УЛЬЯНОВСКИЙ  ОБЛАСТНОЙ  СУД

 

Судья Рыбаков И.А.                                                                              Дело № 22-535/2022

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ        ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Ульяновск                                                                                                             23 марта 2022 года

 

Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Кабанова В.А.,

судей Басырова Н.Н. и Грыскова А.С.,

с участием прокурора Чашленкова Д.А.,

осужденного Швецова А.В., 

его защитников: Османова О.И., адвокатов  Хасанова Р.А. и  Гобенко Е.Б.,

при секретаре Коваленко Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Пронько Н.П. и апелляционным  жалобам осужденного Швецова А.В. и его защитника Османова О.И.  на приговор Мелекесского районного суда Ульяновской области от 19 января 2022 г., которым 

 

ШВЕЦОВ Александр Владимирович,

***, несудимый,

 

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года  6 месяцев.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 4 года с возложением  обязанностей не изменять место жительства или пребывания и постоянное место работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, и  являться один раз в месяц для регистрации в данный орган в установленные им дни.       

Судом постановлено меру пресечения Швецову А.В.  оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, приговором  также решены вопросы о гражданских исках, вещественных доказательствах и мерах процессуального принуждения в виде сохранения ареста на имущество Швецова А.В. для обеспечения приговора в части гражданских исков.   

 

Заслушав доклад председательствующего, изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных представления, жалоб и возражений, выступления участников процесса, судебная коллегия

 

УСТАНОВИЛА:

 

Швецов А.В. признан виновным в  мошенничестве, то есть в хищении чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения, совершенном в особо крупном размере, повлекшем лишение права гражданина на жилое помещение.

Преступление  им было совершено в Ульяновской области в период времени и  при обстоятельствах, подробно изложенных в  описательно-мотивировочной части приговора.   

 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Пронько Н.П.,  не соглашаясь с приговором, считает его несправедливым вследствие необоснованного применения  к Швецову А.В. условной меры наказания.

Полагает, что суд в нарушение статей 6 и 43 УК РФ назначил наказание, не соответствующее личности осужденного, характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления.

Считает, что суд не принял во внимание размер ущерба и его значимость, нарушение права на жилище детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которым были представлены 18 квартир непригодных и небезопасных для проживания и фактически изготовленных для создания видимости исполнения государственных контрактов.

Полагает, что суд при назначении наказания принял во внимание положительные данные о личности осужденного, придав им чрезмерное значение, в то время как  вышеуказанные обстоятельства учел формально и не в полной мере.

Кроме того, судом было необоснованно вынесено  постановление о прекращении дела    по ч.1 ст.238 УК РФ,  поскольку суд должен был рассмотреть вопрос об освобождении Швецова А.В. от наказания в рамках приговора.

Просит приговор отменить и вынести новый приговор.

 

В возражениях  на апелляционное представление осужденный Швецов А.В. считает приведенные государственным обвинителем доводы несостоятельными и просит приговор отменить по доводам жалобы, а представление оставить без удовлетворения.

 

В апелляционных жалобах (основных) осужденный и его защитник Османов О.И.,  не соглашаясь с приговором, считают его незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене как не соответствующего статьям 297, 299 и 307 УПК РФ и фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Полагают, что не добыто  неопровержимых доказательств виновности Швецова А.В., судом не проанализированы имеющиеся доказательства и сделаны предположительные выводы.

Считают, что заключению строительной экспертизы придана заранее определенная и главенствующая сила над другими доказательствами,  оно не проверено (формально проверено) на предмет допустимости и относимости.

Утверждают, что при её  проведении нарушены требования ст.ст.  8, 16 и 41  Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ (ред. от 1 июля 2021г.) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку часть материалов   экспертом получена  при  его привлечении в качестве специалиста до возбуждения уголовного дела.

При этом суд уклонился от проверки и оценки возражений осужденного по существенным ошибкам, допущенных экспертом, не выполнении им расчета стоимости выполненных работ в соответствии с условиями договора и проектной документацией, нормативных требований и существующим методикам.

Считают, что данное заключение получило неверную оценку, без учетов доказательств, представленных стороной защиты.

Также полагают, что гражданский иск  пользу М*** *** (далее М***) о возмещении ущерба рассмотрен с нарушением норм процессуального и материального права (ч.2 ст.1082 ГК РФ), без оценки правовой судьбы самих домов, так за потерпевшим  было сохранено право собственности на них и требовалось выделение исковых требований  в отдельное производство.

Просят отменить приговор и вынести оправдательный за отсутствием состава преступления.   

 

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный Щвецов А.В. считает, что представленные стороной обвинения доказательства его вины не только не согласуются друг с другом, но и противоречат друг другу.

Кроме того, значительная часть доказательств была добыта с грубейшими нарушениями закона, но, не смотря на это, была положена в основу обвинения.

В подтверждение доводов о невиновности осужденный приводит  свои подробные показания, считая, что они подтверждаются показаниями свидетелей, потерпевших и письменными материалами.

Утверждает, что строительство домов велось согласно всем нормам и правилам при возведении многоквартирного дома и в соответствии с проектом, при этом со стороны заказчика и администрации *** района контроль осуществлялся на всех этапах строительства по проектной документации.

При этом обращает внимание на то, что прошествии более 4,5 лет конструктив домов не  нарушен, фундаменты без трещин и деформаций, стены не отклонились, кровля без изменений и деформаций, протечек нет, окна и двери на месте.

Утверждает, что ООО «***» построило дома, отвечающие всем требованиям современного жилья, а так же всем СНИПам. При этом, согласно экспертному заключению № *** от 6 октября 2021 г. стоимость фактически выполненных работ и материалов составляла 18 518 541 руб. 92 коп,  в то время как ему было перечислено 17 036 415 рублей, что  также не позволяет делать вывод о хищении чужого имущества путем обмана.

Указывает на то, что завершив строительство объектов, ООО «***» сдало жилье в надлежавшем виде, отвечающее требованиям государственных контрактов. Заказчик принял квартиры по актам, претензий не было, так же в актах приемки расписывались и дети-сироты, претензий с их стороны тоже не было. О проблемах в домах он  узнал в 2020 году, к нему  жалоб не поступало.

При этом в настоящее время  все квартиры брошены, системы отопления разморожены, межкомнатные двери покорежены, отделка квартир нарушается из-за смены температуры зима-лето.

В подтверждение своих доводов  осужденный приводит в жалобе  показания свидетелей Ше***., Шк***., Л***., Ч***., Е***.,  А***., Р***.,  К***., С***., Д***., Шв***., Т***  о том, что дома  были построены надлежащего качества, и делает вывод, что  холод в квартирах является результатом неправильной эксплуатации жилья   потерпевшими.

Также считает, что его доводы подтверждены приводимыми им  показаниями потерпевших Ша***., М***., Н***., Ни***.,  Ав***., Аф***., Аш***., Б***, Т***., К***., П***., По***., Ш***., Е***., М*** и Ш*** При этом все они ссылались на заключение эксперта, которое сами не читали, но им про него рассказывал следователь, что конкретно в нем они пояснить не могли, но всех убедили, что на его основании им дадут другое жилье и все этого ждут. В один день от всех жильцов  отобрали заявления, что данные квартиры не отвечают требованиям, и они просят признать жилье не пригодным для проживания.

При этом обращает внимание на то, что их показания на предварительном  следствии, идентичны и  отличаются от показаний, данных ими в суде,  в связи с чем ссылаясь на постановление Европейского суда по правам человекам от 25 апреля 2013 г., указывает, что в отсутствии существенных оснований для противоположного понятия справедливого судебного разбирательства требуется предавать большее значение показаниям, данным в суде, по сравнению с  показаниями на предварительном следствии, поскольку последние представляют собой, прежде всего, процесс сбора стороной обвинения информации в поддержку своей позиции.

