УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0004-01-2026-000161-67
Судья
Симанский С.В.
Дело № 33-3312/2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Ульяновск
07 июля 2026 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда в составе:
председательствующего Карабанова А.С.,
судей Лисовой Н.А., Шлейкина М.И.,
при секретаре Герасимове А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную
жалобу государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная
клиническая больница» на решение Заволжского районного суда города Ульяновска
от 15.04.2026 по гражданскому делу №2-510/2026, по которому постановлено:
исковые требования Хамлий Олега Николаевича к
государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская областная клиническая
больница» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с государственного учреждения
здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» (ИНН 7300000043) в
пользу Хамлий Олега Николаевича (паспорт ***) компенсацию морального в размере 500 000 руб., расходы на
оплату услуг представителя в размере 37 000 руб.
В удовлетворении
остальной части иска о компенсации морального вреда – отказать.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная клиническая
больница» (ИНН 7300000043) в пользу государственное казенное учреждение
здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы»
(ИНН 7328041593) расходы по производству экспертизы в размере 51 170 руб.
Взыскать с
государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная клиническая
больница» (ИНН 7300000043) в доход бюджета муниципального образования
«г.Ульяновск» государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Заслушав доклад судьи Лисовой Н.А., пояснения представителя государственного
учреждения здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница»
Борисовой О.К., поддержавшей доводы
апелляционной жалобы, Хамлий О.Н., его представителя Гвоздева А.В., возражавших
против доводов жалобы, заключение прокурора Хлебникова В.Ю., полагавшего решение
суда законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Хамлий О.Н. обратился в суд с иском к государственному
учреждению здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» (далее
ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница») о компенсации морального
вреда.
Требования мотивировал тем, что 18.12.2024 ему в ГУЗ «Ульяновская
областная клиническая больница» была проведена хирургическая операция ***. В
результате операции и последующего восстановительного лечения ненадлежащего
качества истцу был причинен вред в виде ***. Указанное болезненное состояние
привело к серьезным нарушениям функций всего оргазма, ухудшению качества жизни
истца. Ему требуется поддерживающее лечение и восстановительная операция. Истец
отмечает наличие ***. В результате недостатков оказанной медицинской помощи
истец испытывает физические и нравственные страдания.
Просил взыскать с ГУЗ «Ульяновская областная клиническая
больница» компенсацию морального вреда, причиненного вследствие некачественного
оказания медицинской помощи в размере 1 000 000 руб., расходы на оплату услуг
представителя в размере 37 000
руб.
Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих
самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Калегин Е.Е., Лисин В.К.
Рассмотрев по существу заявленные требования, суд принял
вышеприведенное решение.
В апелляционной жалобе ГУЗ «Ульяновская областная
клиническая больница» не соглашается с решением суда, считает его незаконным,
необоснованным, просит его отменить.
В обоснование жалобы указывает, что эксперты при проведении
судебно-медицинской экспертизы пришли к выводу, что медицинским учреждением
были допущены недостатки в оформлении медицинской документации и в диагностике.
О недостатках в диагностике, эксперты указывают объективные причины имевшиеся у
пациента, которые не позволили доктору определить степень влияния ***, а именно
- «***. Отмечает, что это объективные причины, а не вина оперирующего врача.
Суд же определяет это как недостаток оказания медицинской помощи, что не
соответствует выводам экспертов. Также обращает внимание, что экспертами не был
установлен факт некачественного оказания медицинской помощи.
Считает, что моральный вред истцу не причинен, так как дефекты
оказания медицинской помощи не допущены, согласно выводам экспертов, ***
является осложнением в послеоперационном периоде и не связана с оказанием
медицинской помощи в ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница». Просит
учесть, что в медицинском заключении приведены дефекты, которые состоят в
недостатках заполнения медицинской документации, носят формальный характер и не
могли повлиять на исход оказания медицинской помощи истцу.
Кроме того, полагает, что сумма морального вреда определена
судом без учета материалов дела, и не соразмерна допущенным дефектам оформления
медицинской документации.
Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в
отсутствие не явившихся третьих лиц Калегина Е.Е., Лисина В.К., извещенных о
месте и времени судебного разбирательства судом апелляционной инстанции
надлежащим образом.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции
рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях
относительно жалобы.
Выслушав представителя ГУЗ «Ульяновская областная
клиническая больница», истца Хамлий О.Н., его представителя Гвоздева А.В., обсудив
доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой
инстанции, с 2016 года у Хамлий О.Н. диагностировано ***, с 2017 года ***, в
2022 году выявлены признаки хронического ***
17.12.2024 Хамлий О.Н. обратился в плановом порядке в ***
отделение ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» с диагнозом «***», и
жалобами на периодическую ***. Со слов, считает себя больным длительное время,
лечился амбулаторно - без эффекта.
18.12.2024 Хамлий О.Н. проведено оперативное лечение: ***.
