в период с 15.01.2019 по
04.02.2019 соответствовала Порядку оказания медицинской помощи, диагноз
поставлен своевременно, подтвержден жалобами пациента, тактика лечения
определена в соответствии с выставленным диагнозом, коррекция лечения
проводилась своевременно. Обращает внимание на то, что перечисленные как в
заключение эксперта, так и в решении суда дефекты не указывают какие
конкретно нормы были нарушены
ответчиком. *** не была выполнена пациенту, поскольку данный аппарат в больнице отсутствует, а имеющийся
единственный аппарат в онкологическом
диспансере в феврале 2019 года не работал.
ПЭТ/КТ
– исследование не выполнено пациенту, поскольку
в Ульяновской области не было соответствующего аппарата. Аппарат ПЭТ/КТ
введен в работу осенью 2019 года.
Считает, что замедление процесса исследования *** и
невозможность достоверно установить какого характера имелся процесс данной
опухоли возникла по вине представителя истца Лазаревой Т.Ю., которая скрыла,
где находится ***. Настаивает на том, что факт беседы между врачом Я***. и Л***.
о необходимости явки за гистологическим материалом пациента Чудина И.П. для
скорейшего проведения *** в г.Самаре или г. Казани с целью дальнейшего лечения
имел место быть. Оснований не доверять нейрохирургу Я***. не имеется.
Выражает несогласие с заключением экспертизы качества
медицинской помощи филиала ООО «Капитал Мс», поскольку экспертами изложены и
представлены лишь свои личные умозаключения, которые не могут быть положены в
основу решения суда.
Не согласны со взысканием с лечебного учреждения денежных
средств на приобретение ходунков в размере 1770 руб., поскольку не имелось
острой нуждаемости в их приобретении, запись в медицинской карте о нуждаемости
Чудина И.П. в приобретении ходунков отсутствует.
Судом необоснованно взысканы расходы по проведению судебной
медицинской экспертизы, поскольку указанная экспертиза назначена по инициативе
истца, иск удовлетворен частично, в связи с чем судебные расходы должны быть
взысканы с истца.
В возражениях на апелляционные жалобы Чугин И.П. просит
решение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России, ГУЗ УОКБ – без удовлетворения.
В отзыве на апелляционные жалобы ответчиков филиал ООО «Капитал МС» в Ульяновской области
просит решение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без
удовлетворения.
Дело рассмотрено в отсутствие участников, извещенных о месте и времени
судебного разбирательства надлежащим образом.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб,
судебная коллегия приходит к следующему.
Разрешая
спор, суд первой инстанции, исследовав и оценив доводы и возражения сторон,
определив обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав и оценив
представленные в дело доказательства, по правилам статьи 67
ГПК РФ, руководствуясь положениями статей 150,
151,
1064,
1099,
1101
Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2
статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об
основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", разъяснениями,
содержащимися в пункте 11
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г.
N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего
отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью
гражданина", в пункте 2
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994
г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации
морального вреда", пришел к выводу о том, что при оказании медицинской
помощи Чугину И.П. в действиях медицинского персонала ФГБУЗ КБ №172 ФМБА
России, ГУЗ УОКБ имелись недостатки оказания медицинской помощи, в связи с чем
у истца Чугина И.П. возникло право требования компенсации морального вреда и
расходов.
Вывод суда мотивирован, оснований не соглашаться с ним судебная
коллегия не усматривает.
В соответствии со статьей 2
Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей
ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина -
обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и
свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам
международного права и в соответствии с Конституцией
Российской Федерации (часть 1
статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат
каждому от рождения (часть 2
статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях
здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств
соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1
статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как
неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и
охраняемое государством, Конституция
Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей,
гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в
сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон
от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в
Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах
охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно пункту 1
статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья
граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического,
психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют
заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
В силу статьи 4
Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской
Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности:
соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими
правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании
медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов
местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав
граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи;
недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных
на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя
предоставление медицинских услуг (пункт 3
статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья
граждан в Российской Федерации").
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном
объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных
гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на
получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с
договором добровольного медицинского страхования (части 1,
2 статьи 19
Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской
Федерации").
