УЛЬЯНОВСКИЙ
ОБЛАСТНОЙ СУД
73RS0004-01-2025-002211-12
Судья Постаногова А.Ф.
Дело № 33-407/2026 (33-5661/2025)
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р
Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск
11 августа 2026 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Рыбалко В.И.,
судей Маслюкова
П.А., Кузнецовой О.В.,
при секретаре
Фионовой О.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Исаевой
Натальи Павловны и публичного
акционерного общества «Банк Уралсиб» на решение Заволжского районного
суда города Ульяновска от 10 июня 2025 года по делу № 2-1634/2025.
Заслушав доклад
судьи Маслюкова П.А., пояснения истицы Исаевой Н.П. и ее представителя
Безруковой Т.В., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, а также
представителя публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» - Мояревской
Т.Г., просившей отменить решение суда по доводам жалобы ответчика и отказать
истцу в удовлетворении всех заявленных ею требований по делу, (участие
представителя Банка в судебном заседании обеспечено посредством системы
видео-конференц-связи на базе Верховного суда Республики Башкортостан),
судебная коллегия
установила:
Исаева Н.П.
обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб»
(далее также - ПАО «Банк Уралсиб» или Банк) о признании кредитного договора
незаключённым, применении последствий недействительности сделки, взыскании
денежных средств, уплаченных в счет кредитных обязательств.
В обоснование данных требований указано, что
04 февраля 2025 года между Исаевой Н.П. и Банком заключен кредитный договор ***
на общую сумму 2 500 000 руб. Данный договор был заключен помимо воли
истицы - в результате противоправных, мошеннических действий со стороны
неустановленных лиц.
20 февраля 2025 года Исаева Н.П. обратилась в
полицию с заявлением о совершении в отношении неё преступления, по результатам
которого возбуждено уголовное дело. По данному делу установлено, что оформленными
по кредиту денежными средствами истица не воспользовалась, эти денежные
средства были переведены на счет другого лица.
Ссылаясь на данные
обстоятельства, истица Исаева Н.П. просила признать кредитный договор *** от 04
февраля 2025 года незаключенным (недействительным), применить последствия
недействительности сделки, возложив обязанность на ПАО «Банк Уралсиб» вернуть
ей уплаченные по кредитному договору *** от 04 февраля 2025 года денежные
средства в размере 266 180 руб., взыскать расходы по оплате услуг
представителя в сумме 25 000 руб.
Судом к участию в
настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные
требования относительно предмета спора, привлечено АО «Национальное бюро
кредитных историй».
Рассмотрев
заявленные требования истицы по существу, районный суд постановил 10 июля 2025
года решение,
которым исковые требования
Исаевой Н.П. были удовлетворены частично.
Данным решением суд признал недействительным кредитный договор *** от
04 февраля 2025 года, заключенный между ПАО «Банк Уралсиб» и Исаевой Н.П., а
также указал, что это решение является основанием для исключения указанного
кредитного договора из бюро кредитной истории. С Банка взыскана государственная
пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований Исаевой Н.П.
отказано.
Дополнительным
решением этого же суда от 13.08.2025 с ПАО «Банк Уралсиб» в пользу истицы
Исаевой Н.П. взысканы судебные расходы по оказанию юридических услуг в размере
9000 руб.
В апелляционной
жалобе Исаева Н.П. просит решение суда от 10 июля 2025 года отменить в части
отказа ей в иске о взыскании с Банка уплаченной по кредиту суммы в размере
266 180 руб. В данной части истица просит принять новое решение о
взыскании с Банка этой суммы, а также взыскать расходы по оплате услуг
представителя в заявленном размере - 25 000 руб.
В обоснование
доводов жалобы указывает, что решение суда в заявленной части является
незаконным, необоснованным, постановленным с нарушением норм материального
права.
Считает, что
сотрудники Банка при выдаче ей суммы кредита не провели достаточных мер по
аутентификации заемщика, не осуществили необходимых мер по защите клиента от
мошеннических действий третьих лиц, в результате чего допустили заключение ею
(истицей) оспариваемого кредитного договора. Своими действиями по разблокировке
счета сотрудники Банка также допустили наступление последствий, которые привели
к ущербу обеих сторон.
В апелляционной
жалобе и в дополнении к ней ПАО «Банк Уралсиб» не соглашается с решением суда,
просит его отменить, как незаконное, основанное на неверном толковании статьей
178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и отказать
в удовлетворении всех заявленных истицей требований по делу.