23.12.2024 Хамлий О.Н. был выписан с рекомендациями: ***.
26.12.2024, 28.12.2024, 10.01.2025, 13.01.2025, 16.01.2025,
03.02.2025, 04.03.2025, 02.07.2025, 03.09.2025 Хамлий О.Н. обращался в
различные медицинские учреждения с жалобами на ***.
Хамлий О.Н., ссылаясь на некачественное оказание ему ГУЗ «Ульяновская
областная клиническая больница» медицинской помощи, что привело к возникновению
послеоперационного осложнения, обратился в суд с настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из установления
факта некачественного оказания ГУЗ «Ульяновская
областная клиническая больница» медицинской помощи Хамлий О.Н., в результате чего пришел к выводу о том, что на ответчика должна быть возложена
обязанность по компенсации истцу причиненного морального вреда в размере 500 000
руб. по основаниям, предусмотренным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса
Российской Федерации.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой
инстанции, поскольку он основан на верном применении норм материального права,
соответствует фактическим обстоятельствам дела, собранным по делу
доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в соответствии со статьей 67
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Так, к числу основных прав человека Конституцией
Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41
Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях
здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств
соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1
статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым
нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья
граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 №
323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
В статье 4
Федерального закона т 21.11.2011 №
323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены
такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в
сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных
гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи;
ответственность органов государственной власти и органов местного
самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере
охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость
отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1,
2,
5
- 7 статьи 4
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан
в Российской Федерации»).
Медицинская
помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или)
восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;
пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое
обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него
заболевания и от его состояния (пункты 3,
9 статьи 2
Федерального закона от 21.11.2011 №
323-ФЗ «Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации).
В пункте 21
статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны
здоровья граждан в Российской Федерации определено, что качество медицинской
помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания
медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики,
лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения
запланированного результата.
Критерии
оценки качества медицинской помощи согласно части 2
статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах
охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам
заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания
медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций
(протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и
утверждаемых в соответствии с частью 2
статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным
федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские
организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут
ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за
нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью
при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или)
здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими
организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской
Федерации (части 2
и 3 статьи 98
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан
в Российской Федерации»).
Из
приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны
здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую
помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе
как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков
оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление
ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение
вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1
статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что
жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и
доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения,
свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные
нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона,
неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если
гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания)
действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на
принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях,
предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной
компенсации указанного вреда (часть 1
статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно
разъяснениям, изложенным в постановлении
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике
применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом
понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями
(бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу
закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права
(например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную
неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну,
честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых
отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу
передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно
распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и
профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и
гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану
здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на
защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право
авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора
результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные
права гражданина (абзац 3
пункта 1 названного постановления Пленума).
Исходя
из взаимосвязанных положений Конституции
Российской Федерации, статей 150,
151
Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред - это нравственные или
физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на
принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага,
перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ
относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том
числе путем оказания медицинской помощи.
В
соответствии с пунктом 1
статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и
размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами,
предусмотренными главой 59
(статьи 1064
- 1101
Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151
Гражданского кодекса Российской Федерации.
При
определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание
степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд
должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с
индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер
компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени
вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения
вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования
разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий
оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен
моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2
статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В
соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 25
- 28
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О
практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при
разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151,
1101
Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы
определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить
конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными
особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические
обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости,
соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие
мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном
постановлении.
Определяя
размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить,
какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению
личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на
принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между
действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными
последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых
им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом
с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут
быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких
страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует
принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и
нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер
родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления
таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного
воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда
(например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания,
унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также
поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда
вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия
причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и
степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью)
расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности,
необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего,
сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под
индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации
морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние
здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и
род занятий потерпевшего.
По
смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и
разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это
нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием),
посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона
нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми
условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются:
наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная
связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда,
вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию
вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности
его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из
этого правила установлены законом, в частности статьей 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между
противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как
последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные
нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда
влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных
страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер
причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между
противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не
предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя
вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Определение
размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный
характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих
исследованию и оценке судом, и по смыслу действующего правового регулирования
размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при
разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или
нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных
заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.
При
этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной
компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае
присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы
игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату,
создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Исходя из нормативных положений, регулирующих
отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую
помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том
числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи,
порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и
установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников
за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской
помощи.
На
медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия
своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий
(бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Поскольку
между сторонами возник спор о наличии или отсутствии допущенных ответчиком
дефектов, недостатков оказания медицинской помощи Хамлий О.Н., судом проведена
судебно-медицинская экспертиза, которая поручена экспертам ГКУЗ «Ульяновское
областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д. 92-113).