В пункте 21
статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья
граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской
помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания
медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики,
лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения
запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи,
оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1)
в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам
медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом
исполнительной власти; 2)
в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми
уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для
исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;
3)
на основе клинических рекомендаций; 4)
с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным
органом исполнительной власти (часть 1
статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья
граждан в Российской Федерации").
Пунктом 9
части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на и
возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Медицинские организации, медицинские работники и
фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с
законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья,
причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской
помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им
медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке,
установленных законодательством Российской Федерации (части 2
и 3 статьи 98
Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской
Федерации").
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих
отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и
медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих
в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской
помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи,
так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских
работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам
медицинской помощи.
Из
содержания искового заявления Чугина И.П. усматривается, что основанием его
обращения в суд с требованиями к Федеральному государственному бюджетному
учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и
онкологии» Федерального медико-биологического агентства, Государственному
учреждению здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» о
компенсации морального вреда явилось некачественное оказание ему в этих
больницах медицинской помощи (не были проведены необходимые обследования и не
установлен правильный диагноз, что повлекло ненадлежащее и несвоевременное
лечение и привело к ухудшению состояния здоровья истца, причинило ему
физические и нравственные страдания), тем самым нарушено его право на здоровье
как нематериальное благо.
Пунктом 1
статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что
жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и
доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения,
свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные
нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона,
неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если
гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания)
действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на
принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях,
предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной
компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального
вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие
внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и
нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина,
которому причинен вред (статья 151
Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994
г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации
морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются
нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием),
посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона
нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация,
неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или
нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим
именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с
законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо
нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может
заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников,
невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы,
раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих
действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию,
временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью,
связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с
заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Из
изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические
страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие
гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых
законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и
здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания
медицинской помощи. В случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья,
причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской
помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить
требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации
морального вреда.
В
силу пункта 1
статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и
размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами,
предусмотренными главой 59
"Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064
- 1101)
и статьей 151
Гражданского кодекса Российской Федерации.
В
соответствии со статьей 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания
ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу
гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит
возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред,
освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его
вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины
причинителя вреда.
Как
разъяснено в пункте 11
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г.
N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего
отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью
гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1
и 2 статьи 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда
возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей
вины. Установленная статьей 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда
предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам
ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья
или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства
того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона
обязанным возместить вред.
Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями
для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том
числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения
причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и
противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом
гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда:
лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если
докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила
установлены законом, в частности статьей 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101
Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация
морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от
характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также
степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием
возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться
требования разумности и справедливости (пункт 2).
Согласно
разъяснениям, изложенным в постановлении
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10
"Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального
вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт
причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких
обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины
причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены
потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства,
имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй
пункта 1 названного постановления).
Степень
нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических
обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей
потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести
перенесенных им страданий (абзац второй
пункта 8 названного постановления).
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании
которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками
Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального
медико-биологического агентства, Государственного учреждения здравоохранения
«Ульяновская областная клиническая больница»
заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности,
нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064),
устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы
как к возмещению имущественного, так и морального вреда.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде
компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию
являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические
или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на
принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит
бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то
есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что
доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший
представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и
нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того,
что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным
возместить вред.
Применительно
к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием
медицинские организации - Федеральное государственное бюджетное учреждение
«Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии»
Федерального медико-биологического агентства, Государственное учреждение
здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» - должны были
доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью Чугину И.П. и в
причинении ему морального вреда при оказании медицинской помощи.
Ответчиками
не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие их вины в установлении Чугину И.П. правильного
диагноза, что повлекло за собой ненадлежащее и несвоевременное лечение истца, а
также отсутствие их вины в дефектах оказания ему медицинской помощи, приведших
к ухудшению состояния его здоровья.
