УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0021-01-2026-000090-58
Судья Шестаева Н.И. Дело
№33-3219/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О
Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
21 июля 2026
года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда в составе:
председательствующего Власовой Е.А.,
судей Кузнецовой Э.Р., Гобузова Д.С.,
при секретаре Пугачевой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную
жалобу акционерного общества «Д2 Страхование» на решение Сенгилеевского
районного суда Ульяновской области от 08 апреля 2026 года по гражданскому делу № 2-1-117/2026, по
которому постановлено:
в удовлетворении исковых
требований акционерного общества «Д2 Страхование» к Беловой Надежде
Александровне, Беловой Нине Ивановне, Межрегиональному территориальному
управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в
Республике Татарстан и Ульяновской области, администрации МО Елаурское сельское
поселение Сенгилеевского района Ульяновской области, акционерному обществу
«Экспобанк» о признании договора страхования №
*** от 07.02.2024 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде
возврата страховой премии, взыскании
судебных расходов, отказать.
Заслушав доклад судьи Власовой
Е.А., пояснения представителя ответчика Беловой Н.А. – Полякова А.Н.,
возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
акционерное общество «Д2
Страхование» (АО «Д2 Страхование») обратилось в суд с иском к Беловой Н.А.,
Беловой Н.И. о признании договора страхования недействительным и применении
последствий недействительности сделки в виде возврата страховой
премии.
Требования мотивированы тем,
что 07.02.2024 между Б*** В.А. и АО «Д2 Страхование»
был заключен договор (полис) страхования № ***
на добровольной основе посредством акцепта страхователем публичной оферты о
заключении договора страхования
«Финансовая защита 1.0».
Срок действия договора
страхования с 07.02.2024 по 06.02.2026. Страховая премия в размере 34 580
руб. была оплачена страхователем Беловым
В.А.
31.10.2024 Белов В.А. умер.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 23.12.2024,
причиной смерти Б*** В.А. явился ***. В соответствии с медицинской картой Б***
В.А. № 26965 от 27.02.2013 ГУЗ «Сенгилеевская РБ» на момент заключения договора
Б*** В.А. состоял на диспансерном учете с диагнозами, заболевания по которым
включены в Перечень социально значимых заболеваний, утвержденным Постановлением
Правительства РФ от 01.12.2004 № 715.
Следовательно, Б*** В.А. знал или должен был знать, что у него
диагностированы заболевания из указанного перечня, о чем не было сообщено
страховщику, что является нарушением пункта
3.4 договора страхования.
В силу нарушения страхователем Б*** В.А. условий договора страхования
данный договор (полис) страхования № *** от 07.02.2024 должен быть признан
недействительным по причине представления страхователем заведомо ложных
сведений.
Истец просил признать недействительным договор (полис) страхования № *** от 07.02.2024,
заключенный между АО «Д2 Страхование» и Б*** В.А., применить последствия
недействительности сделки в виде возврата АО «Д2 Страхование» в солидарном порядке в
пользу Беловой Н.А., Беловой Н.И. страховой премии в размере 34 580 руб.,
а также взыскать в солидарном порядке с Беловой Н.А., Беловой Н.И. в пользу АО
«Д2 Страхование» расходы по уплате государственной пошлины в размере
20 000 руб.
Судом к участию в
деле в качестве соответчиков были привлечены Межрегиональное территориальное
управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в
Республике Татарстан и Ульяновской области, администрация МО Елаурское сельское
поселение Сенгилеевского района Ульяновской области, АО «Экспобанк», в качестве
третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета
спора, привлечен
ПАО Сбербанк.
Рассмотрев заявленные требования по существу, суд постановил
приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе АО «Д2 Страхование» просит его
отменить решение суда, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых
требований в полном объеме.
В обоснование жалобы ссылается на незаконность и
необоснованность вынесенного по делу решения, неправильное определение
обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда
фактическим обстоятельствам дела.
Указывает, что судом неправильно применены положения статьи
944 ГК РФ. Страхователь подтвердил, что на момент подписания договора
страхования у него отсутствуют диагностированные социально значимые заболевания
и сердечнососудистые заболевания, согласился с тем, что за предоставление им
недостоверных сведений и сокрытых фактов, договор страхования будет являться
незаключенным. Вместе с тем, судом было установлено, что на момент наступления
смерти у Б*** В.А. имелось и было диагностировано сердечнососудистое
заболевание.
