УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Писарева Н.В.
Дело № 33-570/2021
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О
Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
город Ульяновск 2
февраля 2021 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда в составе:
председательствующего Фёдоровой Л.Г.,
судей Герасимовой Е.Н., Фоминой В.А.,
при секретаре Воронковой И.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело №
2-1-440/2020 по апелляционной жалобе Долговой Марии Михайловны на решение
Майнского районного суда Ульяновской области от 26 ноября 2020 года, по
которому постановлено:
Иск Долговой Марии Михайловны к областному государственному
автономному учреждению социального обслуживания «Специальный дом-интернат для
престарелых и инвалидов в с. Репьевка Колхозная» о компенсации морального вреда
удовлетворить частично.
Взыскать с областного государственного автономного учреждения
социального обслуживания «Специальный дом-интернат для престарелых и инвалидов
в с.Репьевка Колхозная» в пользу Долговой Марии Михайловны 25 000 рублей.
Уплаченную Долговой Марией Михайловной государственную
пошлину в размере 300 рублей возвратить плательщику.
В остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с областного государственного автономного
учреждения социального обслуживания «Специальный дом-интернат для престарелых и
инвалидов в с.Репьевка Колхозная» в местный бюджет государственную пошлину в
размере 300 рублей.
Заслушав доклад судьи Герасимовой Е.Н., пояснения представителя
Долговой М.М. – Безгузова А.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора
Федечко Ф.И., полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А :
Долгова
М.М. обратилась в суд с иском к областному государственному автономному
учреждению социального обслуживания «Специальный дом-интернат для престарелых и
инвалидов в с. Репьевка Колхозная» (далее - ОГАУСО «Социальный дом-интернат для
престарелых и инвалидов в с. Репьевка Колхозная», Учреждение) о компенсации
морального вреда. В обоснование иска указала, что 30 декабря 2018 года, работая
в должности официанта в ОГАУСО «Социальный дом-интернат для престарелых и
инвалидов в с. Репьевка Колхозная», она в результате несчастного случая на
производстве (падения) получила травму - *** Впоследствии у нее развился ***.
Согласно медицинским документам у нее обнаружен: ***. В государственном
учреждении здравоохранения (далее – ГУЗ) «Ульяновский областной клинический
центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача
России Е.М. Чучкалова» ей проведена *** 14 августа 2019 года ей поставлен
диагноз: *** Длительность ее лечения составила более 21 дня и по медицинским
критериям квалифицируется как средней тяжести вред здоровью. До настоящего
времени она испытывает постоянные сильные боли, ей был рекомендован легкий
труд. 24 июля 2019 года ей впервые установлена степень утраты профессиональной
трудоспособности в размере *** процентов сроком до 1 августа 2021 года. Просила
взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000
рублей.
Рассмотрев исковые требования по существу, суд принял
приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Долгова М.М. считает решение суда
незаконным и подлежащим отмене в связи с нарушением судом норм материального и
процессуального права. В обоснование жалобы указывает, что в ходе судебного разбирательства
стороны не заявляли ходатайств о допросе по делу свидетелей, однако суд по
собственной инициативе допросил свидетеля со стороны ответчика. Полагает, что
такие действия судьи свидетельствуют о заинтересованности в исходе дела,
противоречат нормам процессуального законодательства и Кодекса судейской этики.
Полагает, что показания свидетелей со стороны ответчика подлежат критической
оценке, так как они являются работниками ответчика, то есть заинтересованными
лицами. По мнению автора жалобы, сумма компенсации морального вреда определена
судом без учета фактических обстоятельств дела, ее индивидуальных особенностей,
противоречит требованиям разумности и справедливости и сложившейся судебной
практике. Вывод суда о снижении заявленной суммы компенсации морального вреда
считает немотивированным.
В возражениях на жалобу областное государственное автономное
учреждение социального обслуживания «Специальный дом-интернат для престарелых и
инвалидов в с. Репьевка Колхозная» просит решение суда оставить без изменения,
апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в
отсутствие истца и представителя ответчика, извещенных о времени и месте
судебного разбирательства судом апелляционной инстанции надлежащим образом.
В
соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов,
изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной
жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как
установлено судом и следует из материалов дела, с 6 июля 2005 года Долгова М.М.
состояла в трудовых отношениях с ОГАУСО «Социальный дом-интернат для
престарелых и инвалидов в с. Репьевка Колхозная» в должности официанта.
30
декабря 2018 года в 9 часов во время выполнения трудовых обязанностей, находясь
на рабочем месте в овощном цехе ОГАУСО «Социальный дом-интернат для престарелых
и инвалидов в с. Репьевка Колхозная», расположенном по адресу: Ульяновская
область, Майнский район, с. Репьевка Колхозная, ул. Назарьева, д. 2, с Долговой
М.М. произошел несчастный случай. Долгова М.М. после чистки картофеля и лука в
овощном цехе осталась убирать овощной цех, с тазом воды поскользнулась на
картофельных очистках, упала на пол и ***. В результате падения Долгова М.М.
получила травму в виде ***.
11
января 2019 года работодателем ОГАУСО «Социальный дом-интернат для престарелых
и инвалидов в с. Репьевка Колхозная» был составлен Акт о несчастном случае на
производстве, где в пунктах 9-10 в качестве причины несчастного случая было
указано на невыполнение Долговой М.М. инструкции по технике безопасности.
В
связи с несогласием пострадавшей Долговой М.М. с содержанием Акта от 11 января
2019 года, обращением Долговой М.М. в Государственную инспекцию труда в Ульяновской области и принятого
заключения по факту несчастного случая работодателем ОГАУСО «Социальный
дом-интернат для престарелых и инвалидов в с. Репьевка Колхозная» был составлен
Акт № 2 от 25 февраля 2019 года о несчастном случае на производстве, из
которого следует, что причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная
организация производства работ, выразившаяся в неорганизации работодателем
надлежащего контроля за своевременной уборкой помещения пищеблока. Нарушены
требования ст. 212
Трудового кодекса Российской Федерации, п.3.12 Межотраслевых правил по охране
труда в общественном питании (ПОТ Р М-011 2000), п. 2.3, 2.10 должностной
инструкции повара, утвержденной директором ОГАУСО «Социальный дом-интернат для
престарелых и инвалидов в с.Репьевка Колхозная» 1 апреля 2014 года. Лицами,
ответственными за допущенные нарушения, послужившие причиной несчастного
случая, являются повар Кузяева А.Г., допустившая неудовлетворительную
организацию производства работ, а именно: не проконтролировала своевременную
уборку помещения пищеблока, в результате чего Долгова М.М. поскользнулась на
мокром полу, где лежали картофельные очистки, упала и получила травму.
В связи
с полученными повреждениями Долгова М.М. в период с 30 декабря 2018 года по 10
января 2019 года находилась на стационарном лечении в травматологическом
отделении № 4 ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных
видов медицинской помощи имени заслуженного врача России Е.М. Чучкалова» с
диагнозом*** В данном лечебном учреждении Долговой М.М. была проведена ***
После
стационарного лечения Долгова М.М. проходила амбулаторное лечение.
В
связи с полученной травмой истцу Бюро № 1 – филиалом ФКУ «ГБ МСЭ по Ульяновской
области» 24 июля 2019 года впервые установлена степень утраты профессиональной
трудоспособности в размере ***% сроком на 2 года до 1 августа 2021 года.
Полагая, что ответчик обязан компенсировать
моральный вред, причиненный работнику в результате несчастного случая на
производстве, Долгова М.М. обратилась в суд с настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой инстанции правильно
установил фактические обстоятельства дела, закон, подлежащий применению к
спорным правоотношениям, руководствуясь которым, пришел к верному выводу о
частичном удовлетворении иска.
Вывод суда мотивирован, оснований не соглашаться с
ним судебная коллегия не усматривает.
В силу
абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель
обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным
нормативным требованиям охраны труда.
Абзацем
16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что
работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с
исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в
порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской
Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.
Согласно
статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить
безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования,
осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве
инструментов, сырья и материалов.
В
соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24
июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на
производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному
морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или
профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Пунктом
2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если грубая
неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или
увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя
вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При
грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в
случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер
возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано,
если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью
гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Пунктом
1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если
гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания)
действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на
принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях,
предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При
определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание
степень вины нарушителя и иные заслуживающие
внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных
страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому
причинен вред (п. 2 ст. 151).
Согласно
п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер
компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени
вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения
вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования
разумности и справедливости.
Характер
физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических
обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных
особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы
применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под
моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные
действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения
или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности,
деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и
т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим
именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с
законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо
нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может
заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников,
невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы,
раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих
действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию,
временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью,
связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с
заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
При
рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда
необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема
причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика
в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не
может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о
возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При
определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности
и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается
судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда,
индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств,
свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы
применения законодательства о компенсации морального вреда»).
Таким
образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии
предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда,
а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального
вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства
на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя
вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины
причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты
нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской
Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой
компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда
необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя
вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и
нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть
заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования
разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения
прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса
интересов сторон.
Вопреки
доводам апелляционной жалобы, указанные требования закона судом при
рассмотрении спора и определении суммы компенсации морального вреда соблюдены.
Определяя
размер компенсации, суд исходил из фактических обстоятельств несчастного случая
на производстве, установленного факта нарушения самой Долговой М.М. требований
инструкции по охране труда для официанта, с которой истец была ознакомлена,
предписывающей официанту по завершению работы на кухонном оборудовании
(машинах) (картофелечистка, овощерезка, мясорубка) произвести уборку своего рабочего места
непосредственно по окончании выполнения заданной операции; убрать картофельные
очистки, остатки от картофеля, вымыть машину, после чего перейти к выполнению
других заданий.
Наличие
очиток картофеля на мокром полу на месте падения истца установлено в ходе
расследования несчастного случая с Долговой М.М. и отражено в акте о несчастном
случае от 25 февраля 2019 года.
В
связи с чем утверждения представителя истца в суде апелляционной инстанции о
том, что судом первой инстанции неверно установлены обстоятельства несчастного
случая судебной коллегией отклоняются.
При
определении суммы компенсации морального вреда судом также были учтены характер
и степень тяжести полученных Долговой М.М. повреждений, длительность лечения
последней, требования разумности и справедливости.
С
учетом фактических обстоятельств дела, организационно-правового статуса
ответчика, являющегося областным государственным автономным учреждением, суд
апелляционной инстанции находит взысканную в пользу истца сумму компенсации
морального вреда справедливой и соразмерной.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции
не допущено нарушений норм процессуального закона, способных повлечь отмену
состоявшегося решения.
Согласно
части 1
статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
конкретизирующей положения статьи 123
(часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по
гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия
сторон.
В
развитие указанных принципов статья 56
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что
каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как
на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено
федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для
дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на
обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В пункте 7
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 24 июня 2008 года №
11 «О подготовке дел к судебному разбирательству» разъяснено, что судья обязан
уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного
исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.
Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле,
но с учетом характера правоотношений сторон и нормы материального права,
регулирующей спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность
доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия непредставления
доказательств. При этом судья должен выяснить, какими доказательствами стороны
могут подтвердить свои утверждения, какие трудности имеются для представления
доказательств, разъяснить, что по ходатайству сторон и других лиц, участвующих
в деле, суд оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1
статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации).
Под
уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела,
следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению
юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с
учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих
применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих
юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих
применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит
обязанность их доказывания (пункты 5
и 6
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года
№ 11 «О подготовке дел к судебному разбирательству»).
Допросив
свидетелей по делу в целях установления фактических обстоятельств несчастного
случая на производстве с Долговой М.М., суд руководствовался приведенными
нормами процессуального закона и задачами гражданского судопроизводства, к
числу которых ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации
относит правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в
целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов
граждан, организаций, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных
правоотношений.
Выводы суда по существу спора основаны на совокупности
собранных по делу доказательств, которым дана надлежащая оценка.
В
силу изложенного решение суда является правильным и отмене по доводам
апелляционной жалобы не подлежит.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации,
судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
Решение
Майнского районного суда Ульяновской области от 26 ноября 2020 года оставить
без изменения, апелляционную жалобу Долговой Марии Михайловны – без
удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное
определение может быть обжаловано в течение
трех месяцев в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей
юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации через Майнский районный суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