С целью
установления своевременности оказания медицинской помощи, правильности выбора
методов профилактики, диагностики, лечения Чугину И.П., судом первой инстанции была
назначена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно
заключению эксперта №05-7-42 «П» от 28.10.2021, в ФГБУЗ «Клиническая больница
№172 ФМБА России в период с 06.01.2019 по 15.01.2019 установлены дефекты
медицинской помощи Чугину И.П. выразившиеся недостаточном выполнении
дифференциально-диагностического поиска, регламентированного нормативными
документами: «Порядком оказания медицинской помощи взрослому населению пари
заболеваниях нервной системы», утвержденного приказом Минздрава РФ от
15.11.2012 №926,
-
«Стандартом специализированной медицинской помощи при поражениях отдельных
нервов, нервных корешков сплетений», утвержденного приказом Минздрава РФ от
07.11.2012 №616н,
-
«Стандартом медицинской помощи больным с сирингомиелией и сирингобульбией,
сосудистой миелопатией, мелопатией при болезнях, классифицированных в других
рубриках», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 09.08.2006 №59.
Отсутствие
достаточного объема диагностического поиска не позволило у Чугина И.П.
своевременно в период с 06.01.2019 по 15.01.2019 установить наличие объемного
процесса *** и на более раннем этапе выполнить лечебные мероприятия, что расценивается как
диагностический дефект медицинской помощи.
В
нейрохирургическом отделении ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» в
период с 04.02.2019 по 20.02.2019 установлены дефекты медицинской помощи Чугину
И.П. в части:
дефектов
диагностики: - не выполнена ***, ПЭТ/КТ,
не выполнена ИГХ ***, несмотря на рекомендацию врача-патологоанатома, не
выполнена консультация онколога;
дефектов ведения:
не обеспечено замедление/прерывание основного патологического процесса (***);
дефекты
ведения медицинской документации: в выписном эпикризе отсутствуют данные
гистологического исследования ***, не указана дата явки за данными
иммуногистологии.
Установить
наличие/отсутствие дефектов медицинской помощи Чугину И.П. на амбулаторном
этапе ФГБУЗ КБ №172 ФМБА России по отдельным периодам с 01.03.2019 по 11.04.2019
не представляется возможным в связи с ненадлежашим качеством представленных
медицинских документов: разрозненность, бессистемность, неразборчивость записей
и дат.
В этой связи
комиссия экспертов посчитала
высказаться о дефектах медицинской
помощи Чугину И.П. в период с 01.03.2019
по 11.04.2019 в целом.
Комиссией
экспертов установлены следующие дефекты помощи:
Дефект
ведения: не соблюдена преемственность: при наличии *** Чугин И.П. не направлен
к онкологу первичного онкологического отделения, что расценивается как
нарушение регламентирующих положений
«Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология»,
утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012
№915н, нарушены рекомендации, дайнные
нейрохирургом ГУЗ УОКБ при выписке: не направлен к неврологу;
дефект
ведения медицинской документации: отсутствует информация о жалобах, анамнезе
заболеваний, данных физиального осмотра, рекомендаций по лечению;
дефекты
диагностики: не выполнено физикальное обследование, лабораторные и
инструментальные обследования.
Кроме того,
до обращения с иском в суд специализированной страховой компанией ООО «Капитал
МС» в Ульяновской области была проведена
экспертиза качестве оказания медицинской
помощи Чугину И.П., которая также выявила ряд нарушений.
С учетом
установления нарушений при оказании медицинской помощи, отсутствия
своевременного и правильного диагностирования заболевания у Чугина И.П.,
длительность невозможности установления верного диагноза, с учетом переживаний Чугина И.П. за свое
здоровье с учетом ненадлежащего оказания медицинской помощи, а также с учетом требований разумности и
справедливости суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимым
взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере
200000 руб. с каждого.
Доводы
апелляционной жалобы представителя ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России о том, что
работниками ФГБУЗ КБ №172 медицинская помощь оказывалась истцу в соответствии с
выставленным диагнозом были предметом оценки суда первой инстанции. Суд в своем
решении обоснованно указал, что ответчик оказывал помощь в полном объеме в
соответствии с неправильном выставленным диагнозом, в указанной медицинской
помощи Чугин И.П. не нуждался. Как
следует из экспертного заключения, необходимо было провести диагностический
поиск и установить верный диагноз.
Доводы
ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда, не состоятельны.
