УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Судья Ленковская Е. С.                                                     73RS0013-01-2025-003949-44

Дело № 33-1019/2026

 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е    О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

 

город Ульяновск                                                                                  17 марта 2026 года

 

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Герасимовой Е.Н.,

судей Самылиной О.П., Лисовой Н.А.,

при секретаре Герасимове А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов», Башкирова Эдуарда Николаевича на решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 22 октября 2025 года по гражданскому делу № 2-2163/2025, по которому постановлено:

исковые требования Башкирова Эдуарда Николаевича удовлетворить частично.

Обязать акционерное общество «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» предоставить Башкирову Эдуарду Николаевичу доступ и пользование помещением, расположенным ***, оборудованным шкафом для переодевания, столом и стулом для приема пищи, для пребывания в нем в нерабочее время истца.

Взыскать с акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» в пользу Башкирова Эдуарда Николаевича компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с акционерного общества «Государственный научный центр –Научно-исследовательский институт атомных реакторов» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований Башкирова Эдуарда Николаевича к акционерному обществу «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов», обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Багира» о признании действий незаконными, возложении обязанности предоставить доступ в специально-оборудованное караульное здание, оформлять документацию, передать всю документацию *** *** и ключи от всех помещений, устранении препятствий в пользовании караульным помещением, а также во взыскании компенсации морального вреда в большем размере, чем взыскано судом, отказать.

Заслушав доклад судьи Самылиной О.П., пояснения Башкирова Э.Н.,         представителей акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» Запичнюк И.Ю., Сингур Т.А., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, судебная коллегия

 

установила:

 

Башкиров Э.Н. обратился в суд с иском к  акционерному обществу «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (далее – АО «ГНЦ НИИАР»), обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Багира» (далее –                               ООО ЧОО «Багира») о защите трудовых прав, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что с 18.11.1997 состоит в трудовых отношениях с АО «ГНЦ НИААР» в должности ***. С начала трудовой деятельности условия труда у истца фактически не изменялись, он приходил на работу в караульное здание, специально оборудованное для ведомственной военизированной охраны, в котором располагались вспомогательные помещения, в том числе помещение с ящиками для переодевания работника, отдыха, приема пищи, санитарно-технический узел. В процессе трудовой деятельности работник неоднократно был уволен, однако на основании судебных актов подлежал восстановлению на работе в прежней должности. После расторжения трудового договора с Башкировым Э.Н. 14.05.2025 по инициативе работодателя в соответствии с пунктом 13.1 части 1 статьи 81 ТК РФ решением Димитровградского городского суда Ульяновской области от 17.07.2025 он восстановлен на работе в должности *** АО «ГНЦ НИИАР». Вместе с тем после восстановления на работе ему не сохранены необходимые для выполнения трудовых обязанностей условия, не предоставлено специальное караульное здание с комнатами для работников отдела безопасности, используемого для переодевания, отдыха, приема пищи, а также служебная документация, ключи от помещений ***, караульного здания. При этом работники ООО ЧОО «Багира» выполняют аналогичные обязанности, которые ранее были возложены на истца, используют в своей деятельности необходимые служебные помещения. Полагает, что ответчики создали искусственные препятствия для истца по реализации условий трудового договора и исполнению трудовых функций (обязанностей) с целью понуждения работника к увольнению.

С учетом уточненных требований Башкиров Э.Н. просил суд                                       (т. 1 л.д. 5-11, 117):

– признать незаконными действия ответчика АО «ГНЦ НИИАР» по изменению условий трудового договора, замене рабочего места истца – специально оборудованного караульного здания, расположенного на территории                         *** АО «ГНЦ НИИАР» по адресу: ***,

– обязать ответчика АО «ГНЦ НИИАР» исполнять прежние условия трудового договора в части предоставления истцу доступа и пользования специально оборудованным  караульным зданием, расположенным на территории *** АО «ГНЦ НИИАР» по адресу: ***,

