УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
|
Судья Дубов А.Ю.
|
Дело
№22-542/2022
|
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
|
г.Ульяновск
|
23 марта
2022 года
|
Судебная коллегия по уголовным
делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего Старостина Д.С.,
судей Баранова О.А., Копилова А.А.,
с участием прокурора Скотаревой Г.А.,
потерпевшего К***,
представителя потерпевшего Молгачева А.С.,
оправданного Козикова С.Н.,
защитника – адвоката Медведкина И.А.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Чеховой
А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя
потерпевшего Молгачева А.С., апелляционным представлениям государственного
обвинителя Новикова А.В. на приговор Железнодорожного районного суда
г.Ульяновска от 11 января 2022 года с участием присяжных заседателей, которым
Козиков Сергей Николаевич,
***, ***, ***,
оправдан по предъявленному обвинению в совершении
преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.«з» ч.2 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.222 УК РФ, на основании п.п.2, 4 ч.2 ст.302 УПК РФ, п.1 ч.1
ст.27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступлений, оправдан по предъявленному
обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.228.1 УК РФ, на
основании п.п.1, 4 ч.2 ст.302, п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ за неустановлением события
преступления.
За Козиковым С.Н.
признано право на реабилитацию в соответствии со ст.133 УПК РФ, разъяснен
порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Решен вопрос о вещественных доказательствах,
принято решение о распределении процессуальных издержек.
Заслушав доклад судьи Баранова
О.А., кратко изложившего содержание приговора, существо апелляционных жалобы и
представлений, выслушав выступления
сторон, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Козиков С.Н. приговором суда,
постановленным на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, оправдан
по обвинению в покушении на убийство, то есть умышленное причинение смерти
другому человеку, по найму, в незаконных приобретении, хранении и ношении
огнестрельного оружия, боеприпасов, в незаконном сбыте наркотических средств.
В апелляционной жалобе
представитель потерпевшего Молгачев А.С. находит приговор подлежащим
отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на
вердикт коллегии присяжных заседателей. Как следует из протокола судебного
заседания, в ходе судебного разбирательства, прений сторон стороной защиты
систематически допускались нарушения требований ст.ст.252, 335, 336 УПК РФ,
оказывалось незаконное воздействие на присяжных заседателей путем сообщения
сведений, не относящихся к компетенции последних. Сторона
защиты принимала незаконные меры с целью опорочить показания потерпевшего и
свидетелей обвинения. С этой целью ставились вопросы, не относящиеся к
предъявленному подсудимому обвинению, или вопросы, касающиеся допустимости
показаний лиц со стороны обвинения. Тем самым в силу множества и систематичности
нарушений, допущенных защитниками, на присяжных заседателей было оказано
незаконное воздействие, повлиявшее на формирование их мнения, на их
беспристрастность, что отразилось на содержании ответов на поставленные перед
ними вопросы при вынесении вердикта. Судом безосновательно отказано
потерпевшему и его представителю в допросе при присяжных заседателях в качестве
специалиста К***,
который мог разъяснить вопросы в области применения огнестрельного оружия.
Просит отменить приговор, передать уголовное дело на новое судебное
разбирательство в суд первой инстанции.
В апелляционных представлениях
(первоначально поданном и дополнительном) государственный обвинитель Новиков
А.В. просит оправдательный приговор отменить в связи с
существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным
применением уголовного закона, несправедливостью приговора. В качестве
аргумента государственный обвинитель указывает, что формулировка 9 и 10
вопросов вопросного листа была представлена присяжным заседателям в нарушение
требований ч.6 ст.339 УПК РФ. Исходя из сформулированных судом вопросов
следовало, что Козиков С.Н. обвинялся, в том числе, и хранении по месту своего
жительства наркотического средства ***, без цели сбыта. Однако предварительным следствием Козиков
С.Н. обвинялся в незаконном сбыте наркотических средств, это обвинение было
поддержано и государственным обвинителем. Противоречивость вердикта коллегии
присяжных заседателей и непринятие в связи с этим мер председательствующим
привели к незаконному оправданию Козикова С.Н. как по данному преступлению, так
и по всему предъявленному обвинению в целом. Особенности судебного следствия
были разъяснены председательствующим всем участникам судебного разбирательства.