Установленные дефекты оказания медицинской помощи не позволили своевременно установить
истцу правильный диагноз, увеличили сроки его лечения. В течение длительного
времени истец не был информирован о своем заболевании и не получал надлежащего
лечения, исходя из принципа справедливости и разумности суд первой инстанции
определил размер компенсации морального
вреда. Оснований для его снижения судебная коллегия не находит.
Правильно
судом определен к взысканию материальный ущерб, так в связи с неправильно
установленным диагнозом истец потратил
денежные средства на приобретение медикаментов,
в которых он не нуждался, об их назначении имеются сведения в выписке от
23.03.2019, в связи с этим с ответчика ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России взыскано 1115,3
руб.
Доводы
апелляционной жалобы ответчика ГУЗ УОКБ о том, что больница оказала истцу
медицинскую помощь в соответствии с порядками и стандартами оказания
медицинской помощи опровергаются материалами дела.
Довод
апелляционной жалобы о вине представителя истца в связи с непредставлением
гистологического материала на исследование в Самару, не состоятелен. Так в
выписном эпикризе Чугина И.П. отсутствуют данные гистологического исследования ***,
не указана дата явки за данными иммуногистологии. Ответчик не опроверг
пояснения представителя истца о том, что гистологический материал не был пригоден
для исследования. Доводы ответчика со ссылкой на письмо и документы, полученные
ответчиком после вынесения судом решения, приняты быть не могут, поскольку в
суд апелляционной инстанции новые доказательства не принимаются.
Представитель
ГУЗ УОКБ в апелляционной жалобе указывает, что ряд исследований, которые
отражены в экспертном заключении, они не смогли провести по объективным
причинам. Однако, как обоснованно указал суд первой инстанции указанное
обстоятельство не освобождало их о необходимости разъяснения возможности
проведения исследований самому пациенту
и в каких медицинских учреждениях получить данное обследование. В результате проведенного лечения ГУЗ УОКБ не выставили
правильный диагноз. Не отражены в
медицинской документации возможные диагнозы, с целью продолжения
диагностического поиска и определения верного диагноза. Была нарушена маршрутизация пациента. Пациент
был выписан без полноценного диагноза, без направления в онкологический
стационар.
Довод
апелляционной жалобы о необоснованном взыскании понесенных истцом расходов на
приобретение ходунков, не состоятелен. Представителем ответчика не оспаривался
факт нуждаемости истца в них в период после операции. Однако как следует из
экспертного заключения, в связи с неотражением в медицинских документах
нуждаемости в них, истец был лишен
возможности получения их за счет средств фонда социального страхования. Судом
расходы на приобретение тонометра взысканы не были, в связи с этим в данной
части довод жалобы необоснован.
Правила
распределения судебных расходов между сторонами определены в статье 98
ГПК РФ.
Частью первой
статьи 98 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой
состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все
понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй
статьи 96 Кодекса.
Довод
апелляционной жалобы о пропорциональном распределении расходов по проведению
экспертизы в связи с частичным удовлетворении иска Чугина И.П., не состоятелен.
Поскольку
при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих
оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру
удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той
части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98,
100
ГПК РФ).
В абзаце 2
пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 21 января 2016 г. N 1 разъяснено, что правило о пропорциональном возмещении
(распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в
частности: исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную
оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав
(например, о компенсации морального вреда).
В
данном случае требования истца о компенсации морального вреда нельзя отнести к
имущественным требованиям. Судом установлен факт причинения ответчиками истцу
морального вреда, установлена вина ответчиков. Заключением экспертизы
подтверждается факт оказания ответчиками истцу некачественной медицинской
помощи. То обстоятельство, что суд определил ко взысканию компенсацию
морального вреда не в размере заявленном истцом, не влечет пропорциональное
распределение расходов по проведению экспертизы.
Таким
образом, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционных жалоб не
имеется.
Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального
кодекса Российской
Федерации, судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
решение
Димитровградского городского суда Ульяновской области от 9 ноября 2021 года оставить без изменения, а апелляционные
жалобы Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный
научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального
медико-биологического агентства, Государственного учреждения здравоохранения
«Ульяновская областная клиническая больница» – без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное определение может быть обжаловано в
течение трех месяцев в кассационном
порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам,
установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации через Димитровградский городской суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17.03.2022