УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0006-01-2026-000138-30
Судья Зотова
Л.И. Дело
№ 33-3881/2026
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 04
августа 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Герасимовой Е.Н.,
судей Карабанова
А.С., Лисовой Н.А.,
при секретаре
Спиридоновой М.А.,
рассмотрела в
открытом судебном заседании апелляционную жалобу Куприянова Владислава
Александровича на решение Барышского городского суда Ульяновской области от 29
апреля 2026 года по гражданскому делу № 2-133/2026, по которому постановлено:
Исковые требования
Куприянова Владислава Александровича (***) к государственному учреждению здравоохранения «Барышская районная
больница» (ОГРН 1027300515747) о взыскании в счёт компенсации морального
вреда в размере 1 500 000 рублей, и расходов по оплате
государственной пошлины в размере 3000 рублей оставить без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Герасимовой Е.Н., заключение прокурора Чемаровой
А.А., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Куприянов В.А. обратился в суд с иском к
государственному учреждению здравоохранения
«Барышская районная больница» (далее - ГУЗ «Барышская РБ») о взыскании компенсации морального
вреда, расходов по оплате государственной пошлины. В обоснование иска указал,
что 26.08.2024 он был
госпитализирован в ГУЗ «Барышская РБ» с диагнозом «***», находился в сильном алкогольном
опьянении, в отделении реанимации был зафиксирован к койке специальными
ремнями. Вместе с тем, как ему стало известно позже, примерно в 22 час. 45
мин., находясь один в палате № 2 реанимационного отделения ГУЗ
«Барышская РБ» он, освободившись от
специальных креплений, упал с
высоты пятого этажа, получив при этом серьезные телесные повреждения
- ***. Указанные телесные повреждения относятся к категории тяжкого вреда
здоровью человека. Сотрудники данного отделения не в полной мере выполнили свои
должностные обязанности, оставили его без наблюдения, что привело к тяжким для него последствиям по
неосторожности. Он не пытался покончить жизнь самоубийством, и никто не
совершал в отношении него преступлений, предусмотренных статьями 110 и 110.1
Уголовного кодекса Российской Федерации. До настоящего времени он плохо себя
чувствует, испытывает нравственные и физические страдания. С
учетом принципа разумности и справедливости, а также принимая во внимание
тяжесть причиненных телесных повреждений, которые привели к получению
инвалидности *** группы в молодом возрасте, просил взыскать с ответчика
денежную компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, а также в
счёт возмещения судебных расходов 3000 рублей.
Суд привлек к участию в деле в качестве третьих
лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,
Федорову С.А., Шамраева А.В. и, рассмотрев заявленные требования по существу,
принял приведенное выше решение.
В апелляционной
жалобе Куприянов В.А. просит отменить решение суда, принять по делу новое
решение, которым удовлетворить его требования в полном объеме. В обоснование жалобы ссылается на доводы,
аналогичные доводам, изложенным в иске. Считает, что травмы были получены по
причине осуществления ненадлежащего ухода (наблюдения) за ним в период лечения.
Факт его (истца) халатного отношения к своему здоровью в процессе судебного
разбирательства не доказан. Суд вправе
снизить размер компенсации с учетом грубой неосторожности потерпевшего, но суд
отказал ему в иске, при этом не дал надлежащую оценку обстоятельствам дела.
Полагает, что имеет место косвенная причинно-следственная связь между
медицинскими услугами со стороны ответчика и наступившими у него тяжкими
последствиями. Настаивает на отсутствии по делу доказательств того, что он сам
выпрыгнул из окна вниз осознанно.
Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие
участников процесса, извещенных о времени и месте судебного разбирательства
судом апелляционной инстанции надлежащим образом.
В соответствии с ч.
1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в
апелляционной жалобе.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к
следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела,
26.08.2024 в ГУЗ
«Барышская РБ» был
госпитализирован Куприянов В.А. с диагнозом «***», который помещен в палату № 2 реанимационного
отделения.
Согласно акту внутреннего
расследования ГУЗ «Барышская РБ» от 05.06.2025
Куприянов В.А. при поступлении жалоб не предъявлял, сознание было
угнетено до сопора. В отделении анестезиологии и реанимации он получал дезинтоксикационную
терапию. 26.08.2024 в 22 час. 45 мин. Куприянов В.А. выпрыгнул из окна с пятого
этажа, упал на козырек крыши, получив тяжелую *** травму. После падения
Куприянову В.А. была оказана экстренная помощь, он был поднят в реанимационное
отделение. После дообследования стабилизации состояния пациент был переведен
для дальнейшего лечения санавиацией в ГУЗ «Ульяновский областной центр
специализированных видов медицинской помощи» (л.д.71).