Несмотря на это, вышеуказанные нормы в ходе судебного разбирательства
систематически нарушались стороной защиты, на что председательствующий не
всегда реагировал, а принимаемые меры заключались в прерывании выступления
участника судебного разбирательства и были явно недостаточными. До сведения
присяжных заседателей стороной защиты доводилась информация, не относящаяся к
фактическим обстоятельствам уголовного дела и не подлежащая исследованию в их
присутствии, в том числе информация о производстве и непроведении следственных
действий, отмечалась неполнота и порочился ход предварительного следствия,
оспаривалась допустимость доказательств, доводились сведения о личностях
подсудимого и потерпевшего, было высказано суждение о причастности к
преступлению другого лица. В частности, в присутствии присяжных заседателей
были допущены следующие высказывания. Козиков С.Н. в начале судебного следствия
указал: «Я надеюсь на вас, на простых людей. Данное дело восьмилетней давности,
меня арестовали ни за что и в данный момент данное дело пытаются повесить на
меня. Я нигде не скрывался, жил, рыбачил, меня знает полгорода и все были в
шоке…». При допросе свидетеля З*** Козиков С.Н. задал вопросы: «Почему меня сразу не арестовали
при передаче и не засняли на видео, раз вы знали, что Б*** едет ко мне якобы за травой? Почему
меня сразу не арестовали при передаче и не засняли нас на видео? Почему вы
приехали тогда, вы же меня прослушивали?». При допросе свидетеля Б*** Козиков С.Н. задал
вопросы: «В протоколе допроса Вы говорите, что…», «Почему Вы заявление в
полицию направили не напрямую?». Свидетель со стороны защиты М*** на вопросы защитника
– адвоката отвечал: «Что якобы мой брат покушался на убийство одного человека
путем выстрела в него. Якобы он стрелял в него. Также мне известно, что
заказчиком данного преступления является Д***, который в данный момент находится в У***, данного человека я
знаю с детства. Сергей освободился в 2011 году, а покушение якобы было в 2013
году. Нет, он даже в армии не служил. Да, у него отсутствует палец на правой
руке, также у него вылетает сустав на левом большом пальце и пластина в
голове». Свидетель Д***
на вопрос защитника – адвоката сообщила: «Да, у него была ампутация
указательного пальца правой руки, также у него была трепанация черепа. У него
на левой руке был перелом большого пальца, у него большой палец постоянно
вылетал, вследствие чего он не мог делать основную работу пальцами из-за
последствий данной травмы, а также трепанации черепа…». Свидетель со стороны
защиты П*** на
вопросы защитника – адвоката показал: «У Козикова С.Н. имеется травма на левой
руке, у него на ней плохие суставы, вследствие чего данная рука плохо работала.
На правой руке у него отсутствует указательный палец». Козиков С.Н., давая
показания, пояснял: «Данное преступление я не совершал, потерпевший ошибся, в
первый раз вообще подозревали другого, а сейчас подозревают меня. Да, у меня
проблемы с руками. На левой руке у меня разбитый палец, у меня была идентичная
история, что и потерпевшего, меня наркоманы забивали молотками, они мне сломали
все руки и зубы повышибали… Не помню, возможно, 29 или апреля. Когда мне
следователь задавал подобный вопрос, то я просил его предоставить мне телефон,
на котором у меня были фотографии или прочие данные, чтобы освежить свою
память. А у меня оказалась заблокирован доступ к фотографиям. У меня на данный
момент уже 2 страницы заблокированы и я сделал уже третью страницу, можете зайти
на нее, если вам интересно. Нет, я не помню, 8 лет уже прошло, вы за этот
период даже запись с камеры оцифровать не смогли, хотя столько лет прошло… У
меня было два обыска, в ходе которых вы ничего не нашли. Мы разговаривали о
рыбе. А не знаю, что там опера ей напели… Это было в 2003 году, я тогда купил
хлопушку, чтобы собак отпугивать, тогда у меня были рабочие пальцы, а потом
меня наркоманы забили молотками…». Выступая в прениях сторон, защитник –
адвокат Медведкин И.А. сообщил: «Впоследствии К*** опознал в стрелявшем в него человеке Козикова
С.Н. Хочу обратить присяжных на тот факт, что потерпевший К*** опознал Козикова С.Н.