Согласно
заключению судебно-медицинской экспертизы № *** от 03.04.2026 при оказании
медицинской помощи Хамлий О.Н. в *** отделении ГУЗ «Ульяновская областная
клиническая больница» в период с 17.12.2024 по 23.12.2024 были допущены
недостатки в оформлении медицинской карты и в диагностике.
Так, по результатам первичного осмотра
Хамлий О.Н. лечащим врачом, при
установленном *** не указано изменение ее формы в соответствии с общепринятой в
России классификацией по АС. Лопатину и Г.З. Пискунову; не указана ***, что не позволяет, при наличии
иных возможных причин определить степень ***.
В
медицинской карте отсутствует предоперационный эпикриз, в котором должны быть
отражены: обоснование необходимости проведения оперативного вмешательства,
медицинские показания, планируемое оперативное вмешательство, планируемый вид
анестезиологического пособия, сведения о наличии информированного добровольного
согласия на оперативное вмешательство, часть из указанных сведений отражено в
протоколе операции. 
Лекарственный
препарат «***» (***) был назначен (согласно плану лечения) однократно за тридцать
минут до операции с целью профилактики кровотечения, согласно листу назначений
был отменен 23.12.2024, при этом отсутствуют отметки об исполнении назначения в
период с 19.12.2024 по 23.12.2024, в связи с чем установить, вводился ли данный
препарат пациенту в указанный период времени, не представляется возможным.
В медицинской
карте отсутствует дневниковые записи осмотра пациента лечащим (дежурным) врачом
после проведенного оперативного лечения 18.12.2024 и 19.12.2024.
В
дневниковых записях врачебных осмотров отсутствуют сведения о наименовании лекарственного
препарата, применяемого с целью ***.
Допущенный
при физикальном обследовании недостаток (не указана выраженность ***, что не
позволяет, при наличии иных возможных причин (***) определить степень влияния ***),
не позволяет исходя из объективных данных установить, было ли показано Хамлий
О.Н. хирургическое вмешательство на ***.
В
заключении судебно-медицинской экспертизы дано понятие ***, которое означает ***.
***.
Среди
методов хирургического лечения, указанных в Клинических рекомендациях «***»
(утверждены Минздравом России в 2025 году, на момент оказания медицинской
помощи Хамлий О.Н. в ГУЗ «Ульяновская
областная клиническая больница» с 17.12.2024 по 23.12.2024 – не действовали), ***
не значится (рекомендуется выполнение ***).
Наиболее
предпочтительным вмешательством при ***, безусловно, является ***, при которой ***
возникают значительно реже в сравнении со стандартной ***.
Эксперты
отмечают, что тяжелое течение данного заболевания и большие сложности
дальнейшего лечения, хирург при проведении коррекции *** не должен пренебрегать
мерами, направленными на профилактику развития ***. Даже незначительный сбой при проведении
операции в итоге может привести к осложненному течению послеоперационного
периода.
Послеоперационный
период у Хамлий О.Н. осложнился развитием неблагоприятного последствия
хирургического вмешательства (***) в виде ***, которая клинически проявляется
постоянным образованием ***.
При
этом, достоверно, исходя из объективных данных установить, явились ли причиной ***
технические ошибки, допущенные оперирующим врачом, либо она явилась
закономерным следствием хирургической травмы или неправильного
послеоперационного ухода, экспертам не представилось возможным.
У
комиссии нет достаточных оснований утверждать, что развившаяся у Хамлий О.Н. ***
явилась следствием недостатка, допущенного при оказании медицинской помощи.
В
данном случае, *** эксперты рассматривают как осложнение или неблагоприятное последствие
проведенного Хамлий О.Н. в ГУЗ «Ульяновская
областная клиническая больница» 18.12.2024 хирургического вмешательства - ***.
Течение
послеоперационного периода у Хамлий О.Н. также осложнилось развитием ***,
который в причинно-следственной связи с недостатками, допущенными при оказании
медицинской помощи в ГУЗ ««Ульяновская областная клиническая больница» в период
с 17.12.2024 по 23.12.2024, не состоит.
При
решение вопроса о необходимости оперативного лечения у взрослого населения при ***,
учитывается состояние пациента (данные инструментального и физикального
обследования), наличие жалоб на ***, влияющее на качество жизни, анамнез
заболевания и многократные неэффективные курсы консервативного лечения.
Определить, было ли показано проведение Хамлий О.Н.
18.12.2024 операции «***», экспертной комиссии не представляется возможным, так
как при физикальном обследовании пациента в ГУЗ «Ульяновская областная
клиническая больница» не была указана выраженность ***, вызванной ***, что
не позволяет, при наличии иных возможных причин (***) определить степень
влияния ***. Кроме того, по данным компьютерной томографии *** от 17.09.2022, ***
у Хамлий О.Н. частично ***, выявленное смещение незначительно, при отсутствии
сведений о выраженности ***, результаты компьютерной томографии не могут
являться и не являются в данном случае показанием для ***.