Анализируя показания потерпевших, данных ими в судебном заседании, автор жалоб  также делает выводы, что при их заселении в квартирах было тепло, и лишь со временем в период  их эксплуатации стало холодно. В своих показаниях ни один из них не сказал, что дома накренились, протекает кровля, просел фундамент, прогнили балки перекрытия или лопнули, стены накренились или дали трещину.

Никто из них, кроме Е***., постоянно в квартирах не проживал, квартиры не отапливали, за системой отопления не следил. При этом у последней электричество отключили в 2018 г. за неуплату.  Также потерпевшие не стали там проживать из-за огромных счетов за электричество, из-за чего и покинули квартиры.  Кроме того, в указанных домах еженедельно отключали электричество на 1-2 дня, поэтому котлы постоянно отключались, все потерпевшие понятия не имели, как пользоваться оборудованием и не следили за ним.

Также считает, что в квартирах было холодно из-за того, что в корпусе проживает из 6 квартир 1-2 человека и то не постоянно, которые включают котлы на 20-30 градусов, в то время как в остальные квартирах не отапливались.

Полагает, что  именно из-за этого сырость и плесень в некоторых квартирах,  а также происходит  деформация деревянных конструкций.

По мнению автора жалобы, суд  избранно отразил показания потерпевших в приговоре и в его основу положил показания потерпевших, данных ими на следствии, которые согласуются с позицией обвинения, а иные показания, подтверждающие доводы защиты, проигнорировал.

Выражает несогласие с признанием  детей-сирот потерпевшими,  поскольку денежные средства, на которые строились дома, им не принадлежали, как и построенные квартиры,  а договоры социального найма были заключены не со всеми. Многие не могли пояснить, как нарушено их право на жилье, а поэтому суд незаконно взыскал в их пользу компенсацию морального вреда.

Обращает внимание на то, что заключение эксперта К*** изготовлено с грубейшими нарушениями, все доказательства сравнивались с ним, и  опровергается  другим экспертным заключением № *** от 26 июня 2021 г., согласно которому все выявленные  существенные недостатки, относятся к эксплуатационному характеру, носят статус «критический», но являются устранимыми и не влияют на прекращение  эксплуатации самого дома.

Считает, что судом  было необоснованно отказано в ходатайствах о проведении повторной строительно-технической экспертизы и выездного судебного заседания в целях подтверждения несостоятельности заключения  эксперта К***

Таким образом, имеются существенные противоречия, которые не были устранены до вынесения приговора и с учетом требований ст. 49 Конституции РФ, п. 3 ст. 14 УПК РФ должны были трактоваться в пользу подсудимого.

Обращает внимание на то, что он характеризуется исключительно с положительной стороны, состоит в браке, на иждивении имеет малолетнего ребенка, ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, алкоголизмом и наркоманией не страдает. Он обеспечивает семью и помогает родителям,  которые имеют заболевания и нуждаются в лечении. Также он сам имеет грамоты и благодарственные письма, а также ряд серьезных хронических заболеваний.

 

В дополнении к апелляционной жалобе защитник Османов О.И. считает, что при постановлении приговора были существенно нарушены правила оценки доказательств, что повлияло на правильность установления обстоятельств дела.

Полагает, что принимая в качестве доказательства заключение экспертизы № *** от 28 февраля 2021 г., суд не учел противоречия в части  по факту отсутствия свай, наличия утеплителя на стенах, монолитного пояса, соответствия конструкции пола нормативным требованиям, а также отсутствие технического обследования многоквартирных домов, сопоставления их только проектной документации, представленной следствием эксперту, без исследования соответствия самих домов техническим регламентам и требованиям. При этом суд не предпринял меры к устранению противоречий, необоснованно отклонил ходатайство о назначении дополнительной или повторной экспертизы.

Кроме того,  данное заключение должно было вызвать обоснованное сомнение как в части материальной части его исследования и выводов, а также  процедуры  назначения экспертизы.

Обращает внимание на то, что из постановления о назначении экспертизы следует, что  ответы на вопросы должны были определить, имеется ли в действиях неизвестного лица объективная сторона преступления - ч.4 ст.159 УК РФ, при выполнении государственных контрактов,  то есть были поставлены правовые вопросы,  разрешение которых в его компетенцию не  входит.

При этом судом был оставлен без внимания вывод эксперта при ответе на вопрос № 7,  в котором тот дает суждение об экономической нецелесообразности устранения дефектов ввиду стоимости таких работ,  противоречия в этой части не устранены и при допросе эксперта в судебном заседании.

Считает, что отсутствие в экспертизе фактических расчетов устранения недостатков противоречит положению статьи 8 и 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» поскольку такие выводы не могут быть сделаны при использовании способов и методов, которыми пользовался эксперт. Более того, фактически исследование в этой части, описание методов и приемов экспертного производства, в соответствии с которыми эксперт пришел к  таким выводам, в заключении не приведено.

Кроме того, судом не дана оценка противоречивости заключения эксперта, поскольку при ответе на вопрос № 2 эксперт приходит к выводу о несоответствии проектной документации действующим нормам и правилам. При этом, в качестве критерия качества домов им принимается исключительно проект. Однако, полагает, что когда проект не соответствует нормативным требованиям, в качестве критериев оценки могут являться только строительные нормы и правила

Считает, что заключение  эксперта № *** не отвечает требованиям «Общих правил проведения обследования и мониторинга технического состояния зданий и сооружений», а также этапам проведения обследования, составу таких работ регламентированных разделами 4 и 5 ГОСТ 31937-2011, разделом 5 «СП 13-102-2003. «Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений».

Об указном свидетельствует и  то обстоятельство, что при проведении обследования специалистом ООО «***» М*** была обнаружена  свая, не отраженная в экспертизе, о чем ею  и было указано в своем заключении.

Обращает внимание на то, что экспертом при ответе на первый вопрос сделано суждение, что выявленные им нарушения близки к понятию аварийного состояния по смыслу ГОСТ 31937-2011.  Однако, полагает, что с этим выводом согласиться нельзя, поскольку как уже отмечалось выше, экспертом техническое состояние не исследовалось, проведен лишь сравнительный анализ домов с представленной проектной документацией.

Считает, что  выводы эксперта об аварийном состоянии домов, а равно как не соответствие жилых помещений предъявляемым требованиям, не являются обоснованными, сделаны с нарушением правил проведения обследования, являются надуманным, научно и технически не обоснованными, поскольку для ответа на поставленные вопросы необходимо было проведение обследования именно технического состояния домов, а не только их сравнение с проектной документацией.

Судом также надлежащая оценка данным обстоятельствам не дана, они отвергнуты необоснованно и немотивированно.

При этом судом не принималась  во внимание возможная халатность при производстве экспертизы, поскольку,  исследуя помещение чердака, эксперт не мог визуализировать соединения систем крыши, утепления и т.п., поскольку считает, что  фактически в помещении чердака  он не поднимался,  и  было невозможно установить все типы соединений,  наличие или отсутствие необходимых слоев подсвечивая фонариком, мощность которого, позволила бы суду удостовериться о достаточной степени освещенности при исследовании тёмного помещения.

Обращает внимание на то, что ходатайства о назначении повторной и дополнительной экспертиз были необоснованно отклонены, а представленные заключения и рецензии, не приняты во внимание, что является существенными нарушениями, поскольку отказ в принятии альтернативной экспертизы в качестве доказательства может рассматриваться нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции по правам человека.