спустя 8 лет. Напоминаю, что опознание произошло в феврале 2021 года при том,
что Козиков С.Н. никогда не общался с ним, а К*** видел его предположительно не более минуты, и
его лицо, как вы видели на видеозаписи, наполовину закрывала бейсболка с
ушками. В связи с этим возникает вопрос, а возможно ли спустя длительное время
с уверенностью опознать лицо, которое ты видел в первый раз и в течение
непродолжительного времени? Кроме того, сомнительным выглядит и опознание
Козикова С.Н. по голосу. Напоминаю, что стрелявший в К*** произнес лишь одно слово «здорова».
Поэтому насколько точным и достоверным будет такое опознание спустя 8 лет,
неизвестно. В третьих, стороной обвинения вообще не представлено никаких
данных, свидетельствующих о том, что кто-то вообще пытался достоверно
установить рост Козикова С.Н. Для информации рост Козикова С.Н. 171 см. Это не кирпичи и не
рыба, которые можно взять ладонями, внешней стороной рук, безмен можно поднять
хоть мизинцем, чего не сделаешь с оружием, тем более судмедэксперт своего
мнения по поводу дееспособности рук Козикова С.Н. ничего не сказал».
Воспользовавшись правом реплики, Козиков С.Н., обращаясь к присяжным
заседателям, заявил: «Я не зря вас выбрал, чтобы попытаться доказать свою
невиновность. В ходе следствия мне не было предоставлено возможности доказать
свою невиновность. В проведении детектора лжи мне отказали… Я просто хочу
сказать, что меня сейчас судят ни за что. Я встречался с такими людьми, которые
ни за что сидят… Когда у меня был другой адвокат, женщина, она вопрос задала
потерпевшему, почему в своих первых показаниях он сказал, что не помнит, кто в
него стрелял, а через 8 лет он вспомнил, как Б*** ему прислала через «ватсап» заявление в
полицию, он сразу же вспомнил, когда он «узнал» меня по фотографиям. Это как
понять? Я этого не понимаю и никто не понимает из моих близких и друзей. Я у
следователя спрашиваю, почему, когда меня проверяли на алиби, Вы меня 8 лет
назад не арестовали? Значит, у меня было какое-то алиби. В «Одноклассники»
захожу, а у меня страница заблокирована, до такой степени заблокирована, что даже
к фотографиям доступа нет, я аж обалдел… К***, почему 8 лет назад тебе показывали мои
фотографии, а ты меня не узнал?! Я тут целую тетрадь написал, у меня невроз до
такой степени, что меня колотит всего. Следователь тоже пишет, что я договорился
с Д***, а где
биллинг наших телефонов? Я просил адвоката И***, которая была ранее, чтобы она ходатайствовала
на полиграф на Б***
и И***, почему-то
отказали…». Кроме того, как указывает автор апелляционных представлений, судом
при допросе свидетеля Б***
необоснованно отводились вопросы, задаваемые государственным обвинителем, что
повлекло ограничение прав стороны обвинения. Кроме того, стороной защиты и
судом на разных этапах судебного разбирательства были допущены и иные нарушения
уголовно-процессуального закона. Просит приговор отменить, направить уголовное
дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.
В судебном заседании апелляционной инстанции прокурор
Скотарева Г.А., потерпевший К***,
представитель потерпевшего Молгачев А.С. поддержали доводы апелляционных жалобы
и представлений, просили приговор отменить, оправданный Козиков С.Н., защитник
– адвокат Медведкин И.А. высказали единую позицию об оставлении приговора без
изменения, возражали против доводов апелляционных жалобы и представлений.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и
представлений, выслушав выступления сторон, судебная коллегия находит, что
приговор с участием присяжных заседателей подлежит отмене в связи с
существенными нарушениями в ходе судебного разбирательства
уголовно-процессуального закона.
Согласно ст.389.27
УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием
коллегии присяжных заседателей, является, в том числе, существенное нарушение
уголовно-процессуального закона.
В соответствии с ч.1 ст.389.25
УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного
вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению
прокурора либо жалобе представителя потерпевшего лишь при наличии таких
существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли на
содержание данных присяжными заседателями ответов.