– признать незаконными действия ответчика ООО ЧОО «Багира» по самовольному захвату и распоряжением постом № ***, в том числе самовольному захвату помещения, расположенного на посту № ***, оборудованном туалетом, шкафами для переодевания, столами и стульями для приема пищи, лежаками для сна и отдыха, а также пребывания в нерабочие часы ***, с одновременным устным запретом пользоваться данным помещением истцу,

– обязать АО «ГНЦ НИИАР» и ООО ЧОО «Багира» предоставить истцу доступ и пользование помещением, расположенным на ***, оборудованном туалетом, шкафами для переодевания, столами и стульями для приема пищи, лежаками(ом) для сна и отдыха, а также пребывания в нерабочие часы поста № ***,

– обязать АО «ГНЦ НИИАР» и ООО ЧОО «Багира» освобождать от работников ООО ЧОО «Багира» *** в дни и часы исполнения трудовых обязанностей истцом – *** АО «ГНЦ НИИАР»,    

– обязать руководство АО «ГНЦ НИИАР» и руководство                                *** АО «ГНЦ НИИАР» оформлять документацию по разрешению прохода работникам и по пропускному режиму материальных ценностей, заносу-выносу инструментов, оборудования, стройматериалов, материальных ценностей и т.п. *** АО «ГНЦ НИИАР» и других организаций, выполняющих работы на *** АО «ГНЦ НИИАР» на имя *** АО «ГНЦ НИИАР»,

– признать незаконными действия (бездействия) ответчика                                       АО «ГНЦ НИИАР» по предоставлению работникам ООО ЧОО «Багира» помещения, расположенного на посту ***, оборудованного туалетом, шкафами для переодевания, столами и стульями для приема пищи, лежаками для сна и отдыха, а также пребывания в нерабочие часы поста ***, с одновременным устным запретом, пользоваться данным помещением истцу,

– признать незаконным действия (бездействия) работников                                    ООО ЧОО «Багира» и АО «ГНЦ НИИАР» по непредоставлению истцу всей документации поста ***, ключей от всех помещений поста ***, ключей от караульного здания, расположенного на территории                                     *** АО «ГНЦ НИИАР» по адресу: ***,

– обязать ООО ЧОО «Багира» и АО «ГНЦ НИИАР» передать истцу всю документацию поста ***, ключи от всех помещений поста ***, ключи от караульного здания, расположенного на территории *** АО «ГНЦ НИИАР» по адресу: ***, а также устранить препятствия в пользовании караульным помещением (зданием), не препятствовать пользоваться помещениями, расположенными в караульном помещении (здании), в том числе оборудованными шкафом для переодевания, для приема нищи, санузлом, и нахождения истца при технологических перерывах,

– взыскать с АО «ГНЦ НИИАР» в пользу Башкирова Э.Н. компенсацию причиненного морального вреда в размере 1 000 000 руб. (т. 1 л.д. 5-11, 117).

Рассмотрев заявленные требования по существу, суд принял вышеприведенное решение.

В апелляционной жалобе АО «ГНЦ НИИАР» просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований                (т. 2 л.д. 200-206).

В обоснование жалобы указывает, что решение суда является незаконным, необоснованным, принятым с нарушением норм процессуального и материального права в части удовлетворения исковых требований. Обращает внимание на то, что суд при вынесении решения необоснованно вышел за пределы заявленных требований, так как требование о предоставлении истцу неконкретизированного помещения, расположенного на посту ***, оборудованного шкафом для переодевания, столом и стулом для приема пищи, для пребывания в нем в нерабочее время, не заявлялось. Отмечает, что занимаемая Башкировым Э.Н. должность в соответствии с графиком учета рабочего времени не относится к должностям, при выполнении трудовых функций которых у АО «ГНЦ НИИАР» имеется обязанность по предоставлению места для отдыха и приема пищи в период обеденного перерыва, служебной формы. При этом условия трудового договора, заключенного с Башкировым Э.Н., не предусматривают пребывание в нерабочие часы (обеденный перерыв) на посту. Кроме того, истец не обязан при выполнении своих должностных обязанностей переодеваться в специальную одежду. Место для размещения верхней одежды на *** имеется в виде вешалки, соответственно, шкаф для переодевания, отдельное помещение для переодевания предоставлению истцу не подлежит. Считает необоснованным вывод суда об удовлетворении требования о компенсации морального вреда. Истцом не представлены доказательства нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.

