УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

73RS0004-01-2025-007669-31

Судья Савелова А.Л.                                                                      Дело № 33-2033/2026

 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е    О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

 

город Ульяновск                                                                               21 апреля 2026 года

 

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Богомолова С.В.,

судей Резовского Р.С., Федоровой Л.Г.,

при секретаре Герасимове А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области на решение Заволжского районного суда города Ульяновска от 13 января 2026 года по гражданскому делу № 2-162/2026, по которому постановлено:

исковые требования прокурора Заволжского района города Ульяновска, действующего в интересах Бояркиной Галины Ивановны, к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области (ИНН: ***) в пользу Бояркиной Галины Ивановны (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 8 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда отказать.

 

Заслушав доклад судьи Резовского Р.С., судебная коллегия,

 

установила:

 

прокурор Заволжского района города Ульяновска обратился в суд с иском в интересах Бояркиной Г.И. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области (далее – ОСФР по Ульяновской области, отделение) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что прокуратурой Заволжского района города Ульяновска проведена проверка по обращению Бояркиной Г.И. о нарушении ее прав на своевременное предоставление мер государственной социальной поддержки в виде обеспечения необходимыми средствами реабилитации.

Бояркина Г.И. является инвалидом ***.

В соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида № *** от 04 марта 2025 года Бояркина Г.И. нуждается в обеспечении *** с 24 февраля 2025 года.

Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области по заявлению от 15 марта 2025 года Бояркиной Г.И. выданы *** по направлению от 24 апреля 2025 года на период с 28 апреля 2025 года по 26 июля 2025 года в ***.

Следующее направление на *** сформировано лишь 01 ноября 2025 года.

Направление на получение данного вида технического средства реабилитации своевременно не сформировано по причине отсутствия действующего государственного контракта.

Таким образом, Бояркина Г.И. в период с 27 июля 2025 года по 31 октября 2025 года не была обеспечена необходимыми средствами при нарушениях функций выделения.

Неправомерное бездействие ответчика, выражающееся в необеспечении либо несвоевременном обеспечении Бояркиной Г.И. техническими средствами реабилитации, лишает последней возможности использовать предоставленное ему законом право на бесплатное обеспечение и подтверждает наличие у нее физических и нравственных страданий, обусловленных переживаниями по поводу своих жизни и здоровья, что свидетельствует о причинении ей морального вреда, размер которого оценивается в 10 000 рублей.

Просил взыскать с ответчика в пользу Бояркиной Г.И. компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Федеральное казенное учреждение «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации.

Рассмотрев заявленные требования по существу, суд постановил приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ОСФР по Ульяновской области просит решение суда отменить и вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов жалобы указывает, что не согласно с решением районного суда, считает его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, поскольку суд безосновательно взыскал с ОСФР по Ульяновской области компенсацию морального вреда.

Отмечает, что ОСФР по Ульяновской области предпринимались все возможные меры по обеспечению Бояркиной Г.И. необходимым видом ТСР.

Обращает внимание суда на то, что незаконного бездействия со стороны ОСФР по Ульяновской области не имеется.

Просит учесть, что сформировать направление на очередное обеспечение *** не представлялось возможным по причине отсутствия свободных единиц по государственному контракту №*** от 09 декабря 2024 года, по которому поставка получателем подгузников осуществлялась до 01 августа 2025 года.

Считает, что оснований для взыскания компенсации морального вреда не имелось, поскольку право на обеспечение техническими средствами реабилитации относится к имущественным правам, а компенсация морального вреда в отношении имущественных прав действующим законодательством не предусмотрена.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом, что подтверждается отчетами об отслеживании почтовых отправлений, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили.

Кроме того, информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262‑ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Ульяновского областного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://oblsud--uln.sudrf.ru/).

Поскольку в соответствии с положениями части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению дела, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав доклад судьи, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов жалоб в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что Бояркина Г.И., *** года рождения является инвалидом *** по общему заболеванию, *** (л.д. 13-14).

В соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида № *** от 04 марта 2025 года Бояркина Г.И. с 24 февраля 2025 года бессрочно нуждается в обеспечении техническими средствами реабилитации, в том числе, *** (л.д.16-22).

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в период с 27 июля 2025 года по 31 октября 2025 года Бояркина Г.И. не была обеспечена вышеуказанными техническими средствами реабилитации.