Исходя из требований ч.7 ст.335 УПК РФ в ходе судебного
следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те
фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых
устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями. В силу ч.8 ст.335 УПК РФ данные о личности
подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в
какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления,
в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней
судимости, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в
отношении подсудимого.
Доводы апелляционных жалобы и представлений о
систематическом нарушении данных требований уголовно-процессуального закона во
время судебного разбирательства по настоящему уголовному делу подтверждены
материалами уголовного дела. Из протокола и аудиозаписи судебного заседания
следует, что в ходе судебного следствия и прений сторон до сведения присяжных
заседателей доводились сведения, которые не относились к фактическим
обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными
заседателями в соответствии с их полномочиями, и ставили под сомнение
законность полученных и представленных стороной обвинения доказательств.
Так, после вступительного заявления защитника – адвоката И*** подсудимый Козиков
С.Н. обратился к присяжным заседателям с вопросами процессуального характера и,
сообщив о своей личности, заявил: «…Я надеюсь на вас, на простых
людей. Данное дело восьмилетней давности, меня арестовали ни за что и в данный
момент данное дело пытаются повесить на меня. Я нигде не скрывался, жил,
рыбачил, меня знает полгорода и все были в шоке…» (л.д.32 т.12).
Действуя аналогичным образом, в присутствии
присяжных заседателей в ходе допроса свидетеля З*** Козиков С.Н. задавал следующие вопросы:
«Почему меня сразу не арестовали при передаче и не засняли на видео, раз вы
знали, что Б***
едет ко мне якобы за травой? Почему меня сразу не арестовали при передаче и не
засняли нас на видео? Почему вы приехали тогда, вы же меня прослушивали?»
(л.д.64, л.д.66 т.12).
При допросе свидетеля Б*** Козиков С.Н. в
присутствии присяжных заседателей задал вопросы: «В протоколе допроса Вы
говорите, что…», тем самым сослался на доказательство, не исследованное в ходе
судебного разбирательства, а также: «Почему Вы заявление в полицию направили не
напрямую?» (л.д.72 т.12), высказав суждение о ходе предварительного
следствия.
В нарушение ст.ст.252, 355 УПК РФ свидетель
М*** в присутствии
присяжных заседателей, отвечая на вопросы защитника – адвоката Медведкина И.А.,
показал: «Что якобы мой брат покушался на убийство одного человека путем
выстрела в него. Якобы он стрелял в него. Также мне известно, что заказчиком
данного преступления является Д***, который в данный момент находится в У***, данного человека я
знаю с детства. Сергей освободился в 2011 году, а покушение якобы было в 2013
году. Нет, он даже в армии не служил». (л.д.84 оборот, л.д.85 т.12).
Такое же нарушение вышеуказанных положений
уголовно-процессуального закона допустил и подсудимый Козиков С.Н., который
показал: «Данное преступление я не совершал, потерпевший ошибся, в первый раз
вообще подозревали другого, а сейчас подозревают меня… у меня была идентичная
история, что и потерпевшего, меня наркоманы забивали молотками, они мне сломали
все руки и зубы повышибали… Не помню, возможно, 29 или апреля. Когда мне
следователь задавал подобный вопрос, то я просил его предоставить мне телефон,
на котором у меня были фотографии или прочие данные, чтобы освежить свою
память. А у меня оказалась заблокирован доступ к фотографиям. У меня на данный
момент уже 2 страницы заблокированы и я сделал уже третью страницу, можете
зайти на нее, если вам интересно. Нет, я не помню, 8 лет уже прошло, вы за этот
период даже запись с камеры оцифровать не смогли, хотя столько лет прошло… У
меня было два обыска, в ходе которых Вы ничего не нашли. Мы разговаривали о
рыбе. А не знаю, что там опера ей напели… Это было в 2003 году, я тогда купил
хлопушку, чтобы собак отпугивать, тогда у меня были рабочие пальцы, а потом
меня наркоманы забили молотками…» (л.д.95 оборот, л.д.96, л.д.99 оборот,
л.д.100 оборот, л.д.101 оборот т.12).