Судом неправильно применен пункт 19 Постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 №19 «О применении судами
законодательства о добровольном страховании имущества». Считает неверным вывод суда о том, что
страховщик не может требовать признания договора недействительным, если
обстоятельства, о которых страхователь умолчал, уже отпали и не привели к
наступлению страхового случая.
Настаивает на том, что договор страхования должен быть
признан недействительным, поскольку сообщение заведомо недостоверных сведений о
состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного
страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а
также для признания такого договора недействительным. Судом не принято во внимание,
что страховщик был введен в заблуждение посредством предоставления заведомо
ложных сведений.
Страховщик, вступая с Беловым В.А. в договорные отношения по
страхованию, полагался на добросовестность страхователя и недопущение им
злоупотребления своими правами, которое повлекло нарушение прав страховщика.
Страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения о
состоянии своего здоровья посредством намеренного умолчания об обстоятельствах,
о которых он должен был сообщить правдиво при той добросовестности, какая от
него требовалась по условиям гражданского оборота. Полагает, что судом не
принято во внимание, что договор был заключен под влиянием обмана.
Также отмечает, что проведение обследования состояния
здоровья застрахованного лица до заключения договора страхования является
правом, а не обязанностью страховщика.
Таким образом, суд первой инстанции не дал правовой оценки
перечню социально значимых заболеваний, указанному в пункте 3.4 договора,
являющимся одним из существенных условий договора.
В судебное заседание
не явились представитель истца АО «Д2 Страхование», ответчики Белова Н.А.,
Белова Н.И., представители ответчиков Межрегионального территориального
управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в
Республике Татарстан и Ульяновской области, администрации МО Елаурское сельское
поселение Сенгилеевского района Ульяновской области, АО «Экспобанк»,
представитель третьего лица ПАО
Сбербанк, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом (т.2
л.д.112-118).
Судебная коллегия
определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в
деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства надлежащим
образом.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского
процессуального кодекса российской Федерации (ГПК РФ) суд апелляционной
инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной
жалобе, возражениях на апелляционную жалобу.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной
жалобы, выслушав участника процесса, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела
следует, что 07.02.2024 между Б***
В.А. и АО «Д2 Страхование» был заключен договор страхования №*** посредством
акцепта страхователем публичной оферты о заключении договора (полиса)
страхования «Финансовая защита 1.0» (т.1 л.д.11-12).
Срок действия договора
страхования с 07.02.2024 по 06.02.2026, страховая премия составила 34 580
руб. и была оплачена страхователем Б*** В.А. в полном объеме. Страховая сумма
определена в размере 455 000 рублей (т.1 л.д. 10, 11-12, 23).
В
соответствии с пунктом 3.4 договора страхования, страхователь подтверждает, что
на дату подписания настоящего договора (полиса) страхования у него отсутствуют
диагностированные социально значимые заболевания согласно Перечню социально
значимых заболеваний, утвержденному Постановлением Правительства РФ от
01.12.2004 № 715, цирроз печени и
сердечно-сосудистые заболевания.
Страхователь
подтверждает и согласен, что страховщик вправе отказать в страховой выплате,
если событие наступило вследствие заболевания, указанного в перечне, цирроза
печени, сердечно-сосудистого заболевания, диагностированного у него до
заключения договора (полиса) страхования, в отношении которого при заключении
договора (полиса) страхования он сообщил ложные сведения.
Также,
страхователь понимает и согласен с тем, что если им приведены ложные
(недостоверные) сведения, сокрыты факты, то договор страхования является
незаключенным (п. 3.5).
В
соответствии с пунктом 2.1 договора страхования от 07.02.2024 и пунктом 6.2.1 оферты, страховым случаем является, в том числе смерть застрахованного
лица или установление застрахованному лицу инвалидности 1 (первой), II (второй)
группы, в том числе в результате болезни.