Разрешая заявленные прокурором требования и принимая решение об их частичном удовлетворении, суд исходил из того, что в связи с нарушением прав инвалида на своевременное обеспечение положенными техническими средствами реабилитации, имеются предусмотренные законом основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на верном установлении юридически значимых обстоятельств дела и правильном применении норм материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации определяет Федеральный закон от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов Российской Федерации» (далее по тексту решения Федеральный закон от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ).

Одной из мер социальной поддержки инвалидов является реабилитация инвалидов – система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности  (часть 1 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181‑ФЗ).

Медицинская реабилитация, как следует из содержания частей 2 и 3 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ, - одно из направлений реабилитации инвалидов, предусматривающее в том числе использование инвалидами технических средств реабилитации.

Согласно статье 10 Федерального закона от 24 ноября 1995 года №181-ФЗ государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета. Федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, утверждается Правительством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ индивидуальная программа реабилитации инвалида является разработанным на основе решения уполномоченного органа, осуществляющего руководство федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, комплексом оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающим в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных функций организма, восстановление, компенсацию способностей инвалида, выполнению определенных видов деятельности.

Индивидуальная программа реабилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно‑правовых форм и форм собственности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 07 апреля 2008 года №240 утверждены Правила обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями (далее – Правила), согласно пункту 4 которых заявление о предоставлении технического средства (изделия) подается инвалидом (ветераном) либо лицом, представляющим его интересы, однократно в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по месту жительства (месту пребывания или фактического проживания) инвалида (ветерана) или в исполнительный орган субъекта Российской Федерации по месту жительства инвалида (ветерана), уполномоченный на осуществление переданных в соответствии с заключенным Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации и высшим исполнительным органом субъекта Российской Федерации соглашением полномочий Российской Федерации по предоставлению мер социальной защиты инвалидам и отдельным категориям граждан из числа ветеранов (далее – уполномоченный орган).

В силу пункта 5 Правил уполномоченный орган рассматривает заявление, указанное в пункте 4 настоящих Правил, в 15-дневный срок, а в случае подачи указанного заявления инвалидом, нуждающимся в оказании паллиативной медицинской помощи (лицом, представляющим его интересы), в 7-дневный срок с даты его поступления и в письменной форме уведомляет инвалида (ветерана) о постановке на учет по обеспечению техническим средством (изделием).

При отсутствии действующего государственного контракта на обеспечение инвалида (ветерана) техническим средством (изделием) в соответствии с заявлением, указанным в пункте 4 настоящих Правил, уполномоченный орган высылает (выдает) инвалиду (ветерану) документы, предусмотренные настоящим пунктом в 7-дневный срок с даты заключения такого государственного контракта, при этом извещение о проведении закупки соответствующего технического средства (изделия) должно быть размещено уполномоченным органом в единой информационной системе в сфере закупок не позднее 30 календарных дней с даты подачи инвалидом (ветераном) заявления, указанного в пункте 4 настоящих Правил.

Срок обеспечения инвалида (ветерана) техническим средством (изделием) серийного производства в рамках государственного контракта, заключенного с организацией, в которую выдано направление, не может превышать 30 календарных дней, а для инвалида, нуждающегося в оказании паллиативной медицинской помощи, 7 календарных дней со дня обращения инвалида (ветерана) в указанную организацию, а в отношении технических средств (изделий), изготавливаемых по индивидуальному заказу с привлечением инвалида (ветерана) и предназначенных исключительно для личного использования, - 60 календарных дней.

Предпринятые меры по частичному обеспечению инвалида техническими средствами реабилитации не могут умалять права истца на своевременное обеспечение техническими средствами реабилитации, необходимыми ввиду состояния здоровья.

Предусмотренные законом варианты обеспечения инвалида техническими средствами реабилитации являются правом инвалида, тогда как на соответствующий государственный орган законом возложена обязанность по обеспечению инвалида необходимыми техническими средствами реабилитации.

Несоблюдение государственными органами, учреждениями нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Судом первой инстанции установлено, что  Бояркина Г.И.  была поставлена  на учет ОСФР по Ульяновской области  в качестве  нуждающейся  в обеспечении  техническими средствами реабилитации на основании заявления от 15 марта 2025 года.