Указывает на то, что экспертное заключение № *** было получено в рамках другого дела № 1***  до того, как Швецов А.В. был привлечен в качестве обвиняемого, в связи с чем сторона защиты не могла реализовать свои права, как и  на предварительном следствии  не смогла добиться назначения дополнительной и повторной экспертиз.

Обращает внимание на то, что  Европейский Суд по правам человека отмечал, что если сторона защиты просит суд о рассмотрении определенного вопроса экспертом или пытается представить второе заключение по каким-либо вопросам, в первую очередь внутригосударственный суд должен разрешить вопрос о том, отвечает ли это полезной цели получения второго экспертного заключения по важному аспекту дела может быть самоочевидным, и уклонение суда от получения экспертных доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, может сделать судебное разбирательство несправедливым.

При этом сторона защиты основала необходимость назначения экспертизы в судебном заседании мнениями  допрошенных специалистов, представивших свои исследования, которые аргументировано указывали на нарушения и противоречия в заключении №*** от 28 февраля 2021 г.

Считает, что отклоняя ходатайства защиты, суд уклонился от процессуальной обязанности по созданию равных условий для сторон с учетом отсутствия реальной возможности повлиять защите на стадии предварительного следствия высказывать возражение относительно кандидатуры эксперта, вопросов, постановленных перед им, а равно как предоставлять дополнительные материалы и доказательства перед назначение экспертизы.

Также считает, что участие К***  ранее  в качестве специалиста при обследовании домов исключало его участие в качестве эксперта по настоящему уголовному делу, а также по уголовному делу №***, в рамках которого была  проведена экспертиза.

Полагает, что вывод суда в части монтажа напольной плитки непосредственно на грунт, был сделан на недопустимых доказательствах, а вывод суда, что грунт размещен на бетонном покрытии, не основан на материалах дела, поскольку согласно протоколам осмотров мест происшествий в отношении квартиры  № *** корпуса *** и  квартиры № *** корпуса ***, плитка в санузле уложена на бетонное покрытие.

При этом представленной защитой видеозаписью обследования разрушающим методом контроля также установлено, что плитка уложена на бетонное покрытие.

Кроме того, судом не дана оценка тому обстоятельству, что все этапы строительства были зафиксированы и имеются фотоматериалы, которые судом также исследовались (т.7, л.д. 64-91).

При этом остались без внимания следствия и суда вопросы о предварительных требованиях, предъявленных к ООО «***» и к Швецову А.В.,  поскольку из имеющихся в деле заявлений  и актов выполненных работ, следует, что ими были проведены ремонтные работы, что  также исключает умысел на мошенничество, и повлияло и на вынесения неправосудного приговора в части удовлетворения гражданского иска.

Считает, что взыскав  с осужденного денежные средства в объеме государственных контрактов, суд не учел, что правоотношения между М*** и ООО «***» регулируются законодательством о деловом строительстве, поскольку с обществом были заключены 18 договоров участия в долевом строительстве. При этом, согласно положениям статей 7 и 9 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», возврат денежных средств по  эти договорам допускается только при их расторжении.  

При этом правовые последствия расторжения договора долевого строительства судом не определены, в частности, не разрешена судьба данных квартир, принадлежащих  на праве собственности М***, что приводит к неосновательному обогащению, поскольку одновременно оставаться собственником квартир после получения денежных средств оно уже не может.

Также  у стороны защиты вызывают сомнение правильность определения круга потерпевших по настоящему уголовному делу, с учетом того, что договоры специализированного найма  с потерпевшими заключены  только после окончания срока вмененного Швецову А.В. деяния, а поэтому  никто из них правом на квартиры, не обладал, в том числе и правом проживания.

Таким образом, считает, что  был излишне предъявлен и квалифицирующий признак «лишение права на жилое помещение».

В связи с этим незаконным является приговор и в части удовлетворения гражданских исков  потерпевших о компенсации морального вреда, а также исходя из того, что в качестве оснований к иску потерпевшие указывали в большей части их расходы  на проведение ремонта, а также на вынужденный съем иного пригодного помещения, которые к компенсации морального вреда отнесены быть не могут.

 

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- прокурор Чашленков Д.А.,  поддерживая доводы представления, возражал относительно удовлетворения доводов всех апелляционных жалоб;

- осужденный Швецов А.В. и его защитники Османов О.И., адвокаты  Хасанов Р.А. и  Гобенко Е.Б. поддержали доводы жалоб в полном объеме, привели в обоснование аналогичные аргументы,   просили оставить доводы представления без удовлетворения. 

 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления,  жалоб и возражений, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия  находит  обжалуемый приговор подлежащим изменению.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о виновности осужденного Швецова А.В. в совершении преступления,  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных  доказательств, которым суд дал в приговоре надлежащую оценку в соответствии с требованиями статьи 88 УПК РФ, то есть  с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

При этом  доводы стороны защиты об  отсутствии в его действиях состава преступления, допустимости и достаточности представленных стороной обвинения доказательств, были тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре убедительных мотивов принятых решений.

Аналогичные доводы, изложенные в жалобах и при их рассмотрении, судебная  коллегия также находит неубедительными, поскольку обстоятельства совершенного  осужденным преступления, а также выводы суда о доказанности  его вины, подтверждаются  совокупностью исследованных доказательств.

Так, согласно  показаниям представителя потерпевшего Е*** следует, что 26 мая 2014 г. и 6 июля 2016 г.  между М*** и ООО «***»  были заключены государственные контракты №№ *** на участие в долевом строительстве многоквартирного дома  по адресу: р.п. ***, ул. ***, д.***  в целях приобретения однокомнатных квартир для обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей по договорам найма специализированных жилых помещений.  Согласно пп. 1.1, 3.1 и 6.1.5 контрактов, предметом договора является участие в долевом строительстве многоквартирного дома в целях приобретения в собственность Ульяновской области объекта долевого строительства  и застройщик обязуется передать объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям государственного контракта, требованиям технических регламентов, а также иным обязательным требованиям, предусмотренным законодательством РФ, с полной чистовой отделкой в сроки до 28 февраля 2015 г. и  до 1 октября 2016 г. После ввода дома в эксплуатацию М*** расчет с застройщиком произведен в полном объеме в размере 17 036 415 рублей, и 18 квартир были предоставлены для проживания лицам, относящимся к вышеуказанной категории. В дальнейшем от них стали поступать жалобы на строительные недостатки, которые образовались в результате несоблюдения застройщиком строительных норм и регламентов. Согласно ГрК РФ строительный контроль проводится лицом, осуществляющим строительство, то есть застройщиком. Таким образом, руководство ООО «***», в частности директор Швецов А.В., не должным образом контролировал строительные работы, в результате чего имелись строительные недостатки.

Аналогичные показания по обстоятельствам заключения контрактов были даны свидетелями В***  и А***., указавшими также, что сметную и проектную документацию М*** с застройщиком не согласовывало. Оплата по государственным контрактам осуществлялась в несколько этапов. Строительный контроль и надзор за выполнением ООО «***» работ по возведению указанного дома М*** не осуществляло и оно возлагалось на само общество. Ввод дома в эксплуатацию осуществлялся администрацией МО «***». Сотрудник администрации, отвечающий за ввод дома в эксплуатацию, должен был проверить предоставленные застройщиком документы, осмотреть построенный объект и убедиться, что объект соответствует требованиям проектной документации и строительным нормам.