В обоснование данной
жалобы представитель Банка указывает, что судом требование Исаевой Н.П. о признании
незаключенным заявленного по делу кредитного договора фактически не было
разрешено. Суд признал кредитный договор недействительным, однако отказал истцу
в применении последствий недействительности сделки, приведя при этом
противоречивые выводы, в итоге указывающие на незаконность принятого решения.
Отмечает,
что из представленных ответчиком аудиозаписей очного разговора с сотрудниками
Банка, которым судом не было дано должной правовой оценки, следует, что истица Исаева Н.П.
самостоятельно, по своей воли, оформила кредит, в тот же день она попыталась
снять в банкомате полученные денежные средства, но Банк заблокировал её карту.
Также из аудиозаписей следует, что Исаева Н.П. настаивала на разблокировке ее
карты с целью снятия кредитных средств в банкомате, при этом о каком либо
воздействии на нее со стороны третьих лиц не было заявлено.
Считает,
что правомерность позиции Банка полностью подтверждается судебной практикой по
аналогичным делам.
Факта
осведомленности Банка об обмане Исаевой Н.П. третьими лицами не установлено,
как и способствования обману со стороны ответчика. Истцом не доказано и судом
первой инстанции не было установлено, что Банку было известно, что операции
совершались Исаевой Н.П. под влиянием обмана третьих лиц (мошенников).
Что
именно должно было быть подозрительным для Банка по настоящему делу, в решении
суда также не указано. Полагает, что суд безосновательно положил в основу
своего решения заключение судебной экспертизы, проведенной в рамках
расследования уголовного дела.
Судебная коллегия считает возможным
рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных о
времени и месте судебного разбирательства судом апелляционной инстанции
надлежащим образом.
Как установлено
судом первой инстанции и следует из материалов дела, 04 февраля 2025 года между
сторонами - истицей Исаевой Н.П. и ответчиком ПАО «Банк Уралсиб» заключен
кредитный договор ***, согласно которому заемщику Исаевой Н.П. предоставлена
сумма кредита в размере 2 500 000 руб., под 41,50% процентов годовых.
Срок возврата кредита определен этим соглашением - 04 ноября 2027 года. В
соответствии с п.6 договора размер ежемесячного платежа составил для заемщика
133 090 руб. (том 1, л.д.155-157).
Данные
обстоятельства, как и факт получения кредитных денежных средств по этому
договору в указанном размере сторонами не оспаривается.
При этом по делу установлено, что вышеуказанный кредитный договор был
заключен истицей, путем направления ею заявления-анкеты на имя Банка на выдачу
потребительского кредита, оформленного с помощью ее телефона с введением
истицей (заемщиком) простой электронной подписи в виде паролей, полученных на
телефон истца в смс-сообщениях.
Данное обстоятельство, указывающее на факт
отправки истицей и доставки ей СМС сообщений Банка именно на номер истицы – ***,
подтвержденное агрегатором - ООО «Рапорто», стороной истицы не оспорено.
Непосредственно получение денежных средств
наличными через банкомат было совершено самой истицей Исаевой Н.П., которой при
наличии осуществленной Банком блокировки данной операции как подозрительной,
было лично подтверждена законность сделки по кредиту и подтверждено наличие у нее
истинных намерений снять значительную сумму денежных средств со счета, которая
ей необходима для личных целей. Заявив о необходимости снятия ограничений по
счету и указав на законность данных операций, отвечающих ее интересам, Исаева
Н.П. при этом не сообщила сотруднику Банка о наличие какой-либо формы
воздействий на нее со стороны третьих лиц.
Указанные обстоятельства, подтвержденные
представленными в суд первой инстанции доказательствами, подтверждены Исаевой
Н.П. и в судебной коллегии.
Согласно справке о выплаченных суммах
основном долга и процентов, Исаевой Н.П. во исполнение условий указанного выше
кредитного договора, внесено два платежа на общую сумму 266 180 руб. (том 1,
л.д.78).
По утверждению
истицы, несмотря на указанные выше обстоятельства, заключение ею с Банком
данного кредитного договора и перечисление указанных денежных средств
незнакомым ей лицам стало следствием мошеннических действий со стороны третьих
лиц, за действия которых она не должна нести ответственность перед Банком.