Согласно выписному
эпикризу ГУЗ «Ульяновский областной центр специализированных видов медицинской
помощи имени заслуженного врача России Е.М. Чучкалова» Куприянов В.А. находился
на стационарном лечении в данном учреждении с 27.08.2024 по 24.09.2024 с
диагнозом: «***» (л.д. 18-20).
16.05.2025 Куприянову
В.А. впервые была установлена *** группа инвалидности по общему заболеванию на
срок до 04.05.2026 (л.д. 16-17).
Постановлением
следователя Барышского межрайонного следственного отдела следственного
управления Следственного комитета Российской Федерации по Ульяновской области
от 09.10.2024 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении
преступлений, предусмотренных ст. 110, ст. 110.1 Уголовного кодекса Российской
Федерации, по факту покушения на самоубийство Куприянова В.А. на основании п. 1
ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за
отсутствием события преступления (л.д. 29-32).
Постановлением УУП ОУУП и
ПДН МО МВД России «Барышский» от 17.07.2025 отказано в возбуждении уголовного
дела в отношении медицинского персонала ГУЗ «Барышская РБ» по ч. 2 ст. 118
Уголовного кодекса Российской Федерации за отсутствием в их деянии состава
данного преступления (л.д. 26-28).
Куприянов В.А., ссылаясь
на то, что вред его здоровью был причинен в результате ненадлежащих действий
ГУЗ «Барышская РБ» при оказании ему медицинской помощи, обратился в суд с
настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой
инстанции на основании анализа и оценки собранных по делу доказательств,
руководствуясь законом, подлежащим применению к спорным правоотношениям, пришел
к верному выводу об отказе в иске.
Вывод суда мотивирован,
оснований не соглашаться с ним судебная коллегия не усматривает.
Статьей 150
Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная
неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность
частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода
передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина,
авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или
в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Как указано в ст.
151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные
страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо
посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других
случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность
денежной
компенсации указанного вреда.
При определении
размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины
нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также
учитывать степень физических и нравственных страданий,
связанных с индивидуальными особенностями
гражданина, которому причинен вред.
По общему правилу,
установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный
личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу
юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 1 ст.
1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.
Если грубая
неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или
увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя
вреда размер возмещения должен быть уменьшен (п.2 ст. 1083).
В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского
законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие
причинения вреда жизни или здоровью» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1
и 2 статьи 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда
возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей
вины.
Установленная статьей 1064
Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда
предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам
ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья
или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате
дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного
вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда
или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно разъяснениям, данным в п. 1
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33
«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее –
постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33),
под моральным вредом понимаются
нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием),
посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона
нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например,
жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность,
неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя,
тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и
иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора
места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими
способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в
условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение
родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь,
право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления,
высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право
автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата
интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права
гражданина.
В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что обязанность компенсации
морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии
предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры
гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных
страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда;
причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным
вредом; вины причинителя вреда (статьи 151,
1064,
1099
и 1100
Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации
морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав
либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что
ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти
нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда
предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается
лицом, причинившим вред (пункт 2
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Наличие причинной связи между противоправным
поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями
нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные
блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло
наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий
потерпевшего (п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 15.11.2022 № 33).
В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что по общему правилу, ответственность
за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1
статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям п. 48 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, медицинские
организации, медицинские и фармацевтические работники государственной,
муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за
нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или)
здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему
ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред,
причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19
и части 2,
3 статьи 98
Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан
в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального
вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи,
суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании
медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его
своевременного и квалифицированного обследования в целях установления
правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного
процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам
оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения),
повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность
проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли
выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению
состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к
нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность
доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее
оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской
помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах
такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также
отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной
организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную
помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не
только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания
правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение
морального вреда.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для
взыскания с ответчика компенсации морального вреда в связи с отсутствием
причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских
работников и причинением истцу повреждений.
В апелляционной
жалобе Куприянов В.А. указывает, что он поступил в больницу и находился там в состоянии
сильного алкогольного опьянения, в словесный контакт не вступал.
Вместе с тем,
материалами дела подтверждено, что в состояние сильного алкогольного опьянения,
повлекшее диагноз «***», Куприянов В.А. привел себя самостоятельно и осознанно.
Из содержания
постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.10.2024, изложенных
в нем объяснений К*** (матери Куприянова В.А.), следует, что 26.08.2024
Куприянов В.А. ушел из дома, оставив записку для матери следующего содержания:
«***». Мать позвонила Куприянову В.А. и по его голосу поняла, что он находится
в состоянии алкогольного опьянения. Мать нашла сына на улице, он лежал в
противопожарной траншее, был без сознания, в состоянии сильного алкогольного
опьянения, рядом с ним лежала пустая бутылка водки объемом 0,5 литра. Затем
Куприянов В.А. был доставлен в больницу.
Согласно Положению
об отделении анестезиологии-реанимации ГУЗ «Барышская РБ» отделение в числе
прочих функций определяет показания для лечения пациентов в отделении; проводит
интенсивное лечение при угрожающих жизни состояниях у пациентов, поступающих из
отделений по профилю заболевания пациента медицинской организации или
доставленных в медицинскую организацию (л.д. 68-69).
Из должностной
инструкции заведующего отделением анестезиологии и реанимации ГУЗ «Барышская
РБ» следует, что обязанности заведующего связаны с оказанием медицинской помощи
пациентам, равно как и обязанности врача анестезиолога-реаниматолога (л.д.
91-92, 93-94).
В обязанности
медицинской сестры-анестезиста входит в том числе осуществление непрерывного
контроля (мониторинга) и оценки состояния пациента во время анестезии и
интенсивного лечения (л.д. 95-97).
Как установил суд, за Куприяновым В.А.
осуществлялся непрерывный контроль со стороны медицинской сестры Федоровой
С.А., которая постоянно находилась
в палате, где лежал Куприянов В.А., зафиксированный к койке с
использованием специализированных медицинских ремней. Она периодически
подходила к Куприянову В.А., следила за показаниями приборов, к которым он был
подключен, а также осматривала его визуально. Именно она, заметив, что
Куприянов В.А. развязал свою левую руку, подбежала к нему, чтобы вновь
зафиксировать руку, но не смогла одна этого сделать, поскольку Куприянов В.А.
дважды оттолкнул её от себя, то есть оказал сопротивление. Осознав, что у неё
не хватит сил с ним справиться, медсестра выбежала в коридор, стала кричать,
звать на помощь. После чего вернулась в палату с санитаркой отделения З***
, однако Куприянов В.А. уже находился на подоконнике и выпрыгнул из окна.
Фактические
обстоятельства дела свидетельствуют об отсутствии в действиях сотрудников
ответчика вины в причинении вреда здоровью Куприянова В.А.
В своих объяснениях
от 07.10.2024, которые Куприянов В.А. давал в ходе проведения проверки органами
следствия, он не смог объяснить причины своего поступка, не исключил, что сам
выпрыгнул из окна, хотел привлечь внимание своей мамы (л.д. 62-63).
Поведение Куприянова В.А., находившегося в
состоянии алкогольного опьянения и нарушившего правила пребывания в медицинском
учреждении, являются основанием для освобождения ГУЗ «Барышская РБ» от
ответственности за причинения вреда его здоровью и в силу положений ст. 1098
Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой исполнитель услуги
освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник
вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил
пользования результатами услуги.
Оценивая поведение
Куприянова В.А., выпрыгнувшего из окна 5 этажа больницы, суд первой инстанции
обосновано принял во внимание обстоятельства, которые имели место в жизни
Куприянова В.А. ранее, а именно его попытку суицида в январе 2023 года, когда
он, находясь дома у бабушки, нанес себе порезы в области кистей обеих рук, о
чем указано в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от
16.01.2023 (л.д. 167).
Приведенные
обстоятельства опровергают доводы жалобы истца об отсутствии доказательств
халатного отношения к своей жизни и здоровью.
Доводы жалобы истца были
предметом исследования суда первой инстанции, направлены на иную оценку
собранных по делу доказательств, оснований для чего судебная коллегия не
усматривает.
Обстоятельства дела
исследованы судом с достаточной полнотой, всем представленным доказательствам
дана надлежащая правовая оценка.
Материальный и
процессуальный закон применен судом верно.
В силу изложенного
решение суда является правильным, отмене по доводам апелляционной жалобы не
подлежит.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
определила:
решение Барышского
городского суда города Ульяновской области от 29 апреля 2026 года оставить без
изменения, апелляционную жалобу Куприянова Владислава Александровича – без
удовлетворения.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный
суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления
мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Барышский
городской суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 13.08.2026.