Из показаний потерпевших Ша***., М***., Н*** Ни***., Ав***., Аф***., Аш***., Б***., Т***., К***., П***.,  П***., Ша***. Е***., М***.,  Ш*** следовало, что  в предоставленных им для проживания  однокомнатных квартирах по  вышеуказанному адресу было холодно, была плесень и грибок, отопление было неисправно и ломалось, теплоизоляции и звукоизоляции не было, текли трубы и радиаторы, был неисправен счетчик, по стене шли трещины, перила лестницы  были плохо прикреплены  и упали, полы в кухне устроены на земле, в ванной комнате и туалете на полу плитка была поломана и вздулась, как и линолеум,  из-за сырости осыпались гипсовые стены, на втором этаже отклеивались обои, межкомнатные двери не закрывались,  гнили полы на кухне, плитка в ванной комнате положена на песок, бетонная стяжка в ванной комнате отсутствовала, плитка положена на землю, дуло из окон. Данные квартиры потерпевшие покинули из-за невозможности проживания в них.

Свидетели А*** и Л***  показали, что 5 и 9 января 2021 г. они принимали участие в осмотре дома № *** по ул. *** р.п. ***. В ходе осмотра были выявлены многочисленные дефекты, которые являлись последствиями ненадлежащего строительства и ремонта. Многие из этих недостатков нельзя было визуально определить.

Свидетели Ч*** и Е***  также подтвердили, что неоднократно осматривали для оплаты застройщику ход выполняемых работ по  вышеуказанному дому, но контроль за строительством не осуществляли. От жильцов поступали жалобы на холод в квартирах и строительные дефекты.

Из показаний свидетеля П*** следовало, что Швецов В.А. просил его за вознаграждение от имени ООО «***», директор которого был в курсе, разработать проектную документацию на строительство дома в р.п. ***, что он совместно с другими лицами и сделал. Авторский надзор он не осуществлял. По просьбе Р*** расписывался  в актах о соответствии дома проектной документации, при этом построенный  ООО «***» дом на это соответствие проектной  он не проверял.

Показания данных свидетелей опровергают доводы жалоб осужденного о наличии надлежащего контроля за проводимым им строительством со стороны ответственных за это лиц.

Согласно показаниям свидетель Б***., в 2015 г. он за денежное вознаграждение стал учредителем и директором ООО «***», но работать в нем он не планировал.

Свидетель М***  показал, что в 2016 г. он оформил на себя ООО «***» и открыл банковский счет. Все документы отдал знакомому. Финансово-хозяйственной деятельностью этого общества не занимался.

Из показаний свидетеля К*** следовало, что она не является учредителем ООО «***», ООО «***», ООО «***» и никакого отношения к указанным юридическим лицам не имеет, каких-либо подписей в документах не ставила. Примерно в конце 2016 г. она теряла свой паспорт.

Свидетель З*** показала, что оказывала ООО «***» бухгалтерские услуги и составляла налоговую отчетность. Руководителем общества являлся Швецов А.В. Организаций ООО «***» и ООО «***» как контрагентов, она не помнит.

Согласно  государственным контрактам на приобретение М*** квартир, по адресу: Ульяновская область, *** район, р.п. ***, ул. ***, д.***», №№ *** от 26 мая 2014 г., № *** от 6 июля 2016 г., и договоров  на участия в долевом строительстве №№ *** от 2 июля 2014 г.,  ООО «***»  обязано передать М*** объекты долевого строительства – квартиры, качество которых должно соответствовать условиям договоров,  Государственных контрактов, требованиям технических регламентов, а также иным обязательным требованиям, предусмотренным законодательством РФ, во введенном в эксплуатацию в установленном порядке жилом доме. В соответствии с условиями контрактов, оплата осуществлялась по безналичному расчету путем перечисления денежных средств на расчетный счет общества.

Согласно имеющимся в деле платежным поручениям,  в период с  24 сентября 2014 г. по 10 октября 2017 г. с расчетного счета М*** на расчетный счет ООО «***» в счет оплаты государственных контрактов были перечислены  денежные средства в общей сумме 17 036 415 руб.

Из протокола осмотра предметов от 17 марта 2021 г. следует, что в ходе  осмотра сведений, представленных ПАО Банк «***», в том числе платежных поручений   ООО «***»  на  расчетный счет ООО «***», открытый в филиале «***» ПАО КБ «***» были перечислены:  денежные средства - 345 899 руб. с назначением платежа «Оплата по счету 168 от 14 июля 2016 г. за строительные материалы»; 78 947,40 руб.  -  «Оплата по счету 169 от 20 июля 2016 г. за монтаж оконных откосов»; 104 713 руб. - «Оплата по договору 46 от 18 июля 2016 г. за внутриотделочные работы»; 104 713 руб.  - «Оплата по договору 45 от 18 июля 2016 г. за внутриотделочные работы»; 188 482 руб. - «Оплата по договору *** от 24 июля 2016 г. за СМР (устройство полов)»; 280 629 руб. - «Оплата за внутриотделочные по договору 102 от 1 августа 2016 г.»; 101 600 руб.  - «Оплата за внутриотделочные по договору 176 от 20.08.2016», а также  на расчетный счет ООО «***» в этом же банке 820 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору *** от 16 августа 2016 г. за комплекты отопительных приборов, санфаянс на 18 квартир».

При этом согласно сведениям, представленным ПАО Банк «***», право подписи платежных документов ООО «***» принадлежит Швецову А.В., заявления на открытие расчетных счетов от Б*** не поступали, электронно-цифровая подпись на имя последнего не выдавалась. 

Из копии регистрационного дела ООО «***», следует, что в нем  содержатся лист записи ЕГРЮЛ о внесении в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности сведений  о юридическом лице ООО «***», решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица (ООО «***») из ЕГРЮЛ от 21 мая 2018 г. № ***, справки № *** о непредоставлении ООО «***» в течение последних 12 месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством РФ о налогах и сборах и движения денежных средств по банковским счетам ООО «***», решение № 1 единственного учредителя ООО «***» от 22 июня 2016 г. о создании ООО «***», о возложении обязанностей директора на М***

Согласно копии регистрационного дела ООО «***», в котором содержатся лист записи ЕГРЮЛ о внесении в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности записей о юридическом лице ООО «***», решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица (ООО «***») из ЕГРЮЛ, от 21 января 2019 г. №***, решение № 1 единственного учредителя ООО «***» от 19 ноября 2014 г. о создании ООО «***», о назначении  К*** директором общества.

Из регистрационного дела ООО «***» следует, что согласно  копии протокола № 1 общего собрания учредителей ООО «***» от 5 февраля 2014 г.,  принято решение создать  данное общество и назначить директором Швецова А.В. Из  копии договора купли-продажи в уставном капитале от 18 мая 2015 г.,  Швецов А.В. и Ш*** продали Б*** 100 % уставного капитала ООО «***».

Согласно протоколам осмотров мест происшествия от 27 и 30 октября 2020 г. и от  18 мая 2021 г., в ходе осмотров   квартиры № *** и  *** корпуса № *** дома № *** по ул. *** р.п. ***, а также самого дома, была обнаружена поврежденная напольная плитка, которая располагается на земле, отсутствие бетонной стяжки на полу,  повреждения в виде деформации. В ходе осмотра дома выявлены дефекты: бетонные крыльца зданий, бетонные отмостки, видимые бетонные элементы фундамента содержат повреждения, на отмостке корпусов имеются трещины, ступени не соответствуют нормативным требованиям безопасной эксплуатации. Зафиксировано промерзание потолков и стен, повышенная влажность, холодные полы, конденсат на нижних участках стен. Полы квартиры № *** продавлены вниз, в ванной комнате обнаружены следы конденсата и плесени, трещины в стене. В ходе осмотра квартиры № *** обнаружены трещины в стене кухни. В ванной комнате плитка разрушена, под ней отсутствует бетонная стяжка, теплоизоляция, которая необходима в полах 1-го этажа жилых зданий. В ходе осмотра квартиры № *** корпуса №*** обнаружена плесень и грибок на стенах кухни, проем кухонного окна имеет щели, оконные рамы не плотно прилегают к стене.  Оконные проемы жилой комнаты не плотно прилегали к стене.