Высказывания о неполноте предварительного
следствия и допустимости доказательств, то есть по вопросам процессуального
характера, допустили, выступая в прениях, защитник – адвокат Медведкин И.А. и
подсудимый Козиков С.Н.
Так, защитник - адвокат Медведкин И.А.
заявил: «Впоследствии К***
опознал в стрелявшем в него человеке Козикова С.Н. Хочу обратить присяжных на
тот факт, что потерпевший К***
опознал Козикова С.Н. спустя 8 лет. Напоминаю, что опознание произошло в
феврале 2021 года при том, что Козиков С.Н. никогда не общался с ним, а К*** видел его
предположительно не более минуты, и его лицо, как вы видели на видеозаписи,
наполовину закрывала бейсболка с ушками. В связи с этим возникает вопрос, а
возможно ли спустя длительное время с уверенностью опознать лицо, которое ты
видел в первый раз и в течение непродолжительного времени? Кроме того,
сомнительным выглядит и опознание Козикова С.Н. по голосу. Напоминаю, что
стрелявший в К***
произнес лишь одно слово «здорова». Поэтому насколько точным и достоверным
будет такое опознание спустя 8 лет, неизвестно. В третьих, стороной обвинения
вообще не представлено никаких данных, свидетельствующих о том, что кто-то
вообще пытался достоверно установить рост Козикова С.Н. Для информации рост
Козикова С.Н. 171 см.
Это не кирпичи и не рыба, которые можно взять ладонями, внешней стороной рук,
безмен можно поднять хоть мизинцем, чего не сделаешь с оружием, тем более
судмедэксперт своего мнения по поводу дееспособности рук Козикова С.Н. ничего
не сказал» (л.д.119, л.д.121, л.д.122 т.12).
В прениях и реплике подсудимый Козиков С.Н.
заявил: «Я не зря вас выбрал, чтобы попытаться доказать свою невиновность. В
ходе следствия мне не было предоставлено возможности доказать свою
невиновность. В проведении детектора лжи мне отказали… Я просто хочу сказать,
что меня сейчас судят ни за что. Я встречался с такими людьми, которые ни за
что сидят… Когда у меня был другой адвокат, женщина, она вопрос задала
потерпевшему, почему в своих первых показаниях он сказал, что не помнит, кто в
него стрелял, а через 8 лет он вспомнил, как Б*** ему прислала через «ватсап» заявление в
полицию, он сразу же вспомнил, когда он «узнал» меня по фотографиям. Это как
понять? Я этого не понимаю и никто не понимает из моих близких и друзей. Я у следователя
спрашиваю, почему, когда меня проверяли на алиби, Вы меня 8 лет назад не
арестовали? Значит, у меня было какое-то алиби. В «Одноклассники» захожу, а у
меня страница заблокирована, до такой степени заблокирована, что даже к
фотографиям доступа нет, я аж обалдел… К***, почему 8 лет назад тебе показывали мои
фотографии, а ты меня не узнал?! Я тут целую тетрадь написал, у меня невроз до
такой степени, что меня колотит всего. Следователь тоже пишет, что я
договорился с Д***,
а где биллинг наших телефонов? Я просил адвоката И***, которая была ранее, чтобы она ходатайствовала
на полиграф на Б***
и И***, почему-то
отказали…» (л.д.122 оборот, л.д.123, л.д.124 оборот, л.д.125 т.12).
При таких данных судебная коллегия считает
необходимым согласиться с доводами апелляционных жалобы представителя
потерпевшего и представлений государственного обвинителя, поданных на приговор
суда с участием присяжных заседателей, о том, что все вышеперечисленные нарушения
уголовно-процессуального закона в их совокупности повлияли на формирование
мнения коллегии присяжных заседателей. Несмотря на то, что
председательствующий, руководствуясь
ст.243 УПК РФ, в большинстве случаев принимал необходимые меры,
исключающие возможность исследования вопросов, не входящих в компетенцию
присяжных заседателей, разъяснял присяжным заседателям их полномочия, вместе с
тем, как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания, каких-либо мер
воздействия в соответствии со ст.258 УПК РФ не предпринимал. Это привело на
протяжении судебного следствия и при проведении прений сторон к
систематическому нарушению положений ст.ст.252, 335 УПК РФ, отразилось на содержании ответов присяжных
заседателей по поставленным вопросам, что является основанием отмены приговора,
постановленного с участием присяжных заседателей.