Указанное
заключение судебной экспертизы принято судом первой инстанции в качестве
допустимого и относимого доказательства по настоящему делу.
Оснований не доверять экспертному заключению не имеется,
поскольку экспертиза проведена на основании определения суда, в соответствии с
требованиями действующего законодательства, эксперты имеют соответствующую
квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо
ложного заключения. Заключение экспертов составлено без нарушений, содержит
ответы на все поставленные судом вопросы, выводы эксперта отражены достаточно
ясно, полно и внутренне согласуются с материалами дела.
Факт
ненадлежащего оказания медицинской помощи Хамлий О.Н. дефекты диагностики и
ведения медицинской документации подтверждается, заключением
судебно-медицинской экспертизы.
Вопреки
доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу
о том, что при оказании Хамлий О.Н. медицинских услуг ему не была должным
образом проведена диагностика, а именно при установленном *** не указано
изменение ее формы, не указана выраженность ***, что не позволило исходя объективных данных
установить, было ли показано
Хамлий О.Н. хирургическое вмешательство на ***, в медицинской карте
отсутствуют предопреционный эпикриз, дневниковые записи осмотра лечащим врачом
после проведенного оперативного лечения, сведения о наименовании лекарственного
препарата, применяемого с целью ***.
Кроме
того, ввиду наличия жалоб Хамлий О.Н. на ***, влияющее на качество жизни,
отсутствие эффекта от консервативного лечения, наличия ***, комиссия экспертов полагает,
что первоначально, в качестве первого этапа хирургического лечения, Хамлий О.Н.
могла быть выполнена ***). По истечению определенного времени, при сохранении
жалоб на ***, в качестве второго этапа хирургического лечения, Хамлий О.Н.
могла быть выполнена ***, которая является предпочтительней.
Ответчиком не
представлены достаточные доказательства,
подтверждающие отсутствие вины медицинского учреждения в допущенных
недостатках при оказании медицинской помощи истцу.
Между тем в соответствии
с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ именно на ГУЗ
«Ульяновская областная клиническая больница» лежит обязанность доказывания своей невиновности в ходе проведения
такого лечения и причинения физических и нравственных страданий (морального
вреда).
Таким образом, на ГУЗ
«Ульяновская областная клиническая больница» правомерно возложена обязанность по компенсации причиненного Хамлий О.Н. морального
вреда по основаниям, предусмотренным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса
Российской Федерации.
Определяя размер морального вреда – 500 000 руб., суд первой
инстанции исходил из характера причиненных истцу физических и нравственных
страданий, вызванных ненадлежащим качеством медицинской услуги, принял во
внимание допущенные нарушения при ее оказании, которые выразились в отсутствии
должной диагностики заболевания и ведения медицинской документации, обоснования
выбора хирургического способа лечения Хамлий О.Н., а также негативные эмоции
истца в виде переживаний за свое состояние здоровья, вину ответчика в оказании
пациенту некачественной медицинской помощи. При этом, ухудшение состояния
здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в
том числе по причине дефектов ее оказания (диагностики, оформления медицинской
документации), причиняет страдания, то есть причиняет вред самому пациенту, что
является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Оснований
для большего уменьшения денежной компенсации морального вреда у судебной
коллегии не имеется.
Судебная
коллегия отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает
возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному
подсчету. Такая компенсация производится с целью смягчения
эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем должна
отвечать признакам справедливости и разумности.
Определение
размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный
характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих
исследованию и оценке судом, и по смыслу действующего правового регулирования
размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при
разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или
нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных
заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.
Если
суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее
сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение
чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование
требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у
потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Несогласие ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» с
размером компенсации морального вреда само по себе не влечет отмену либо
изменение принятого судебного решения, поскольку определение характера и
степени причиненного морального вреда относится к исключительной компетенции
суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела.
Денежная
компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. позволяет возместить
причиненный моральный вред, восстановить нарушенное право истца, отвечает
принципам разумности и справедливости, учитывает баланс интересов сторон.
С
учетом положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации, результата рассмотрения спора, с ответчика в пользу истца правомерно
взысканы расходы по оплате услуг представителя, а также возложены расходы по
проведению судебно-медицинской экспертизы.
Приведенные
доводы апелляционной жалобы не содержат каких-либо обстоятельств, которые не
были предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного
постановления, а по существу сводятся к иному толкованию действующего
законодательства, иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и
установленных обстоятельств, в связи с чем на законность и обоснованность
состоявшегося судебного акта не влияют.
В
силу изложенного решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной
жалобы не подлежит.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Заволжского районного суда г.Ульяновска от 15.04.2026
оставить без изменения, а апелляционную жалобу государственного учреждения
здравоохранения «Ульяновская областная клиническая больница» - без
удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном
порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех
месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения по
правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации, через Заволжский
районный суд г.Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 16.07.2026.