Из материалов дела следует, что  по заявлению от 15 марта 2025 года в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида Бояркина Г.И. была обеспечена техническими средствами реабилитации (***) по направлению № *** от 24 апреля 2025 года на период с 28 апреля 2025 года по 26 июля 2025 года ***., что подтверждается актом приема-передачи № *** от 28 апреля 2025 года в рамках исполнения государственного контракта № *** от 09 декабря 2024 года (л.д.35).

В период с 27 июля 2025 года по 31 октября 2025 года Бояркина Г.И. необходимыми техническими средствами реабилитации обеспечена не была.

Согласно доводам ОСФР по Ульяновской области, изложенным в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе сформировать направление на обеспечение Бояркиной Г.И. необходимыми техническими средствами реабилитации в период с 27 июля 2025 года по 31 октября 2025 года не представилось возможным, в связи с отсутствие свободных единиц по действующего государственному контракту.

Соответствующее направление Бояркиной Г.И. было сформировано ОСФР по Ульяновской области только лишь 01 ноября 2025 года на основании государственного контракта № *** от 24 октября 2025 года (л.д. 34).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ОСФР по Ульяновской области нарушен установленный постановлением Правительства Российской Федерации от 07 апреля 2008 года №240 порядок обеспечения инвалида техническими средствами реабилитации.

Ссылка ОСФР по Ульяновской области в апелляционной жалобе на то, что непредставление технического средства реабилитации произошло по объективным, независящим от ответчика причинам, подлежат отклонению. Право истца на получение технического средства реабилитации не может ставиться в зависимость от обстоятельств, на которые указано в апелляционной жалобе. Иное означало бы отказ в защите нарушенных прав гражданина, что противоречит положениям Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству в области социальной защиты.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу приведенных правовых норм, по общему правилу обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда (как материального, так и морального вреда) являются противоправность поведения причинителя вреда, вина и причинно-следственная связь между названными действиями и причиненным вредом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из предназначения социального государства, механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, но не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое в том числе в виде обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

С учетом указанных требований закона, суд пришел к верному выводу о том, что бездействие ОСФР по Ульяновской области, выразившееся в несвоевременном  обеспечении инвалида полагающимися ему техническими средствами реабилитации, существенно нарушает личные неимущественные права истца, поскольку с учетом его индивидуальных особенностей, состояния здоровья, причиняет нравственные и физические страдания относительно непредоставления средств реабилитации, свидетельствует о социальной незащищенности инвалида и является основанием для компенсации морального вреда.

Меры социальной поддержки, предоставляемые в силу закона отдельным категориям граждан, направлены на создание им достойных условий жизни, поддержание их жизнедеятельности, сохранение их здоровья и в связи с этим на обеспечение достоинства их личности.

При таких обстоятельствах доводы жалобы о том, что требования истца о компенсации морального вреда вытекают из имущественных отношений, несостоятельны и подлежат отклонению.

Учитывая приведенные обстоятельства, характер имеющегося у Бояркиной Г.И. заболевания, нуждаемость инвалида в спорном техническом средстве реабилитации, его несвоевременное обеспечение указанным техническим средством реабилитации, период нарушенного права, степень вины ответчика, несвоевременно исполнившего возложенную законом обязанность, что повлекло нарушение прав истца как инвалида, гарантированных Конституцией Российской Федерации, а также принцип разумности и справедливости, необходимость соблюдения баланса интересов сторон, суд пришел к правильному выводу о компенсации истцу морального вреда в размере 8000 рублей.

Определенный судом первой инстанции размер морального вреда соответствует принципам разумности и справедливости и снижению не подлежит.

Ссылка в апелляционной жалобе на отсутствие причинно‑следственной связи между непредставлением технического средства реабилитации и моральными страданиями истца, не опровергают выводов суда о том, что в результате виновного бездействия ответчика истцу причинен моральный вред.

Доводы жалобы об обратном не могут быть приняты во внимание, так как они не основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Ссылка ответчика на иную судебную практику в обоснование своих доводов является несостоятельной, поскольку обстоятельства по каждому конкретному делу устанавливаются непосредственно при его рассмотрении, и решение принимается судом в соответствии с представленными доказательствами с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения.

В целом доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного решения, а по существу сводятся к иному толкованию действующего законодательства, иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, в связи с чем на законность и обоснованность состоявшегося судебного постановления не влияют.

При разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

В силу изложенного решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

решение Заволжского районного суда города Ульяновска от 13 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Заволжский районный суд города Ульяновска.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 мая 2026 года.