По данному факту, по
признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, ОМВД России
по Заволжскому району города Ульяновска возбуждено 21 февраля 2025 года
уголовное дело ***.
Согласно
постановлению о возбуждении данного уголовного дела и принятии его к
производству, в период времени с 03 февраля по 20 февраля 2025 года, точное
время не установлено, неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте,
на территории Заволжского района города Ульяновска, путем обмана совершило хищение
денежных средств, принадлежащих Исаевой Н.П., причинив таким образом последней
материальный ущерб в особо крупном размере (том 1, л.д.44).
Постановлением
следователя ОМВД России по Заволжскому району Исаева Н.П. признана потерпевшей
по уголовному делу (том 1, л.д.45).
Из протокола допроса
потерпевшей от 21 февраля 2025 года усматривается, что 05 февраля 2025 года с
Исаевой Н.П. связался некий гражданин по имени *** который пояснил, что от ее
имени взят кредит в Банке на сумму 2 500 000 руб. и чтобы данные денежные
средства не ушли мошенникам, ей необходимо самой взять кредит на ту же сумму и
перевести ее на безопасный счет в ЦБ РФ. Исаева Н.П. доверилась данному лицу,
после чего под его руководством оформила кредит в вышеуказанном Банке. Кредитные
денежные средства, перечисленные ей на карту, она впоследствии через банкомат
банка «ВТБ» по адресу: *** сняла и затем шестью платежами, при помощи
приложения Mir Pay, перечислила на различные счета (карты), которые ей называл
«***» (том 1, л.д.46-48).
Указанные пояснения
Исаевой Н.П., данные ею следственным органам,
согласуются с представленными в суд ответчиком данными видеозаписи, из
которых следует, что перечисления денежных средств истицей были произведены
через банкомат банка «ВТБ».
В обоснование
заявленных требований о признании кредитного договора незаключенным
(недействительным) истица Исаева Н.П., сославшись на положения ст.ст. 166, 167,
178, 179 ГК РФ, указала на то, что она была введена в заблуждение
неустановленными следствием лицами, а Банком не были предприняты должные меры
для предотвращения в отношении нее мошеннических действий со стороны данных
лиц.
Согласно заключению
судебно-психиатрической экспертизы ГКУЗ «Ульяновская областная клиническая
психиатрическая больница имени В.А. Копосова» *** от 03 марта 2025 года,
проведенной в рамках уголовного дела, следует, что *** Исаева Н.П. ***
Вместе с тем, на
основании психологического анализа материалов уголовного дела и данных
настоящего исследования психолог пришел к выводу о том, что у Исаевой Н.П. ***
Разрешая исковые
требования, суд первой инстанции, учитывая факт возбуждения уголовного дела, по
которому истица признана потерпевшей, исходил из недействительности кредитного
договора *** от 04 февраля 2025 года, заключенного между Исаевой Н.П. и Банком,
поскольку при его заключении истица ***
В соответствии со статьей 194
ГПК РФ решением является постановление суда первой инстанции, которым дело
разрешается по существу. Решение должно быть законным и обоснованным (часть 1
статьи 195 ГПК РФ).
Как разъяснено в пункте 2
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003
г. №23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно
принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном
соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к
данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях
аналогии закона или аналогии права (часть 1
статьи 1, часть 3
статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела
факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими
требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не
нуждающимися в доказывании (статьи 55,
59
- 61,
67
ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда,
вытекающие из установленных фактов (пункт 3
постановления Пленума).
На основании части 2
статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют
значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства
на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В силу части 1
статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает
доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для
рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы
правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и
подлежит ли иск удовлетворению.
Кроме того, в силу положений статей 67,
71,
195
- 198
ГПК РФ суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не
вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а
выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть
общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении
убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства,
отвечающие требованиям относимости и допустимости. В противном случае
нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2
названного кодекса.
Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются
проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления
правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что,
однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в
противоречии с законом.
Эти требования закона судом первой инстанции выполнены не были.
Признавая кредитный
договор недействительным, суд апелляционной инстанции по существу спора указал
на недобросовестность Банка при предоставлении кредитных денежных средств
Исаевой Н.П., не указав при этом в нарушение вышеприведенных норм
процессуального права, на конкретные признаки данной недобросовестности.
Согласно пункту 3
статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских
прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских
правоотношений должны действовать добросовестно.
В силу пункта 4 этой
же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего
незаконного или недобросовестного поведения.
Пунктом 1
статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление
гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,
действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо
недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Если будет
установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от
обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может
отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также
применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или
третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).
Добросовестность
участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).
В соответствии с пунктом 3
статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после
его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и
законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для
достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую
информацию.
Пунктом 1
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №
25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского
кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено,
что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует
исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,
учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том
числе в получении необходимой информации.
Поведение одной из
сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного
заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное
отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного
поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение
обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже
если стороны на них не ссылались (статья 56
ГПК РФ).
По настоящему делу
судом установлено, что Исаевой Н.П. последовательно совершила комплекс
действий, направленных на заключение ею с Банком кредитного договора *** от 04
февраля 2025 года. Кредитные денежные средства истица получила лично и
распорядилась ими посредством банкомата.
Судебной коллегией по данному гражданскому
делу была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза,
проведение которой было поручено экспертам Республиканской клинической
психиатрической больнице им. Академика В.М. Бехтерева.
Из заключения судебной экспертизы *** от 09
июня 2026 года (т.3 л.д.150-157) следует, что в настоящее время и в момент
заключения с Банком кредитного договора *** от 04 февраля 2025 года у Исаевой
Н.П. ***
В юридически значимый период (при заключении
04 февраля 2025 года кредитного договора) Исаева Н.П. ***
***
Указанное заключение не содержит указаний на
совершение истицей действий по заключению ею кредитного договора под влиянием
заблуждения или обмана со стороны кредитной организации.
В соответствии со статьей 420
ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении,
изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).
К договорам применяются правила о двух и
многосторонних сделках, предусмотренные главой 9
данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом
(пункт 2).
Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются
действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или
прекращение гражданских прав и обязанностей.
Указание в законе на цель действия
свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.
Так, в п.50 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами
некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на
установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей
(например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга,
заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие
физического или юридического лица на совершение сделки).
При этом, сделка может быть признана
недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 ГК РФ), так и
по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности
при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана
(ст.178, п.2 ст.179 ГК РФ).
Кроме того, если сделка нарушает
установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное
осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая
сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10
и п.1 или 2 ст.168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания
недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию
(п.п.7 и 8 постановления Пленума 23.06.2015 №25).
При этом заключение договора потребительского
кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в
частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита,
размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно
– телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных
условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых
случаях заявления на предоставление кредита и на основании дополнительных услуг
кредитором или третьими лицами, составление письменного договора
потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним
потребителем, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной
подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и
согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных
средств потребителю.
В соответствии со статьей 178
ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом
недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если
заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно
оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном
положении дел (п.1).
Суд может отказать в
признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого
действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо,
действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки,
сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п.5).
Если сделка признана
недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются
правила, предусмотренные ст.167
данного кодекса.
Сторона, по иску
которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне
причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда
другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе,
если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.
Сторона, по иску
которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны
возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло
вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (п.6).
В силу статьи 179
ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом
недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное
умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той
добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка,
совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана
недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо
лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об
обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в
обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало
ей в совершении сделки (п.2).
Если сделка признана
недействительной по одному из оснований, указанных в п.п.1
- 3 этой статьи,
применяются последствия недействительности сделки, установленные ст.167
данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему
другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона
сделки (п.4).
Приведенные нормы
закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.
Как указано выше,
заявленный по делу кредитный договор *** от 04 февраля 2025 года был заключен
между Исаевой Н.П. с Банком при личном участии истицы с помощью ее телефона с
введением истицей (заемщиком) простой электронной подписи в виде паролей,
полученных на телефон истца в смс-сообщениях.
После чего истице были выданы денежные средства, которыми
она впоследствии распорядилась по своему усмотрению.
При этом судебная коллегия отмечает, что после
заключения данного кредитного договора по распоряжению истицы, подписанного
простой электронной подписью, выданные денежные средства переведены на
сберегательный счет клиента.
После оформления кредита и зачисления
денежных средств на сберегательный счет, Исаева Н.П. пыталась через банкомат
снять денежные средства наличными.
Указанная операция была приостановлена
Банком.
Из видео и аудиозаписи, представленной по
делу ответчиком, следует, что Банком предпринимались повышенные меры
предосторожности с целью избежания риска мошенничества в отношении Исаевой Н.П.
При этом оператор Банка уточнила, с какой
целью истица снимает через банкомат существенную сумму денежных средств, на что
Исаева Н.П. сообщила, что истребуемые денежные средства необходимы ей для организации
похорон.
После получения денежных средств Исаевой Н.П.
через банкомат сторонней кредитной организации самостоятельно были переведены
денежные средства неустановленному лицу.
В соответствии со
статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
содержание которой следует рассматривать в контексте с пунктом 3 статьи 123
Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности
гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона
должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания
своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В нарушение
требований названных норм процессуального права истицей Исаевой Н.П. не были
представлены в суд относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о
ее существенном заблуждении, в том числе, относительно природы самой сделки с
Банком, а также доказательства совершения сделок под влиянием данного
заблуждения, обмана или в том состоянии, которое не позволило ей правильно
оценить последствия заключения оспариваемого с Банком кредитного договора.
Из материалов дела следует, что до истицы
Банком были доведены все существенные условия кредитного договора, которые
сторонами согласованы. Истица самостоятельно приняла решение о заключении
оспариваемого ею кредитного договора, согласилась с его условиями, приняла на
себя обязательства по договору, частично исполнила данное соглашение с Банком,
внеся по кредиту два платежа всего в размере 266 180 руб.
Данные обстоятельства опровергают доводы
истицы о том, что заявленный ею кредитный договор является незаключенным
(недействительным), а также в части ее заблуждения относительно природы
договора.
Условия оспариваемого истицей кредитного
договора *** от 04 февраля 2025 года сформулированы определенно, не содержат
каких-либо формулировок, которые могли бы вести истицу в заблуждение
относительно их природы.
Доказательств обратного истицей не
представлено.
Отсутствие должной осмотрительности со
стороны Банков при заключении с истицей данного кредитного договора не
установлено, поскольку истицей не представлено доказательств наличия каких-либо
обстоятельств, которые могли бы вызвать у сотрудников Банка сомнения в
волеизъявлении истицы.
При этом, на момент снятия денежных средств
по кредитному договору Банк, учитывая короткий промежуток времени, приостановил
операцию по снятию денежных средств и связывался с клиентом. В свою очередь
Исаева Н.П. подтвердила операцию, после чего запрашиваемые денежные средства
были ей выданы.
Таким образом, в данном случае отсутствуют
основания считать, что истица была введена в заблуждение Банком относительно
природы сделки.
Также в материалы дела стороной истицы не
представлено и доказательств того, что оспариваемый кредитный договор был
заключен под влиянием обмана (п.2 ст.179 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, содержащихся
в п.99 названного Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25, сделка под
влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом,
может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.2 ст.179 ГК
РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей
действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых
лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась
по условиям оборота (п.2 ст.179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием
обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства,
относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его
решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица,
совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим
лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии,
что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали
или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об
обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или
работником либо содействовало ей в совершении сделки (п.2 ст.179 ГК РФ).
Следует учитывать, что закон не связывает
оспаривание сделки на основании п.1 и п.2 ст.179 ГК РФ с наличием уголовного
производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства
применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о
доказывании.
Обстоятельств, относительно которых истица
при совершении оспариваемой сделки была обманута кредитной организацией (ПАО
«Банк Уралсиб») не установлено.
Сам по себе факт возбуждения уголовного дела
в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного
ч.4 ст.159 УК РФ, не является основанием для признания оспариваемого кредитного
договора недействительным, вступивший в законную силу приговор о противоправных
действиях сотрудников кредитора отсутствует.
Обстоятельства же, на которые ссылается
истица в обоснование своих требований, а именно заключение ею оспариваемого
кредитного договора после звонка неизвестного лица, представившегося
сотрудником правоохранительных органов, могут свидетельствовать лишь о
заблуждении истицы относительно мотивов сделки, что в силу прямого указания п.3
ст.178 ГК РФ не является достаточно существенным для признания сделки
недействительной.
Также из материалов дела следует, что истица
самостоятельно и добровольно распорядилась полученными ею по кредитному
договору денежными средствами, перечислив их на счет неизвестных ей лиц.
При этом распоряжение заемными денежными
средствами под влиянием заблуждения также не может служить основанием для
признания недействительным кредитного договора, поскольку не влияет на
осознание истцом самой природы этого кредитного договора.
Истицей также не представлено доказательств
совершения сотрудниками ПАО «Банк Уралсиб» каких-либо противоправных действий
при заключении оспариваемого договора, в ходе уголовного дела такие
обстоятельства также не установлены.
В свою очередь, истицей не приведено
обстоятельств, которые могли бы вызвать у сотрудников Банка сомнения в ее
волеизъявлении при подписании кредитного договора, но не были проверены Банком.
Напротив, как указано выше, что операции по
переводу денежных средств были приостановлены Банком, заемщику было предложено
лично подтвердить операции.
Данные обстоятельства опровергают доводы
истицы о ее заблуждении относительно природы договора, поскольку заблуждение
относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку,
которую пыталось совершить. Вместе с тем, в данном случае отсутствуют основания
считать, что истица намеревалась заключить какие-либо иные сделки, нежели
кредитный договор, поскольку все существенные условия оспариваемых договоров
были доведены до истицы, она реально была ознакомлена с ними.
Возбуждение уголовного дела в отношении
неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного
ст.159 УК РФ, не свидетельствует о совершении истцом сделок под влиянием обмана
и заблуждения и о наличии предусмотренных гражданским законодательством
оснований для признания сделки недействительной, равно как не является
основанием для вывода о допущенных со стороны Банка нарушениях прав истицы.
Таким образом, Исаевой Н.П. совершен ряд
осознанных последовательных действий, направленных на получение ей заявленной
суммы кредита в Банке, которые она впоследствии самостоятельно перечислила
неустановленному лицу.
Представленное же в материалы настоящего
гражданского дела заключение экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела,
не может подтвердить обстоятельства нахождения Исаевой Н.П. в таком состоянии,
когда она в момент заключения с Банком оспариваемого ею кредитного договора не
была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Проведенная в рамках данного гражданского
дела судебная экспертиза содержит выводы о том, что в момент совершение Исаевой
Н.П. указанных действий ее состояние не носило болезненного характера, она
находилась в состоянии психологической дезадаптации с повышением уровня
эмоционального напряжения, развитие которого было обусловлено не действиями
кредитной организации, а
целенаправленным психологическим воздействием со стороны третьих лиц.
При таких обстоятельствах оснований для
признания оспариваемой Исаевой Н.П. сделки, как незаключенной или недействительной
применительно к положениям ст.ст. 177,
178 ГК РФ у суда не имелось.
Судебные расходы состоят из государственной
пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть первая
статьи 88 ГПК РФ).
К издержкам, связанным с рассмотрением дела,
относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и
переводчикам (абзац второй
статьи 94 ГПК РФ).
Стороне, в пользу
которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все
понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.
2 ст. 96 настоящего Кодекса (ч. 1 ст. 98 ГПК РФ).
Согласно ходатайству экспертного учреждения -
расходы на производство судебной психолого-психиатрической экспертизы составили
26 700 руб. Республиканской клинической психиатрической больницей им.
Академика В.М. Бехтерева заявлено ходатайство о взыскании данных расходов (том
3, л.д. 157).
Принимая во внимание изложенное, решение суда
от 10 июня 2025 года подлежит отмене с принятием нового решения об отказе
Исаевой Н.П. в удовлетворении ее исковых требований о признании заявленного по
делу кредитного договора недействительным, взыскании денежных средств, в том
числе и судебных расходов. Также подлежа взысканию с истицы в пользу экспертной
организации расходы за проведение судебной экспертизы в размере
26 700 руб.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
определила:
решение Заволжского
районного суда города Ульяновска от 10 июня 2025 года отменить.
Принять по делу
новое решение.
Отказать Исаевой Наталье Павловне в удовлетворении исковых требований о
признании недействительным кредитного договора *** от 04 февраля 2025 года,
применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств,
уплаченных по кредитному договору.
Взыскать с Исаевой
Натальи Павловны (паспорт ***) в пользу Республиканской клинической
психиатрической больнице им. Академика В.М. Бехтерева 26 700 (двадцать
шесть тысяч семьсот) рублей в счет оплаты производства судебной
психолого-психиатрической экспертизы.
Определение суда
апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного
апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд
общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации, через Заволжский районный суд города Ульяновска.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 14.08.2026.