Одновременно с заключением договора страхования, Б***
В.А. 07.02.2024 заключил с
АО «Э***к» кредитный договор, по условиям которого, заемщику был предоставлен
кредит в сумме 489 580 руб. сроком до 07.02.2029 под 34,4% годовых (т. 1 л.д.
153-155).
Согласно
записи акта о смерти от 06.11.2024 Б*** В.А. *** умер, причина смерти
указана: *** (т. 1 л.д.137).
Согласно
заключению эксперта (судебно-медицинской экспертизы трупа) Тереньгульского
межрайонного отделения Ульяновского областного бюро судебно-медицинской
экспертизы № 105 от 23.12.2024, причиной смерти Б*** В.А. явился ***, при
экспертизе в крови этиловый и метиловый спирты не обнаружены (т. 1 л.д.
173-187).
Из наследственного дела к имуществу Б*** В.А. следует,
что наследником, обратившимся с
заявлением о принятии наследства, является его мать - Белова Н.И. Супруга Б***
В.А. - Белова Н.А. срок для принятия наследства
пропустила и фактически в наследство не вступала, что следует из ее
заявления (т. 1 л.д. 111-125).
В
соответствии с медицинской картой Б*** В.А. № *** от 27.02.2013, выданной ГУЗ «Сенгилеевская РБ», Белов В.А. обращался
за медицинской помощью со следующими
диагнозами: *** (т. 1 л.д. 65-66).
Обращаясь в суд с иском о признании договора страхования
недействительным, истец ссылался на то, что до заключения договора страхования ***
В.А. страдал заболеваниями, о которых не сообщил страховщику при заключении
договора, которые в последствии стали причиной его смерти.
Согласно заключению медицинской экспертизы (т.2
л.д.21-42), проведенной по гражданскому делу №*** по иску АО «Экспобанк» к Беловой Н.А., Беловой Н.И., Межрегиональному
территориальному управлению Росимущества в Республике Татарстан и Ульяновской
области, МУ администрации МО Елаурское сельское поселение Сенгилеевского района
Ульяновской области о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении
взыскания на заложенное имущество, у Б*** В.А. до 07.02.2024 были
диагностированы и имелись по состоянию на 07.02.2024 следующие хронические
заболевания: *** диагностирована
15.06.2015.
Учитывая
результаты судебно-медицинской экспертизы трупа, комиссия полагает, что по состоянию на 07.02.2024 у Б*** В.А.
также имелись следующие заболевания: ***
Резюмируя
вышеизложенное, комиссия пришла к
выводу, что причиной смерти Белова В.А. явилась ***.
Согласно
представленной медицинской документации, данное заболевание у Б*** В.А. при
жизни выявлено не было, т.е. диагностировано посмертно по результатам судебно-
медицинской экспертизы трупа.
Учитывая
отсутствие деструктивных осложнений, комиссия указала, что смерть Б*** В.А.
могла наступить в срок около 2-5-ти суток с начала заболевания (***).
Согласно
представленной медицинской документации, Б*** В.А. было диагностировано и
имелось на момент наступления смерти 31.10.2024
***, диагностировано с 2015 года.
Такие
заболевания, как инсульт, инфаркт миокарда или мозга, заболевания крови и
кроветворных органов, злокачественные заболевания, меланомы, любые
гиперкератозы или базально-клеточные карциномы кожи, туберкулез, сахарный
диабет, цирроз печени, терминальная почечная недостаточность, «гепатит С»,
любые заболевания, связанные с ВИЧ- инфекцией или СПИДом, инфекционные
заболевания, независимо от причины заражения, пищевая интоксикация, причины,
прямо или косвенно вызванные нервным или психическим заболеванием, параличи,
эпилептические припадки у Белова В.А. диагностированы не были.
В
представленной медицинской документации имеются сведения об однократном
обращении ***. к врачу-терапевту 09.04.2015 с жалобами на *** и установлен код
заболевания в соответствии с МКБ-10 F51.0.
В МКБ-10
для *** предусмотрены следующие коды: G47.0
- нарушения засыпания и поддержания сна (***) - относится к болезням нервной системы, может быть
диагностирована врачом - неврологом или терапевтом; F51.0 - *** неорганической
этиологии - относится к психическим расстройствам и расстройствам поведения,
может быть диагностирована только врачом- психиатром.