В апелляционной жалобе Башкиров Э.Н. просит решение суда отменить в  части отказа в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указывает, что решение суда является незаконным, необоснованным, принятым с нарушением норм процессуального и материального права. Считает необоснованным вывод суда, что караульное здание № *** не может быть предоставлено ему в пользование, поскольку суд не вправе вмешиваться в хозяйственную деятельность организации, и не может обязать собственника здания предоставить доступ к нему. Возложение на работодателя обязанности предоставить работнику неконкретизированное помещение на посту № ***, переданное по акту в пользование ООО ЧОО «Багира», является неисполнимым. Полагает, что ответчик для исполнения прежних трудовых обязанностей должен предоставить истцу три рабочих места, расположенных в зданиях ***, которые до увольнения использовались работником. Судом оставлен без внимания вопрос о предоставлении ему умывальника и туалета для соблюдения санитарных норм трудовых отношений. Указывает, что работодателем были изменены условия трудового договора в части замены рабочего места. Судом не приняты во внимание существенные нарушения со стороны ответчика трудовых прав истца в области охраны труда и обеспечения возможности прием пищи с соблюдением санитарных требований.

В возражениях на апелляционную жалобу Башкирова Э.Н.                                    АО «ГНЦ НИИАР» просит оставить решение суда в обжалуемой им части без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом.

На основании части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах и возражениях относительно апелляционной жалобы.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, проверив соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и правильность применения судом норм материального и процессуального права при вынесении решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Башкиров Э.Н. состоит в трудовых отношениях с АО «ГНЦ НИИАР» на основании приказа о приеме на работу от 17.11.1997 № ***, а с 26.08.1998 *** АО «ГНЦ НИИАР», которое входит в состав предприятий Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» (т. 1 л.д. 198, 200-216).

Согласно должностной инструкции ***, ***, основными задачами *** являются охрана                         контрольно-пропускных пунктов ***, административного здания управления                   № ***, проверка пропусков, транспорта и грузов, при пропуске людей и транспорта на территорию и с территории охраняемых объектов, контроль погрузки на транспортное средство и вывоза с территории промплощадки № *** (раздел 1)!%. Обязанности *** изложены в разделе 3 должностной инструкции. С указанной инструкцией Башкиров Э.Н. ознакомлен 23.08.2017, о чем свидетельствует его личная подпись в листе ознакомления (т. 1 л.д. 99-108).

Контрольно-пропускной пункт *** расположен по адресу: ***, административное здание управления № ***.

На охране объектов ***, на которых круглосуточную охрану осуществляют работники частных охранных организаций, в том числе на *** совместно с ними посменно данную функцию выполняет Башкиров Э.Н.

В связи с упразднением функционала по обеспечению пропускного режима и охраны вспомогательных объектов АО «ГНЦ НИИАР», выполняемого работниками общества, согласованием и утверждением *** новой организационной структуры СБ и Положения о СБ с 31.07.2020 на основании приказа АО «ГНЦ НИИАР» от 19.05.2020 № *** из штатного расписания АО «ГНЦ НИИАР» исключены штатные единицы, в том числе 20 штатных единиц *** (т. 1 л.д. 137-138, 139-144).

С целью организации *** охраны имущества на объектах АО «ГНЦ НИИАР» (заказчик) заключало договоры возмездного оказания услуг с исполнителями ООО ЧОО «Арсенал», а в последующем ООО ЧОО «Багира» (т. 1 л.д. 29-39, 145-152).