Вопреки доводам жалоб, в ходе осмотров  были обнаружены и зафиксированы дефекты, согласующиеся с выводами эксперта К***., данными им при проведении строительно-технической экспертизы, и каких либо существенных противоречий, между ними не имеется, а, кроме того, они подтверждались  и показаниями потерпевших.

Также согласно заключению эксперта № ***  от 28 февраля 2021 г. по результатам проведенной строительно-технической экспертизы по материалам уголовного дела следует, что  в соответствии с классификацией п.3 СП 13-102-2003 техническое состояние жилого дома д.*** ул. *** р.п. *** является недопустимым, в соответствии с классификацией п.3 ГОСТ 31937-2011 оно является аварийным. Три строения корпусов указанного дома не соответствуют представленной на экспертизу проектной документации, жилые помещения (квартиры) в указанных корпусах не соответствуют требованиям, предъявляемым к ним, а здания корпусов не соответствуют требованиям, предъявляемым к многоквартирным жилым зданиям.

При проведении экспертизы выявлены следующие существенные дефекты в конструкциях и элементах зданий:  фундаменты объекта не соответствуют проектным требованиям, в частности угловая свая в пересечении осей 1-Г (свая 1) отсутствует, что приводит к существенному снижению несущей способности фундаментов объекта по сравнению с проектными данными. Данный дефект является нарушением требований ст.16 «Механическая безопасность» Федерального закона № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (далее закона);

снаружи и внутренней  поверхности цоколя, под полом по периметру наружных стен отсутствует утеплитель, что приводит к образованию так называемых «мостиков холода», выпадению конденсата и несоответствию конструкций цокольных участков стен требованиям по тепловой защите зданий.  Данный дефект является нарушением требований ст. 25 «Защита от влаги», ст.29 «Требования к микроклимату помещений», ст. 31 «Требования энергетической эффективности зданий и сооружений» закона;

состав полов в жилых комнатах и санузлах первого этажа не соответствует проекту, в частности примененное конструктивное решение с использованием ДСП, деревянных лаг в жилых помещениях и керамической плитки, уложенной непосредственно на грунт в санитарных узлах, привело к нарушению геометрической неизменяемости полов и их низкой температуре в холодный период года, что также приводит к нарушению параметров микроклимата в жилых помещениях. Данный дефект является нарушением требований ст.16 «Механическая безопасность», ст. 25 «Защита от влаги», ст.29 «Требования к микроклимату помещений», ст. 30 «Требования безопасности для пользователей», ст.31 «Требования энергетической эффективности зданий и сооружений» закона;

толщина утеплителя наружных стен составляет 100 мм, и не соответствует ни проектным данным, приведенным на чертежах, ни данным теплотехнического расчета, что приводит к меньшей по сравнению с проектными данными тепловой защите здания и повышенному расходу энергоносителя на отопление и снижению температуры внутреннего воздуха. Данный дефект является нарушением требований ст. 25 «Защита от влаги»,   ст. 29 «Требования к микроклимату помещений», ст. 31 «Требования энергетической эффективности зданий и сооружений»  закона;

конструктивные решения узлов деревянных конструкций не соответствуют проектным данным, их жесткость (геометрическая неизменяемость) снижена, что приводит к повышенным деформациям каркаса деревянной части здания и снижению пространственной жесткости конструктивной схемы зданий в целом, что  является нарушением требований ст.16 «Механическая безопасность» закона;

монолитный пояс поверх стен первого этажа не соответствует проектным данным. В самом проекте отсутствуют данные по требованиям к бетону пояса (не указаны данные ни по виду бетона, ни по его марке или классу). Верхний участок стен выполнен из керамзитобетона. Все это приводит к снижению пространственной жесткости конструктивной схемы зданий. Данный дефект является нарушением требований ст. 16 «Механическая безопасность» закона;

система вентиляции здания не соответствует схеме, приведенной в проекте, выявлены участки с забитыми монтажной пеной трубопроводами и наклейкой вентиляционной решетки в помещении кухни непосредственно на обои, при этом вентиляционная труба в кухне отсутствует, что приводит к нарушению параметров микроклимата в жилых помещениях. Данный дефект является нарушением требований ст. 20 «Требования к качеству воздуха», ст.25 «Защита от влаги», ст. 29 «Требования к микроклимату помещений»,  закона.

Также эксперт пришел к выводам о том, что конкретное конструктивное решение данного жилого дома, не соответствует требованиям, предъявляемым нормативно-технической документацией к конструкциям жилых многоквартирных зданий, в частности, разделов 6, 8 и 9 СП 54.13330.2016 «Здания жилые многоквартирные», требованиям ст.ст.16, 20, 25, 29, 30, 31 вышеуказанного  закона. Нормальная эксплуатация данного дома, при его текущем техническом состоянии, невозможна. Стоимость устранения дефектов сравнима со стоимостью нового строительства.

Перечисленные выше дефекты жилого дома образовались от нарушений в процессе строительства, в результате некачественного выполнения работ, в том числе из-за применения некачественных материалов, конструкций, отклонений от проектной документации. Все вышеперечисленные повреждения и допущенные при строительстве дома нарушения привели к несоответствию   квартир в указанном доме требованиям, предъявляемым к жилым помещениям (т. 10 л.д.114-141).

Кроме того, данные выводы фактически подтверждены  вступившим в законную силу  решением Ленинского районного суда г. Ульяновска от 15 марта 2021 г.,  из которого  следует, что им признаны незаконными заключения межведомственной комиссии от 11 января 2021 г. № № *** о соответствии жилых помещений, расположенных по адресу: Ульяновская область, *** район, р.п. ***, ул. ***, д.***, требованиям, предъявляемым к жилому помещению и их пригодности для проживания.

Вопреки доводам жалоб, указанные и иные указанные в приговоре доказательства в их совокупности позволяют сделать вывод о несостоятельности доводов стороны  защиты о том, что постановленный в отношении  Швецова А.В. приговор основан на предположениях и при отсутствии неопровержимых доказательств виновности.

Показания представителя потерпевшего и  иных потерпевших, свидетелей обвинения, признанных судом достоверными, судом были тщательно исследованы, правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора.

Вопреки доводам жалоб, возникшие в судебном заседании противоречия в их показаниях были устранены. При этом показания  потерпевших  и свидетелей, оглашались и исследовались судом в строгом  соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ.  При этом существенных противоречий в показаниях допрошенных лиц, как об этом указывает защита, относительно значимых для дела обстоятельств, в суде первой и апелляционной инстанций не установлено.

Учитывая, что потерпевшие подтвердили ранее данные ими показания,  которые согласовались и с другими доказательствами, доводы жалоб, что суд необоснованно  взял их за основу, в том числе показания данные  ими в ходе предварительного следствия, являются необоснованными.

Также, суд  обоснованно критически отнесся к показаниям  и доводам Швецова А.В., полностью отрицавшего  вину ввиду постройки дома надлежащего качества.

При этом суд указал основания, по которым признал их недостоверными и несостоятельными, и не соглашаться с мотивированными суждениями, приведенными в приговоре в этой части,  у судебной коллегии оснований не имеется.

Таким образом, судебная коллегия не имеет оснований для иной оценки доказательств, чем приведена в приговоре судом первой инстанции, поскольку  считает её объективной и правильной.

Доводы защиты о незаконности приговора и невиновности Швецова А.В.  направлены на иную оценку имеющихся по делу доказательств, в том числе выводов строительной экспертизы, также проверялись судом первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре и мотивированно отвергнуты как несостоятельные.

Вопреки доводам жалоб,  и как отмечает судебная коллегия,  строительно-техническая судебная экспертиза (заключение эксперта № ***  от 28 февраля 2021 г.) проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, правилами проведения судебных экспертиз. Она выполнена экспертом, квалификация которого сомнений не вызывает, при этом его выводы являются научно обоснованными, понятными, а само заключение полностью соответствуют требованиям статьи  204 УПК РФ.

Ответы на поставленные вопросы даны экспертом с учетом его компетенции, с ссылками на применявшиеся при производстве экспертизы методы и использованные законодательные и нормативные акты РФ, специальную литературу, а также эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения в установленном порядке.

Вопреки доводам жалоб и  в силу статьи 70 УПК РФ, предыдущее участие лица в производстве по уголовному делу в качестве специалиста, не является основанием для его отвода как эксперта, в связи с чем утверждение стороны защиты о невозможности участия К*** при производстве данной экспертизы не основано на законе.

Несмотря на доводы жалоб,  с учетом выделения настоящего уголовного дела из другого, назначение данной  экспертизы  и  её проведение не в рамках настоящего уголовного дела, было продиктовано ранее возникшей у органа следствия необходимости привлечения к уголовной ответственности иного лица по должностному преступлению,  что не запрещено уголовно-процессуальным законом и не исключало возможности использования результатов данной экспертизы в  качестве доказательств по настоящему делу.

При этом впоследствии, после привлечения Швецова А.В. в качестве обвиняемого по делу, и  в ходе дальнейшего производства по нему, в том числе при ознакомлении с заключениям эксперта и с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, а также в ходе судебного разбирательства, осужденный реализовал предоставленную ему следствием и судом возможности восполнения  возникших процессуальных недостатков, заявляя соответствующие  ходатайства, оспаривая заключение эксперта  и иными способами.

Вопреки доводам жалоб, лишь в случае, если обоснованность заключения эксперта вызывает сомнения или в  его выводах содержатся противоречия, не устранимые путем их допроса, либо при назначении и производстве экспертизы были допущены нарушения процессуальных прав участников судебного разбирательства, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов,  суд в соответствии с положениями части 2 статьи 207, частей 3 и 4 статьи 283 УПК РФ по ходатайству сторон либо по собственной инициативе назначает повторную экспертизу, поручив ее производство другому эксперту.

При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела судом может быть назначена дополнительная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту.

Вместе с тем, несмотря на доводы жалоб, таковых оснований в ходе судебного разбирательства судом установлено не было.

При этом в ходе судебного разбирательства был допрошен  и сам  эксперт К***., подтвердивший правильность своих выводов, а также признавший,  что в заключении им  была допущена описка - угловая свая в пересечении осей 3-В (свая 9) отсутствует, что, однако, в целом не влияло на допустимость данного доказательства, равно как и приобщение к заключению  сделанных им ранее фотографий дома лишь для демонстрации своих  выводов. Кроме того, относимость данных фотоснимков к настоящему делу сомнений не вызывала и у стороны защиты.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия также отвергает как несостоятельные все доводы стороны защиты, приведенные в апелляционных жалобах, касающиеся оценки заключения вышеуказанной экспертизы как недопустимого доказательства по данному делу.

Таким образом, оспариваема стороной защиты вышеприведенная экспертиза, положенная судом в основу приговора, была назначена и  проведена в соответствии с требованиями статей 195-196 УПК РФ и оценена судом в совокупности с другими доказательствами, и вопреки приводимым доводам, не имела заранее установленной силы по сравнению с ними.

Вопреки приводимым доводам, судебная коллегия также считает, что  данное заключение эксперта полностью отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, экспертиза  была назначена следователем в пределах его компетенции, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2011 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», которые не содержат запретов на производство экспертиз вне государственных (либо негосударственных) судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, не являющимися штатными судебными экспертами.

Вопреки доводам жалоб, вопросы, поставленные на экспертизу, соответственно, и ответы на них, правовыми не являются,  они допустимы и направлены на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу.

При этом эксперт производил сопоставление построенного дома не  только с проектной документации, представленной  ему следствием, но и с исследованием соответствия самих домов техническим регламентам и требованиям, в том числе Федеральному  закону от 30 декабря 2009 N 384-ФЗ (ред. от 2 июля 2013 г.)  «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», в связи с чем  доводы жалоб об обратном признаются судебной коллегией несостоятельными.

Сами выводы эксперта также аргументированы, объективны и научно обоснованы, имеют достаточную ясность, являются мотивированными и полными,  и обоснованно не вызывали новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела, требующих проведения дополнительных либо повторных экспертиз,  оно не содержат неясностей и  неустранимых противоречий.

Обоснованность выводов данного экспертного заключения не вызывает сомнений у судебной коллегии, равно как не вызывает сомнения и сама компетентность эксперта, а также его предупреждение перед проведением экспертизы об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Не доверять показаниям эксперта о его фактическом осмотре  чердачных помещений, в том числе с использованием фонарика, не смотря на указание его мощности в заключении, также  не свидетельствует о недопустимости выводов, изложенных экспертом.

Касаемо того анализа и оценки экспертизы по делу, которые делаются в жалобах, судебная коллегия также отмечает, что ни осужденный, ни его защитники сами экспертами в данной области не являются.

Доводы стороны защиты  о непредставлении эксперту следователем всей проектной документации по строительству дома, также  были предметом проверки и оценки суда первой инстанции, и суд  пришел к обоснованному выводу, что она была представлена ему в полном объёме,  с чем согласна и судебная коллегия.

В связи с изложенным доводы  жалоб о недопустимости экспертного заключения по изложенным в них мотивам, судебная коллегия не может признать состоятельными, оснований для назначения дополнительных и повторных экспертиз не имелось.

Относительно заключения специалиста  № *** от 25 марта 2021 г., рецензии №*** от 23 апреля 2021 г., равно  как экспертных заключений № *** от 6 октября 2021 г. и № *** от 26 июня 2021 г., заключения экспертизы №*** от 26 августа 2021 г. и показаний лиц их составивших А***., Б***., М***. и К***., судебная коллегия также отмечает, что по смыслу закона, изложенные в них выводы, не могут быть установлены на основании заключений специалистов, которые не правомочны проводить исследование и формулировать выводы.

Разъяснения специалистов не могут заменить заключения эксперта, а могут касаться лишь тех вопросов, для разъяснения которых необязательно проведение судебной экспертизы.

С учетом положений ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ о том, что проверка и оценка доказательств относится к исключительной компетенции суда, мнение лица, обладающего какими-либо специальными знаниями, но не являющегося участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения или защиты, по вопросам относимости, допустимости и достоверности доказательств по уголовному делу не может, в соответствии с требованиями ст.58 УПК РФ, расцениваться как разъяснения специалиста по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию, и изложение суду такого мнения не входит в компетенцию специалиста.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что привлеченные защитой специалисты при подготовке заключений вышли за пределы предоставленных уголовно-процессуальным законом полномочий, поскольку ответили на вопросы, являющиеся предметом экспертизы  и оценки суда.