Таким
образом, врачом - терапевтом основываясь лишь на жалобе Б*** В.А. на плохой
сон, диагноз «***» не обоснованно был отнесен к психическим расстройствам и
расстройствам поведения, возможно, по причине неверного кодирования по МКБ-10
(вместо G47.0 указан F51.0).
Кроме того,
в медицинской документации отсутствуют сведения о последующих обращениях Б***
В.А. за медицинской помощью по поводу «***», т.е. определить, имелось ли данное
заболевания по состоянию на 07.02.2024 и 31.10.2024, не представляется
возможным.
По
результатам консультаций Б*** В.А. врачом-психиатром какие-либо заболевания (психические расстройства) ему
диагностированы не были.
Согласно
литературным данным, основными причинами развития ***а являются патология ***.
В
представленной медицинской документации имеются сведения о факте оказания Б***
В.А. медицинской помощи 29.05.2014 по поводу острой *** (код заболевания по МКБ-10: F10.0).
В то же
время, по результатам осмотров его врачом психиатром-наркологом синдром
зависимости, вызванный употреблением алкоголя, который мог бы явиться
основанием для установления ***, диагностирован Б*** В.А. не был.
При судебно-медицинской
экспертизе трупа Б*** В.А. не было выявлено патологии *** которая могла бы
явиться причиной острого панкреатита.
Вирусная
этиология *** при жизни *** В.А. не была установлена. ***, сам по себе, не мог
явиться причиной острого панкреатита.
Диагностированные
Б*** В.А. заболевания, перечисленные в вопросе - ***а (диагностированные в период с 2015 по 2019 годы) не могли явиться
причиной развития у него в октябре 2024 года тяжёлой формы ***.
С учетом
вышеизложенного, исходя из объективных данных, достоверно установить причину
развития тяжёлой формы ***, явившегося причиной смерти Б*** В.А., не
представляется возможным.
Разрешая
исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей
179, 309, 310, 421, 934, 940, 942, 944
Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), Закона Российской Федерации
от 27.11.1992 №1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»,
разъяснениями, данными в пункте 10 Обзора практики рассмотрения судами споров,
возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением кредита,
утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, оценив
представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, с учетом заключения
судебной медицинской экспертизы, установив, что смерть страхователя Б*** В.А.
наступила не вследствие заболевания, указанного в перечне социально значимых заболеваний, *** и
диагностированная у него 15.06.2015 *** не была причиной развития у него в октябре 2024 года
тяжелой формы ***, явившегося причиной смерти *** В.А., пришел к выводу об
отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.
Разрешая
спор, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела,
закон, подлежащий применению к спорным правоотношениям, руководствуясь которым,
пришел к верному выводу об удовлетворении иска.
Вывод
суда мотивирован, оснований не соглашаться с ним судебная коллегия не
усматривает.
Согласно
пункту 1
статьи 2 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 №4015-I «Об организации страхового дела в
Российской Федерации» (Закон об организации страхового дела) страхование -
отношения по защите интересов физических и юридических лиц при наступлении
определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых
страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за
счет иных средств страховщиков.
Основания
освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961,
963,
964
ГК РФ.
В
силу пункта 1
статьи 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь
обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие
существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая
и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти
обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными
признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные
страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в
его письменном запросе.
Согласно
пункту 2
статьи 944 ГК РФ, если договор страхования заключен при отсутствии ответов
страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может
впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным
на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены
страхователем.
В
соответствии с пунктом 3
статьи 944 ГК РФ страховщик вправе требовать признания договора
недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2
статьи 179 Кодекса, если после заключения договора страхования будет
установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об
обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности
наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
Из
содержания пункта 3
статьи 944 ГК РФ следует, что недействительность договора является
последствием субъективного поведения страхователя.
При
этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (ст. 179
ГК РФ) является именно наличие умысла страхователя.
Факт
сообщения страхователем о состоянии здоровья при заключении договора, которое
не явилось причиной страхового случая, не является юридически значимым и не
дает страховщику правовых оснований для заявления требования о признании
договора недействительным в порядке статьи 944
ГК РФ.
Бремя
доказывания факта сообщения страхователем заведомо ложных сведений и их
существенного значения лежит на страховщике (статья 56 ГПК РФ).
Отказывая в
удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из
того, что в данном случае между наступлением смерти Б*** В.А. и имевшейся у нее
*** не усматривается причинно-следственная связь.
Судом
установлено, что страховой случай наступил не вследствие заболевания,
указанного в перечне социально значимых заболеваний, ***
Причиной
смерти Белова В.А. явилась тяжелая форма ***.
Данное
заболевание у Белова В.А. при жизни выявлено не было, диагностировано посмертно
по результатам судебно-медицинской экспертизы трупа.
Вопреки
доводам жалобы, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что
страховщик не воспользовался своим правом, предоставленным пунктом 2
статьи 945 ГК РФ, на обследование страхуемого лица для оценки
фактического состояния здоровья страхователя.
Согласно
статье 9
Закона об организации страхового дела страховым риском является предполагаемое
событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие,
рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками
вероятности и случайности его наступления.
Страховым
случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования
или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести
страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или
иным третьим лицам.
Таким
образом, бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике,
который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей
проверки состояния здоровья страхуемого лица, выявления обстоятельств, влияющих
на степень риска.
Согласно
положениям статьи 10
ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений судебная
коллегия учитывает, что страховщик является лицом, осуществляющим
профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, и вследствие этого
осведомлен в определении факторов риска.
Договор
страхования может быть признан недействительным при доказанности факта заведомо
ложного сообщения сведений о состоянии здоровья, а также при доказанности того,
что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное
значение для определения вероятности наступления страхового случая.
Кроме
того, статьей 10
Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей»
на исполнителя возлагаются дополнительные обязанности по предоставлению
потребителю в доступной форме необходимой и достоверной информации об услуге,
обеспечивающей возможность правильного ее выбора.
Материалы дела не содержат
доказательств тому, что *** В.А. имел умысел на сокрытие каких-либо данных о
наличии у него заболеваний. Страхователь Б*** В.А., не обладая специальными
познаниями, подписал договор страхования, в котором имелась лишь фраза об
отсутствии у него социально значимых заболеваний и сердечнососудистых заболеваний
без указания конкретных
заболеваний.
При этом, в Перечень социально
значимых заболеваний, утвержденный постановлением Правительства РФ от
01.12.2004 №715 входят заболевания: туберкулез (А 15 - А 19); инфекции,
передающиеся преимущественно половым путем (А 50 - А 64); гепатит В (В 16; В 18.0; В 18.1; В 17.1);
гепатит С (В 18.2); болезнь, вызванная вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) (В
20 - В 24); злокачественные новообразования (С 00 - С 97); сахарный диабет (Е
10 - Е 14); психические расстройства и расстройства поведения (F 00 - F 99);
болезни, характеризующиеся повышенным кровяным давлением (I 10 - I 13.9).
Доказательства доведения указанной
информации до страхователя в материалах дела отсутствуют.
Страховщиком не представлены доказательства прямого умысла
страхователя на совершение обмана, имеющего значение для определения
вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его
наступления.
Учитывая
приведенные положения законодательства и условия заключенного договора
страхования, в том числе заключение судебной медицинской экспертизы, согласно которой диагностированные у
застрахованного лица до заключения договора страхования заболевания не состоят
в причинно-следственной связи с его смертью, которая наступила не вследствие
заболевания, указанного в перечне социально значимых заболеваний, цирроза
печени либо сердечно-сосудистого заболевания,
суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований
для признания договора страхования недействительным.
Доводы апелляционной жалобы не содержат
обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, а по существу
сводятся к иному толкованию действующего законодательства, иной субъективной
оценке исследованных доказательств и установленных обстоятельств, в связи с чем
на законность и обоснованность состоявшегося судебного постановления не
влияют.
С учетом вышеизложенного, принятое по делу
решение суда отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Руководствуясь ст. 328 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение
Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 08 апреля 2026 года
оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Д2
Страхование» - без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Сенгилеевский
районный суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение
изготовлено 31.07.2026.