Так, в соответствии с договором возмездного оказания услуг от 18.12.2023           № ***, заключенным между АО «ГНЦ НИИАР» и ООО ЧОО «Багира», исполнитель принял на себя обязательства по оказанию услуг по *** на объектах АО «ГНЦ НИИАР» на срок с 01.01.2024 по 30.06.2026 (т. 1 л.д. 29-39).

Во исполнение договора от 18.12.2023 № *** по акту приема-передачи имущества от 13.01.2025 АО «ГНЦ НИИАР» передало ООО ЧОО «Багира» нежилое помещение площадью 13,9 кв.м на первом этаже здания № *** (т. 1 л.д. 40-41).

Из копий свидетельств о государственной регистрации права от 19.01.2009 и 16.07.2014 усматривается, что здание № *** и надстройка сооружения № *** являются собственностью ОАО «ГНЦ НИИАР» на основании распоряжения Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 04.08.2008 № 1227-р (т. 1 л.д. 169-170).

Согласно техническому паспорту здание № ***, расположенное по адресу: ***, состоит из коридоров, табельной, подсобной, кабинетов, туалета, перевязочной, процедурной, гардеробной, складов, кладовой, тамбура (т. 2 л.д. 116-118).

В соответствии с техническим паспортом на здание – настройку сооружения № ***, расположенное по адресу: ***, указанное здание состоит из  кабинетов, коридоров, комнаты отдыха, санузлов, комнаты приема пищи, класса, аккумуляторной и др. помещений                            (т. 2 л.д. 119-122).

В период с 16.06.2023 по 11.01.2025 Башкиров Э.Н. проходил военную службу по контракту в зоне специальной военной операции.

Решением Димитровградского городского суда Ульяновской области от 12.04.2024, с учетом определения об исправлении описки, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 13.08.2024 и определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 19.12.2024, бездействие АО «ГНЦ НИИАР» по непринятию решения о приостановлении действия трудового договора, заключенного 26.08.1998 между АО «ГНЦ НИИАР» и Башкировым Э.Н., на период прохождения  работником военной службы ***, а также приказ АО «ГНЦ НИИАР» от 28.12.2023 № *** о прекращении действия трудового договора с Башкировым Э.Н. и его увольнение 28.12.2023 по пункту 13 части 1 статьи 83 ТК РФ, признаны незаконными.

Башкиров Э.Н. восстановлен на работе в должности *** АО «ГНЦ НИИАР». 

На АО «ГНЦ НИИАР» возложена обязанность назначить и выплатить Башкирову Э.Н.  единовременную выплату в размере 100 000 руб.  и ежемесячные денежные выплаты в размере 50 000 руб.,  установленные «Временными правилами к организационным документам АО «ГНЦ НИИАР», регламентирующими отношения в сфере материального и социального обеспечения работников АО «ГНЦ НИИАР», утвержденными приказом  Госкорпорации «Росатом» от 04.10.2022 № ***. Кроме того, с АО «ГНЦ НИИАР» в пользу Башкирова Э.Н.  взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 50 000 руб. (т. 2 л.д. 128-144).

Решением Димитровградского городского суда Ульяновской области от 17.07.2025 приказ АО «ГНЦ НИИАР» от 14.05.2025 № *** о прекращении действия трудового договора с Башкировым Э.Н.  и его увольнение 14.05.2025 по пункту 13.1 части 1 статьи 83 ТК РФ признан незаконным, Башкиров Э.Н. восстановлен с 15.05.2025 на работе в должности *** АО «ГНЦ НИИАР». 

На АО «ГНЦ НИИАР» возложена обязанность назначить и выплатить Башкирову Э.Н. заработную плату за время вынужденного прогула за период с 24.05.2025 по 17.07.2025 в размере 38 506 руб. 15 коп. Также с АО «ГНЦ НИИАР» в пользу Башкирова Э.Н. взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 70 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 25.11.2025 решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 17.07.2025 изменено в части периода вынужденного прогула Башкирова Э.Н. и размера заработной платы, подлежащей взысканию в его пользу за время вынужденного прогула с АО «ГНЦ НИИАР».

С АО «ГНЦ НИИАР» в пользу Башкирова Э.Н. взыскана заработная плата за время вынужденного прогула за период с 15.05.2025 по 17.07.2025 в размере        45 423 руб. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Ссылаясь на формальное допущение к работе только на пост ***, изменение работодателем в одностороннем порядке условий трудового договора, рабочего места, нарушение трудовых прав, в том числе по необеспечению  санитарно-бытовым помещением, предназначенным для приема пищи и обеспечения личной гигиены, шкафами для переодевания, Башкиров Э.Н. обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из обязанности работодателя обеспечить работнику санитарно-бытовые условия для приема пищи и переодевания, в результате чего возложил на «ГНЦ НИИАР» предоставить Башкирову Э.Н. доступ и пользование помещением, расположенным на посту ***, оборудованным шкафом для переодевания, столом и стулом для приема пищи, для пребывания в нем в нерабочее время истца.

Установив нарушение трудовых прав работника, суд первой инстанции взыскал с «ГНЦ НИИАР» в пользу Башкирова Э.Н. денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

При этом остальные исковые требования суд признал необоснованными, в связи с чем отказал в их удовлетворении.

Выводы суда первой инстанции по существу являются правильными.

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

В силу статьи 56 ТК РФ трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме (статья 72 ТК РФ).

После восстановления на работе Башкиров Э.Н. фактически осуществляет трудовые функции на *** АО «ГНЦ НИИАР», что соответствует условиям трудового договора и должностной инструкции ***, утвержденной начальником службы безопасности *** и определившей место осуществления функций ***.

Специально оборудованное караульное здание, расположенное на территории отделения экспериментального и механосборочного производства                 АО «ГНЦ НИИАР» по адресу: *** не закреплено в трудовом договоре либо должностной инструкции как рабочее место истца.

При этом в соответствии с пунктом 3.1 должностной инструкции *** при заступлении на дежурство он обязан прибыть к начальнику смены для получения наряда на рабочее место.

Учитывая, что Башкиров Э.Н. работает в прежней должности, место работы  (*** АО «ГНЦ НИИАР», здание № *** не противоречит трудовому договору и должностной инструкции, надстройка сооружения № *** после упразднения отдела не эксплуатируется, изменений условий трудового договора, замены рабочего места, незаконности действий ответчика в данной части не усматривается. Правовых оснований для возложения обязанности на ответчика предоставить истцу доступ и пользование специально оборудованным караульным зданием ***, передать ключи от этого здания, не препятствовать пользоваться этим зданием у суда первой инстанции не имелось.

Поскольку АО «ГНЦ НИИАР» является собственником здания № ***, расположенного по адресу: ***, то как собственник недвижимого имущества вправе распоряжаться своим имуществом в соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса                       Российской Федерации.

Пользование сотрудниками ООО ЧОО «Багира» помещением площадью         13,9 кв.м (в здании № ***) осуществляется в соответствии с договором возмездного оказания услуг от 18.12.2023 № *** и актом приема-передачи имущества от 13.01.2025 с целью оказания услуг по *** охраны имущества на объектах АО «ГНЦ НИИАР». При этом предоставленная площадь нежилого помещения в соответствии с техническим паспортом объекта санитарным узлом не оборудована.

Утверждение истца о самовольном захвате ООО ЧОО «Багира» ***, помещений, расположенных на посту № *** и оборудованных санитарным узлом, не соответствуют действительности.

Согласно пояснениям представителя ответчика *** санитарным узлом в здании № *** оборудован только медицинский кабинет, в который предоставить доступ работнику не представляется возможным. Все работники ООО ЧОО «Багира» используют санитарный узел, расположенный в производственном цехе, что не нарушает их трудовые права. Все имущество (мебель, бытовая техника), находящееся в переданном им помещении, принадлежат  ООО ЧОО «Багира».

Из представленного договора безвозмездного пользования нежилыми помещениями от 12.10.2011, заключенного между ОАО «ГНЦ НИИАР» (ссудодателем) и ФГКУЗ «Клиническая больница № 172 Федерального                     медико-биологического агентства (ссудополучателем, в настоящее время – ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России), следует передача ссудодателем в безвозмездное временное пользование ссудополучателю нежилые помещения площадью  64,2 кв.м, номера с 5 по 10 включительно, на 1 этаже в здании № ***, расположенном по адресу: ***. По экспликации ссудополучателю переданы помещения: кабинет, коридор, туалет, перевязочная, процедурная, гардеробная.

Таким образом, требования о признании незаконными действий ответчика ООО ЧОО «Багира» по самовольному захвату и распоряжению постом № ***, в том числе самовольному захвату помещения, расположенного на посту № ***, оборудованном туалетом, шкафами для переодевания, столами и стульями для приема пищи, лежаками для сна и отдыха, ответчика                                   АО «ГНЦ НИИАР» по предоставлению работникам ООО ЧОО «Багира» указанного помещения, возложении на АО «ГНЦ НИИАР» и ООО ЧОО «Багира» обязанности предоставить истцу доступ и пользование помещением, расположенным на посту № ***, оборудованном санитарным узлом, лежаками(ом) для сна и отдыха, а также пребывания в нерабочие часы поста № ***, передать ключи от всех помещений поста № *** правомерно оставлены без удовлетворения. Учитывая, что ООО ЧОО «Багира», не является работодателем Башкирова Э.Н., требования к данному ответчику о возложении обязанности предоставить доступ и пользование помещением, расположенным на посту № ***, оборудованном шкафами для переодевания, столами и стульями для приема пищи, также не подлежали удовлетворению.

Разрешая требования о признании незаконным действий (бездействия) работников ООО ЧОО «Багира» и АО «ГНЦ НИИАР» и возложении обязанности предоставить истцу всю документацию поста ***, освобождать от работников ООО ЧОО «Багира» пост *** в дни и часы исполнения трудовых обязанностей Башкировым Э.Н., возложении обязанности на руководство АО «ГНЦ НИИАР» и руководство *** АО «ГНЦ НИИАР» оформлять документацию по разрешению прохода работникам и по пропускному режиму материальных ценностей, заносу-выносу инструментов, оборудования, стройматериалов, материальных ценностей и т.п. работниками *** АО «ГНЦ НИИАР» и других организаций, выполняющих работы на *** АО «ГНЦ НИИАР», на имя *** АО «ГНЦ НИИАР», суд правомерно нашел их необоснованными, поскольку разрешение поставленных вопросов относится к исключительной компетенции работодателя. По своей сути, заявленные требования направлены на вмешательство в хозяйственную деятельность АО «ГНЦ НИИАР», что является недопустимым.

Аргументы работника о том, что для выполнения трудовых обязанностей должны быть предоставлены служебные документы, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, нашли свое отражение в обжалуемом судебной акте, с оценкой которых судебная коллегия соглашается.

Принимая во внимание изложенное, позиция истца, согласно которой для исполнения прежних трудовых обязанностей ответчик должен предоставить истцу три рабочих места, расположенных в зданиях ***, не соответствует содержанию трудового договора, должностной инструкции *** работодателя и обоснованно отклонена судом первой инстанции.

При этом требования Башкирова Э.Н. о возложении на АО «ГНЦ НИИАР» обязанности предоставить ему доступ и пользование помещением, расположенным на посту № *** в здании № ***, оборудованным для переодевания, приема пищи суд первой инстанции правильно нашел заслуживающими внимания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы АО «ГНЦ НИИАР», суд первой инстанции разрешил спор в пределах заявленных требований, в том числе требований о возложении на АО «ГНЦ НИИАР» обязанности по предоставлению работнику помещения, расположенного на посту № ***, оборудованного шкафом для переодевания, столом и стулом для приема пищи, для пребывания в нем в нерабочие часы поста № *** (пункт 4 исковых требований).

В силу статьи 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать бытовые нужды работников, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей.

В соответствии со статьей 214 ТК РФ работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить, в том числе санитарно-бытовое обслуживание работников в соответствии с требованиями охраны труда.

В статье 216.3 ТК РФ предусмотрено, что санитарно-бытовое обслуживание работников в соответствии с требованиями охраны труда возлагается на работодателя. В этих целях работодателем по установленным нормам оборудуются санитарно-бытовые помещения, помещения для приема пищи, комнаты для отдыха в рабочее время и психологической разгрузки, организуются посты для оказания первой помощи, укомплектованные аптечками для оказания первой помощи, устанавливаются аппараты (устройства) для обеспечения работников горячих цехов и участков газированной соленой водой и другое.

Согласно статье 24 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» при эксплуатации производственных, общественных помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта должны осуществляться санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия и обеспечиваться безопасные для человека условия труда, быта и отдыха в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, утвержденные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации                      (пункт 1 статьи 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ                                           «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 02.12.2020 № 40 утверждены санитарные правила СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда» (далее – санитарные правила), в которых предусмотрены требования к санитарно-бытовым помещениям.

Согласно санитарным правилам хранение одежды работников допускается в закрытом (при помощи установления  индивидуальных шкафчиков для хранения одежды) и открытом способе хранения одежды (одежда хранятся открыто на вешалках) (пункты 8.4, 8.7).

В силу пункта 8.21 санитарных правил на предприятии должны быть организованы помещения для приема пищи. Прием пищи вне организованных помещений не допускается.

Из материалов дела усматривается, что продолжительность смены Башкирова Э.Н. составляет 11 часов, дневная смена с 08:00 до 20:00 (обед с 11:00 до 12:00), ночная смена с 20:00 до 08:00 (обед с 01:00 до 02:00).

Помещение, отвечающее санитарным требованиям для приема пищи, а также для переодевания, Башкирову Э.Н. не предоставлено.

Отказывая истцу в предоставлении санитарно-бытового помещения, предназначенного для приема пищи, переодевания, АО «ГНЦ НИИАР» исходит из того, что занимаемая Башкировым Э.Н. должность не относится к должностям, при выполнении трудовых функций которых у работодателя возникает обязанность по предоставлению места для отдыха и приема пищи в период обеденного перерыва, служебной формы. Истец не обязан при выполнении своих должностных обязанностей переодеваться в специальную одежду, а также находиться на рабочем месте во время обеденного перерыва.

Вместе с тем подобная позиция АО «ГНЦ НИИАР» противоречит вышеприведенным санитарным правилам, которые являются обязательными для исполнения.

Работодатель не учитывает, что обеденный перерыв в ночную смену с                    01:00 до 02:00 затрудняет прием пищи за пределами организации.

Рабочее место Башкирова Э.Н. представляет собой место на проходной предприятия, в связи с чем наличие другого свободного стола, напольной вешалки в этом же помещении не свидетельствует об организации работнику, продолжительность смены которого составляет 11 часов, помещения для приема пищи, переодевания, отвечающего санитарным требованиям, обязанность по выполнению которых возложена на работодателя.

Кроме того, наличие на рабочем месте истца видеонаблюдения исключает возможность переодевания работника в данных условиях. Доводы представителей АО «ГНЦ НИИАР» о том, что действующее законодательство не предусматривает обязанности работодателя предоставлять отдельное помещение работнику с графиком как у истца, не влекут отказ в удовлетворении исковых требований в данной части по изложенным мотивам.

Таким образом, на АО «ГНЦ НИИАР» следует возложить обязанность предоставить Башкирову Э.Н. помещение для приема пищи, переодевания, отвечающее санитарным требованиям к условиям труда.

Конкретизировать помещение для приема пищи, переодевания, выделяемое для этих целей истцу, судебной коллегией не представляется возможным, поскольку разрешение данного вопроса отнесено к полномочиям работодателя и собственника зданий (нежилых помещений).

Поскольку санитарными правилами допускается хранение одежды работников в закрытом и открытом способе, возлагать на работодателя обязанность предоставить работнику непосредственно индивидуальный шкафчик для хранения одежды судебная коллегия не усматривает оснований.

Требования о возложении обязанность обеспечить доступ работника в помещение, оборудованным умывальником и санитарным узлом, не подлежат удовлетворению. Санитарный узел, умывальник расположены в производственном цехе, доступ к которым имеется у всех работников, в том числе у Башкирова Э.Н., работников ООО ЧОО «Багира», на протяжении всей рабочей смены. Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении работодателем                                 санитарно-гигиенических (эпидемиологических) требований, повлекших нарушение прав работника в части непредоставления ему в пользование санитарного узла, умывальника, не установлено.

Выявив факт нарушения трудовых прав истца в связи с непредставлением ему помещения для приема пищи, переодевания, суд правомерно применил к спорным правоотношениям положения статьи 237 ТК РФ.

Определяя размер присуждаемой денежной компенсации морального вреда (20 000 руб.), суд первой инстанции учел все фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу страданий (необходимость доказывать нарушение трудовых прав в судебном порядке), характер и степень вины ответчика, неисполнившего установленную законом обязанность по соблюдению санитарных требований (необеспечение работника санитарно-бытовым помещением для приема пищи, переодевания), индивидуальные особенности истца (возраст работника – *** лет на момент рассмотрения спора), баланс между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб. являлась завышенной. При уменьшении морального вреда в размере 1 000 000 руб. до 20 000 руб. суд первой инстанции принял во внимание, что допущенное работодателем нарушение трудовых прав истца не привело к каким-либо необратимым последствиям, заявленный моральный вред не отвечает требованиям разумности и справедливости. При этом денежная компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. позволяет, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны, – не допустить неосновательного обогащения истца.

Указание суда на причинение истцу морального вреда вследствие незаконного увольнения является технической опиской, не повлиявшей на результат рассмотрения спора.

В силу части 3 статьи 98 ГПК РФ, в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ, подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 6000 руб.                      (3000 руб. – за удовлетворенное требование о понуждении предоставить помещение  и 3000 руб. – за требование о компенсации морального вреда).

При таких обстоятельствах решение суда следует изменить, изложить абзац 2 резолютивной части решения в другой редакции, уменьшить размер взысканной государственной пошлины до 6000 руб.

Доводы апелляционных жалоб в неизмененной части не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного решения, а по существу сводятся к иному толкованию действующего законодательства, иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, в связи с чем на законность и обоснованность состоявшегося судебного акта в неизмененной части не влияют.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от                       22 октября 2025 года изменить в части предоставления Башкирову Эдуарду Николаевичу доступа и пользования помещением, расположенным на посту № ***, оборудованным шкафом для переодевания, столом и стулом для приема пищи, для пребывания в нем в нерабочее время истца, взыскания расходов по уплате государственной пошлины.

Изложить абзац 2 резолютивной части решения в следующей редакции:

«Обязать акционерное общество «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» *** предоставить Башкирову Эдуарду Николаевичу *** доступ в помещение для приема пищи, переодевания, отвечающее санитарным требованиям к условиям труда.

Уменьшить размер взысканной с акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» в доход местного бюджета государственной пошлины до 6000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Государственный научный центр –                         Научно-исследовательский институт атомных реакторов», Башкирова Эдуарда Николаевича – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Димитровградский городской суд Ульяновской области.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20.03.2026.