Вместе с тем судебная коллегия не может
согласиться с доводами апелляционных представлений относительно нарушения
положений ч.6 ст.339 УПК РФ. Вопреки доводам, содержащимся в первоначально
поданном апелляционном преставлении, вопросы 9 и 10 были сформулированы исходя
из обвинения, изложенного государственным обвинителем во вступительном
заявлении. Выступая в прениях сторон, государственный обвинитель в соответствии
со ст.246 УПК РФ от обвинения в какой-либо части не отказался и правом,
предусмотренным ч.2 ст.338 УПК РФ, в этой части не воспользовался, предложив
дополнить названные вопросы лишь словом «гражданке» (л.д.163 т.11).
Также несостоятельными признаются доводы
апелляционных жалобы и представлений относительно отказа в допросе в
присутствии присяжных заседателей специалиста К***, а также доведения до присяжных заседателей
сведений относительно физических особенностей подсудимого, в частности, травм
кистей рук (в показания свидетелей Д***, П***,
М*** в этой части).
Так, допрос К*** в
присутствии присяжных заседателей явно не соответствовал бы положениям ч.7
ст.335 УПК РФ, в связи с чем принятое председательствующим решение по
заявленному стороной обвинения ходатайству отвечает требованиям закона. Кроме
того, способ защиты подсудимого, согласованный с защитниками - адвокатами,
заключался как в заявлении о своей непричастности к преступлению, так и
невозможности в силу физических недостатков произвести выстрел из нарезного
боевого огнестрельного оружия. Также председательствующим обоснованно были
отведены вопросы государственного обвинителя к свидетелю Б*** ввиду того, что
вопросы не были связаны с исследованием фактических обстоятельств уголовного
дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями (л.д.47-50
т.12).
Доводы апеллянтов относительно иных
допущенных нарушений уголовно-процессуального закона носят общий характер, без приведения
конкретных оснований и достоверных сведений. Потому судебной коллегией в силу
ч.3 ст.15 УПК РФ эти доводы не могут быть оценены по своему усмотрению в силу
необходимости соблюдения прав иных участников уголовного судопроизводства.
Несмотря на то, что некоторые доводы стороны
обвинения судебной коллегией отвергаются, иные приведенные выше нарушения
уголовно-процессуального закона судебная коллегия признает существенными,
повлиявшими на содержание данных присяжными заседателями ответов. В этой связи
оправдательный приговор с участием присяжных заседателей судебная коллегия
считает необходимым отменить, передать уголовное дело на новое судебное
разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства. При
новом судебном разбирательстве суду первой инстанции надлежит устранить
отмеченные недостатки и создать надлежащие условия для вынесения судом с
участием присяжных заседателей законного, обоснованного и справедливого
решения.
Учитывая, что Козиков С.Н. 17 декабря 2022 года был освобожден
судом из-под стражи в связи с оправдательным вердиктом коллегии присяжных
заседателей, то с учетом обстоятельств, послуживших основанием для отмены
приговора и данных о его личности,
судебная коллегия считает необходимым избрать в отношении Козикова С.Н. на
период нового судебного разбирательства уголовного дела меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем
поведении.
Руководствуясь ст.389.13, п.4 ч.1
ст.389.20, ст.ст.389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор
Железнодорожного районного суда г.Ульяновска от 11 января 2022 года с участием
присяжных заседателей в отношении Козикова Сергея Николаевича отменить,
передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой
инстанции, постановивший приговор, со стадии судебного разбирательства, но иным
составом суда.
Избрать в
отношении Козикова Сергея Николаевича меру пресечения в виде подписки о
невыезде и надлежащем поведении.
Апелляционное определение может
быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам
Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном Гл.47.1
УПК РФ.
Кассационные
жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7
и 401.8
УПК РФ, могут быть поданы в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу
иного итогового судебного решения.
Козиков С.Н. вправе ходатайствовать о своем участии в
судебном заседании суда кассационной инстанции при условии заявления ходатайства
об этом в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения им
извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи