УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ
СУД
73RS0009-01-2021-000165-98
Судья Лобина Н.В.
Дело № 33-3923/2021
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П
Р Е Д Е Л Е Н И Е
г. Ульяновск 19 октября 2021 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского
областного суда в составе:
председательствующего Мирясовой Н.Г.
судей Федоровой Л.Г., Чурбановой Е.В.
при секретаре Воронковой И.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №
2-1-125/2021 по апелляционной жалобе представителя Михайлова Алексея Юрьевича –
Андреева Константина Геннадьевича на решение Карсунского районного суда
Ульяновской области от 21 мая 2021 года, по которому постановлено:
в удовлетворении исковых требований Михайлова Алексея
Юрьевича к Кузнецовой Алевтине Ивановне о признании завещания недействительным
отказать.
Заслушав доклад судьи Федоровой Л.Г., пояснения Михайлова
А.Ю., его представителя Маничевой О.Д., поддержавших доводы апелляционной
жалобы, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А:
Михайлов А.Ю. обратился в суд с иском к Кузнецовой А.И. о
признании завещания недействительным.
Требования мотивировал тем, что ***2020 умер его отец М*** Ю.И. После его смерти осталось
наследственное имущество – квартира, принадлежавшая наследодателю на праве
общей долевой собственности, расположенная по адресу: ***, площадью 62,9 кв.м,
с кадастровым номером ***, которая также находится в общей долевой
собственности истца и его несовершеннолетнего сына. Впоследствии ему стало
известно, что М*** Ю.И. за 1,5 месяца до своей смерти оставил завещание,
составленное и удостоверенное нотариусом нотариального округа Карсунский район,
которым завещал свое имущество Кузнецовой А.И., с которой познакомился после
смерти своей супруги М*** Л.Н, скончавшейся ***.2018. Скончался его отец от ***
заболевания, в момент составления и удостоверения завещания он находился в
крайне тяжелом состоянии, не отдавал отчет своим действиям, был в зависимом от
ответчика положении, находясь фактически в «предсмертном» состоянии, а также
под воздействием обезболивающих медицинских препаратов.
Просил признать
недействительным завещание М*** Ю.И. от 02.07.2020, удостоверенное нотариусом
нотариального округа Карсунский район С*** Е.И. в р.п. Карсун Ульяновской
области, зарегистрированное в реестре за номером ***, приостановить выдачу
свидетельств о праве на наследство по завещанию до вступления в законную силу
решения суда по настоящему делу.
Рассмотрев заявленные требования по существу, суд принял
оспариваемое решение.
В апелляционной жалобе представитель Михайлова А.Ю. –
Андреев К.Г. выражает несогласие с принятым по делу решением, просит его
отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.
В обоснование доводов жалобы указывает, что решение суда
является незаконным, необоснованным. Считает, что ответчица, зная течение
болезни М*** Ю.И., намеренно создала психотравмирующую для наследодателя
ситуацию для получения нужного ей завещания, после его получения она не
настаивала на обращении за медицинской помощью и вскоре Ми*** скончался.
Выражает сомнения в достоверности экспертного заключения, поскольку не была
исследована подлинность подписи наследодателя о согласии на медицинскую помощь
в день смерти и подпись перед прохождением КТ 10.05.2020, выводы экспертизы,
при отсутствии необходимой медицинской документации, строятся на показаниях
свидетелей, не имеющих специальных познаний в области психиатрии. Полагает, что
у суда имелись основания для удовлетворения исковых требований.
В возражениях относительно апелляционной жалобы
представитель Кузнецовой А.И. – Мухин Д.Н.
выражает несогласие с её доводами, считает решение суда законным,
обоснованным, не подлежащим отмене.
Дело рассмотрено в отсутствии не явившихся лиц, извещенных о
месте и времени судебного заседания своевременно и надлежащим образом.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной
жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.
В
соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов,
изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно
жалобы, представления.
Как
следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, М*** Ю.И., *** 1943 года рождения умер *** 2020 года (л.д.7, т.1).
После
его смерти открылось наследство, в состав которого вошла доля в праве на
квартиру, расположенную по адресу: ***, денежные вклады, хранящиеся в
Поволжском банке ПАО Сбербанк.
Нотариусом
нотариального округа г.Ульяновск Л*** Н.С. 8 сентября 2020 года заведено
наследственное дело № 157 за 2020 год, из которого следует, что истец Михайлов
А.Ю., ответчица Кузнецова А.И. обратились с заявлениями о принятии наследства
после смерти М*** Ю.И. (л.д.34-37, т.1).
2
июля 2020 года М*** Ю.И. составил завещание, которым принадлежащие ему 2\4 доли
в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся в *** завещал
Кузнецовой А.И. Завещание удостоверено нотариусом нотариального округа
Карсунский район Ульяновской области С*** Е.И. Личность завещателя установлена,
его дееспособность проверена, завещание полностью прочитано завещателем до
подписания. Завещание полностью прочитано нотариусом вслух для завещателя до
подписания. Содержание ст. 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации
разъяснено завещателю. Содержание завещания соответствует волеизъявлению
завещателя. Завещание записано со слов завещателя. (л.д.54, т.1). Завещание на
момент открытия наследства не отменено, не изменено.
Истец,
ссылаясь на то, что завещание М*** Ю.И. было составлено практически за 1,5
месяца до смерти наследодателя, который скончался от *** заболевания, в момент
составления завещания находился в крайне тяжелом состоянии, не отдавал отчет
своим действиям, находясь в зависимом от ответчика положении, под воздействием
сильных обезболивающих медицинских препаратов, обратился в суд с настоящим
иском.
Разрешая
спор, суд первой инстанции правильно установил характер спорных правоотношений,
закон, подлежащий применению, руководствуясь которым, пришел к верному выводу
об отказе в удовлетворении требований Михайлова А.Ю.
Вывод
суда мотивирован, оснований не соглашаться с ним судебная коллегия не
усматривает.
В
соответствии с п.1 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации
распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения
завещания.
Согласно
п.1 ст. 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе
отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его
совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Для отмены
или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц,
назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.
Согласно
п.п.1 и 2 ст. 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса,
влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания
недействительности, завещание является недействительным в силу признания его
таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания
(ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по
иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как
разъяснено в п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от
29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные
на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании
(в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа),
могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями
о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской
Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской
Федерации.
Согласно
п.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная
гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в
таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или
руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого
гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в
результате ее совершения.
По
смыслу вышеуказанных норм и разъяснений Пленума неспособность наследодателя в
момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить
ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку
соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти
отсутствует.
Таким
образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению по
данному делу, являлись наличие или отсутствие психического расстройства у
наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень
имеющихся нарушений у наследодателя интеллектуального и (или) волевого уровня.
Кроме
того, в ходе рассмотрения дела сторона истца поставила под сомнение подпись,
выполненную в завещании 2 июля 2020 года от имени М*** Ю.И., в связи с чем
судом была назначена по делу судебная почерковедческая экспертиза, производство
которой было поручено экспертам ООО «Экспертно-правовая корпорация Лидер»
(л.д.121-122, т.1).
Согласно
заключению эксперта №2021-03\22 подпись в графе «подпись» завещания *** от
02.07.2020, удостоверенного С****** Е.И., нотариусом нотариального округа:
Карсунский район, Ульяновской области, зарегистрированного в реестре ***
выполнена М*** Ю*** И***. Рукописные записи в графе «подпись» завещания
выполнены М*** Ю*** И***. Подпись и рукописная запись в графе «подпись»
завещания выполнены в обычном психофизиологическом состоянии, не в состоянии
(наркотического, алкогольного) опьянения (л.д.132-146, т.1).
Суд
признал заключение судебной экспертизы достоверным и обоснованным, поскольку
экспертиза проведена в установленном законом порядке экспертом
специализированного экспертного учреждения, предупрежденным об ответственности
по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеющим необходимые
специальные познания, квалификацию и стаж работы в данной области. Заключение
содержит подробное описание проведенного исследования, является
аргументированным, согласуется с иными доказательствами. Выводы экспертизы
обоснованы и мотивированы.
По
ходатайству представителя истца Андреева К.Г. судом была назначена амбулаторная посмертная судебная
психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено
экспертам ГКУЗ «Ульяновская областная
клиническая психиатрическая больница им. В.А. Копосова»
Согласно
заключению экспертов №1165 от 21 апреля 2021 года при жизни М*** Ю.И.
хроническим психическим заболеванием, слабоумием либо иным болезненным
расстройством психики не страдал; убедительных данных о наличии у него психоза
или слабоумия, что могло бы лишить его способности отдавать отчет своим
действиям либо руководить ими на
юридически значимый период (02.07.2020 года) в представленных материалах не
имеется. Из представленной медицинской документации видно, что психиатром в
течение жизни не осматривался. На
консультации не направлялся. Из заключения эксперта №2021-03\22 ЭПК
«Лидер» видно, что подпись и рукописная запись в графе «подпись» завещания ***
от 02.07.2020 года выполнена в обычном психофизиологическом состоянии, не в
состоянии (наркотического, алкогольного)
опьянения. Психическое состояние подэкспертного не вызвало у нотариуса
сомнений. Свидетельские показания в материалах гражданского дела не отражают
психическое состояние М*** Ю.И. на юридически значимый период времени. Выводы
психолога: поведение М*** Ю.И. в момент подписания завещания 02.07.2020 года,
определялись сложившейся жизненной ситуацией, касающейся его здоровья и
конфликтных отношений с семьей сына. По своему психологическому состоянию, М***
Ю.И. в момент подписания завещания, были
доступны осмысление задач и проявление акта воли, вследствие чего он мог
осуществлять целенаправленные действия, а именно: обратился к нотариусу,
самостоятельно прочел, осмыслил и подписал завещание на свою жену Кузнецову
А.И., которой хотел завещать наследство.
(л.д.198-203, т.1).
Разрешая
спор, суд, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с
требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации, в том числе заключения экспертиз,
руководствуясь вышеуказанными положениями закона, пришел к правильному
выводу о недоказанности наличия у Михайлова А.Ю. психического расстройства, в
силу которого в момент составления оспариваемого завещания наследодатель не был
способен понимать значение своих действий и руководить ими.
В
данном случае суд надлежащим образом проверил обстоятельства необходимые для
разрешения спора и не нашел оснований для признания недействительным завещания,
совершенного М*** Ю.И. 2 июля 2020 года.
Вопреки
доводам апелляционной жалобы психолого-психиатрическая экспертиза проведена с
соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими
специальными познаниями, значительным опытом, для разрешения поставленных перед
экспертами вопросов, экспертному исследованию были подвергнуты представленные в
распоряжение экспертов медицинская документация на имя М*** Ю.И., материалы
настоящего гражданского дела. Показания
допрошенных в рамках дела свидетелей приняты во внимание при проведении
судебной экспертизы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности
за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует требованиям
статей 8, 25 Закона Российской Федерации «О государственной судебно-экспертной
деятельности в Российской Федерации».
Оценивая в совокупности исследованные доказательства,
судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что закон
устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц,
участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не
подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.
В
силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя по
представлению доказательств вышеназванных юридически значимых обстоятельств,
свидетельствующих о недействительности завещания, лежит на истце. Истцом в
материалы дела каких-либо конкретных сведений относительно наличия у
наследодателя психического расстройства, лишавшего его способности понимать
значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, не
представлено.
Принимая
во внимание предоставленные в материалы дела сторонами доказательства, суд
первой инстанции, установив, что в
момент подписания оспариваемого завещания наследодатель понимал значение своих
действий и мог руководить ими, а также что подпись в завещании выполнена самим
наследодателем, пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении
исковых требований Михайлова А.Ю.
Доводы
апелляционной жалобы представителя истца о несогласии с выводами судебной
психолого-психиатрической экспертизы выражают субъективное мнение автора, при
этом каких-либо объективных доказательств, опровергающих выводы судебной
экспертизы, истцом представлено в материалы дела не было.
Доводы апелляционной жалобы, касающиеся несогласия с
произведенной судом оценкой показаний свидетелей, о неправильности выводов суда
не свидетельствуют, так как показания всех допрошенных в судебном заседании
свидетелей исследовались, судом им дана надлежащая оценка по правилам ст. 67
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Доводы апелляционной жалобы, о том, что ответчик Кузнецова
А.И. зная о болезни Ми*** Ю.И., создала психотравмирующую ситуацию для
получения завещания в свою пользу, являются голословными, не подтверждаются
материалами дела.
Заключения
судебной посмертной почерковедческой экспертизы и посмертной судебной
психолого-психиатрической экспертизы оценены судом на предмет их допустимости,
достоверности и взаимной связи в совокупности с другими доказательствами, в том
числе пояснениями нотариуса С*** Е.И. (л.д.99,т.1), подтвердившей факт
подписания завещания непосредственно М*** Ю.И. в помещении нотариальной
конторы, тем самым положения части 3 статьи 67 ГПК РФ были соблюдены.
Указание в апелляционной жалобе на то, что эксперту - почерковеду судом не
направлялись подписи наследодателя, выполненные им в день смерти и подписи,
сделанные перед КТ 10 мая 2020 года, не опровергают выводы экспертного
заключения. Как следует из заключения эксперта, ему были представлены:
оспариваемое завещание, свободные (документы, написанные и подписанные М***
Ю.И., содержащиеся в пенсионном деле М*** Ю.И., личном деле М*** Ю.И.,
медицинской карте, копии формы 1П) эксперт указывает, что свободные образцы почерка и подписей М***
Ю.И. представленные на исследование достаточны для проведения диагностического
и сравнительного исследований (л.д.139, т.1).
Приведенные в апелляционной жалобе доводы, по сути, сводятся
исключительно к переоценке имеющихся доказательств, не подтверждают
существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших
на вынесение правильного по существу судебного решения. Поэтому предусмотренных
ч.1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований
для его отмены судебная коллегия не усматривает.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального
кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
решение Карсунского районного суда Ульяновской области от 21
мая 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя
Михайлова Алексея Юрьевича – Андреева Константина Геннадьевича – без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную
силу со дня его принятия.
Апелляционное определение может быть обжаловано в
течение трех месяцев в кассационном
порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам,
установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской
Федерации через Карсунский районный суд Ульяновской области.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 25 октября 2021 года.