Более того, исследованное в суде первой инстанции и положенное в основу приговора в совокупности с представленными стороной обвинения доказательствами заключение экспертизы, опровергает суждения специалистов, представленных стороной защиты.

Судом  первой инстанции также обоснованно  были поставлены под сомнение допустимость как доказательств по уголовному делу, проведенных по инициативе стороны защиты  вышеуказанных экспертных заключений, поскольку  в соответствии с положениями ст. 86 УПК РФ  стороне защиты при производстве по уголовному делу не представлено право  назначения и проведения экспертиз, в том числе с привлечением нотариусов.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка характеру действий осужденного и направленности его умысла, выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и которые соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, не допускал суд и каких-либо предположительных суждений.

Проанализировав всю совокупность представленных сторонами доказательств, суд пришел к обоснованному выводу, что об умысле Швецова А.В. на хищение денежных средств свидетельствовало то, что он привлек к работе П***., который должен был выполнить разработку проектной документации под штампом и от имени ООО «***», при этом последний сотрудником этой организации не был.

При этом сам осужденный,  имея опыт в строительстве, не мог не видеть, что разработанная  последним проектная документация для строительства многоквартирного жилого дома выполнена с грубыми нарушениями градостроительных норм, в частности Главы 6 Градостроительного Кодекса РФ и не соответствовала требованиям, предъявляемым к строительному проектированию объектов на территории РФ. 

Данную документацию, несоответствующую градостроительным нормам, осужденный использовал при строительстве вышеуказанного дома  без осуществления строительного контроля, допуская возникновение и оставляя недоработки в строительстве элементов дома,  осознавая, что при таких условиях построенные объекты не будут отвечать требованиям безопасности жизни и здоровья жильцов.

ООО «***», руководимое Швецовым А.В., имея реальную возможность выполнить все необходимые для строительства благоустроенных жилых помещений работы, а также исполнить договорные обязательства, учитывая поступившую со стороны М*** оплату за выполнение работ и оказание услуг по строительству дома, тем не менее не выполнило работы, предусмотренные проектной документации, а  также выполнило их в нарушение Федерального закона № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». На это указывала и смена в ходе строительства руководителя ООО «***», обусловленная желанием Швецова А.В. переложить ответственность на другое лицо.

Также в целях получения разрешений на ввод в эксплуатацию трех корпусов многоквартирного жилого дома, осужденный  подписал от имени номинального директора ООО «***» Б*** заявления о выдаче разрешений на ввод объектов  корпусов дома  №№ *** в эксплуатацию, акт о соответствии проектной документации, в соответствии с требованиями технических регламентов (норм и правил), параметров технических условий эксплуатации сетей инженерно-технического обеспечения построенного жилого дома от 3 июля 2017 г., акт о соответствии параметров построенного объекта капитального строительства многоквартирного дома проектной документации от 3 июля 2017 г., акт о соответствии построенного, реконструированного, отремонтированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов (норм и правил) от 23 декабря 2016 г.  и 3 июля 2017 г., которые в соответствии с ч.3 ст.55 ГрК РФ обязательны для ввода объекта в эксплуатацию, а также организовал подписание указанных актов П***., не осуществлявшим авторский надзор за строительством дома.

Кроме того, Швецов А.В., вводя представителей *** в заблуждение, умышленно не сообщая о своих преступных намерениях и нарушениях, допущенных при строительстве дома, путем обмана, передал 18 однокомнатных квартир в доме, визуально содержащих признаки построенного готового жилья, с якобы соответствующими всем действующим нормам законодательства РФ элементами благоустроенного жилого помещения.

При этом осужденный скрыл, что техническое состояние дома является недопустимым, три строения корпусов указанного дома не соответствуют проектной документации, жилые помещения (квартиры) не соответствуют требованиям, предъявляемым к жилым помещениям, а здания корпусов не соответствуют требованиям, предъявляемым к многоквартирным жилым зданиям.

Доводы  жалоб о больших затратах Швецова А.В. на строительство, чем ему вменено в вину, установленных проведенной по инициативе стороны зашиты вышеуказанной экспертизой, частичном принятии мер по устранению выявленных недостатков, вине потерпевших при эксплуатации квартир,  подписания уполномоченными лицами  необходимых документов  о введении домов в эксплуатацию, также получили обоснованную оценку  в приговоре, как не ставящие под сомнение виновность осужденного, с которой согласна и судебная коллегия.

При этом суд  первой инстанции обоснованно исходил как из  конкретных обстоятельств и способа хищения денежных средств, так и из того, что при установлении размера похищенного в результате мошенничества, связанного с одновременной заменой его менее ценным, действия квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества.

Таким образом, судом верно было установлено, что осужденный с использованием своего служебного положения, обманным путем завладел принадлежащими М*** денежными средствами в общей сумме 17 036 415 рублей, то есть в размере, относимом Уголовным кодексом РФ к особо крупному.

Вместе с тем, соглашаясь с данной судом оценкой совершенных Швецовым А.В. действий как мошенничества, то есть как хищения чужого имущества путем обмана, совершенного с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о наличии в его действиях квалифицирующего признака  - «повлекшем лишение права гражданина на жилое помещение», исходя из следующего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пп. 9-10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 (ред. от 29 июня 2021 г.) «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», для целей части 4 статьи 159 УК РФ правом на жилое помещение признается принадлежащее гражданину на момент совершения преступления право собственности на жилое помещение или право пользования им. Если в результате мошенничества гражданин лишился не права на жилое помещение, а возможности приобретения такого права (например, в случае хищения денег при заключении фиктивного договора аренды жилого помещения либо хищения денег под видом привлечения средств для участия в долевом строительстве многоквартирных домов), то в действиях виновного отсутствует признак лишения гражданина права на жилое помещение.

Мотивируя наличие данного признака, суд первой инстанции тот факт, что договора найма специализированных жилых помещений были заключены  с потерпевшими уже после передачи квартир Швецовым А.В. М***у, оценил как не имеющий правового значения, так как фактически квартиры уже были переданы потерпевшим и заселены.

Однако,  суд не дал оценки и тому обстоятельству, что  преступный умысел осужденного был направлен не на лишения потерпевших (жильцов) права на жилое помещение, а на хищение самих денежных средств, выделенных на строительство дома,  и поскольку построенные им квартиры не отвечали  требованиям безопасности для жизни и здоровья граждан, а также требованиям, предъявляемым к жилым помещениям, данными  преступными действиями Швецова А.В. потерпевшие были  лишены  лишь  возможности приобретения права на данные  жилые помещения.

Таким образом, данный квалифицирующий признак подлежит исключению из осуждения Швецова А.В. с соразмерным смягчением назначенного ему наказания по ч.4 ст.159 УК РФ и снижением испытательного срока.

В остальной части судебная коллегия находит убедительными приведенные в приговоре мотивы правовой оценки действия осужденного и  оценки  представленных доказательств, не устраненных и существенных противоречий в  них, требующих  истолкования в пользу невиновности  осужденного, вопреки доводам жалоб, не имеется.

Таким образом, оснований к их иной оценке представленных сторонами  доказательств, судебная коллегия не находит, поскольку  суд первой инстанции, как того и требуют положения статей 87-88 УПК РФ, должным образом проверил, сопоставил их между собой  и  оценив в совокупности, мотивированно указав, какие из доказательств берёт за основу приговора, а какие отвергает с приведением обоснования своих выводов.

При этом, каких либо существенных противоречий при оценке показаний свидетелей, в том числе на л.26 приговора, и на что обращено внимание стороны защиты, судом, с учетом допущенной им оговорки «кроме показаний», также не допущено, с учетом оценки показаний  свидетелей защиты в совокупности с другими доказательствами по делу. 

Вопреки доводам жалоб и представления, обжалуемый приговор, за исключением вносимых в него изменений в остальном  соответствует требованиям статей 299, 304 и 307-309 УПК РФ,  поскольку в нем содержатся мотивированные  выводы  относительно квалификации преступления,  указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденного, дана оценка всем представленным доказательствам и доводам стороны защиты.

Суд первой инстанции также в своем решении подробно изложил описание самого преступного деяния, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствия преступления, а также мотивы принятых решений по  иным  вопросам.

Кроме того, судебная коллегия не усматривает нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, а также прав осужденного на защиту, допущенных  в  ходе  предварительного  следствия и судебного заседания, ставящих под сомнение  законность приговора на приведенных в нем доказательствах.

Вопреки доводам жалоб, судебное разбирательство проведено в пределах предъявленного обвинения, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по нему.

Ходатайства, заявленные в ходе судебного разбирательства, в том числе ходатайства защитников, были разрешены судом в соответствии со ст. 271 УПК РФ.

При этом мотивированные отказы в удовлетворении некоторых ходатайств стороны защиты не свидетельствуют о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона и прав осужденного на защиту.

Вопреки доводам представления, суд мотивированно назначил  Швецову А.В. наказание в виде лишения свободы с применением статьи 73 УК РФ условно,  учитывая влияния назначенного наказания на его исправление, на условиях жизни семьи,  полностью отвечающее данным о личности осужденного, характеру и степени общественной опасности содеянного.

Вышеуказанные выводы суда являются мотивированными и основаны на законе,  оснований ставить их под сомнение судебная коллегия не находит, как оснований для признания  назначенного наказания несправедливым по доводам представления.

При назначении наказания суд первой инстанции также учел наличие смягчающих наказание обстоятельств, в том числе наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья Швецова А.В. и его близких, награждение благодарственным письмом, на что также обращено внимание в жалобах.

Из материалов дела следует, что по месту жительства осужденный характеризуется исключительно с положительно стороны,  жалоб  на него не поступало, он  работает, не судим, не привлекался  и к административной ответственности, на учётах у врачей психиатра и нарколога не состоит.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции по мотивам назначения наказания, оснований для применения положений ст.53.1 и  ст. 64 УК РФ, снижения категории тяжести совершенного преступления, судебная коллегия также не находит.

Вопреки приведенным доводам представления, сам размер ущерба, являющийся квалифицирующим признаком преступления, также не может служить безусловным основанием к назначению осужденному именно реального наказания.

С учетом вносимых в приговор изменений, связанных с исключением признака преступления – «повлекшего лишение права гражданина на жилое помещение», доводы апелляционного  представления о нарушении осужденным права на жилище потерпевших, также  не могут служить основаниями к усилению наказания, равно как и прекращение в отношении Швецова А.В. уголовного преследования по ч.1 ст.238 УК РФ по нереабилитирующему основанию  именно постановлением, законность которого стороной обвинения  в апелляционном порядке не обжалуется.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает ни оснований  к усилению наказания либо его смягчению по доводам апелляционных жалоб и представления.

Вопросы по мере пресечения, и вещественным доказательствам, иным мерам  процессуального принуждения, судом также решены правильно.

Доводы  апелляционных жалоб о необоснованном удовлетворении исковых требований о взыскании с Швецова А.В. в пользу М*** в возмещение имущественного вреда,  причиненного преступлением -  17 036 415  рублей, судебная коллегия считает необоснованными, поскольку гражданский иск разрешен с соблюдением норм действующего законодательства, с учетом характера и размера причиненного преступлением материального ущерба, размер которого точно установлен в ходе рассмотрения дела.

В пользу принятого решения свидтельствуют и разъяснения, указанные  в  п. 30  вышеуказанного  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48, согласно которым при установлении размера похищенного в результате мошенничества, судам надлежит иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества.

Таким образом, решение об удовлетворении данного гражданского иска принято судом в установленном уголовно-процессуальным законом порядке и обоснованно в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора.

Кроме того, принятие данного решения не препятствует разрешению иных  вопросов, связанных с строительством  дома, в  порядке гражданского  или арбитражного судопроизводства.

Вместе с тем приговор суда, помимо вышеуказанного  смягчения наказания, подлежит  также изменению в  соответствии с п.10 ч.1 ст.299, п.1 ч.1 ст. 309, 389.15 и 389.23 УПК РФ, поскольку  неправильное разрешение гражданского иска в уголовном деле является основанием для отмены приговора суда в этой части.

Так,  с решением суда первой инстанции о взыскании с осужденного  в пользу потерпевших  Н*** М***., Т*** К***., А***., А***. и Н***. компенсации морального вреда, судебная коллегия согласиться не  может.

По смыслу положений пункта 1 статьи 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

Исходя из положений части 1 статьи 44 УПК РФ и статей 151 и 1099 ГК РФ в их взаимосвязи, гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия). 

В ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела установлено, что  квалифицирующий признак мошенничества, предусмотренный ч.4 ст. 159 УК РФ - повлекший лишение права гражданина на жилое помещение, был вменен вину Швецову А.В. необоснованно, и своими преступными действиями он причинил   именно имущественный вред М***.

Каких-либо иных данных о том, что в результате  совершенного осужденным мошенничества вред был  причинен также личным неимущественным правам либо принадлежащим  вышеуказанным потерпевшим нематериальным благам, материалы уголовного дела не содержат, не приведены они были и  самими потерпевшими в ходе предъявленных ими исковых требований о компенсации  морального вреда.

Исходя из положений ст. 389.23 УПК РФ, если допущенные в суде первой инстанции нарушения могут быть устранены в  суде апелляционной инстанции, последний вправе отменить обжалуемое и вынести новое судебное решение.

На основании изложенного, решение суда в данной части подлежит отмене с принятием нового судебного решения об отказе в удовлетворении требований потерпевших  о взыскании с осужденного компенсации морального вреда.

В остальной части приговор является законным, обоснованным и справедливым, не подлежит отмене или изменению по иным основаниям, в том числе по доводам апелляционных жалоб и представления.

Иного неправильного применения уголовного закона  либо  существенного нарушения уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора,  также не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

 

ОПРЕДЕЛИЛА:

 

приговор Мелекесского районного суда Ульяновской области от 19 января 2022 года   в отношении Швецова Александра Владимировича изменить:

исключить из осуждения квалифицирующий признак, предусмотренный ч. 4 ст. 159 УК РФ - «повлекшего лишение права гражданина на жилое помещение»;

квалифицировать действия  Швецова А.В.  по ч.4 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть  хищение чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения, совершенное в особо крупном размере;

смягчить назначенное Швецову А.В.  наказание по ч. 4 ст. 159 УК РФ до  3 (трех) лет  3 (трех) месяцев лишения свободы  условно с испытательным сроком в 3 (три) года 9 (девять) месяцев.

Решение суда о взыскании с осужденного Швецова А.В. в пользу потерпевших Н***., М***., Т***., К***., А***., Ав***. и Н*** компенсаций морального вреда по 50 000 рублей каждой отменить и принять в данной части новое судебное  решение:

в удовлетворении исковых требований Н***., М***., Т***., К***., Аф***., Ав*** и Н*** к Швецову А.В.  о взыскании с осужденного компенсации морального вреда, - отказать.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в  судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев  со дня вступления приговора в законную силу, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

 

Председательствующий

 

Судьи: